Глава 36. Дорога в неизвестность

Элизабет не знала, что за ней уже давно наблюдают. Но даже если бы знала, сейчас у неё не было времени думать об Эдмунде. Её мысли были полностью заняты отцом, который сошёл с ума и томился в тюрьме. Она не знала, то ли радоваться, то ли горевать: радоваться тому, что он ещё жив и они не разлучены навеки, и горевать оттого, что безумный отец, возможно, никогда не узнает свою дочь. Словно небеса испытывали её терпение: казалось, они оставили нить надежды, но та лишь вела к ещё более глубокому отчаянию.

Элизабет неподвижно сидела за столом. Бет несколько раз пыталась спросить, но Элизабет не сказала ей, что случилось. Наконец, то ли с досады, то ли от усталости, она отослала служанку прочь и осталась одна. Бет боялась, как бы она чего не натворила, и села у двери, прижав ухо к замочной скважине. Если бы она услышала что-то подозрительное, то сразу вошла бы — она не могла допустить, чтобы с госпожой что-то случилось.

Элизабет закрыла лицо руками. Одна мысль о том, что Изабелла и Шеппертон сделали с её отцом, приводила её в ярость. Она не верила, что Шеппертон ничего не знал о страданиях сэра Ричарда! Даже если смерть брата была делом рук одной Изабеллы, а Томас уже мёртв и не оставил бывшему мужу выбора, то сэр Ричард был ещё жив, и Шеппертон просто смотрел, как тот мучается! Когда-то в Ашфорде сэр Ричард был его наставником. Элизабет не ждала от него сыновней привязанности, но, учитывая, что он был его зятем, она полагала, что какая-то тень совести в нём всё же осталась. Это были просто два зверя в человеческом обличье!

Но больше всего Элизабет выводило из себя другое: даже если бы она сейчас могла предстать перед Изабеллой и Шеппертоном, у неё всё равно не было бы возможности отомстить немедленно. Их стража не подпустила бы её на шаг, а лёгкая смерть не расплата за их преступления. Пока не открыта правда о злодеяниях, которые они совершили, пока их подлость не предана огласке — это ещё не финал.

Элизабет была переполнена ненавистью, но понимала: сейчас важнее всего не месть, а спасение отца из тюрьмы. Если сведения Лили верны, то сэру Ричарду сейчас приходится нелегко не только с едой и одеждой. Изабелла не оставила бы его в покое — она наверняка подослала людей, чтобы те мучили его. Сэр Ричард был уже стар. Если он не выдержит… Элизабет боялась даже думать об этом.

Она резко встала. Нужно было не мешкать — как можно скорее ехать в Ашфорд!

Не успела она выйти, как за дверью послышался голос Бет:

— Сэр Гарольд, вы пришли. Наша госпожа внутри…

Сэр Гарольд? Элизабет подошла к двери. Едва она открыла её, как увидела его.

— Дядя Гарольд, — позвала Элизабет.

— Я пришёл специально к тебе, — сказал сэр Гарольд, не замечая странного выражения на лице служанки. Он прошёл в комнату, сел за маленький столик. — Эли, ты знаешь — старший и второй брат ходили в ткацкую мастерскую, и тамошние мастера посмотрели на мои перламутровые раковины и сказали, что стоит попробовать. Думаю, предложенный тобой метод, верно, сработает. Ты хорошо придумала!

Элизабет выдавила улыбку. Ещё не зная того, что узнала от Лили, она бы обрадовалась за Фиц-Аланов. Но сейчас все её мысли были заняты Ашфордом и отцом. У неё не было сил думать о ткацких делах семьи.

— Поздравляю, дядя Гарольд, — сказала она. — Если это удастся, самый большой вклад — ваш. Если бы не ваши перламутровые раковины, я бы не придумала этого способа.

