Глава 13. Найти, забрать и помириться

Кирилл

В слепой надежде, что Лиля до сих пор стоит со своими чемоданами на остановке или в крайнем случае во дворе ждет такси, я кидаюсь к двери.

Вылетаю на лестничную клетку как есть, только ботинки успеваю нацепить.

Где этот треклятый лифт? Жму на кнопку вызова раз, другой, третий. Вот, как назло, горит себе цифра 7, и хоть тресни.

Еще раз жму.

Слышно, как механизм скрипит где-то наверху, но спускаться явно не торопится.

— Да езжай же ты, железяка! — шиплю сквозь зубы.

Ругаю себя на все лады.

Надо было сразу бежать за Лилей, а не с мамой по телефону трепаться! Сколько времени потратил зря. Минут пятнадцать, не меньше.

Наконец лифт соизволил приехать. Дверцы открываются с противным металлическим скрежетом. Заскакиваю, жму на первый этаж и начинаю нервно барабанить пальцами по стенке кабины. Едет, будто груженая кирпичами.

— Быстрее, быстрее! — бормочу себе под нос.

Этаж за этажом ползет цифра на табло.

Четвертый… третий… второй…

Наконец первый!

Выскакиваю из лифта и несусь к выходу. На улице сразу бьет в лицо морозный воздух — черт, куртку забыл! Но времени возвращаться нет, пробегаю по двору, оглядываясь по сторонам хищным взглядом.

Пустота.

Абсолютная пустота.

Ни Лили, ни чемоданов, ни даже следа от них на снегу. Только ветер завывает между домами.

Холодина собачья, аж дыхание паром идет. Но Кирилла Остапова холодом не проймешь. Бегу к остановке — вдруг она там маячит в ожидании троллейбуса?

Но и на остановке никого.

Не то что Лилии, а вообще никаких пассажиров.

Правильно, умные люди дома сидят, телевизор смотрят… Тем более если эти люди беременные!

— Черт, черт, черт! — выдыхаю в морозный воздух.

Зубы уже стучат от холода, а пальцы рук совсем окоченели. Надо возвращаться.

Бегу обратно к подъезду, поднимаюсь на свой этаж.

И тут выясняется, что от нервов я вообще голову потерял — дверь квартиры нараспашку! Хорошо хоть, никто не вошел, не обчистил. Пусть район приличный, но всякое в жизни случается.

Хватаю куртку, ключи от машины. На всякий случай проверяю карман — кошелек на месте. Тщательно запираю дверь и снова бегу вниз.

В машине сразу включаю печку на полную, растираю руки. Слава богу, хоть за цветами заезжать не надо, лишнее время тратить. Вот они, родименькие, ждут своего часа на пассажирском сиденье.

Выруливаю со двора и еду прямиком к Лилиному дому. Может, она еще в пути, в пробке застряла? Или только-только приедет, будет выгружать свои чемоданы — тогда я подкачу как раз вовремя.

Закину ее вещи в багажник, а ее саму затащу в машину.

Сначала, конечно, извинюсь — как полагается, по всем правилам. И, пока она будет в шоке от моего мужского поступка, увезу домой. Там уже дело техники: поцелуи, признания, страстная любовь…

Даже план созревает: на Новый год махнем в горы.

Пашка предлагал ключи от своей дачи — говорил, там зимняя сказка сейчас: лес, природа, тишина. Раньше меня это не прельщало — ну что там делать, где, кроме нас, не будет ни одной живой души? Романтик из меня так себе, это я про себя понял давно. Но ради Лили постараюсь. Она должна оценить мой жест.

Подъезжаю к ее дому.

Осматриваю двор — никакого такси, никаких чемоданов у подъезда. Значит, либо уже успела занести вещи наверх, либо действительно торчит где-то в пробке.

Паркуюсь чуть поодаль, беру розы и направляюсь к подъезду. В кармане звенят ключи от Лилиной квартиры — хорошо, что не вернул вчера на эмоциях.

Поднимаюсь на четвертый этаж, останавливаюсь перед знакомой дверью.

Стучу — сначала деликатно, потом погромче.

— Лиль, это я. Открывай.

Тишина.

Стучу еще громче.

— Лилия! Ты дома?

Опять никто не отвечает. Может, действительно нет? Или затаилась, не хочет со мной разговаривать? Такое вполне может быть.

Решаюсь достать ключи — в конце концов, это же моя жена, имею право. Все, что ее, — мое, или как там говорится…

Пытаюсь вставить ключ в замочную скважину, а он не вставляется, зараза!

Еще раз пытаюсь — и опять тот же результат.

Она сменила замок?!

Только собираюсь как следует выругаться, как за спиной раздается грозный голос:

— Ты что тут делаешь, молодой человек?

Оборачиваюсь.

На пороге соседней квартиры стоит дед лет семидесяти в домашних тапочках и видавшем виды халате. Лысина блестит, глаза хитрые, недоверчивые.

— Я к жене, — отвечаю, стараясь говорить спокойно.

— К какой еще жене? К Лилечке, что ли? — недоверчиво прищуривается дед. — А ну-ка, документы покажи! Свидетельство о браке давай!

Спрашиваю угрюмо:

— Ты кто такой?

— Дядя Саша я, бдительный сосед. А вот ты кто такой — это вопрос. Может, ты вор, а? Или маньяк какой? Паспорт есть?

— Да какой паспорт? Я же говорю — муж.

— А может, и не муж вовсе, — не унимается противный дед. — А даже если муж, то все равно — Лилечки дома нет, и всяких проходимцев я к ней не пущу. Чеши отсюда, а то полицию вызову!

— Да вы что?

— Иди, иди, а то быстро позвоню! — Дед делает угрожающий жест в сторону своей квартиры. — Телефон у меня работает исправно.

Понимаю, что связываться с противным стариком не стоит. Еще действительно ментов вызовет — только скандала не хватало.

Молча разворачиваюсь к лестнице.

Дядя Саша недоверчиво провожает меня взглядом, пока спускаюсь.

Несолоно хлебавши выхожу из подъезда, возвращаюсь к джипу.

Сижу в машине, соображаю, что делать дальше.

Меж тем на улице уже темнеет — зимний день короткий.

И тут наконец вижу знакомую фигурку, идущую по двору.

Лиля!

Она шагает неторопливо, в руках пакет, из которого торчит длинный багет. Значит, за продуктами ходила. А чемоданы, видимо, действительно успела занести.

Выскакиваю из машины с цветами наперевес и иду мириться.

Вот она сейчас удивится, наверняка ведь не ожидала, что так быстро примчусь.