Глава 11

Никогда не мечтала стать участницей триллера. Да я даже фильмы такие не смотрела! Меня словно парализовало. Наверное, это был шок. Потому что страха я не ощущала, но и тело повиноваться отказывалось. Просто стояла, как самая последняя дура, и смотрела на летящее в мою сторону щупальце.

Надо сказать, что мужчины в первое мгновение тоже словно оцепенели. Еще бы! Если уж Кариан был уверен в том, что тут мы в безопасности, то, что тогда говорить про оборотней!

Первым пришел в себя вампир. Я даже не поняла, как это получилось, настолько быстро Кариан двигался, но я вдруг взлетела в воздух. И под аккомпанемент хриплого голоса вампира плюхнулась плашмя на его плечо:

 — Яугаешьсианур! Бежим!!!

Удар о твердый корпус вампира вышиб из меня весь воздух. Даже в глазах на мгновение потемнело, а в ушах зашумело. Почему-то вспомнилось вдруг, как очень давно единственная подруга после прочтения какой-то романтической дребедени про викингов восторгалась героем, похитившим девушку вот таким способом. И ругала последними словами героиню, которая не оценила «мужественный» поступок, всю дорогу до ладьи брыкалась и царапалась, а потом и вовсе не желала допускать викинга до своего тела. Помнится, тогда я отнеслась со скепсисом к восторгам подруги. А вот теперь прочувствовала все чувства и ощущения героини на собственной шкурке. И мысленно вяло поаплодировала автору, написавшему ту книгу. Наверное, автор точно знал, что ощущает закидываемая на плечо воина жертва.

Болтаясь на плече Кариана, я умудрилась извернуться и посмотреть на наш лагерь. Не знаю, зачем мне это понадобилось. Наверное, сработало любопытство. Или захотелось посмотреть, от чего бежит даже вампир, который является самым сильным магом. Так или иначе, но умной меня не назовешь. И единственно оправдание моему поступку — шок от случившегося.

Как раз в тот момент, когда я подняла глаза, проклятое щупальце, слегка светившееся сквозь серую кожу багровым, одним ударом перешибло спину вредному блондинистому оборотню, на которого я нарычала у костра, и смело безвольное тело в разлом. И вот тут я завизжала. Вот только вместо крика из горла вырвался сип.

Кариан пулей влетел в лес и запетлял между деревьями. Рядом с нами тенью стелился кто-то из волков. Иногда отставая, чтобы не врезаться в дерево, иногда отбегая немного в сторону. В какой-то момент он подскочил к Кариану и с силой боднул вампира в бедро, едва не сбив с ног. Кариан устоял, но сбился с шага и выругался так, что я уткнулась лицом ему в спину, чувствуя, как меня заливает удушливая краска стыда. Даже грузчики в моем мире так не выражались. Волк снова его пихнул.

 — Да ты сдурел??? Я сейчас или Сашу уроню, или мы с ней угодим к яугаешьсиануру в пасть!

Новый толчок в бедро заставил Кариана споткнуться. И я с ужасом поняла, что действительно могу свалиться с его плеча от таких волчьих маневров. Судорожно вцепившись в одежду вампира, я в свою очередь рявкнула на волка:

 — Чего ты добиваешься? Чтобы мы свернули?

От злости голос прорезался. И я хотела продолжить фразу и сказать, что поворот может привести нас прямо в пасть к агрессору. Что нужно бежать вперед. Но волк вдруг кивнул здоровенной башкой. Я уставилась на зверюгу:

 — И что там? Убежище? Шанс убежать от нападающего?

Выговорить название твари я не могла даже про себя. Но волк меня понял и снова кивнул. Посмотрев на волка еще с секунду, я нерешительно позвала:

 — Кариан!.. Он хочет, чтобы мы свернули! Там не то убежище, не то проще скрыться. Я не понимаю.

Вампир даже головы не повернул:

 — Если уверен, что так лучше и безопасней, то вперед! Показывай дорогу! Я за тобой! Саша, держись!

Меня и так мотало и колотило, даже несмотря на то, что я до онемения пальцев вцепилась в одежду Кариана. Перед глазами уже плясали красные круги. Меня подташнивало. И я благодарила всех богов, что не успела позавтракать. Иначе, страшно даже подумать, что было бы, если бы меня вывернуло в то время, когда я висела на плече у вампира.

