Глава 13

Сознание возвращалось урывками. Я то выплывала из нирваны, то снова погружалась в липкое ничто. Оно словно щупальцами опутывало всё тело и тянуло в тёплый омут. И там было хорошо… В моменты прояснения до слуха долетали обрывки фраз. Слышала, как ярился Вишна, как причитала баба Люда, как ругался Дарк. Хотела открыть глаза, но мягкое упругое щупальце вновь обвивало сознание и погружало вниз, туда, где… А, собственно, — куда? Мозг вяло зашевелился, выискивая приличные версии того самого «куда». Из приличного было только самая мягкая часть тела, которая, как стало выясняться, не отключалась и сейчас напоминала, что она-то нормально функционирует. А потому, настойчиво взывала к совести и требовала свидания с троном уединения. И вообще, — это уже совесть очнулась, — куда это я собралась? А баба Люда? Как я её одну здесь оставлю? А зарплата, которая должна была стать ощутимым взносом в сумму, собираемую на обучение? Я с усилием отцепила такие манящие покоем и довольствием щупальца и продрала глаза. Показалось — я в танке и смотрю на мир сквозь узенькие окошечки.

— Опа! Прочухаласи, слава тобе, господи! — возвестила бабуля слишком громко для моего слуха.

И сразу кровать прогнулась под внушительным весом Вишны.

— Ким! — его рука ласково коснулась щеки, затем убрала прядь волос за ухо. — Ты как?

— Нормально, — прохрипел кто-то. И это оказалась я. — Что случилось?

— Ось скажи мени, унуча, де ты таку гадысть знайшла?

— Какую? — горло понемногу начало прочищаться.

— У тебя в волосах Виртан обнаружил артефакт, отключающий сознание, правда, к тому времени уже деактивированный, — пояснил Вишна. Он так и продолжал сидеть на кровати рядом и держал меня за руку, мягко поглаживая большим пальцем кожу на запястье. — Просто удивительно, как ты продержалась столько времени за стойкой.

— Так стильки зелья бодьорости вилакати! — возмутилась бабуля.

— Да, — синие глаза внимательно впились в лицо. — Артефакт был деактивирован неизвестным способом. Виртан сделал предположение, что это зелье вошло в конфликт с магией артефакта, потому тот и сдох.

— Ага, — баба Люда подобралась поближе и хихикнула. — Ты б бачила морду нашего эльфика. Ось умора! Вин аж надувся вид важливости як Зинкин индюк, колы Барсик на честь його курей покушався. Вин уверен, що це його зелье таке мощнэ, шо даже артефакт зломався. И всё ж, Кимка, де ты його пидчепила?

— Я бы спросил иначе, — пожевал губами Вишна, — КТО тебе его подцепил?

— Да откуда же я знаю! — психанула не на шутку и попыталась встать. — Я его даже в глаза не видела!

— Ну, видела-не-видела, а его действие, действительно, вошло в резонанс, — он мягко надавил на плечи, заставляя вернуться в горизонтальное положение. — У тебя сейчас откат — сонливость и вялость. Лежи-лежи, Виртан сказал, что нужно лежать, пока зелье не переработается организмом и не выведется.

— Так в том-то и дело, что уже просится выводиться, — пробурчала я, — и, если я не поспособствую процессу, то оно пойдёт на второй круг переработки.

— Чьйого? — бабуля сделала круглые глаза и плюхнулась на попу.

— В туалет я хочу! — рявкнула в ответ и снова попыталась встать.

— Ну, пойдём, — просто сказал Вишна, легко отлепил меня от кровати и понёс в уборную.

— А ты и там будешь стоять и наблюдать?

Нет, это ж надо такому приключиться? Я, конечно, мечтала, чтобы мужчина моей мечты носил меня на руках, но не в туалет же! У меня бельё самое обыкновенное, не кружевное!

— Нужно будет, — и постою, — был дан лаконичный ответ.

Однако совесть и у златокудрого присутствовала: донёс до двери и терпеливо ждал, пока я все свои дела там закончу. Обратно перемещалась таким же способом, только уже не тряслась по поводу пуританских трусов. Спать, действительно, хотелось по страшной силе.

— Поспи, — Вишна аккуратно уложил меня в кровать и накрыл покрывалом. — Потом со всем разберёмся. У тебя сегодня выходной. И вот, — он надел на мою шею тонкий шнурок с маленьким кулоном, — этот артефакт Дарк передал. Он распознаёт стороннее вредное воздействие. Сразу нагревается. Спи.

Уже уплывая в нирвану, вспомнила одну странность:

— Мне на кухне новая поварёнка чай бодрости дала. Сказала, что они сами такой пьют…

— Проверю, — прошелестело на краю сна.