— Вот мне нравится в тебе, Эли! — рассмеялся сэр Гарольд. — Ты не присваиваешь чужой славы! Не волнуйся, когда старший и второй брат были в мастерской, они меня уже похвалили. И даже сказали, что если получится, мне дадут торговый караван с вооружённой охраной. Я смогу путешествовать круглый год и привозить всякие диковины. Думаю, может, и Николаса с собой взять. У него голова на плечах, и вдвоём мы сможем добиться большего. Молодым людям полезно видеть мир, а не сидеть всю жизнь в Норвиче.

Элизабет рассеянно улыбнулась:

— Это замечательно.

— Эли, ты из Лондона, к тому же недавно сдала экзамены, так что ты человек образованный. Я подумал, если эта перламутровая ткань получится, как бы её назвать? Чтобы имя было запоминающимся и было сразу ясно, о чём речь, но не вульгарно. У тебя нет идей?

Сэр Гарольд, который обычно не интересовался мастерской, теперь, когда его перламутровые раковины пригодились, проникся гордостью и даже занялся мелочами. Он надеялся, что Элизабет поможет ему с названием. Обычно Элизабет охотно обсуждала бы такие пустяки, чтобы укрепить отношения. Но после встречи с Лили она знала: каждая минута промедления — потерянная возможность. Чем дольше тянуть, тем хуже будет для её отца. Она не могла оставаться безучастной дочерью, пока отец страдает в тюрьме.

— Дядя Гарольд, я хочу попросить вас об одолжении, — перебила Элизабет его болтовню.

Сэр Гарольд удивился, увидев серьёзное лицо племянницы, и невольно выпрямился:

— О чём?

Элизабет глубоко вздохнула:

— Я хочу съездить в Ашфорд.

Услышав это, сэр Гарольд, конечно же, удивился:

— Зачем тебе в Ашфорд?

— Если честно, дядя, это долгая история. Одна моя давняя подруга просила меня помочь уладить одно дело в Ашфорде. Зная, что я еду в Норвич, она попросила передать весточку её другу. Последние дни я была так занята делами, что совсем забыла. Теперь, когда всё почти улажено, я вспомнила и решила съездить.

Сказав это, Элизабет и сама почувствовала неловкость. Такую неуклюжую ложь она в жизни не говорила, но лучшего предлога не придумала.

Сэр Гарольд некоторое время смотрел на неё, потом вздохнул:

— Эли, если тебе трудно говорить, не нужно ничего придумывать. Даже я вижу, что это не вся правда.

Элизабет слегка покраснела. Сэр Гарольд, при всей своей грубости, дураком не был. Если бы он был глуп, он бы не выжил столько лет в странствиях.

— Эли, я знаю, что иногда есть вещи, о которых трудно рассказать даже семье. Это нормально. Я не стану тебя принуждать. Я не такой, как старший и второй братья. Я не хочу заставлять тебя делать то, что ты не хочешь. Когда захочешь — расскажешь. Если не сможешь — значит, есть на то причина. Хотя я не знаю, зачем тебе Ашфорд, я вижу, что ты девушка разумная и безрассудно поступать не станешь.

Он помедлил и добавил:

— Но та причина, которую ты привела… если бы ты попыталась с ней к старшему или второму брату, это бы не прошло. Особенно второй — он хитёр, как лиса. Даже я тебе не поверил, так что его бы ты точно не обманула.

Элизабет мысленно вздохнула. Сэр Джеймс и сэр Томас были слишком прозорливы — их не провести. Она очень не хотела лгать, но о некоторых вещах действительно нельзя было говорить.

Увидев её тревогу, сэр Гарольд вдруг хлопнул себя по груди:

— Не беспокойся! Я твой дядя и не собираюсь сидеть сложа руки. Оставь это мне. Если хочешь ехать в Ашфорд — я придумаю способ убедить мать и братьев. Ты просто поедешь со мной!

— С тобой? — удивилась Элизабет.

— Конечно! Ты что, думала, я позволю молодой девушке одной ехать в незнакомое место? Даже если ты смелая, нам всем было бы не по себе! Так что выбирай — старший брат, второй или я. Кто тебе больше по душе?

