Глава 13
Вампирши, и мать, и дочь, заметили мою реакцию и переглянулись. Марта осторожно поинтересовалась:
— Что-то не так, госпожа Призванная?
А я стояла, смотрела на ворох шелка в ее руках и не могла быстро придумать ответ. По всему выходило, что, раз я увидела сцену у фонтана, то это чем-то важно. И это что-то, судя по предложенному платью, произойдет сегодня.
На этот раз я не увидела ничего чересчур жуткого, больше испугалась, когда и в своем видении, и наяву свалилась в воду. Поэтому способность мыслить рационально, в отличие от прошлых видений, меня на этот раз не покинула, и я судорожно соображала, глядя на роскошную пену шелка в руках Марты, что же мне ответить и как далее поступить. Озарение пришло внезапно.
Робко улыбнувшись, я прикусила губу:
— Нет-нет! Что вы! Все в порядке! Просто… Такая роскошная ткань… Я не заслуживаю…
К счастью, точно подбирать фразы мне не пришлось. Облегченно вздохнув, услышав мой глупый лепет, Марта додумала все сама и заулыбалась:
— Что вы! Во-первых, этот шелк ткут на территории нашего королевства. Соответственно, стоит он сущие копейки. А во-вторых, младшая из моих близняшек, Одетт, мечтает стать знаменитой на весь наш край модисткой, вот и тренируется. Фасоны она придумывает сама. На ткани и нитки тоже уже зарабатывает сама, несмотря на то что ей всего семнадцать лет. — В голосе Марты слышалась неприкрытая гордость. — Большинство нарядов, сшитых ее руками, разлетаются, как горячие пирожки. Иногда наши местные модницы за них просто дерутся! — Еще один добродушный смешок и Марта, подойдя к стоящей в углу ширме, аккуратно развесила на ней принесенное платье, любовно разгладив все складочки. — Но несколько платьев подзадержались. Например, вот это Одетт пошила так, чтобы оно открывало дамские щиколотки. — Вампирша обернулась ко мне и округлила глаза. Софи хихикнула. — Но ведь это совершенно неприлично! Поэтому платье так и висит. Уж сколько раз мы предлагали Одетт пришить снизу оборку или волан! Платье сразу бы продалось! Ведь красивое же, согласитесь! — Я с улыбкой согласно кивнула. Платье и вправду было шикарным. Марта вздохнула и покачала головой: — Нет, дочка уперлась: не стану уродовать модель, и точка! Наверное, она знала, что в нашем доме однажды появитесь вы, миледи, и что вы будете значительно ниже нас, вампиров, ростом. — Марта хитро улыбнулась: — Вам это платье подойдет идеально! И по росту, и по модели! Вы в нем будете выглядеть, как настоящая принцесса! Его светлость будет сражен!
Я ничего не смогла с собой поделать. От одного только упоминания Кариана мое глупое сердце радостно встрепенулось и ударилось о ребра, а щеки порозовели. Естественно, моя реакция от вампирш не укрылась. Мне захотелось провалиться сквозь землю от неловкости, когда мать и дочь обменялись понимающими взглядами. И Софи засуетилась:
— Я вам помогу, леди Александра! — Она схватила полотенце из стопки приготовленных и мягко подтолкнула меня к низенькому табурету: — Я умею все, что должна уметь хорошая камеристка! Вот увидите: вы будете самой роскошной красавицей в нашем мире!
Усадив меня, Софи принялась энергично вытирать мне волосы полотенцем, непрерывно что-то щебеча о том, что всегда хотела стать камеристкой знатной дамы, что знает и умеет все, что положено, и меня не подведет. Марта, понаблюдав за нами пару минут, довольно улыбнулась и вышла, тихо притворив за собою дверь. А я задумалась.