Волк каким-то немыслимым образом извернувшись, оказался впереди нас. Теперь вампиру, как мне показалось, бежать стало сложнее. Дорога явно пошла в гору. В той стороне, откуда мы прибежали, снова что-то грохнуло. И я с содроганием заметила, как вдалеке медленно завалилось несколько деревьев. Мелькнуло что-то серо-багровое. И я не сдержалась:

 — Он нас догоняет!

От ужаса невозможно было вдохнуть. Неужели эта тварь целиком вылезла из-под земли? Если там щупальце длиной не один десяток метров, то какого же размера сама тварь? Рассказать это мне было некому. Кариан был занят тем, что петлял между деревьев, становившихся все более редкими, забираясь на непонятную гору. Волк огромными прыжками мчался где-то впереди нас. Я так думала. Потому что оборотня мне видно не было. Зато я сразу увидела, как не далее, чем в десятке метров от нас вдруг снова лопнула земля, выпуская очередное щупальце.

В первое мгновение я задохнулась от ужаса. Как??? Как оно нас нашло? И до куда будет преследовать? А щупальце, чуть-чуть поизвивавшись в воздухе, словно пробуя его на вкус, на миг замерло, определив, в какой стороне мы находимся. Словно указывало: «Там!» Я завизжала одновременно с его броском в нашу сторону:

 — Кариан!!!! Сзади!! Оно сзади!!

Мне показалось, что вампир подо мною вздрогнул. Но, к счастью, даже не сбился с шага. Меня по-прежнему мотало и колотило о его спину, не смотря на все мои усилия удержаться в одном положении. Периодически ветки больно хлестали по телу. Я не возмущалась, я радовалась тому, что это самое тело хотя бы прикрыто тканью. А не то, скорее всего, я бы уже превратилась в одну сплошную рану.

Рядом что-то свистнуло, потом глухо ухнуло, и меня обсыпало мелкой крошкой коры дерева. Не сдержавшись, я чихнула. А потом застыла, не обращая уже внимания на чувствительные удары о спину вампира. До меня дошло, что случилось: это щупальце нас нагнало и пыталось вцепиться в меня. Но врезалось в ближайшее дерево.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Сердце екнуло и пропустило удар. Кое-как извернувшись, я подняла голову и… Нет, не заорала. Сил на крик уже не было. Я только изо всех сил вцепилась Кариану в спину. Как в кино в моем прежнем мире показывали замедленную съемку полета пули к жертве, так и тут, мне показалось, что точно так же прямо в меня летит серо-багровое щупальце. Неужели конец?

Я не могла оторвать глаз, наблюдая, как приближается ко мне щупальце. Как там по канонам положено? Вся жизнь должна промелькнуть перед глазами? Ага! Как раз тот случай! Ничего у меня перед глазами не мелькало. Только невероятная злость душила за то, что опять так и не смогла найти свое счастье. А еще в груди горел страх. Умирать внезапно, как там, в палате у дочери, оказалось не страшно. А вот смотреть в глаза смерти…

В лесу царил полумрак. Густые кроны деревьев над головой и еще не вставшее солнце не давали сумраку рассеяться. Но когда вокруг резко наступила почти полная темнота, я по глупости решила, что просто ослепла. Тем более, что это сопровождалось немалым грохотом. Как будто где-то что-то взорвалось.

Кариан сначала замедлился, потом остановился совсем. Пощелкал в темноте пальцами и пробормотал:

 — Вот это новость…

 — Что такое, вампир? — Чуть рычащий голос и чье-то тяжелое дыхание напугали. — Что тебе не нравится? Яугаешьсианур сюда не пробьется. Ты не хуже меня знаешь, что он сильно зависит от магии!

Кариан хмыкнул:

 — Угу. А тут магии нет. И мы сидим, как крысы в капкане. Червь обрушил скалу. Мы в ловушке.

Кариан со вздохом снял меня с плеча и поставил на ноги, придержав, чтобы не упала. А у меня, то ли от резкой смены положения, то ли от осознания безысходности, закружилась голова. Инстинктивно найдя в темноте руку вампира, я до боли вцепилась в нее:

 — А где мы вообще?

