Глава 20. В лавке.

В лавке «Файн Клот» творился сущий ад.

Улица была запружена народом так, что яблоку негде было упасть. Соседние лавочники, высунувшись из дверей, смотрели на представление. «Файн Клот» всегда занимал лучшее место в Норвиче и вёл самую выгодную торговлю, что вызывало зависть. Те, кто занимался тем же ремеслом, враждовали и завидовали. Теперь, видя беду «Файн Клот», они на словах жалели, а в душе ликовали.

Никто не выносит, когда у других всё хорошо.

Сэм загораживал вход. Он был невысок, но за годы странствий с сэром Гарольдом понабрался кое-каких боевых навыков и обрёл свирепый вид. Пока он удерживал толпу вместе со стражниками, но шкафы у дверей были уже разбиты, обрезки ткани валялись на земле. Толпа бушевала, и новые люди с дубинами в руках рвались вперёд.

Двоим кулакам не справиться с четырьмя руками. Если так пойдёт дальше, Сэм долго не продержится.

Он горестно вздыхал: будь здесь сэр Гарольд, он бы, наверное, сумел усмирить толпу. Но сэр Гарольд исчез в самый неподходящий момент. Как ни старался Сэм, он не мог сдержать напиравшие волны.

В толпе смешались слуги из богатых домов и простой люд — все злобно выкрикивали:

— Фиц-Аланы ценят деньги больше жизни! Туманный атлас убивает людей!

— Бессовестные торгаши! Пусть сам хозяин выйдет!

— Смерть Фиц-Аланам!

Фиц-Аланы всегда были благотворителями в Норвиче, никогда не обманывали покупателей. Впервые они столкнулись с такой гнусной клеветой. У Сэма голова шла кругом. Кто-то закатал рукав, показывая сыпь, и толпа взвыла. Погромщики ожесточились ещё больше.

Когда Клара с Николасом подъехали к лавке, они увидели именно это.

Леди Кэтрин и леди Элис не поехали. Леди Кэтрин отправилась в управу искать сэра Гарольда, а леди Элис осталась в поместье ждать новостей. Перед отъездом Элизабет взяла с собой всех стражников, приставленных к ней из дома Уэссексов.

К счастью, она догадалась их взять. Потому что едва они показались, кто-то закричал:

— Мисс Клара и молодой господин Николас приехали!

И вся толпа, с грозным рёвом, бросилась к ним. Сэм, увидев это, похолодел. Но тут стражники Элизабет разом обнажили мечи.

Стражники из дома графа выглядели куда внушительнее, чем охрана Фиц-Аланов. Одним своим видом они могли устрашить толпу — не хуже, чем люди шерифа, арестовавшие братьев. Народ труслив и боится сильных. При виде свирепых вооружённых стражников все невольно попятились.

Не смея двинуться.

Сэм и хозяин лавки облегчённо вздохнули. Если бы молодой господин с мисс и эта столичная леди пострадали, им, слугам, не сносить головы.

Стражники, окружив Элизабет и остальных, провели их к лавке. Толпа ещё пыталась следовать за ними, но боялась длинных мечей, так что держалась на расстоянии.

Дойдя до входа, Элизабет заглянула внутрь. Всё было разгромлено. Хозяин мистер Грин держал у лба окровавленный платок — видно, его ударили чем-то тяжёлым. Погромщики нагрянули внезапно, застав всех врасплох.

— Все... — начал было Николас, пытаясь взять себя в руки. — Успокойтесь, прошу вас! Я — молодой хозяин Фиц-Аланов. Какая бы ни была проблема, давайте сядем и переговорим. Семья не уклоняется от ответственности...

Не успел он договорить, как в него полетело яйцо. Его перехватил стражник — иначе Николас был бы измазан.

— Какая ещё ответственность? Ваш туманный атлас убивает людей! Вы наживаетесь на наших страданиях! Ваши деньги — это плата за жизнь!

Лицо Николаса залилось краской. Раньше, когда речь заходила о Фиц-Аланах, все в Норвиче их хвалили, и он, как молодой хозяин, пользовался уважением. А теперь он стал как крыса, которую всякий норовит пнуть. Презрение в глазах простых людей было ощутимым. Они обвиняли его.

Парень никогда не сталкивался с таким. В его душе смешались растерянность, непонимание и какое-то отчаянное бессилие. Никто не хотел ему верить.

Клара была постарше. Ей было больно за брата, но сейчас не время для утешений. Она выступила вперёд:

— Господа, я не знаю, откуда взялся слух, что туманный атлас убивает людей. Дело ещё не расследовано. Фиц-Аланы много лет ведут торговлю в Норвиче, наша репутация известна всем. Мы не обманываем.

Но её голос утонул в криках толпы. Элизабет заметила, как кто-то нагнулся за камнем, намереваясь бросить в Клару.