Собственная реакция на одно только упоминание Кариана меня поразила. Нет, я не обманывалась на это счет, еще до подземелья я поняла, что вампир для меня гораздо больше, чем просто нравится, что он мне дорог. Когда и как так случилось — было непонятно. Да, собственно, уже и не важно. Еще в подземелье я поняла, что хотела бы остаться у вампиров не только потому, что единственный знакомый мне представитель этой расы повел себя адекватнее остальных в отношении меня. Там, в шахте, возле умирающего Кариана, я осознала насколько мне он дорог. Но даже не надеялась занять место подле него. А теперь, после случайной фразы Марты, во мне неожиданно разгорелась надежда. Неужели у меня есть шанс? Почему Марта вообще об этом заговорила? Заметила что-то в поведении Кариана? Но она его не видела. Хотя, вполне могла слышать, о чем Кариан говорил с ее мужем. Или я, как всякая влюбленная дурочка, уже воображаю себе то, чего нет на самом деле? Могло ли быть так, то Марта заговорила об этом наобум и случайно попала в цель?
Вопросов было столько, что у меня очень быстро пошла кругом голова. Я вообще не считала себя опытной в сердечных делах. Хоть и побывала замужем. А тут еще накладывалось незнание местных реалий. Кариан — аристократ, герцог. Я рядом с ним — сродни поломойке. Пользоваться привилегией Призванной самой выбрать себе мужа в случае с Карианом я решительно не хотела. Не хочу, чтобы он был со мной только из-за долга! Но есть ли у меня хоть один шанс на чувства?
Софи к этому времени закончила подсушивать мои волосы полотенцами и взялась за расческу:
— Какая жалость, что нельзя завить локоны магией! С локонами прическа была бы еще шикарнее! Миледи, а на вас теперь всегда нельзя будет воздействовать магией? У меня с бытовыми заклятиями все просто отлично. Я бы вам такие роскошные прически делала с магией! И можно было бы добавить немного блеска…
Софи мечтательно закатила глаза. А я прищурилась, разглядывая ее в зеркале. Темноволосая вампирша была высокой и очень худенькой. Поставив в уме ее рядом со мной, я предположила, что ее рост не менее метр восемьдесят. Живые карие глаза сверкали от восторга. Губка прикушена от усердия. Софи ловко собирала на расческу пряди моих волос, аккуратно закручивала их по спирали каким-то хитрым жестом и искусно закалывала шпильками, формируя прическу.
Поймав в зеркале мой взгляд, Софи улыбнулась:
— Я уже почти закончила. Сейчас еще пару шпилек, и будем одеваться.
И тогда я решилась. Надеюсь, я не допускаю ошибку, и, если что, все можно будет исправить. Но Софи говорила, что мечтает уехать в столицу, а значит, должна из кожи вон лезть, чтоб угодить. Да и мне очень нужна если не подруга, то хотя бы помощница, с которой я могла бы посоветоваться. Вот хотя бы узнать, есть ли тут увиденный мною фонтан и, если есть, то, как к нему попасть.
— Софи, — я встретилась взглядом в зеркале с карими глазищами вампирши, — я тебя правильно понимаю, что ты хотела бы уехать в столицу и пойти работать камеристкой к какой-нибудь знатной даме?
Софи порозовела и потупилась. Но согласно кивнула.
— Я не знатная дама, — тут я вздохнула, — хоть мне и говорят, что мой статус выше аристократии. Но мне нужна помощница. Я могу забрать тебя с собой. А если не сработаемся, или, если я соберусь жить в другом королевстве, то обязательно дам тебе хорошие рекомендации, чтобы ты могла найти себе другую работу. Что скажешь? Согласна стать моей камеристкой хотя бы на время?
После секундной паузы, которая ушла у Софи на осознание, вампирша чуть не запрыгала от радости. Ликование так и брызнуло из нее во все стороны:
— Да! Да! Миледи Александра, я готова стать вашей камеристкой навсегда! Готова даже принести клятву верности на крови! Милорд герцог — сильный маг и сможет ее засвидетельствовать, когда вернется! После принесения этой клятвы я не смогу навредить вам даже неосознанно!