Мой голос оказался хриплым, и напоминал скрип старого и полуразвалившегося механизма. Впрочем, чувствовала себя я соответственно. Все тело болело, ноги были как ватные, голова кружилась. Я цеплялась за вампира, как за последнюю ниточку, связывающую меня с этой жизнью. В полной темноте, окружающей меня, так, собственно, оно и было. И я с облегчением, не думая, какие мысли это может вызвать у вампира, прижалась к нему всем телом.

На мой вопрос, как ни странно, ответил оборотень:

 — Мы в заброшенной шахте по добыче ассилурия. Это такой металл, полностью блокирующий магию. Весьма ценится не только в судебно-правовой системе, но и при изготовлении предметов, на которые ни при каких условиях нельзя влиять магией.

Вот тебе, бабушка, и Юрьев день! Я так удивилась услышанному, что даже страх отступил. Выходит, наши фэнтезисты свои адамантии и прочую ересь не с пустого места выдумали? Впрочем, долго удивляться мне не пришлось.

Кариан хмыкнул и проворчал:

 — Ключевая информация для нас — что шахта заброшена. Если ты, блохастый, не в курсе, то я расскажу: шахту забросили не потому, что жилу полностью выбрали. Если ты не заметил, то магия мне тут не подчиняется. Ее попросту тут нет. — Я замерла, попой чувствуя грандиозную гадость. И не ошиблась: — Добычу прекратили из-за того, что в штольнях появилась странная аномалия: стали пропадать рудокопы. Некоторые исчезли совсем. Их так и не нашли. Даже их останков. Некоторые появились на территории других королевств. Даже к нам парочка гномов забредала. Помнится, наши очень удивились такому рассказу и решили, что рудокопы или надышались чего-то, или наелись. Потому что они упорно доказывали, что как обычно утром спустились в шахту, а когда понадобилось выйти, то выход вывел их прямиком на нашу территорию. А поскольку магией на добытчиков ассилурия воздействовать бесполезно, руда все равно все вытянет, то в блуждающий портал или что-то похожее никто не поверил.

 — Хммм… — Оборотень фыркнул в темноте. — Не знал. Но если это правда, то у нас есть шанс проверить это на собственной шкуре. Даже к эльфам выйти несоизмеримо лучше, чем в объятия к земляному червю.

Кариан преувеличенно громко вздохнул:

 — Чем ты слушаешь? Рудокопы шли на выход. А не куда-то в другую сторону. По всем документам и по всем показаниям свидетелей вход\выход в шахте один. И сейчас он завален!

Я осторожно погладила Кариана по руке, к которой прижималась:

 — Ребята, не ссорьтесь. Вы правы оба. У нас действительно есть крохотный шанс спастись и не попасть на обед к тому чудовищу, — кстати, глухие удары снаружи слышались до сих пор, и я постоянно от них вздрагивала, — но если будем стоять на месте и ждать с моря погоды, то профукаем и его.

Несколько секунд было тихо. А потом ладонь Кариана легко погладила меня по щеке, и вампир протянул с сожалением:

 — Саша, у нас нет ни еды, ни воды. В таких условиях даже я долго не протяну.

 — Но, если будем стоять тут и ждать, пока то чудовище уберется восвояси, не факт, что времени пройдет меньше. Да и не факт, что мы сможем разобрать завал.

 — Ты права… Поэтому, мы попытаемся куда-то выйти. Вот только…

 — Я понимаю. Но выбора-то особого и нет. Если бы не эта шахта, нами бы уже плотно пообедали. Или позавтракали.

 — Увы, но ты опять права. — Кариан по-прежнему ласково гладил меня по лицу кончиками пальцев. — Но я за тебя боюсь. Ты очень хрупкая. А я, как назло, не могу даже простейший осветительный огонек создать.

 — Ничего. — Я улыбнулась в темноту. — Думаю, с твоей помощью, шею я не сверну. Остальное не так важно.

На самом деле я так не думала. И те крохи уверенности, которые у меня были, быстро растерялись по дороге, стоило нам только сдвинуться с места.