Я с сознанием глубокого удовлетворения и удовольствия проспала до самого вечера, пару раз просыпаясь, чтобы посетить уборную. И откуда столько всего во мне взялось? Очищался организм ответственно и качественно. Никакого фитолакса не надо. К ночи окончательно проспалась, приняла душ, и решила выйти на балкон. Баба Люда и Вишна уже спали. Я старалась каждый вечер перед сном релаксировать в летней прохладе. Казалось, вечерний воздух напоён цветочными ароматами, им невозможно было надышаться. Сам балкон выходил на тренировочный плац. С самого раннего утра здесь отрабатывали приёмы и упражнялись на мечах стражники. А вечер был только мой. Вишна, намахавшись мечом, или спал, или нёс вахту по охране замка. Я, привыкшая к шестнадцатичасовому рабочему дню, наслаждалась тишиной и покоем несколько минут после смены на кухне в старом кресле, доставшимся от прежних жильцов. Расчесывала волосы или, опершись о перила, жевала какой-нибудь местный фрукт. Так продолжалось около недели. И всю неделю над замком кружили призрачные драконы, жалобно курлыкая. До сегодняшней ночи.

Сегодня я, смыла с себя вчерашние кухонные запахи, навертела на голове тюрбан из полотенца и вышла на балкон подышать медовым воздухом. Это расцвели в саду местный аналог магнолий. Большие деревья с огромными кремовыми цветами, которые источали неповторимый сладкий аромат. Стою, грызу яблоко и наблюдаю за хороводом огромных ящеров. Их осталось всего трое. Остальные слились со своими половинками и те, счастливые, после бала укатили восвояси. Местная обслуга с облегчением выдохнула. Так Варн сказал. Он прибегал ко мне после смены.

На какое-то мгновение я отвлеклась — в комнате вечно голодная баба Люда неудачно стащила с подноса булочку, тот рухнул на пол, звеня и подпрыгивая. И неизвестно от кого было больше шуму: от подноса или от верещащего бешеной кошкой хомяка, на лапу которого сначала и угодил поднос, а только потом уже попал на пол. Затем послышался звук падающей подушки, глухое ругательство Вишны и тихое причитание бабули, пострадавшей от жёсткого подноса и от мягкого снаряда. Усмехнувшись, я отвернулась от комнатной двери и … замерла: прямо передо мной маячила огромная полупрозрачная морда дракона. Замерла не от страха, а от восхищения. Впервые видела этих ящеров так близко и стала с жадностью рассматривать его. А он красивый. Вероятно, его половинка имеет светлые, почти белые волосы, так как чешуя у дракона мерцала белоснежным жемчугом.

— Ты тоже красивая, — тихий голос шелестом возник в голове.

Почему-то сразу поняла — это дракон со мной разговаривает.

— Ты уже выбрал свою половинку? — шепотом спросила я, а сердце заныло: не хочу, чтобы этот прекрасный зверь сливался с кем-то! Пусть ещё поживёт свободным! Ведь это так здорово — свободно парить в вышине, ловить потоки свежего воздуха, кружиться над облаками!

— Не зна-аю, — фыркнул дракон. Его призрачное дыхание оказалось тёплым, с запахом свежескошенной травы. — Та, которая предназначена, не нравится мне. Она холодная и чужая.

Девушка? В замке, насколько я помню по сплетням горничных, осталась только одна девица — графиня Жульсина Окстан. Мерзкая дамочка, скажу я вам. Надменная и капризная. Сколько раз встречала её горничную на кухне с заплаканными глазами со следами побоев на вспухших щеках. Мда-а, несладко будет дракошке с такой хозяйкой.

— Она не хозяйка, — опять тёплый фырк окутал кожу. — Мы — симбиоз из двух полноценных личностей.

Ага. Сомневаюсь, чтобы эта захухря общалась с кем-то на равных. Она и в замке держалась надменно.

— Вот и я так чувствую, — вздохнул дракон. Или драконица? Ведь с девушками сливаются драконицы? — Верно, — хихикнула Жемчужинка. Почему-то мне показалось, что её так зовут. — Ну, пусть будет Жемчужина, — согласилась драконица.

И тут до меня дошло: я же не вслух говорила, а думала. Значит, она слышит мои мысли? И знает все мои тайны? Кошмар…

В голове загрохотало — это Жемчужинка изволила смеяться.

— Ты такая забавная. Хочешь полетать?

Она ещё спрашивает! Я чуть не завизжала от восторга! Но потом пыл охладило осознание — дракон-то призрачный, как я на него, то есть, на неё залезу?

— А это возможно?

— Если приглашаю, значит, возможно, — на этот раз драконица смеялась по тише и барабанные перепонки с мозгом не взрывались.