Не улыбнуться такому энтузиазму было нельзя, но я все же не смогла не поинтересоваться:
— Софи, а я смогу вернуть тебе эту клятву, отпустить тебя, если, скажем, решу жить в другом королевстве и тебе там будет неуютно? Или же срок моей жизни подойдет к концу? Ты же явно проживешь гораздо дольше меня.
Восторг Софи после моих слов несколько подувял, улыбка сползла с ее лица:
— Нет, клятву вернуть нельзя. Это насовсем. Это же клятва верности… — Чуть запнувшись, юная вампирша неуверенно спросила: — Неужели вы и в самом деле рассматриваете возможность уехать в другое королевство? А как же его светлость герцог?..
Я сама не ожидала, что слова Софи неожиданно полоснут душу такой болью. Мне понадобилось не менее десяти секунд, чтобы восстановить дыхание и собраться с силами для ответа:
— А что его светлость? Насильно мил не будешь. То, что он принес меня сюда на руках, еще ничего не значит. Я же не могу заставить его насильно, правильно? Насколько я знаю, в прошлом подобные поступки Призванных ни к чему хорошему не приводили. А Кариан пообещал Маре хранить меня до того момента, как я определюсь с выбором и пройду обряд. Он ей задолжал.
Софи растерялась окончательно:
— А как же… Я думала… Все же видят метку на вашей ауре…
Я грустно улыбнулась, хоть на сердце и скребли коготками кошки:
— Ах, это… Кариан, защищая меня, оказался смертельно ранен. И поделиться кровью — это меньшее, что я могла для него сделать. Но навязываться и принуждать его я не хочу. Он замечательный и заслуживает счастья…
Софи долго, не меньше минуты, растерянно разглядывала меня. А потом решительно тряхнула толстыми косами:
— Простите, миледи, я, наверное, что-то не так поняла. Я слышала, что рядом с Черным герцогом, даже если он в плаще и с амулетом, находиться совершенно невозможно, его сила просто размазывает по земле. А тут он пришел к нам в дом без плаща и с вами на руках… И мы совсем не почувствовали его силу… Да к тому же вы обращаетесь к друг другу по имени… Вот я и решила… — Она смутилась окончательно и покраснела так, что даже ушки порозовели. — Прошу прощения, я забылась. Но это не меняет того, что я хочу вам служить не временно, а навсегда! Мне все равно, где вы будете жить! Если вы согласитесь, я принесу вам магическую клятву верности, когда вернется его светлость!
Теперь уже опешила я:
— Так Кариан говорил, что на короткое время он может заблокировать свою силу. Ведь он был не только без плаща, но и без амулета. Кажется, последний он потерял в шахтах, когда сражался с какой-то тварью, напавшей на нас. Да и на руках он меня нес из-за того, что я могла поранить ноги на пшеничном поле…
Что-то во всем этом не сходилось. Что-то было не так. Софи молча воткнула мне в прическу последнюю шпильку и так же молча принесла мне белье. Продолжая обдумывать услышанное, я рассеянно сбросила с себя простынь, в которую меня замотала Софи по выходу из лохани и не глядя натянула предложенные тряпочки.
Я понимала, что Софи в своих суждениях опирается на знание общества, в котором живет, его привычек, обычаев, устоев. Мне же этих знаний катастрофически не хватало. Я только ощущала кожей, что что-то не так. А чтобы проанализировать ситуацию по-настоящему мне не хватало информации и знаний. Наверное, все-таки вампирша права в своем желании принести мне клятву верности. Хоть для меня это и дико. Вот сейчас я не решаюсь начать расспрашивать Софи о том, почему она решила, что у меня с Карианом есть будущее. При чем, вампирша в этом была совершенно уверена и колебаться начала лишь после моих слов. А если я буду точно знать, что Софи меня никому не сдаст, то смогу задавать ей любые, даже абсолютно интимные вопросы.
— Миледи?.. — Вопрос от Софи застал врасплох. — Что-то не так?
