Глава 13. «Дом Роз».

В таверне в Норвиче Лукас поперхнулся элем и выплюнул его с громким «Пф!».

Эдмунд напротив быстро отреагировал: со звонким щелчком он раскрыл веер, отбрасывая летящие в него капли, и в глазах его мелькнуло отвращение.

Бедный Лукас — он и так чуть не захлебнулся, а теперь ещё и облился. Половина его одежды промокла, вид был жалкий. Господин в синем, всегда такой изящный и элегантный, впервые оказался в таком дурацком положении. Если бы этот болван Конрад был здесь, он бы непременно поднял его на смех.

Но сейчас Лукасу было не до собственного нелепого вида.

— Ты говоришь правду? — с тревогой спросил он Венсли. — Она пошла в «Дом Роз»?

— Истинная правда, — невозмутимо ответил Венсли. — И старшая мисс Уэссекс вошла через чёрный ход.

— А в чём разница между чёрным ходом и парадным? — не понял Лукас.

— «Дом Роз» — самый известный публичный дом в Норвиче. Клиенты там — всё местное дворянство. Знатные господа входят через парадный вход. А когда леди приходят туда кого-то искать, они проходят через чёрный ход, чтобы не срамить мужчин.

Лукас просветлел. Выходит, мужчины входят через парадный вход, а жёны, разыскивающие своих благоверных, — через чёрный, чтобы сохранить мужьям лицо. Что и говорить, «Дом Роз» умел угодить клиентам. Недаром он был любимым местом отдыха местных джентльменов.

— Но откуда ей знать про чёрный ход? — спросил Лукас.

Лукас был в полном недоумении. И немудрено: кто бы понял, почему дочь графа Уэссекского, приехав в Норвич, первым делом отправилась в публичный дом и ещё знает правила чёрного хода? Это казалось совершенно невероятным.

Эдмунд не обратил внимания на Лукаса, а спокойно спросил Венсли:

— С кем она пошла?

— Старшая мисс взяла с собой служанку.

— По твоим наблюдениям, она шла туда нарочно или случайно?

— Докладываю, милорд: я полагаю, что она искала это место намеренно, — после недолгого колебания ответил Венсли. — Старшая мисс Уэссекс выглядела так, словно хорошо знала Норвич. От лавки до «Дома Роз» путь неблизкий, но она нашла его без труда. По дороге она никуда не заходила, пока не добралась до цели.

— Может, у неё просто отличная память? — предположил Лукас, пытаясь найти объяснение.

— Нет, — возразил Венсли. — Даже если у неё хорошая память, она впервые в Норвиче. Чужой город, незнакомая обстановка — она должна была вести себя осторожно, настороженно, с опаской. Но у старшей мисс Уэссекс ничего этого не было. Она держалась очень свободно и уверенно, словно Норвич был ей родным.

Говоря это, Венсли невольно вспомнил, как он тайно следовал за Элизабет. Она шла не одна — с ней была служанка. Именно из-за неё она выглядела особенно непринуждённо. Она почти сливалась с улицами Норвича, словно выросла здесь, словно была коренной жительницей. Это чувство родства и близости было даже сильнее, чем в Лондоне.

— Она даже знает про чёрный ход в «Доме Роз». Её нельзя недооценивать, — усмехнулся Эдмунд. — Элизабет так стремилась вернуться в Норфолк. Возможно, именно ради этого. Венсли, — голос его был спокоен и собран, — пусть твои люди последуют за ней. Узнай, что она делает в «Доме Роз» и с кем встречается.

— Мне тоже очень любопытно, какие сюрпризы преподнесёт нам эта мисс, — добавил он с улыбкой.

***

Элизабет и Бет вошли в «Дом Роз». Бет же всё это казалось странным, и она даже заподозрила, не снится ли ей всё это. Подумать только — её госпожа, дочь графа, собралась в публичный дом! Будь её госпожа мужчиной, это было бы ещё понятно.

Едва они вошли, к ним навстречу вышла улыбающаяся женщина:

— Миледи, вы кого-то ищете?

Держалась она очень достойно. Надо сказать, хозяин «Дома Роз» был неглуп. Женщины, встречавшие гостей у парадного входа, были одеты соблазнительно и хороши собой. А те, кто встречал у чёрного хода, одевались скромно и выглядели вполне «прилично».