Наш преследователь снаружи по-прежнему методично бился о скалу, но с каждым пройденным метром эти удары становились все глуше. Дорога под ногами была относительно ровная. Но очень уж много попадалось на ней камней и щебня. Так что я постоянно спотыкалась и временами практически висела на руке Кариана. И тихо удивлялась, как в полной темноте парни умудрялись идти, не задевая стен. А то, что они действительно видели дорогу, стало понятно, когда Кариан потянул меня влево, заставляя свернуть. И вот тут-то у меня сердце и укатилось в пятки.

Я запнулась на месте, едва вписавшись в поворот. И случилось это не от того, что я не видела, куда ставить ноги. Наоборот. Тут уже было достаточно светло для того, чтобы различить мелкие камушки под ногами. А свет, как я поняла, исходил из стен и потолка. В общем, от камня. Совсем, как в том проклятом видении, которое я видела последним. В воде. Утешало одно — в моем видении мы с Карианом были вдвоем в каком-то очень узком проходе. А здесь коридор был достаточно широк, чтобы поперек него смело стали человека четыре. И впереди нас шел оборотень в человеческой ипостаси. В моем видении этого не было. А значит, был шанс на то, что видела я другую ситуацию.

Очень скоро я напрочь утратила и чувство времени, и чувство направления. Коридор извивался, будто пьяная змея. Мне уже давно казалось, что мы идем по кругу. Я даже решилась спросить об этом у Кариана. Вампир пожал плечами и промолчал. Ответил оборотень, который шел впереди, сверкая в сизо-фиолетовом мареве крепкими ягодицами:

 — Если ходим по кругу, значит, скоро выйдем туда, откуда пришли. Ответвлений-то у шахты не было!

Перевертыш был прав. Света от камней было достаточно даже для меня, пропустить боковой ход мы бы не смогли. А значит, если чувство хождения по кругу у меня возникло не на пустом месте, да и не у меня одной, скоро мы выйдем туда, откуда начали свой путь. Или не совсем туда, если рассказ Кариана не сказочка, чтобы успокоить мои нервы.

Однообразие обстановки утомляло. Если бы не то, что я постоянно спотыкалась, я бы решила, что мы стоим на месте, а не идем. Поначалу я еще пыталась приглядываться, чтобы, вроде как, запомнить дорогу. Но стены были практически идентичны: не гладкие, но очень ровные, словно умелым мастером обработанные, лишенные какого-либо узора, без малейшей трещинки или изъяна. Все разнообразие составляли камни под ногами. Иногда по нескольку метров не попадалось ни одного крупного на полу. Иногда — их были целые нагромождения, почти кучки. И все это без какой-либо системы и правильности повторов.

Единственное, за чем я не наблюдала — это потолок. Но только потому, что я и так слишком часто спотыкалась, даже глядя себе под ноги. Если еще и буду таращиться на потолок, то вампиру точно придется меня взять на руки, чтобы не свернула себе шею. А Кариану и так сегодня уже досталось. Не хотелось бы еще заставлять его тащить меня на себе пока передвигаемся в относительной безопасности под землей. Но очень скоро я пожалела о том, что шла ногами и не смотрела вверх. Как сглазила.

Он свалился на шедшего впереди оборотня откуда-то сверху. Не то паук призовых размеров, не то осьминог. Отвратительного, грязно-белесоватого цвета, он моментально облепил верхнюю половину туловища перевертыша. Оборотень заорал и, кажется, начал меняться, очертания его тела поплыли. Но не успела я даже моргнуть, как все изменения исчезли, тело обрело четкость, обмякло и упало. Крик оборвался.

Кариан резким и болезненным рывком за руку запихнул меня себе за спину и выдохнул:

 — Саша, беги!.. Так быстро, как только умеешь!

Бегать я не умела. Вообще. На уроках физкультуры всегда получала самый низкий проходной балл. И то, из жалости. От тычка Кариана я по инерции пролетела пару метров вперед, запуталась в собственных ногах и замерла, с трудом удержав равновесие. Шагов за спиной слышно не было. Только какая-то возня.