Вампирша настороженно смотрела на меня, растянув на руках принесенное Мартой платье так, чтобы мне было удобно его надеть, не порушив прическу. Оказалось, что я уже с пару минут стою, смотрю на это платье и не двигаюсь. Вот Софи и занервничала.
Я криво усмехнулась:
— Все в порядке, Софи. Я просто задумалась. Кажется, ты права по поводу клятвы верности. Нам обоим так будет комфортней. — Вампирша просияла. — Мне вот сейчас нужна твоя помощь, но я не знаю, как тебе рассказать, как ты отреагируешь.
С этими словами я решительно сунула голову и руки в подставленное платье. Девочке наверняка неудобно и тяжело держать на вытянутых руках такое количество ткани, а я тут ударилась в рефлексию.
Софи ловко натянула на меня произведение Одетт и споро затянула все многочисленные шнуровки, то тут, то там расправляя ткань, чтобы она красивее села:
— Ой, ну посмотрите, миледи, какая вы красавица! Перед вами никто не устоит! Даже жалко, что его светлость отсутствует!
Покосившись на зеркало, я удовлетворенно улыбнулась. Покажите мне женщину, которая не ценит свой внешний вид. Думаю, таких не найдется. Я так точно старалась всегда выглядеть как можно лучше.
Я и так никогда не отличалась особой упитанностью. А блуждание по лесу и приключения согнали с меня последнее, что было. И теперь в зеркале отражалась худенькая большеглазая девушка, с рыжевато-каштановыми волосами, уложенными в элегантную прическу. У меня таких никогда раньше не было. Даже на выпускной парикмахер соорудил мне на голове что-то попроще. К тому же платье… Светло-бежевый, с золотистой искрой корсаж и в тон ему оборки, юбка и пышные, воздушные рукава цвета топленых сливок очень удачно оттеняли мои волосы и глаза. Девушка в зеркале казалась нереально-воздушной, утонченной, изысканной. И счастливой.
Неужели?.. Я неверяще прикоснулась к своему отражению. Неужто я наконец нашла то, за чем так долго охотилась?
— Хотите посидеть на веранде, миледи? — Голос Софи вывел меня из задумчивости. — Можно отправить Полин в кондитерскую на площадь за пирожными. Ой! — Вампирша даже подскочила от восторга. — А вы знаете, леди Александра, что наш кондитер Жан-Жак стажировался в столице? У него получаются просто умопомрачительные пирожные с малиной и со взбитыми сливками!
Софи в восторге закатила глаза. Не поддаться ее энтузиазму оказалось просто невозможно. Так что я тоже заулыбалась.
Неожиданно меня накрыло озарение: можно ведь сочетать две вещи сразу. И тогда не придется никому ничего объяснять! Я ведь просто хочу прогуляться, посмотреть на вампирский город, попробовать пирожных, создатель которых стажировался в столице. А то, что по дороге я нечаянно выясню наличие фонтана в городе, так это чистая случайность!
— У Жан-Жака, — Софи продолжала меня соблазнять, кажется, ей и самой хотелось этих пирожных, — кондитерская в золоте и зеркалах! Говорят, что даже в столице не каждый магазин так богато обставлен, и не каждая ресторция! А еще…
Я усмехнулась:
— Знаешь, Софи, ты так красочно все описала, что мне захотелось самой на все это взглянуть. Давай не будем никуда посылать Полин. Давай возьмем твоего брата в качестве охраны и сопровождения, и сходим сами, прогуляемся! Хочется хоть одним глазком взглянуть на расписанное тобой великолепие!
Наблюдать за эмоциями Софи оказалось забавно. Сначала она с трудом удержалась от того, чтобы не запрыгать на месте от радости. У нее даже руки дернулись, чтобы на эмоциях захлопать в ладоши. Но потом девушка видимо вспомнила, что она уже взрослая и без пяти минут камеристка Призванной, и чинно сложила руки на животе. Хотя ее все равно выдавали подрагивающие от желания расползтись в улыбке губы и сияющие глаза. Справившись с собой, Софи присела в книксене:
— Замечательная идея, миледи! У нас, конечно, не столица, но город очень красивый, вам понравится. А нашим жителям, я уверена, понравится ваш интерес к быту и образу жизни вампиров. Пойдемте, найдем Жака!
