Глава 29

Уже стемнело и по-хорошему нужно было бы идти спать, когда я решила слетать к озеру искупаться. Именно сегодня душ меня почему-то не прельщал.

Свейлон ушел с праздника еще раньше, я и не заметила, когда это произошло. Илш, присматривающий за мной все время, вопросительно поднял брови, дернулся было следом, но, повинуясь молчаливой просьбе, остался. Отошла от поселения и сменила ипостась. Повела головой, расправила крылья. Нет больше никакого разделения Катриши и Шахтишш, давно уже нет Екатерины Ставицкой, есть только я – льяра Катриша Шахти.

Плавно оттолкнувшись от земли, поднялась в ночное небо. Дорога к озеру заняла всего несколько минут поэтому, прежде чем опускаться на землю, сделала еще кружок вокруг леса, наслаждаясь свежим ветерком и безмолвием ночного леса.

У меня успело появиться любимое местечко у этого озера – небольшая заводь, надежно скрытая высокой травой, образующая карман, где я могла чувствовать себя довольно уединенно. Правда, чтобы спуститься в воду в этом месте, нужно постараться. Берег довольно пологий и к тому же очень рыхлый. Ноги погружаются в вязкую почву до самых щиколоток. Зато стоит только сделать десяток шагов, оттолкнуться и можно наслаждаться теплой, словно густой, водой. Никаких водорослей на дне, только чистая влага, приятно обволакивающая, ласкающая…

Вдоволь наплававшись, потерла себя руками и сорванными листьями той самой высокой травы, что росла в этом месте берега. Мыльник. Волосы расплетать не стала, промыть все равно не сумею, уж лучше пусть остаются собранными.

Вышла на берег, едва не рухнув, увязнув в одном месте особенно сильно, отжала ставшую тяжеленной косу, отбросив ее за спину, сполоснула стопы. Поискала взглядом стопку вещей, оставленную неподалеку.

— Откуда у тебя эти шрамы?

Вздрогнула от неожиданности, а после и вовсе замерла. По спине сверху вниз вдоль позвоночника, сдвинув косу, прошелся горячий палец. Дыхание сбилось, а сердце заколотилось как сумасшедшее. Оба.

— Это не у меня, а у Катриши, — из-за волнения ответила чуть резче, чем планировала, делая широкий шаг к обнаруженным вещам.

Стоять обнаженной, мокрой, а потому такой уязвимой рядом со Свейлоном было некомфортно. Еще и шрамы эти! Ощутимые даже на ощупь рубцы наверняка вызывают лишь одно чувство – отвращение. И то, что Свейлон сейчас пристально их разглядывает радости не вызывает, совсем.

Схватила рубашку и торопливо натянула на себя, только после этого оборачиваясь к повелителю.

— Отчим? – прищурившись, поинтересовался мужчина, ничуть не смущенный моим видом.

— Это новость? – ответ вышел злым. Меня смущало такое близкое присутствие Свейлона рядом со мной, смущало, что он застал меня в столь уязвимый момент. Он не замечал меня целый год, и теперь его внимание к моим увечьям скорее оскорбляло, чем нравилось.

— Разве Лисанна не может их убрать? – светлейший будто не чувствовал моего отношения.

— Не знаю. Я не спрашивала. Диари аль Шарис, не дадите ли мне возможность одеться? – чуть тряхнула штанами, намекая, что неплохо бы ему удалиться.

— Одевайся, — благосклонно кивнул Свейлон, окинув меня напоследок оценивающим взглядом, но все же отворачиваясь и даже отходя на несколько шагов.

Спешно натянула штаны на чуть подсохшее тело. До того рубашку просто запахнула, теперь же решила завязать тесемки. Модель рубашки – с запахом. В тот момент, когда левая грудь оказалась уязвимо обнажена, пока завязывала веревочки, почувствовала взгляд. Подняла глаза и встретила невозмутимый взгляд Свейлона. Он повернулся и не стесняясь пялился на меня.

— Ты очень красивая, — заявил благосклонно. – Теперь, когда не напоминаешь иссушенный скелет, это особенно заметно.

Это он меня сейчас толстой назвал? – в первый момент даже не нашлась, что ответить. Да, я и правда за последний год немного округлилась, но лишнего ничего не набрала, скорее просто стала более женственной.

Быстро повернулась к нему спиной, чувствуя, как заалели щеки. Тьфу на тебя, Катька! – выругалась мысленно. Шестой десяток разменяла, а все мужика стесняешься.

Торопливо завязала рубашку, одернула ее, прикрывая нижние девяносто, туго обтянутые штанами, и только после этого повернулась к повелителю. Но мужчина уже потерял ко мне интерес, отойдя на значительное расстояние и что-то выглядывая. Правда мне показалось, что его интерес к природе наигранный, да и шагал он чуть напряженно, поправляя что-то впереди… Да нет, глупости! Сама себя обманываю.

Посмотрела в спину светлейшего, нахмурилась. Он что же, ждет, что я за ним побегу? Догонять стану? Да лаадно, плохо меня знает. Прямо тут, на берегу, спешно сменила ипостась и взмыла в небо, с мстительным удовлетворением ловя удивленный взгляд Свейлона.

Не стану лгать сама себе, этой ночью я его ждала. Не для… в общем, для разговора! Даже раздеваться не стала, на всякий случай. Так и заснула в итоге в одежде. Проснувшись утром, почувствовала разочарование, за которое тут же сама себя отругала. Бред! Что, хочешь ему постельку погреть? Ну правда, это предел твоих мечтаний, льяра Шахти?