У меня похолодело на сердце. Вампир умел двигаться бесшумно, но сейчас я была практически уверена в том, что Кариан за мной не последовал. Медленно, очень медленно, заранее ужасаясь того, что могу увидеть, и абсолютно не зная, как поступить, когда увижу, я повернула голову и оглянулась через плечо. И забыла, как нужно дышать.

Кариан, вместо того чтобы последовать собственному совету, бросился с голыми руками на спруто-паука. Тварь, наполовину оплетающая щупальцами тело неподвижного волка, теперь пыталась прихватить и вампира. А он голыми руками отрывал студенистые, бешено изворачивающиеся куски плоти монстра. Меня затошнило. Больше всего на свете это напоминало не то осьминога, не то кальмара. Чувствую, на морепродукты я теперь и не взгляну. Если выживу.

Я замерла в нерешительности посреди коридора. Не в состоянии последовать приказу вампира и бросить его тут одного. И понимая, что помочь Кариану я ничем не смогу. А монстр все больше переползал с волка на вампира. Все больше кусков оторванной плоти и разорванных щупалец валялось вокруг. Один даже долетел до меня. И с минуту извивался у моей левой ноги, будто желал добраться до моего тела. Я наблюдала за ним с каким-то нездоровым любопытством. А обрывок щупальца, так по сути и не сдвинувшись с места, постепенно затих. А потом… стал таять на моих глазах словно кусок масла на сковородке, оставляя после себя маслянисто поблескивающую лужицу.

Пока я, как последняя дура, изучала кусок странной твари, я не смотрела на Кариана. А когда все-таки перевела на него взгляд, то не смогла сдержать облегченного вздоха: Кариан хоть и пошатывался, но стоял на ногах. А туша спруто-паука уже начала таять так же, как мгновением ранее растаял кусок его щупальца.

Кариан поднял на меня усталый взгляд:

 — Саша, ты будешь когда-нибудь меня слушаться?

Я не смогла не улыбнуться. Ноги сами собой понесли меня к вампиру:

 — Буду! — Поскользнувшись на маслянистых остатках туши, я буквально влетела в объятия Кариана. — Обязательно буду! Но сейчас я просто не смогла оставить тебя одного!

Вампир иронично дернул уголком рта:

 — Я весь в слизи крхтара, и ты испачкаешься. — Но тем не менее, он охотно обнял меня за плечи и аккуратно прижал к своему боку: — И чем бы ты мне смогла помочь? Кроме меня еще буквально пять-шесть вампиров да тролли в состоянии справиться с этой дрянью. Крхтары иммунны к магии. Чем больше бьешь крхтара магией, тем больше он растет. А потом делится. И тебя атакует уже два крхтара. Единственный способ его победить — это вырвать то, что заменяет монстру сердце. Все остальное бесполезно. Хоть на салат его нашинкуй, а он все равно будет стремиться выпить твои жизненные силы и магию.

Я почувствовала, как Кариан зарывается лицом мне в волосы и жадно вдыхает. А потом, спустя всего мгновение, его губы скользнули у меня по виску. И внутри меня что-то тоненько запело. Какая-то ниточка, идущая, кажется, прямо из сердца. Ощущение невероятное. Очень и очень приятное, ликующее. Но совершенно неуместное. И чтобы отвлечься, чтобы не сотворить то, что обычно делают блондинки в голливудских блокбастерах после того, как герой их спасет, я иронично фыркнула:

 — И откуда ты только такие выражения знаешь: нашинковать салат? Ты же вроде говорил, что ты аристократ и герцог?

Кариан хмыкнул:

 — Потом как-нибудь расскажу. Пошли отсюда. Время уходит, нужно найти выход из этого проклятого подземелья.

Я хотела возразить, что одно другому не мешает. Что можно идти и разговаривать. Но тронувшийся с места вампир шел неуверенно, пошатываясь. Временами Кариан не обнимал меня за плечи, а наваливался на меня. Не сильно, но ощутимо. Видимо, схватка с кхр-как-его-там отняла у вампира последние силы. А потому я решила промолчать.

Сколько мы так брели, сложно сказать. В подземелье время словно остановилось. Только вампир с каждым метром все больше и больше спотыкался и уже практически опирался на мое плечо. Я начала беспокоиться и украдкой поглядывала на его лицо. Бисеринки пота на висках и ставшая серой некогда смуглая кожа пугали. Что-то было не так.