Два раза предлагать не надо было, я и от первого не отказалась. С предвкушением самого необычного в своей недолгой жизни, перелезла через ограждение и забралась на шею Жемчужинки. А она тёплая! И чешуя шелковистая, как соболиный мех, и совсем не колючая, как пишут в наших книжках. Ну, может шкура под чешуёй толстая, но на ощупь не слышно. Повозилась, устраиваясь поудобнее и … Полетели!!!

А утром, едва я принесла свои пятки на кухню, Лукарья сразу замахала руками:

— Скорее! Давай свой кофий с коньяком и дуй в малую гостиную! Там молодые господа с утра нервы мотают!

Действительно. За окном ещё темно. Кому это не спится в ночь глухую? То бишь с утра пораньше?

Метнулась в свой угол, — там уже стояло моё оборудование, — включила платформу, привычным движением достала банку с кофейными зёрнами, — остались ещё с позавчера, — смолола, заправила все держаки маленькими турками для эспрессо и, пока грелась вода, наколола льда. Коньяк стоял тут же, в шкафу. Артефакт Дарка никак не прореагировал, значит, тут всё чисто. Пока готовила чашки, кофе поспел. Я как-то в самом начале работы в замке посетовала, что приходится носить блюда на руках, то есть на подносах. Было бы здорово иметь сервировочную тележку. Варн, умничка, смастерил вместе с замковым умельцем-кузнецом-механиком подобие нашей тележки, и сегодня я собиралась первый раз торжественно «вывезти её в люди». А что? Очень удобно. Как раз всё поместилось. К кофе Лукарья уже выпекла свежие булочки и сбила домашнее масло. Вот с таким утренним великолепием я и покатилась в малую гостиную.

Закатываю тележку в зал и сразу попадаю в скандал.

— Это у тебя маг безрукий и лекарь дебил! — верещала Жульсина. — Ты видишь, что осталось только два дракона? — она яростно тыкала пальцем в окно. — Моего нет! Значит, он со мной уже слился, только твои безмозглые «специалисты» — ехидно скривилась на последнем слове, — не могут определить это! А я чувствую, — тут девица торжественно положила руку себе на грудь и с придыханием повторила: — я чувствую, что она тут, со мной!

— Доченька, не волнуйся так, — увещевала Жульку её маманя, такая же блондинистая захухря, — просто ты особенная, и дракон у тебя особенный! А эти дуболомы ни на что не годятся!

— Всё равно, пока твой дракон не проявится, ни о какой свадьбе не может быть и речи! — слегка повысил голос Дарк. Это он голос слегка повысил, а сам, судя по напряжённой позе, готов взорваться.

— Ты смеешь отказываться от моей дочери? — ревел граф Окстан. — Ваша свадьба — вопрос решённый! Король сам лично подписал договор!

— Это позор! — вопила графиня. — Я не допущу такого! Ты обязан жениться!

— Никому я ничего не обязан! — рыкнул Дарк. Увидел меня и напрягся ещё больше. — Ким?

— М-м-м? — промычала я.

— Кто пустил сюда этого урода? Во-о-о-н! — пуще прежнего завопила графинька, не поленилась, подскочила с кресла, подбежала ко мне с явным намерением выместить свою злость. Наверное, это у них семейное с дочуркой бить прислугу.

Я шарахнулась в сторону. Баба Люда приняла боевую стойку спасателя-бурундука.

Дарк среагировал молниеносно — закрыл меня собой. А вот реакция у мадам графини дала сбой: она, выработанным движением сродни условному рефлексу, влепила бы пощёчину сыну хозяина замка, да видно звёзды сошлись благоприятной компанией и граф Окстан успел перехватить уже занесённую длань своей супруги.

На висках и щеках Дарка проступили чёрные агатовые чешуйки — красиво, аж дух захватывает! Но страшно — вдруг прямо сейчас обратится?

— Браво! — герцог пару раз показательно хлопнул в ладоши. — Саянна, ты уже на прислугу бросаешься.

— Я не намерена ничего брать из рук этого ущербного! — завопила дамочка, вырываясь из мужниного захвата. — Пусть пришлют другого лакея!

— Ким не лакей, — прорычал Дарк. — Он — бариста! И, кстати, — ядовитая улыбка нисколько не исказила мужественное лицо парня, — из его рук сам король принимал кофе и остался доволен. Вы ставите под сомнение вкусы нашего государя?

— И, кстати, — поддержал сына Затонский, — государь мне ничего не говорил о подписании брачного договора.

— Конечно! — графиня тут же переключилась на другую тему и начисто забыло обо мне. — Он же подписал его только сегодня утром, когда стало известно о слиянии Жюльсины и её дракона.

— Тогда мы вынуждены подчиниться, — герцог слегка наклонил голову.

— Отец! — вскинулся Дарк. — Мне ещё год учиться!

