Глава 9

Я смотрела в окно и не понимала, как выгнать мужчин. Вьюга закончилась еще позавчера. Теперь просто падал снег. Казалось, ему нет конца и края, притом что сугробы уже были выше меня. Если погода зависела от моего настроения, то прогнозы не утешали. Ситуация лучше не становилась. Да, непрошеные гости больше не трогали меня, но присутствовали, нервировали одним своим видом, порой бесили. Лиар каждое утро приносил мне завтрак в постель. Работал во дворе, иногда помогал в доме. Всегда обращался ласково, несколько раз затягивал меня в долгую беседу за обедом или ужином, просил рассказать о моей прошлой жизни. И я все чаще поддавалась. Улыбалась, старалась вспоминать только хорошее, даже иногда смеялась. Чувствовала, как с ним просто, что можно расслабиться, поговорить ни о чем, поделиться сущими пустяками. Правда, потом поворачивала голову и встречала нацеленный на меня холодный взгляд. Боги, Дрэйк! Как же он бесил! Изводил молчаливо, на расстоянии. Он вообще не разговаривал, все делал неторопливо, словно засевший в засаду хищник, следил за каждым моим шагом, а еще прикасался. Мимолетно, словно невзначай. Будто все выходило случайно. Тянулся за ложкой – затронул меня. Хотел налить воды, а тут, оказывается, я уже стояла. Одежду вешал, в ванную комнатку шел, да просто со стула вставал. Этих случаев можно было по пальцам пересчитать, но каждый – словно ярчайшая вспышка, после которой невозможно успокоиться. Сердце колотилось, руки дрожали, а место его прикосновения горело, просто пылало. Это неправильно, ненормально! Так реагировать нельзя. Я вздрогнула, когда уловила движение рядом. Дрэйк снова ничего не сказал. Встал слева от меня, будто захотел посмотреть виды из окна, сложил руки на груди, едва локтем не задел. Не задел… вроде. Но тот был рядом, почти прикасался, уже передавал мне, в меня чужое тепло. Словно в напоминание старого обещания, что мужчина потом заберет его обратно. – Ты раздражаешь, – прошептала я, проверив, чтобы Лиара поблизости не было. Он лежал на кровати, что-то читал. – Прекрати. – Я ничего не делаю, ведьмочка, о чем ты? Я едва не застонала в голос. Глаза к небу подняла, кулак сжала. Нет, вполне вероятно, что мне все это лишь казалось. Выдумала себе невесть что, реагировала слишком ярко, потому что зациклилась на нашем уединении в ванной комнатке, не могла никак забыть. А для мужчины это проходной момент. Пристал и из головы выкинул, будто ничего не случилось. Верно, о чем я?! Грязь, грязь, грязь. Набрав побольше воздуха в легкие, я повернулась к Дрэйку и решила высказаться. Просто сообщить ему, насколько он меня раздражал. Вот только он стоял, опустив веки, и выглядел непривычно, безмятежно. Мерно вздымалась грудь. Указательный палец постукивал по локтю. Но потом он открыл глаза. Безмятежность? Что вы. Настоящая буря! – С ума сводишь, – процедил он и шагнул навстречу. Подмял, прижал к себе, моментально губы накрыл. Горячо, пламенно. Словно лава на голову – опасно, сокрушительно, теперь не выбраться, только сгореть. Зачем сдерживалась раньше, почему прогоняла? Хотела ведь, тайно мечтала. Чтобы руки на талии, ягодицах, чтобы пальцы впивались в плоть. Лихорадочно блуждали по спине, вот так сжимали плечи с остервенением, тянулись в волосы, потом снова вниз. И прижимали. Ближе, к нему, чтоб была совсем рядом. Потому что нужно чувствовать. Жар, твердость, желание. Впитывать чужую страсть, отдавать, упиваться ею. Тонуть, даже не надеяться на спасение. Глубже, на самое дно, безвозвратно, в этот мрак, в его тьму. Я не сразу поняла, почему меня обдало холодом. Где мужчина и его прикосновения? Почему уже далеко, смотрел на свои ладони, хмурился? А потом передо мной появился Лиар. – Вивиан, только не злись. Он не должен был, извини, я не проследил. Не думал, что на тебя вот так набросится. Я прижала руки к щекам, трусливо сбежала. Спряталась в своей комнате, долго переводила дыхание, толком не понимая, чего хочу больше: продолжения или чтобы это безумие никогда не повторилось? Просто нельзя вот так в омут с головой, потом не вынырнуть. Отпустишь контроль, а потом какой-то мудак тобой помыкает, на колени ставит и голой по улице ходить заставляет. Потому что грязь! Снизу раздалась ругань. Я замерла. Услышала спешные шаги, которые оборвались у моей двери. Тишина. Смотрела на ручку, ждала. Но ничего не происходило, мучительно тянулись мгновенья, напряжение разливалось смолой. Стук. Осторожный, будто неуверенный. Я думала, сейчас войдет, ворвется. Почти не