Умывшись, вышла из домика. Судя по тому, что встречные от меня шарахались, излучала с утра отнюдь не благодушие.

— Сон плохой приснился? – притворно участливый тон заставил заскрипеть зубами, так плотно их стиснула, чтобы смолчать.

Меньше всего сейчас хотела столкнуться именно с ним, однако, глядишь ты, светлейший!

— Ясного дня, повелитель, — кивнула намеренно учтиво, намереваясь обойти мужчину по дуге.

— И вам, льяра Шахти, — его поклону позавидовал бы любой придворный восемнадцатого века. Свейлон неуловимо сместился, снова заступая мне дорогу. – Прогуляемся? – подставил локоть, вынуждая его принять. – Через несколько дней прибудет еще один караван, — уже не дурачась, сообщил светлейший. – Мне бы очень хотелось, чтобы тот, кто в нем будет, прошел слияние.

— От меня тут мало что зависит, — ответила чистую правду.

— Не думаю, — Свейлон остановился и повернулся ко мне лицом. – От тебя зависит больше, чем тебе кажется, Катриша. Ты уже сделала то, на что я мог только надеяться. Стая диаракхорнов – это несколько сотен особей. Представляешь, какая это мощь? Никто не посмеет посягнуть на наши границы с такой армией!

— Пока прошедших слияние меньше трех десятков, — напомнила ненавязчиво.

— Зато уже рождаются двуипостастные! Мой внук, а скоро и у диари и льяры Эйш появится наследник.

— Ты про Барнаса? – не сразу поняла, о ком говорит светлейший.

— Про него. Всем стоит привыкать к тому, что высшим родам придется потесниться. Он теперь не просто Барнас, он теперь диари аль Эйш.

— Бывший ссыльный? – не удержалась от подколки. – И что, он все же оказался достоин?

Отвечать Свейлон не стал, лишь чуть крепче сжал губы.

— Ты за что-то сердишься на меня? – светлейший продолжил движение.

— Как я смею? – в голосе прорезалась ирония, как бы ни старалась ее скрыть. – Тьяра готова, как и Шаррити, — напомнила о девочке, ожидающей обряда.

— Сегодня вечером, — согласно кивнул Свейлон. – Шаррити в стае кто-то опекал?

— Отдельно нет. Дитя стаи. Кстати… — задумалась, как точнее выразить свою мысль.

— Говори.

— В стае образуется все больше пар, — закусила губу – привычка, от которой избавилась лет пятнадцать назад снова вернулась. – Я думаю, что желающие пройти слияние тоже должны быть в паре, это повысит шансы.

— Найти одновременно симбионта и пару? – нахмурился повелитель. – Звучит не слишком правдоподобно, но я прислушаюсь, — пообещал он. – Стану присматриваться к новобрачным.

— Лучше к тем, кто только собирается вступать в союз.

— Почему?

— Чтобы был шанс передумать, — пожала плечами. – Сейчас в поселок приезжают семьи, было бы лучше, если бы это были просто подходящие друг другу молодые люди и девушки.

— Никто не отпустит свою дочь в подобное место без должного сопровождения! – возразил Свейлон. – Я бы точно не отпустил.

— Я могу только советовать.

Вроде и двигались неспешно, а успели выйти за пределы поселения. Свейлон без предупреждения сменил ипостась, только я было собралась вернуться в поселок, самец рыкнул. Вроде и негромко, но противиться приказу было невозможно, послушно сменила ипостась и взлетела вслед за ним.

Стоило подняться в воздух почувствовала странный тревожащий запах. Самец оглянулся на меня, ноздри его раздувались, уверена, и он его чувствовал. С течением полета запах только усиливался, полностью забил нос, раздражая обострившиеся рецепторы. И запах исходил… от самца. Уверена в этом. Я летела за ним, даже не глядя по сторонам. Могла бы закрыть глаза и ориентироваться только на этот запах, от которого уже кружилась голова, хотелось закрыть глаза, прижаться к самцу, чтобы чувствовать его острее…

Самец, по-видимому, чувствовал нечто схожее, но поняла я это позднее. Сама не заметила, как и правда закрыла глаза, очнулась, когда Свейлон не слишком деликатно толкнул меня крылом, куда-то направляя. Послушно взяла левее. От контакта, даже такого незамысловатого будто пронзило током. Захотелось снова ощутить прикосновение мощного крыла. Едва удержалась от того, чтобы самой не приблизиться к самцу.

Столь сильное, будто животное желание, как ни странно, немного отрезвило. Явно происходит что-то странное. Думаю, мне лучше сейчас держаться от него подальше, — стоило этой мысли только оформиться в голове, как тут же услышала злой рык. Обернулась – глаза, обычно коричневые с золотыми искорками, сейчас потемнели и угрожающе сузились. Он снова направил меня в сторону, только теперь коснулся мягче, но и от этого легчайшего контакта крупное тело пронзило вспышкой.

Приземлились у водопада. Как раз там, где на меня напали грызолаки. Место не навевало добрых воспоминаний, но сейчас меня заботило совсем другое. Едва коснувшись лапами земли, тут же вернулась в двуногую форму. Запах, который преследовал весь полет, немного поблек, но он так плотно забил нос, что и сейчас не исчез полностью.

Свейлон, тоже предпочетший тоже сменить ипостась, смотрел на меня с какой-то иррациональной злостью.

— Что это такое? – прорычал он, хватая меня за руку чуть повыше локтя. – Что ты сделала? Говори!