Наша с Софи радость и душевный подъем продлились недолго. Стоило только пройти полутемными коридорами и выйти на веранду, как почти сразу все закончилось.
На веранде разгорался скандал. Возлюбленный решил проводить домой Одетт, и сладкая парочка нарвалась в кустах на ничего не подозревающего Жерома. Отец вампирского семейства, увидев подобное неповиновение его прямому приказу, буквально озверел. И сейчас, не желая слушать доводы русоволосого и синеглазого парня лет двадцати пяти, старательно загораживающего собой Одетт, рычал не хуже медведя, медленно наступая на парочку.
Софи попятилась, едва не наступив мне на подол:
— Ой-ей! Одетт попалась! Теперь влетит всем, и маме тоже. Папа, хоть и хотел бы породниться со городским головой Саином, не простит Одетт то, что она пренебрегла его прямым приказом. К тому же, голова Саин не особо хочет видеть в невестках Одетт. У нас с сестрой приданое маленькое.
Я хмыкнула. Побледневшая перепуганная Софи меня не особо впечатлила почему-то. Возможно, потому что я была уверена: мне ничего не грозит. Меня Жером не тронет. Да и Софи сумею защитить. Как-никак, она моя камеристка. А вот ее сестра… Я прислушалась к воплям почтенного Жерома. Он рычал на дочь, что та его опозорила.
— Софи, а что будет, если я посоветую Жерому поженить голубков, раз молодой человек скомпрометировал Одетт? Он вообще достойный жених?
Софи странно на меня покосилась:
— Венсан такой же вампир, как и я, и Одетт. И зачем женить голубков? Отцу дела нет до них. А Венсан — самый завидный жених у нас в городе. Он единственный ребенок городского головы Саина. Так что все, что голова скопил, достанется в итоге Венсану и его супруге.
Я хищно усмехнулась, отмахнувшись от вопросов вампирши. Потом объясню ей значение земных фразеологизмов. Там более, что на нас с Софи уже обратили внимание.
Жером, размахивающий руками и теснящий парочку ближе к веранде и дому, оборвал себя на полуслове, заметив меня и Софи. И вытаращил глаза:
— Простите, госпожа Призванная, мне жаль, что вы стали свидетельницей столь безобразной сцены. Темная госпожа свидетель — я ведь приказал Одетт сидеть дома! Но она меня демонстративно ослушалась. А значит…
Меня осенило, как можно все провернуть. Я мило улыбнулась присутствующим, обошла Софи стороной и спустилась по ступенькам. Все вампиры, кроме Софи, следовавшей за мной по пятам, настороженно на меня уставились. Приблизившись к Одетт и ее возлюбленному, я внимательно их оглядела. Одетт выглядела несколько испуганной, но в ее глазах плескалась решимость. Парень смотрел с подозрением. Я улыбнулась Жерому:
— Представьте мне молодого человека!
Отец семейства нахмурился. То ли его тоже поставил в тупик словесный оборот, то ли не нравилось мое вмешательство в принципе. Но ставить под сомнение мой авторитет он не стал:
— Госпожа Призванная, перед вами единственный сын городского головы Венсан! Венсан, эта леди отдыхает у нас в доме, пока господин герцог де Шейр занят.
Я стояла чуть сбоку от Жерома и Венсана и переводила взгляд с одного на другого. И только поэтому успела заметить мелькнувшее в глазах отца девочек торжество и скользнувшую по лицу Венсана тень. Кажется, парень был поражен. Вопрос чем: упоминанием Кариана или моим статусом? Особо разбираться было некогда. Ласково улыбнувшись, я заглянула в глаза Жерому:
— И вы, Жером, утверждаете, что Венсан скомпрометировал вашу дочь? — Мельник утвердительно кивнул. Венсан открыл рот, чтобы ответить, но я его перебила: — А вы знаете, Жером, в моем мире, если молодой человек так или иначе испортит репутацию незамужней девушки, он обязан на ней жениться. — На меня с надеждой уставились синие глазищи жениха Одетт. О как! Неужели все дело в городском голове? Его не устраивает дочка мельника в невестках? Ну простите, господин городской голова, вы в меньшинстве. — Или же ему придется отбыть тюремное заключение на определенный срок и выплатить огромный штраф. Которой и составит приданое скомпрометированной девицы.
