Глава 41. Семь дней до казни.

Ярость и унижение захлестнули Рейка. Он закричал:

— Как вы смеете спрашивать меня о деле осуждённого преступника! Вы, должно быть, его сообщники! Стража, арестуйте их всех!

Стражники двинулись вперёд.

Сэр Гарольд обнажил длинный нож и рявкнул:

— Кто посмеет! Я прикончу каждого!

Он умел внушать страх. Один его рык заставил Рейка поёжиться. Поправив криво сидящую шапку, судья раздражённо крикнул:

— Чего стоите? Взять их!

В этот миг Элизабет тихо рассмеялась.

В такой опасный момент её тихий смех был подобен цветку, распустившемуся над пропастью, — нежный, но смертоносный.

Все взгляды обратились к ней.

Рейк смотрел на неё, облизывая губы. В Ашфорде было немало красавиц, но все они были не так хороши. Раньше была одна — Элинор де Бур, ослепительная красавица, но уехала из города, выйдя замуж, и он так и не успел насладиться ею. Теперь она умерла, и он жалел об упущенной возможности.

Заметив его похотливый взгляд, Элизабет поняла, что у него на уме. Подавив отвращение, она улыбнулась:

— Ваша честь, я — Элизабет Уэссекс.

— Что? — не понял Рейк.

— Меня зовут Элизабет, — намеренно повторила она.

Рейк напряг память. Ашфорд — маленький город, он знал почти всех его жителей. Но Элизабет не была из Ашфорда: такую красавицу он бы не пропустил.

Он успокоился. Тот здоровяк, хоть и был грозен, но против целой стражи долго не продержится. А красавица может остаться и скрасить его досуг. Можно позабавиться.

— И что? — лениво протянул он. — Вы называете мне своё имя, чтобы я его запомнил?

Стражники заржали. Зал суда больше походил на притон.

Сэр Гарольд взбесился:

— Ты, пёс в судейской мантии! — и про себя пожалел, что привёл сюда Элизабет. Он думал, что это городской суд, и даже самый наглый судья будет соблюдать приличия. Как шериф Юстас в Норвиче, который всё же должен был считаться с общественным мнением. А этот судья оказался сущим бандитом! Он не побоялся даже приставать к Элизабет прямо в зале суда — наглость его не знала границ!

Элизабет холодно смотрела на самодовольное лицо Рейка. Он сменил всех служащих, что служили с сэром Ричардом, и поставил своих людей. Каков хозяин, таковы и слуги — леди Изабелла была жестока и подла, поэтому и у неё были такие псы, как Рейк. А у Рейка, жадного и похотливого, была свора таких же отвратительных стражников.

Зал суда превратился в притон.

Элизабет сказала:

— Ваша честь, вы представляете закон и знаете каждого горожанина в лицо. Хороший судья всегда занят делами. Естественно, вы не знаете меня, ведь я не из Ашфорда, я из Лондона.

Рейк слушал с самодовольной улыбкой, но когда она упомянула Лондон, улыбка его погасла.

— Лондон? — переспросил он.

Элизабет улыбнулась.

Сердце Рейка дрогнуло. Лондон. Тот, кто поставил его на это место, был лондонским вельможей. Эта красавица тоже из Лондона и даже послана кем-то? Но нет, не может быть. Если бы её прислали, она бы не стала расспрашивать о деле сэра Ричарда.

Рейк забеспокоился и спросил вслух:

— Кто ты такая в Лондоне?

Сэр Гарольд усмехнулся. Как ни претила ему чиновничья спесь, он не мог отрицать: титул — штука полезная, особенно когда вокруг такие псы.

Элизабет улыбнулась:

— Даже если вы, ваша честь, не встречались с моим отцом, вы, должно быть, слышали о нём. Мой отец — граф Уэссекский, а я его старшая дочь.

Голос её был ровен, без тени холода или тепла, но в нём сквозила насмешка. Хотя она улыбалась, в её взгляде было презрение.

Рейк остолбенел. Стражники вокруг мгновенно струсили. Они могли быть местными тиранами, но они знали, кто такой граф Уэссекский. Почти половина чиновников при дворе была на его стороне. Если Элизабет и вправду его дочь, то обидеть её значило навлечь на себя страшную беду.

— Вы... вы... — заикаясь, выдавил Рейк.

Элизабет с презрением смотрела на него. Даже став судьёй, Рейк не изменился: он был трусом, который боится сильных. Стоило ему столкнуться с кем-то выше его по положению, как он тут же терял хватку.

Пожалуй, стоит поблагодарить отца — титул старшей дочери графа избавляет её от многих проблем.

— Леди Элизабет, — взмокший Рейк выдавил из себя улыбку. — Что привело вас ко мне?