Элизабет потеряла дар речи. Если уж выбирать, то только сэра Гарольда. Сэр Джеймс и сэр Томас были слишком проницательны и неизбежно заподозрили бы правду. А сэр Гарольд, человек прямой и грубоватый, не любил лезть в чужие дела. К тому же… в этой поездке она не знала, с какими опасностями столкнётся. Иметь рядом такого дядю было куда лучше, чем быть одной.

— Тогда я очень благодарна, дядя Гарольд, — сказала она.

Сэр Гарольд так обрадовался, не мог усидеть на месте:

— Эй, не стоит благодарности! С тех пор как ты приехала в Норвич, ты помогала нашей семье с делами. Я взрослый мужчина, а мне всё ещё нужна помощь молодой девушки — если кто узнает, будут смеяться. Если я могу тебе пригодиться — я с радостью помогу.

Элизабет помедлила и сказала:

— Я знаю, это звучит странно, но если возможно, я хотела бы выехать как можно скорее. Каждый лишний час промедления может обойтись слишком дорого.

Она не могла больше ждать. На лице сэра Гарольда мелькнуло удивление, но он быстро кивнул:

— Хорошо. Ты никогда ни о чём не просила, а эта просьба пустяковая… Дядя всё для тебя сделает! — Он вдруг встал и бросил: — Иди собери вещи, подожди меня.

И ушёл.

Элизабет не ожидала, что он будет так быстр и решителен, но это было только на руку. Она позвала Бет и велела собираться. Вещей у неё было немного — так что сборы заняли совсем мало времени. Когда Бет закончила, она спросила:

— Миледи, мы правда едем в Ашфорд? Что там?

Бет никогда не слышала об Ашфорде и не знала, зачем они туда едут. Она решила, что, наверное, там интересно, и они с сэром Гарольдом едут развлекаться.

Элизабет улыбнулась:

— Как сказать… там довольно любопытно. Но мы едем не развлекаться.

— Не развлекаться? — удивилась Бет.

В этот момент вошёл слуга и доложил, что старая леди и хозяева ждут её в главном зале. Элизабет улыбнулась. Сэр Гарольд оказался даже быстрее, чем она думала. Она велела Бет взять вещи и идти.

Когда они подошли к главному залу, издалека было слышно, как сэр Гарольд спорит с братьями, а старая леди на диване время от времени его одёргивает. Увидев Элизабет, сэр Гарольд просиял и громко сказал:

— Эли! Ты как раз вовремя! Иди скажи матери, что ты готова ехать со мной в Ашфорд, правда?

Заметив его многозначительный взгляд, Элизабет поняла и улыбнулась:

— Да, я готова ехать в Ашфорд с дядей Гарольдом.

— Дитя моё, — встревожилась старая леди, — зачем ты соглашаешься на его глупости? Твой дядя — бездельник, только и знает, что шататься по свету. Если ты пойдёшь с ним, кто знает, что он затеял, а тебе придётся терпеть лишения и неудобства.

Элизабет сразу поняла замысел сэра Гарольда. Он, видимо, счёл её неловкую ложь слишком неуклюжей и придумал свою. Он сказал, что ему самому нужно в Ашфорд по делам, и ему нужна помощь Элизабет, поэтому он её и берёт. Поскольку сэр Гарольд никогда не занимался семейными делами, никто не стал допытываться, что именно он задумал. А если бы спросили, он мог бы придумать тысячу причин. Вся критика пала бы на него, и никто бы не подумал, что виновата Элизабет. Ведь Элизабет «попала» под влияние сэра Гарольда.

Поняв это, Элизабет благодарно взглянула на дядю. Он всё продумал, чтобы защитить её. Воодушевлённый этим взглядом, сэр Гарольд громко ответил:

— Матушка, это несправедливо! Я дядя Эли! Разве я могу ей навредить? Конечно нет! Кем бы я был, если бы допустил, чтобы кто-то обидел Эли?

— Как раз твоё присутствие нас больше всего и тревожит, — раздражённо сказал сэр Томас. — Зачем тебе помощь Эли? Ты взрослый мужчина, а просишь помощи у молодой девушки — тебе не стыдно?