дышала. Не могла собраться с мыслями и для себя решить, что вообще делать, как реагировать. Еще стук. Пришлось самой подойти, открыть, чтобы встретиться с Дрэйком взглядом. Прирасти к полу. Потеряться во времени и пространстве. Молчать. – Ты не дождешься от меня извинений, ведьмочка. Боги, на что я надеялась? Он шагнул ко мне, остановился в опасной близости, проник холодом своих глаз прямо внутрь, в легкие. Сковал, обжег. – Потому что за такое не извиняются. Извиняются, если не хотят. Сказал негромко, уверенно и ушел, оставив меня на том же месте осмысливать поступившую информацию в легком флере его морозного запаха. Я сглотнула, пошатнулась. Мотнула головой, потому что запуталась еще больше. Хотела бы понять, но уже не могла. А потому запоздало захлопнула дверь – хотя бы так – и занялась освоением магии. Чувствовала, что она сейчас мне крайне необходима. С ее помощью я обретала уверенность, словно собиралась воедино и превращалась в целостную личность. Пыталась отбросить прочь мысли, оставить там, за дверью. Тщательно изучала гримуар, старалась ничего не пропускать, запоминала, словно от этих знаний зависела жизнь. Как шептать вместе с ветром, как плакать огнем, как перенимать энергию от воды, как подпитываться от травы, деревьев. Это были основы. Те первые шаги, без которых не пойти мне уверенно, не постичь мудреную науку, не стать настоящей ведьмой. Потому что дальше заклинания шли намного сложней. Есть тонкая материя, разные ее грани, с которыми мне предстояло взаимодействовать. Я знала, потому что раньше читала, вот только до конца не понимала. А сейчас поняла. Осознала. Приняла. Читала. Взывала к стихиям, училась пользоваться магией. Обучалась. Опять ночью, усиленно, временами поглядывая на дверь и опасаясь, что ворвутся, заметят. Узнают. Словно чем-то плохим занималась. На подсознательном уровне не хотела, чтобы мужчины догадывались о моих новых умениях. С трудом уговорила себя спуститься следующим утром. Сразу ощутила на себе взгляд, еще даже не ступив на последнюю ступень. Сбилась с шага, едва не полетела вниз, но вовремя наказала себе не реагировать, вообще не обращать на Дрэйка внимания. Да потому что он сам сказал, что я грязь. А вчерашнее заявление ничего особо не значило. Подумаешь, хотел. Лиар тоже, наверное, хотел, но вон сдержался. Вдоль позвоночника побежали мурашки. Я все-таки посмотрела на брюнета, увидела его, натягивающего через голову рубаху. Невольно залюбовалась. Представила, как эти же руки стягивали бы одежду с меня. Мужчина поднялся на ноги. Я вздрогнула, дала себе мысленного пинка, побежала в ванную комнатку и заперла за собой дверь. Тише, спокойно! Смешно ведь, что это я? Дура ведь, настоящая дура. Нужно не думать, перестать реагировать на все, что делал этот мужчина. Я прыснула в лицо водой, вроде бы успокоилась, но распахнула дверь и столкнулась со стоявшем там брюнетом, который упирался рукой в косяк. – Теперь будешь бегать от меня? – Мы не разговариваем, помнишь, мистер Мальро? – Ведьмочка, – процедил он, наступая, но остановился из-за оклика: – Кузен, угомонись! – Сегодня погодка чудная, – произнесла я, и откуда только духу набралась? Дрожала уже, рассыпалась. – Полагаю, вам пора думать, как выбираться из моего дома. Я не хочу больше видеть вас. – Сколько, ведьмочка, скажешь? – спросил он, казалось, совсем невпопад. – Сколько, мне очень нужно знать. – Мистер Мальро, – отрицательно покачала я головой, поняв, что снова завел старую тему. – Сколько? – шагнул, коснулся скулы, пальцем провел. Снова ярко, со вспышкой. Словно ради этого прикосновения жила. – Один. – Хоть так, – улыбнулся он, превращаясь в кого-то другого. Боги, нельзя так! Я не вынесу. – Кузен! – Я не скажу ей ни слова сейчас, Лиар, не беспокойся, – произнес Дрэйк, продолжая гладить мою скулу. Невероятно нежно, как-то трепетно. – И не прикоснусь, пока сама не попросит. Убрал руку, завел ее за спину. – Буду ждать, – подмигнул мне и ушел. Ушел! Да он издевается?! Гадский аристократ! Я тут не дышала, уже таяла. Казалось, последние мозги растеряла, готова была на любое его проявление грубости. Да пусть бы снова подхватил и к стене прижал. На все согласна, только действуй. А он… Я моргнула. Только сейчас увидела стоявшего неподалеку Лиара, который пристально за мной наблюдал. Все видел, понял? Стало душно, неуютно. Меня словно поймали с поличным, будто я что-то постыдное вытворяла. Но ведь чиста. Ничего плохого не сделала. Они что, сговорились?! Злость взвилась, понеслась по