Сэр Гарольд расхохотался. Как быстро Рейк сменил тон — от «кто ты такая» до «я ваш покорный слуга». И этот человек называет себя судьёй? Жалкое зрелище.

— Я же сказала, — ответила Элизабет. — Я пришла спросить, почему сэра Ричарда посадили в тюрьму, а его дом опечатали.

Рейк взглянул на неё, лихорадочно соображая. Из её слов он понял: она точно не из людей леди Изабеллы. Те бы не стали расспрашивать о деле де Буров. Но зачем старшей дочери графа приезжать в такую глушь и интересоваться этим? Что ей нужно?

Но он не мог сорвать задание леди Изабеллы.

Рейк решительно ответил:

— Сэр Ричард был посажен за растрату казённых средств на помощь бедным. Вина доказана. Суд строг к казнокрадам, и он был осуждён.

— Вот как? — спросила Элизабет. — Вина доказана?

— Да.

— Ясно, — кивнула она с сожалением. — Тогда ничего не поделаешь.

Рейк уже обрадовался, но тут она снова подняла голову и спросила:

— Тогда, ваша честь, могу я навестить его?

Рейк оцепенел. Сэр Гарольд тоже удивлённо посмотрел на неё.

— Леди Элизабет, как вы можете... — начал было Рейк, но, взглянув на её лицо, вдруг понял: старшая дочь графа не станет делать что-то просто так. Зачем дочери такого человека навещать осуждённого? Она не давит на него, но хочет навестить заключённого — значит, она намерена вмешаться!

Вспомнив приказы своей госпожи, Рейк сказал:

— Леди Элизабет, по законам Англии, приговорённых к смерти нельзя навещать.

— Смертный приговор? — улыбка мгновенно исчезла с лица Элизабет.

— Да, — сказал Рейк. — По приговору, сэр Ричард должен был быть казнён. Но он сошёл с ума, и казнь отложили. Однако через семь дней его обезглавят на городской площади.

Сэр Гарольд, Бет и все остальные смотрели на Элизабет.

Хотя они не до конца понимали, что она задумала, одно было ясно: она хотела спасти сэра Ричарда. Но Рейк сказал, что его казнят через семь дней. Неужели она зря проделала весь этот путь?

Элизабет усмехнулась про себя. Отложили? Скорее, леди Изабелла хотела продлить его мучения. Теперь, когда прошло достаточно времени и Элинор уже мертва, пытать сэра Ричарда больше не имело смысла, и Изабелла велела казнить его.

— Ваша честь, — мягко спросила Элизабет, — вы не обманываете меня? Или вы боитесь, что я что-то сделаю, и поэтому решили всё поскорее уладить? Этот приговор, быть может, был вынесен всего минуту назад?

Рейк попал впросак, но, чтобы это скрыть, он вдруг заулыбался:

— Это правда. Если не верите, можете написать в Лондон и справиться. Но... — он хитро прищурился, — у вас есть доказательства, что вы действительно леди Элизабет? Если вы самозванка, вы знаете, какое это преступление?

— Знаю, — ответила Элизабет. — Но разве вы, ваша честь, не можете подтвердить мою личность?

Рейк смотрел на неё, и ладони его вспотели. Он чувствовал, что перед ним действительно дочь графа. Одна только её уверенность не оставляла сомнений. Но он не мог просто так признать это. Она явно была на стороне де Буров и намеревалась им помочь. А у него были приказы леди Изабеллы. Он не мог позволить ей вмешаться. Можно было бы сделать вид, что он ей не верит, а потом извиниться. Но если он провалит дело, леди Изабелла с него шкуру спустит. Но за его спиной — сама леди Изабелла, он просто пожалуется ей, и кто кого боится?

Успокоившись, он уже хотел ответить, но Элизабет опередила его:

— Ваша честь, — спокойно сказала она, — я советую вам не пытаться притвориться, будто вы не верите мне, а потом извиняться. Чтобы избежать таких ситуаций, я привезла с собой перстень с гербом.

Она медленно достала из рукава серебряный перстень с гербом Уэссексов и небрежно повертела его в руках, чтобы все видели.

Рейк похолодел. Теперь он не мог притвориться слепым. При таких доказательствах он был вынужден признать её личность. А значит, её слова и действия обретали вес.

Это было плохо.

Пока он лихорадочно искал выход, Элизабет снова заговорила:

— Я знаю, что у вас, ваша честь, есть высокие покровители, и потому вы позволяете себе действовать без оглядки. Но вы, должно быть, слышали поговорку: когда дерутся боги, страдают смертные.

— Кем бы вы ни были, — закончила она, — вам стоит знать своё место.

От всей души — спасибо за награду💕Кристина Мостовая