Я почти решилась задать этот вопрос вслух. А также предложить остановиться и передохнуть. Когда за очередным поворотом коридор вдруг резко сделался уже, слишком сильно напоминая место из моего видения. И одновременно Кариан запнулся и начал падать.

Только благодаря тому, что его рука по-прежнему лежала у меня на плечах, у меня получилось хоть немного притормозить его падение и не дать удариться головой. Хотя сама при падении болезненно ударилась коленками о каменный пол. Но я практически не обратила на это внимания. Куда важнее для меня было состояние Кариана. А собственная боль — это ерунда, заживет до свадьбы. Если это событие когда-то настанет.

— Кариан!.. — Плащ вампира остался еще в разоренном червем лагере. Темная верхняя одежда, то ли куртка, то ли еще что, сильно пострадало в бою со спруто-пауком, и сейчас я, путаясь в непривычных завязках черной же рубашки, пыталась добраться до его тела. — Что с тобой? Ты… Ты ранен?

Фиолетового марева, источаемого каменными стенами, было достаточно, чтобы видеть куда идешь. Но совершенно недостаточно, чтобы точно оценить состояние. Как назло, тесемки, выполняющие роль застежки, никак не хотели поддаваться и скользили в моих пальцах словно мокрые. Я уже начинала паниковать, когда темные пушистые ресницы вампира дрогнули, и на меня глянули помутневшие и потускневшие глаза Кариана:

 — Извини… я тебя подвел… — Я оцепенела. Что?! — Оставь меня тут... Ищи выход… ты должна жить…

Ресницы, словно свинцовые, упали на щеки вампира. А меня затопила паника. Что?!. Как?!. Уже практически не сомневаясь в том, что сейчас увижу, я отчаянно рванула ткань на груди Кариана. И проклятые завязки наконец поддались. Обнажая кровавую рану и выглядывающие из нее словно зубы, осколки костей. И из моей груди вырвался тоскливый вой:

 — Не-е-ет! Помогите, кто-нибудь!

Дурацкие слова. Никому здесь не нужные. В этих катакомбах лишь я и умирающий Кариан. Ну, может быть, еще какие-нибудь монстры. Но они точно не помогут. Я в отчаянии оглянулась:

 — Мара! Мара! Ты обещала прийти, если позову!

У меня даже уши заложило от воющего эха, прокатившегося по коридору. И как озарение, в глубине сознания всплыли слова богини: «Тебе жалко немного крови для своего телохранителя?»

На меня накатило какое-то судорожное, странное состояние. Я снова вцепилась в вампира и принялась его трясти:

 — Кариан! Кариан, очнись! Возьми у меня кровь! Кариан, не смей умирать! Я же без тебя тут попросту подохну!

Вампир не реагировал. Даже ресницы не дрожали. И меня снова затопило отчаяние. Мне ни капельки не жалко для Кариана крови, но как его напоить? Я же даже оцарапать себя не могу! И тут меня осенило.

Падая, я сильно ударилась коленями, наверняка их разбила! Кое-как поднявшись на ноги, я провела внутренней стороной запястья сначала по одной коленке, затем по другой. А потом, стараясь не думать, что я там собрала вместе с предполагаемой кровью, я сунула запястье под нос вампиру:

 — Ну же! Давай! Пей!

Некоторое время, мне показалось — целую вечность, ничего не происходило. Кариан не шевелился, не говоря уже о том, чтобы взять у меня кровь. Горло мне перехватило спазмом. Ну как же так? Не могла же Мара мне соврать? Или могла? Из горла вырвался всхлип. И я почувствовала, как у меня опускаются плечи. Ни на что я не годная! Бесполезная, жалкая, слабая! Не достойная второго шанса на счастье!

Наверное, это плохо. Но у каждого человека есть свой запас прочности. И я предела своего, кажется, достигла. В этот момент я решила, что раз так, то я остаюсь тут, в подземелье. Какой смысл пытаться грести против течения, если буквально весь мир ополчился против меня?