венам. Я подхватила кожушок, бросилась на улицу. Выскочила прямо по вьюгу, отбежала за угол дома и закричала во всю мощь. Потому что невыносимо. Мне плохо! Я не хочу больше так. Словно из огня сразу в снег головой. Только остудилась – снова жарко. И ведь не прекратится, продолжится, будет повторяться снова и снова, пока не произойдет что-то сверхъестественное. Потому что Дрэйк по-прежнему рядом и уже заразил меня собой. Я кричала. Мой голос сливался с завыванием вьюги. Ветер подхватывал его, нес вверх. Но лучше не становилось, меня трясло от пугающего осознания, что на грани, почти влюбилась, еще немного, и точно сорвусь. Разобьюсь. Будет больно! Единственное непонятно, почему одна я должна страдать. Где справедливость? Эта мысль прижилась. Придала сил. Я развернулась, напоролась на взволнованного Лиара, показала ему жестом, что нужно возвращаться домой. Холодно! Быстро добежала до дверей, но мужчина остановил меня. Развернул, положил руки на плечи, явно собираясь сказать что-то крайне важное. – Осторожней с ним, Вивиан. – Не понимаю, о чем ты. – Дрэйк – не лучший предмет для воздыханий. Он наиграется и бросит, пойми. – Лиар, ты что-то неправильно понял, – заулыбалась я и высвободилась. Впорхнула в дом, сбросила верхнюю одежду. Сделала вид, будто брюнета здесь вообще нет. Занялась привычными делами, завтраком. Решила нагрузить себя работой, потому затеяла уборку, вспомнила, что завтра в моем мире Новый год, заразилась идеей устроить праздник, хотя бы для себя. Бегала, что-то делала. Порой спотыкалась о его взгляд… Но стряхивала наваждение. Уже к вечеру была бодра, свежа, улыбалась без причины. Решила разложить высохшее белье, которое огромным ворохом несла на руках, толком ничего перед собой не видя. Толкнула боком дверь ванной комнатки, которая была не заперта. Напевая себе новогодние песни, прошла до резервуара с водой, свалила все на скамью и лишь тогда услышала всплеск. Развернулась. Расширяющимися глазами впилась в разлегшегося в моей купели Дрэйка. Вздрогнула, когда он начал подниматься, вылез. Не сдвинулась с места, наблюдая за его приближением, застыла каменной статуей с притихшим сердцем. Он не подумал прикрыться. Крупные капли воды срывались с мокрых волос, падали на рельефные плечи, тонкой струйкой убегали вниз по крепкой груди. По животу, дальше, к быстро наливающемуся кровью мужскому достоинству. Я втянула побольше воздуха в легкие, подняла глаза. Дрэйк наклонился, задержался в каких-то жалких миллиметрах от меня, позволяя рассмотреть его ближе, почувствовать запах моих же масел, но с примесью чего-то терпкого, возбуждающего. Подхватил полотенце, висевшее за моей спиной. Обмотал бедра. Ушел… Сердце громко застучало. Оглушило. Казалось, каждый удар был настолько мощным, что меня покачивало. Я хлопала глазами, пытаясь развидеть. Глубже дышала, стараясь отделаться от навязчивого запаха. Хотела бы выбросить из памяти недавний момент, но меня будто заклинило на нем. Это что-то магическое? Какое-то воздействие на разум? Он ведь просто мужчина, обычный, своеобразный, да таких миллионы вокруг! Внутри все искрило. Я приняла в себя разряд тока и по собственной глупости сразу не выпустила его, но уже не представляла, как это сделать. Должна была немедленно что-то предпринять, избавиться, иначе будет худо. Сжала кулаки, решительно вышла из ванной комнатки, нацелилась на все еще полуголого Дрэйка. Он решил поиграть? Ладно, сейчас устрою ему атомную взбучку. Я не обязана страдать в одиночестве. Но вдруг мне на глаза попался Лиар. Точно! Зачем мне сдерживаться? Почему не убить двух зайцев одним выстрелом? Я отчаянно желала поквитаться с Мальро, чтобы помучился не меньше моего, но в то же время уже чувствовала неудовлетворенное желание. Потому что не надо так часто вспоминать! Очень хотела бы повторить наше уединение с брюнетом, но не могла – он сложный. Зато его кузен простой! И у нас уже была близость. Да, я толком ничего не помнила, но ведь факт оной имелся. Значит, от второго раза хуже не станет. Логика, однако. Но в данном состоянии мне было плевать на нее. Доводы казались весомыми, правильными, все в голове выстроилось в стройный ряд и указывало на Ройса как на решение моей проблемы. Я ехидно улыбнулась Дрэйку, дернула бровью и зашагала к Лиару. Вцепилась в его шею, встала на носочки и припала к губам. Вот так, посреди комнаты, сама. Но моего запала хватило ненадолго. Как-то сразу совестно стало, неуютно. Я даже дернулась назад. Однако мужчина уже перенял инициативу.