— Ничего, — довольно осклабилась кандидатка в тёщи, — Жульсиночка нисколько тебя не обременит. Сыграем свадьбу, ты поедешь учиться дальше, а она будет тебя ждать здесь. Ты только представь, — заворковала она белобрысой вороной, — приезжаешь на каникулы, а тут тебя встречает любящая жена, которая скрасит скучные выходные дни. А какие ночи она тебе может подарить!

«Любящая» Жульсина стыдливо зарделась и потупила глазки. Прям, цветочек аленький. И вообще, ничего, что я тут стою и уши грею?

— Это всё замечательно, — прервал её герцог. Зря. Я б ещё послушала, особенно про таланты будущей герцогини, ведь Дарк — наследник титула. — Но прежде, чем мы перейдём к обсуждению церемонии бракосочетания, я хочу увидеть подписанный королём договор.

— Конечно-конечно, — заюлил граф, — я переправил его магпочтой в наш замковый сейф. Всё-таки это очень ценный документ. Я сейчас же велю снять копию и переслать сюда.

— Вы меня не поняли, граф, — посуровел Затонский. — Я хочу увидеть не копию, а оригинал.

Чета Окстан немного скисла. А я притворилась очень нужной деталью одной из колонн, без которой вот весь потолок рухнет. Ну ведь интересно же, чем дело закончится! Да и Дарка жалко. В принципе, неплохой парень, правда, помешан на боёвке, но это юношеский максимализм. А юность, как известно, недостаток, который быстро проходит. Может, мы с Вишной сможем как-нибудь ему помочь отвертеться от навязывания новых родственных уз с истеричной семейкой.

— Как изволите, — наконец, пафосно изрёк граф. — Договор будет здесь с минуты на минуту.

Он отошёл к окну, прижал ладонь к уху, постоял так немного и возвестил:

— Документ у Вас в почтовом сейфе для особо важных бумаг, герцог Затонский.

— Великолепно!

И герцог стремглав вышел из залы. За ним гуськом последовали Окстаны и Дарк. Ну и я потарахтела с тележкой. А что? Мне велено подать кофе господам. Вот я и следую за ними. Высокородные легко поднялись на второй этаж по лестнице, я же пёрла свою тележку и тихо, исключительно литературным языком народного фольклора, перечисляла синонимы к словосочетанию «долбанный сейф». Преодолев все ступени, сделала вывод о пользе лингвистической зарядки для ума: даже не запыхалась. Это ж сколько во мне яростной энергии высвободилось!

Как раз успела к началу второго акта скандального представления. Когда я торжественно вкатила тележку в кабинет, то застала картину акварелью, — это значит, ещё немного воды и всё потечёт. Около большой штуки в форме куба, являющейся, по-видимому, сейфом подвида почтовый, — стоял герцог и, хмуря брови, изучал листок светло-серого цвета. Рядом скромно сложили ручки на животиках две мадамки. Сам граф, слегка изменившись в цвете лица, — это способность у драконов такая или в роду потоптались хамелеоны? — застыл немного поодаль. Дарк безуспешно пытался заглянуть через отцовское плечо и прочитать условия выполнения смертного приговора своей холостяцкой жизни.

— Позвольте, — герцог выгнул смоляную бровь, — это же предварительное соглашение. И тут сказано, что необходимость заключения брачного союза наступает в том случае, если граф Затонский и графиня Окстан обретут драконов. Его Величество особо подчеркнул этот пункт.

— И в чём дело? — взвизгнула Саянна. — Слияние произошло прошедшей ночью!

— Какое имя у твоей драконицы? — резко спросил герцог потенциальную невестку.

— Я давно дала ей имя, — вздёрнула та нос. — Беладонна!

О, господи! Бедная Жулькина дракошка! Это ж надо так обозвать чешуйчатого исполина. Немудрено, что с таким именем она не хочет проявляться.

— Если дракон моего сына примет её, то свадьбе быть, — постановил Затонский. — Подождём.

— Но, Ваша Светлость! — принялась пылать праведным гневом графиня. — Вы же знаете, что женщины очень тяжело переживают слияние! Я ждала проявления своей драконицы почти месяц!

— И очень хорошо! Напомнить тебе, Саянна, что сразу после слияния твои родители пытались навязать брак моему старшему сыну? Если бы я тогда пошёл у них на поводу, то ты бы никогда не стала матерью. Твоя драконица выбрала дракона Окстана. И результат стоит сейчас перед нами! — он указал на Жульсину.

Ой, сколько нового я узнала! Оказывается, у герцога есть старший сын. Но почему тогда он объявил наследником Дарка? А Саянна уже пыталась пробраться в семью Затонских! Не получилось. Теперь дочь свою пропихивает. И, главное, Жулька-то сама стремится окольцевать Дарка, скоро из платья выпрыгнет, вон уже грудь на низком старте выглядывает из декольте. А дети появляются, только если драконы образуют пару! О как.