Уже больше не обращая внимания на то, что касаюсь испачканным запястьем лица вампира, я начала гладить подушечками пальцев ставшее дорогим лицо. Чего врать самой себе? Именно рядом с Карианом я хотела бы провести остаток своей второй жизни. Стать ему женой я и мечтать не смела. Что бы там ни писали в фэнтезийных книжках, а Кариан — герцог, аристократ. Наверняка, если бы Мара не вменила ему в обязанность выплатить таким способом ей долг, вампир бы на меня даже и не глянул. А все те обычаи, про которые мне тут твердили — это мерзость. Как я могу кого-то заставить жениться на мне? История предыдущей Призванной яркий тому пример. Но я, в отличие от той девчонки, согласилась бы даже на роль любовницы. Если бы у меня был такой шанс.

Всхлипнув, я погладила высокую скулу вампира. Удивительно, но у Кариана я никогда не замечала щетины, словно у него и вовсе не росли волосы на щеках. Кожа была такая гладкая, что даже я завидовала.

Сейчас мне никто не мешал делать то, что хотелось, но я не смела. Я перестала замечать, что происходит вокруг. Вся ушла в тактильные ощущения. Наверное, поэтому пропустила то мгновение, когда мир словно мигнул. Я не поняла, что произошло, но в один миг оказалась спиной на земле, а сверху меня придавило тяжелое тело. В следующее мгновение в шею что-то болезненно воткнулось, и я невольно вскрикнула.

Болезненные ощущения быстро сошли на нет. А следом пришло понимание: это не очередной монстр свалился с потолка на меня, это пришел в себя Кариан. Облегчение, которое принесла эта мысль, смыло остатки болезненных ощущений и немного привело меня в чувство.

Что там Мара говорила по поводу количества крови, которое может выпить раненый вампир? Пол литра? Мне показалось, что Кариан сделал не более двух глотков, а потом замер. Пара секунд, и его вздох опалил ставшую почему-то невероятно чувствительной кожу:

 — Саша… — Почему-то в его голосе мне почудилась тоска и обреченность. — Прости, я не должен был… Проклятый инстинкт выживания!

Кариан легко поднялся на ноги, поднимая меня за собой. Голова слегка закружилась. Из-за слабости я невольно вцепилась в его плечи. Это еще что за новости? Мне чудится после всех приключений? Или он в самом деле жалеет о произошедшем?

Слова слетели с губ сами собой:

 — Не смей извиняться за то, что выпил мою кровь! — Ух ты, а я и не знала, что умею так шипеть! — Если тебе обязательно нужно за что-то попросить прощения, — я рассержено вглядывалась в ставшие вновь полуночными глаза, — тогда извинись за то, что чуть не помер тут и едва не оставил меня одну!

Кариан поджал губы, но я уже не могла остановиться. Меня куда-то несло, куда — я не знала сама. Понимала, что обижаю вампира, делаю ему больно, но замолчать, проглотить обидные слова оказалось выше моих сил:

 — Неужели ты не понимаешь, что я без тебя тут бы просто подохла! Ты настолько эгоистичен, что не в состоянии…  

Каждое свое слово я сопровождала ударом ладоней по груди вампира, почему-то напрочь позабыв о том, что совсем недавно на том месте, куда я била, находилась сквозная рана с обломками костей. Но в один прекрасный момент до меня дошло, что я делаю, и я отпрянула в сторону, не придумав ничего лучше, чем зажать себе рукой рот.

Кариан грустно усмехнулся:

 — Не бойся. Твоя агрессия — это последствие вынужденного донорства.   Ты сегодня ничего не ела, перенервничала, очень устала. Вот все и видится в черном свете. Но это пройдет. И я не обижаюсь.