Она быстро отдёрнула кузину за спину стражника.

— Кто сказал, что туманный атлас убивает людей? — негромкий, но отчётливый женский голос прозвенел в тишине, достигнув каждого уха.

Толпа уставилась на неё.

Перед стражей стояла юная девушка, которую никто не заметил раньше. Её бледно-голубое платье было безупречно чистым. Черты её были нежны и тонки, прекрасны.

В простых людях, которые не побоялись швырнуть камень в Клару, при виде этой хрупкой с виду девушки вдруг проснулась робость. Словно её безмятежный и бесстрашный вид их смущал.

— Кто ты? — крикнул кто-то. — У туманного атласа проблемы — все знают! Вот, смотри! — И он закатал рукав, показывая сыпь, надеясь смутить девушку.

Но Элизабет лишь равнодушно взглянула на его голую руку, будто смотрела на пустое место.

— Ах вот как, — сказала она и вынула из рукава кинжал.

Толпа отшатнулась. Девушка обнажила оружие без единого слова — неужели она кого-то зарежет? Все знали, что средь бела дня Фиц-Аланы не пойдут на убийство.

— Кузина! — воскликнула Клара, пытаясь остановить её.

Но Элизабет приставила кинжал к своему рукаву и решительно полоснула. Вырванный лоскут она бросила человеку с закатанным рукавом. Тот инстинктивно поймал его.

— Вы все видите. Я тоже ношу туманный атлас. Но у меня нет сыпи. Если не верите, любая из вас может войти со мной и убедиться, — спокойно сказала Элизабет.

Клара и Николас опешили. Они не знали, что Элизабет носит туманный атлас. Они выехали в такой спешке — кто бы обратил внимание на её платье? Но когда Элизабет приехала в Норвич, у туманного атласа уже были проблемы. «Файн Клот» перестал его продавать, и Элизабет не могла купить его здесь. Значит, этот отрез был куплен в Лондоне.

Элизабет заметила, что лица в толпе смягчились, и облегчённо вздохнула.

Это платье она нашла среди вещей, привезённых в Норвич. Вчера Бет, разбирая гардероб, случайно заметила его и сказала ей. Элизабет задумалась — не ожидала, что оно пригодится так скоро.

Туманный атлас стоил недешево. Те, кто мог его себе позволить, принадлежали по меньшей мере к зажиточным семьям, и его часто дарили. Если подарок оказывался с дефектом, да ещё стоивший таких денег, эти семьи, естественно, негодовали.

Нет ничего убедительнее собственного примера. Элизабет вспомнила слова сэра Ричарда: простому человеку трудно поставить себя на место другого, но если ты хочешь, чтобы он поверил, что ты разделяешь его боль, многие вопросы решатся сами собой.

Никто не пошёл осматривать руки Элизабет. Возможно, из-за её честного лица люди невольно верили, что под разорванным рукавом скрывается такая же белая, как у неё самой, кожа.

Кто-то из толпы всё же не поверил. Они подошли, чтобы рассмотреть лоскут, и вынуждены были признать:

— Это и впрямь туманный атлас.

— Видите? — улыбнулась Элизабет. — Если бы атлас действительно был опасен, стала бы я носить его и подвергать себя риску?

— А что в этом такого? — проворчал кто-то. — Может, вы подставное лицо, нанятое Фиц-Аланами, чтобы замять дело за серебро? Одна жизнь — невелика цена.

Прежде чем Элизабет ответила, Бет, стоявшая рядом, взорвалась:

— Чушь! Жизнь нашей госпожи стоит куда дороже, чем всё серебро мира! — Но она сдержалась и не раскрыла личность Элизабет.

Жители Норвича не знали Элизабет. Слыша, как Клара называет её «кузиной», они считали её дальней родственницей, приехавшей пожить у Фиц-Аланов.

— Мне не нужно быть подставным лицом, — сказала Элизабет. — Моя жизнь стоит дороже, чем вся эта лавка.

— Да кто ты такая? — насмешливо спросил кто-то. — Королева, что ли?

При слове «королева» лицо Элизабет слегка помрачнело. Она быстро подняла уголки губ, но в улыбке сквозила горечь.

— Я не королевна. Я старшая дочь графа Уэссекского, леди Элизабет.

Насмешки в толпе мгновенно смолкли.

Улыбка Элизабет стала совсем холодной.

***

В маленькой таверне напротив «Файн Клот» молодой человек в красном, подперев подбородок рукой, потягивал эль и рассеянно наблюдал за происходящим. Рядом с ним учёный в синем, глядя на ту же сцену, слегка нахмурился:

— Не ожидал, что старшая мисс Уэссекс вступится за Фиц-Аланов.

Эдмунд второй рукой небрежно поигрывал сложенным веером, лениво покачивая им, так что слабо мерцали золотые нити.

— План Юстаса провалился, — сказал он.