Это было разумно. Мужчины, входившие через парадную дверь, приходили за удовольствиями, и требовалось всё самое соблазнительное. А у чёрного хода встречали жён, пришедших ловить мужей. Если бы они одевались слишком вызывающе, это лишь сильнее разозлило бы законных супруг.

Бет смотрела во все глаза. Увидев, что эта женщина совсем не похожа на обычную распутницу, она уже заподозрила, что госпожа пошутила насчёт публичного дома — наверное, это просто ресторан.

Пока Бет разглядывала женщину, та разглядывала их. Она сразу поняла, что Элизабет — госпожа, но недоумевала, почему незамужняя барышня тоже пришла кого-то искать. Может, своего жениха?

Но в «Доме Роз» видали и не такое.

— Мне нужно повидать мисс Лили, — улыбнулась Элизабет.

Выражение лица женщины чуть изменилось. Она помедлила и ответила с вежливой улыбкой:

— Миледи, в нашем заведении самые известные леди не принимают гостей женского пола.

Услышав, что Элизабет спрашивает именно Лили, женщина решила, что та пришла устраивать скандал из-за того, что её жених навещал Лили, и потому, естественно, попыталась её остановить.

Элизабет улыбнулась, достала из рукава монету и, жестом велев Бет вложить её в руку женщины, сказала:

— Не беспокойтесь, я не собираюсь устраивать скандал. Мне нужно кое-что спросить у мисс Лили. Никаких хлопот. Не окажете ли мне эту услугу?

Женщина взглянула на монету, и сердце её забилось быстрее. Даже многие мужчины, приходившие через парадный вход, не были столь щедры. Она снова взглянула на Элизабет — та была ясноглаза, с нежными чертами, говорила мягко, и, главное, в её глазах не было презрения. А последняя фраза, произнесённая вопросительным тоном, выдавала уважение к ней.

Женщина растрогалась. В её работе не было ничего почётного. Она встречала жён, приходивших скандалить. Те глубоко ненавидели таких, как она, и, несмотря на скромную одежду, эта ненависть не исчезала. Они говорили одни оскорбления. Женщина давно забыла, что такое достоинство.

А эта юная леди, судя по всему, из богатой семьи, обращалась с ней как с обычным человеком. Женщина не могла отказать. Да и глядя на щедрость Элизабет, любое нежелание таяло на глазах.

— Подождите минутку, миледи, — улыбнулась она. — Я узнаю, есть ли у Лили сейчас клиенты. Если есть...

— Не страшно, — улыбнулась Элизабет. — Если есть, я подожду здесь. Когда она освободится, я зайду.

Женщина удивилась, подумав, что эта барышня и впрямь необычна. Она не стала медлить и ушла наводить справки.

— Миледи, кто такая эта мисс Лили? — спросила Бет. — Она ведь не... не... — два слова «публичная женщина» она никак не могла выговорить. Элизабет была дочерью графа — если бы кто узнал, что она общается с подобной, сколько бы языков зашевелилось!

— Она именно такая, — спокойно сказала Элизабет.

— Ах! — ахнула Бет.

Хотя Бет была потрясена, она не осмелилась расспрашивать дальше. Лицо Элизабет стало непривычно серьёзным. Иногда Бет казалось, что с тех пор, как они покинули холмы, госпожа стала совсем другим человеком. Чаще всего Бет не знала, о чём та думает, и не ждала объяснений.

Что ж, раз это её госпожа, то будь что будет. Даже сквозь огонь и воду — она последует за ней.

Вскоре женщина, взявшая деньги, вернулась:

— Миледи, у Лили сейчас нет клиентов. Не желаете ли пройти?

Элизабет слабо улыбнулась:

— Да.

Путь, которым женщина повела Элизабет, отличался от того, которым ходили обычные посетители. По дороге они не видели ничего непристойного, отчего Бет вздохнула с облегчением.

Пройдя несколько коридоров и поднявшись на несколько этажей, женщина остановилась:

— Это комната мисс Лили.

Элизабет кивнула:

— Хорошо.

После того как женщина ушла, Элизабет сказала:

— Бет, подожди меня за дверью.

— Миледи... — удивилась Бет. Элизабет не собиралась брать её с собой. Её тревожило то, что госпожа ей не доверяет.

О сумбурных мыслях Бет Элизабет не знала. Она просто распахнула дверь и вошла, притворив её за собой.