Вот так. Хорошо, что вампиры не могут знать, что этот обычай давным-давно в моем мире канул в лету. А штрафы и тюремная отсидка — это вообще придумано мною на ходу. Но и так Жером смотрит на меня с подозрением. Не верит? Я начала судорожно подбирать аргументы для отца Одетт, но тут молодой Венсан сделал шаг вперед и низко поклонился мне:
— Простите, леди Призванная, я виноват! — Краем глаза заметила подозрительный прищур Жерома. — У меня и в мыслях не было вызвать скандал. Одетт прибежала сообщить мне, что сегодня нельзя отсылать в ее дом магические вестники и остаться она не может, так как занята. Я очень люблю Одетт и скучаю за ней. Чтобы продлить минуты рядом с любимой, я пошел ее проводить. Вот и все. У меня не было плохих намерений, клянусь Темной госпожой! И чтобы это доказать, я готов жениться на Одетт немедленно!
Одетт порозовела и смущенно потупилась. Позади меня кто-то, наверное, Марта, охнул. У Жерома, на которого я смотрела в этот момент, удовлетворенно блеснули глаза:
— Что ж, если ты готов жениться на моей дочери, то сейчас достаточно будет заключить помолвку. Магическую. Чтобы не позорить семьи друг друга поспешной свадьбой.
Венсан кивнул:
— Согласен. — Он тут же поднял руку вверх ладонью вперед: — Я…
— Стойте! — Софи коршуном бросилась вперед: — Папенька, ты забыл? На леди Александру нельзя воздействовать магией!
Венсан ошарашенно посмотрел на меня. В его глазах стыл немой вопрос. Одетт охнула:
— Ой! И вправду! Черн… кхм… Герцог де Шейр нас убьет, если с леди что-то случится!
Теперь уже Жером не радовался, он морщился, глядя на меня, как на досадную помеху. Ну да, еще не дай богиня, помолвка из-за меня сорвется. Я беззаботно пожала плечами:
— Я могу пойти прогуляться пока. Софи и Жак за мной присмотрят. А вы в этот момент сможете воспользоваться магией.
Жером колебался недолго:
— Жак, Софи! Я с вас шкуру спущу, если не углядите за Призванной! Хватит того, что Одетт уже отличилась!
— Господин Жером, я могу еще вызвать свою кузину! — Венсан взволновано приблизился к будущему тестю и положил ему на руку ладонь. — У Мартины очень редкий и, в принципе, бесполезный в обычной жизни дар: она может поглощать любую магию. Ее присутствие рядом с леди Призванной послужит гарантом того, что леди не зацепит шальной магической волной.
Жером согласно кивнул, не вдаваясь в подробности. В его голове, видимо, место было сейчас только для мыслей о помолвке. Так что я уже через минуту покидала двор мельника, радуясь своей первой удачной интриге. Как же, фактически и Одетт замуж отдала, и скоро узнаю, почему мне открылось видение женщины у фонтана.
Кузина Мартина присоединилась к нам, когда мы с Софи и Жаком прошли уже примерно четыре квартала. Вампирский городок меня очаровал. Деревней, как охарактеризовал его Кариан, я бы его точно не назвала. Кругом были каменные дома под разноцветными черепичными крышами. Если в самом начале, так сказать в предместье, они были в основном одноэтажными и с резными наличниками, то чем дальше мы шли, тем больше менялась архитектура. Все чаще попадались двух и даже трехэтажные дома, где первые этажи занимали магазинчики и лавочки. Привыкшая к огромным стеклянным витринам с разноцветной подсветкой, я не сразу распознала в стоящих на подоконниках обычных окон куклах манекены с одеждой. Только когда на глаза попался столик с горкой каких-то непонятных мешочков, гордо красующийся по центру окна, я начала понимать, что все не так просто.