— Второй брат, не сей раздор! — не уступал сэр Гарольд. — А что, если она молодая девушка? В последнее время в делах мы разве не полагались на Эли? Она необычная девушка. Её помощь — честь, а не стыд!

Сэр Томас опешил от такой наглости. Сэр Джеймс сурово сказал:

— Глупости! Хочешь бездельничать — бездельничай, но не впутывай в это Эли! Скажи прямо, что ты задумал?

Клара и Николас переглядывались. Хотя слова сэра Гарольда были слишком резкими, младшее поколение обычно любило проводить с ним время, поэтому им не хотелось его осуждать.

— Дядя Джеймс, дядя Томас, — вмешалась Элизабет, — я действительно обсуждала это с дядей Гарольдом. Что касается того, что именно мы собираемся делать — пусть это останется, между нами. Я приехала в Норфолк, чтобы увидеть мир. Я никогда не была в Ашфорде и теперь могу поехать с дядей и расширить кругозор. К тому же мы всё равно семья. И потом, если у меня в будущем будут проблемы, я тоже буду рассчитывать на помощь дяди и всех вас.

Сэр Гарольд смотрел на неё с восхищением. Эли смогла подать даже самую нелепую просьбу так, что она звучит разумно и изысканно. Взгляните на старшего и второго братьев — самых недоверчивых, а теперь они растеряны.

Леди Кэтрин не удержалась:

— Но мы волнуемся за тебя…

Сэр Гарольд закатил глаза. Волнуются за Эли, а за него — нет? Что он, не член семьи?

— Не волнуйтесь, — мягко улыбнулась Элизабет. — Я клянусь бабушке, дядям и тётям, что дядя Гарольд не собирается бездельничать, а занимается серьёзным делом. И никакой опасности не будет.

Её лицо было нежным, слова — искренними, и люди невольно верили. Если бы те же слова сказал сэр Гарольд, никто бы им не поверил.

Старая леди вздохнула и заговорила первой:

— Раз ты уже решила, Эли, так тому и быть. — Она с любовью посмотрела на внучку. — Не сердись на дядей и тёток — они действительно волнуются, что ты, молодая девушка, пострадаешь.

Элизабет взяла старую леди за руку и улыбнулась:

— Я знаю, бабушка. Я уже выросла и могу постоять за себя.

При этих словах старая леди вздрогнула, словно увидела леди Елену много лет назад — такую же прекрасную и юную. Когда Елена выходила замуж за графа Уэссекского, её муж беспокоился о ней. Елена тогда капризно надулась и сказала своим сладким голосом: «Я уже выросла и могу постоять за себя». Не смогла.

У старой леди защемило сердце, и она чуть не прослезилась. Она похлопала Элизабет по руке:

— Тогда ступайте и возвращайтесь скорее.

Она велела служанке помочь ей уйти в свои покои.

Элизабет замолчала. Она знала, что старая леди, должно быть, вспомнила прошлое. Все в семье это почувствовали. Сэр Гарольд нарушил тяжёлую тишину, громко крикнув:

— Все согласны? Раз так — не будем медлить! Эли, поехали!

Сэр Джеймс бросил на него взгляд:

— Береги Эли!

Отъезд в Ашфорд оказался на удивление лёгким. Сидя в карете, Элизабет охватило волнение. Она хотела лишь узнать о судьбе отца и навестить его могилу. Она никогда не думала, что застанет его живым. Сердце её бешено колотилось от волнения.

От Норвича до Ашфорда было около дня пути. Выехав после полудня, они заночевали на постоялом дворе и прибыли на следующий день. Ашфорд был небольшим городком. Элизабет не хотела брать стражников из Уэссексов — те могли быть ей не верны. Хотя они и защищали бы её, они же ограничивали бы её действия. Поэтому сэр Джеймс выбрал несколько самых опытных охранников из поместья, а также служанку Бет и слугу сэра Гарольда Шона.

Ночью они остановились в придорожной гостинице. Передвижения Фиц-Аланов, хоть и были скромными, не ускользнули от внимательных глаз соседей.