Стыд ожег словно плетью. Дожилась ты, Сашка! Докатилась! Я медленно опустила руку и робко заглянула в полуночные глаза. Словно спрашивая: точно не обижается? И утонула в них. Теплота, грусть, нежность словно тараном ударили меня под дых. Я всхлипнула и бросилась к вампиру на шею:

 — Прости! Прости! Прости! Я — дрянь! Невоспитанная гадина! Я не хотела тебя обижать! Я просто очень сильно испугалась! А оно само как-то вырвалось…

Слезы горохом покатились из глаз. Кариан шумно вздохнул и, обняв меня в ответ, осторожно прижал к себе:

 — Не говори ерунды, Саша. Ты не такая. Ты вообще большая молодец. Столько опасных приключений пережила молча! Другая бы на твоем месте уже бы каталась в истерике и требовала обеспечить ей безопасность. — Кариан зарылся лицом мне в волосы и глухо продолжил: — Что касается того, что я не хотел брать у тебя кровь… — Вампир аккуратно отстранил меня от себя. — Саша, посмотри на меня! — Он дождался, пока я нехотя подняла на него глаза, и только тогда продолжил: — После того, как человек, эльф, оборотень или кто-либо другой добровольно отдаст вампиру кровь, у него на ауре появляется метка. И ее видят все маги. Это не магия, это чистая метафизика. Но вот к тем, кто добровольно становятся донорами, те же эльфы относятся с презрением. Даже не как к слугам, а как к рабам. Теперь понимаешь, почему я не хотел для тебя такой участи?

 — Ну и пусть! Пусть видят! Мне плевать на эльфов, — с облегчением прошептала я и прижалась опять к такой надежной груди, — и плевать на их мнение. Пусть презирают, если им так хочется. Нужда заставит — все равно приползут. Метка, так метка. Главное, ты живой...

Последние слова сорвались с губ сами собой, я даже не успела над ними подумать. Кариан вздрогнул. Подцепив пальцами мой подбородок, он осторожно, но властно заставил меня поднять лицо и посмотреть ему в глаза. Мне стало неловко. Я тут ему кучу гадостей наговорила, а он… Мысль оборвалась, так и не успев оформиться до конца. Кариан накрыл мои губы своими.

В первое мгновение я даже не поняла, что произошло. А потом… Потом губы словно огнем обожгло. Я даже невольно тихонько застонала. Вампир, кажется, воспринял это как приглашение. Еще ни разу в жизни, ни в той, ни, тем более, в этой, меня так нежно и так жадно не целовали. Кариан будто пил меня. Словно обессилевший от жажды путник припал к живому роднику. Сердце в груди заполошно колотилось. И мне отчаянно хотелось, чтобы он прижал меня к себе еще крепче, еще сильней. Целовал еще более неистово и пылко. Я хотела пропитаться этим мгновением навек. Чтобы, если такое больше не повторится, сохранить в сердце драгоценные воспоминания.

Кто из нас первым прервал поцелуй, сказать сложно. Я опомнилась на груди у вампира. Кариан крепко прижимал меня к себе. Словно боялся, что я сгину, растаю. Мое сердце все еще колотилось так, словно желало проломить ребра и вырваться на свободу из плена грудной клетки. Губы горели. То ли от неуемных ласк, то ли требовали продолжения.

 — Саша… — Голос вампира был едва слышен. — Нам нужно идти. Для тебя слишком опасно оставаться под землей без воды и пищи.

Я согласно кивнула, мазнув носом по расхристанной, перепачканной рубашке. Но какое это имело значение? На свое платье я боялась даже смотреть. Но и мы не на великосветский прием собирались.

 — Идем.

Кариан хмыкнул мне в волосы, а потом легко подхватил на руки и пошел вперед. Я ахнула:

— Ты с ума сошел? Тебе нельзя! Ты же только что был ранен!

Вампир даже не замедлился:

 — Твоя кровь меня полностью восстановила. И вынести тебя отсюда на руках — это самое малое, что я могу после такого для тебя сделать.

Я нахмурилась:

 — Не болтай ерунды. Я…

Кариан меня перебил:

 — Это не ерунда. Это то, что я ощущаю сердцем.

Что можно возразить на такую постановку вопроса? Вот и я не нашлась, что сказать. И какое-то время Кариан шагал молча. Сколько — сложно сказать. Может быть, час, может быть, десять минут. Я, наверное, задремала, прижавшись к его сильному плечу и обнимая за шею. Не хотелось думать, не хотелось смотреть по сторонам в ожидании очередной опасности. Хотелось надеяться, что дальше все будет только хорошо и замечательно. Что отпущенный нам лимит испытаний на этой земле уже подошел к концу.

К счастью, я не ошиблась.