Оказалось, что эти мешочки стоят целое состояние: в них специи. В этом же магазинчике можно было приобрести травяные смеси, заменяющие в этом мире чай. А вот в соседнем помещении располагалась аптека, в которой помимо различных мазей, настоек и порошков можно было приобрести декоративную косметику и косметику по уходу за телом, мыло, «мешочки для свежего воздуха» и даже выпить прохладительный напиток.
Косметикой в аптеке меня нельзя было удивить. Я точно знала, что на земле в дореволюционные времена дело с аптеками обстояли примерно также. А вот «мешочки для воздуха» меня заинтересовали. Софи, хихикая, предложила заглянуть и посмотреть самой. Я не стала отказываться.
Роль аптекаря, вернее, аптекарши, исполняла, как оказалось, подруга Софи Мадлен. Хорошенькая темноволосая вампирша в длинном белом переднике, напоминающем смесь сарафана и школьного фартука времен совдепии, кокетливо стрельнув глазами в Жака, радостно расцеловалась с Софи.
Моя камеристка, не особо вдаваясь в подробности, представила нас:
— Мадлен, это леди Александра, Призванная служить богине Даре. Ей любопытно, что такое «мешочки для свежего воздуха». Покажи нам, пожалуйста!
Мадлен охнула и присела передо мной в реверансе:
— Миледи, ваш визит — честь для нашей скромной лавки! Подойдите, пожалуйста сюда! Я сейчас вам все покажу!
Мадлен пригласила меня к одному из темных шкафов в самом дальнем углу небольшого, но хорошо освещенного помещения, сплошь заставленного застекленными шкафами, смахивающими на книжные. Только под стеной напротив входа были не шкафы, а полки. И то только потому, что там стояло подобие прилавка-кассы. Я как-то не задумывалась, как это все должно выглядеть, но мебель была солидной, из темных пород дерева. А стоящие на прилавке весы, типа тех, которые в моем мире приписывали богине правосудия, выглядели медными и давно служащими своим хозяевам. Только пара мягких кресел по центру комнаты и столик между ними не вписывались в интерьер. Поймав мой недоуменный взгляд, Софи с улыбкой пояснила, что это для тех, кто заходит в аптеку освежиться.
«Мешочками для свежего воздуха» оказались кисеты или саше по-современному, наполненные измельченными травами и семенами. Оказалось, что некоторым семьям ввиду слабого магического потенциала недоступна часть бытовых заклинаний, вот для них и продаются эти своеобразные освежители воздуха. Я хмыкнула. Мешочек на моей ладони не пах ничем.
Оказалось, что каждый мешочек предохраняет специальная магическая упаковка, не дающая травам пересыхать и соответственно терять свои свойства. Для начала использования, чтобы снять упаковку, требовалось послать слабый магический импульс. Сказать, что я была потрясена, это значит, ничего не сказать.
В аптеке мы провели еще некоторое время. Приветливая Мадлен угостила нас с Софи каким-то пряно пахнущим травяным напитком, от которого Жак отказался, и показала все, что было в аптеке. Гостеприимная хозяйка без конца косилась на брата Софи. Но Жак с философским видом стоял, привалившись к стене у входа и на Мадлен не смотрел. И в конце концов аптекарша с грустным вздохом сдалась.
Уже когда мы вышли из аптеки Софи потихоньку мне поведала о том, что Мадлен почти с рождения обручена с кем-то из столицы и скоро у нее свадьба, но своему жениху юная аптекарша совсем не рада. Ей очень нравился брат Софи. Да только отец Мадлен решительно настроен сделать из единственной дочери знатную даму.
Уже когда мы выходили, Мадлен тоскливо протянула:
— Как же я вам завидую! Вы сейчас на праздник пойдете! А я вынуждена сидеть тут… Папенька как знал: велел до закрытия никуда не отлучаться…
Мне нечем было утешить молодую вампиршу. Поэтому я сделала вид, что живо заинтересовалась упоминанием праздника:
— А что за праздник? Мне можно хоть одним глазком на него взглянуть? Очень любопытно!
Софи поджала губы:
— Я не уверена, что даже рядом с Мартиной для вас это будет безопасно. Герцог де Шейр за вас, если с вами что-то случится, сравняет с землей весь наш городок!
Я изумленно посмотрела на свою камеристку:
— А чем для меня может быть опасно посещение праздника? Он какой-то особенный?
Софи ответить не успела. Встряла Мадлен:
— Софи, не болтай глупостей! На площади сейчас безопаснее, чем в тронном зале короля! Там же дети! Их охраняют, как зеницу ока!
Софи хмуро уставилась на подругу:
— Вот именно, Мадди, их охраняют! С помощью магии! А на миледи Александру воздействовать магией нельзя!
Глаза хорошенькой аптекарши на мгновение округлились. Но Мадлен видимо была слишком хорошо воспитана, чтобы задавать неудобные вопросы. Она лишь покачала головой:
— Софи, ты утрируешь! Активной магии на площади не будет! Только различные охранные амулеты и артефакты. Сама знаешь, дети — наша наивысшая ценность, только совершенный безумец может покуситься на ребенка. А дураки долго не живут. Если не приставать к чужим детям и не заговаривать с ними, то вполне можно прогуляться по площади, магическая активность с амулетами равна нулю, пока они не задействованы.
Я была практически уверена, что сейчас речь идет именно о той площади, которую я видела в своем видении, и потому судорожно размышляла, как же мне все-таки туда попасть, когда голос подал Жак, до этого момента молча стоявший у входа:
— Софи, прекрати! В своем желании выслужиться перед герцогом ты зашла слишком далеко! Я и Мартина вполне в состоянии защитить леди Александру от любой опасности! Тем более, что только полный идиот нападет на того, кто носит на ауре метку Черного герцога! Так что, если леди желает посмотреть на праздник детей, то мы вполне можем прогуляться по площади. Тем более, что это почти по пути в кондитерскую Жан-Жака!
Слово Жака оказалось решающим. И вскоре мы уже топали в сторону площади. Софи дулась на брата. Жак отмалчивался. Так что уже присоединившаяся к нашей компании сухощавая высокая Мартина неопределенного возраста наконец-то объяснила мне на какой праздник мы идем.
Оказалось, что у потенциально бессмертных вампиров наблюдаются проблемы с рождаемостью. Чем сильнее в магическом плане родители, тем меньше вероятность рождения у них ребенка. Таких семей, как родители Жака и Софи по всему королевству единицы. Конкретно в этом городке — одна, семья мельника. И еще три семьи в городе имеют по два ребенка. А примерно половина всех имеющихся семей уже практически отчаялась завести наследника. Вот потому и проходили по всему королевству праздники детей — своеобразная ярмарка тщеславия для тех, у кого они были. И еще одна надежда завести ребенка для тех, у кого детей не было. Потому что сегодня по всему королевству жрецы служили молебны богиням с просьбой смилостивиться к бездетным и хранить уже родившихся детей.
Сама Мартина даже не надеялась стать матерью: мало того, что непривлекательная внешне, так еще и дар, абсолютно бесполезный в быту, был очень силен. Что практически сводило к нулю ее надежды.
Задумавшись о внезапно вскрывшейся проблеме, казалось бы, сильной расы, я не заметила, как мы дошли до площади. И опомнилась только тогда, когда Жак и Мартина оттеснили в сторону Софи и заняли позиции рядом со мной. То, что я попала именно туда, куда было нужно, стало понятно сразу: по центру площади плевался водяными струями уже знакомый мне по видению фонтан в виде головы какого-то монстра.