Глава 42. Сложности.

— Кем бы вы ни были, — сказала она, — вам следует знать своё место.

Лицо Рейка перекосило от этих слов. Он отлично понял скрытый смысл: за ней стоял граф Уэссекский, за ним — леди Изабелла. Но между двумя столь влиятельными людьми он, мелкий судья, оказывался всего лишь пешкой. Истина была очевидна: в случае конфликта его могли без колебаний принести в жертву.

Рейк ощутил, что попал в безвыходное положение. Элизабет появилась столь внезапно, что он не успел подготовиться. Однако он понял: с этой девушкой не так-то просто справиться. Она держалась уверенно, и в ней не было той наивной доверчивости, которую можно было ожидать от семнадцатилетней особы. Более того, она внушала ему, подсознательно, невольную тревогу.

— Леди, — заискивающе улыбнулся Рейк, — я всего лишь исполняю приказы. Прошу вас, не ставьте меня в трудное положение.

— Исполняете приказы? — с лёгкой усмешкой произнесла Элизабет. — Вы судья Рейк, ваше слово — закон. Никто не смеет приказывать вам. Дело сэра Ричарда было решено вами. Чьи же именно приказы вы исполняете? Быть может, я знакома с этими людьми в Лондоне.

Лоб Рейка покрылся холодной испариной. Имя леди Изабеллы он не мог назвать. Горько усмехнувшись, он ответил:

— Я действовал строго по закону, миледи. Я не понимаю, чего вы хотите. Вы спрашивали о деле сэра Ричарда — я рассказал вам всё как было. Чего же вы ещё желаете?

Рейк был взяточником и мерзавцем и в прошлом, но теперь он был судьей, и никто не мог найти на него управы. Элизабет, не смотря на титул, не имела здесь власти. Она не могла ворваться в тюрьму — это втянуло бы в скандал всю семью. Рейк ясно давал понять: он признаёт её положение, он даже готов оказывать видимость почтения, но будет поступать по-своему. Что она может ему сделать? Сэр Гарольд нахмурился. Столь бесстыдного судью он видел впервые. Неужели того нисколько не страшит гнев графа?

Только Элизабет понимала, почему Рейк осмеливается так нагло себя вести — он полагался на поддержку леди Изабеллы. Ему нужно было лишь выполнить то, что поручила ему она.

Она шла в суд с надеждой повидать отца, хотя и понимала, что добиться этого будет нелегко. Но встреча с новым судьёй дала ей возможность понять, кто перед ней. А когда знаешь противника, можно смело готовиться к любой битве. Стало быть, пришла она не напрасно.

Рейк окинул Элизабет ленивым взглядом, в котором вновь засветилась самоуверенность. Он понял, что она связана по рукам и ногам: тронь она судью — и противники отца получат прекрасный повод для нападок. А значит, она бессильна.

— Я не стану ничего требовать, — с прежней мягкой улыбкой ответила Элизабет. — Мне лишь хотелось бы знать, почему дом де Буров опечатан. Что касается документов — с соответствующим разрешением я могу их изучить. Я уже подала прошение, и теперь имею право ознакомиться с делом. — Она достала свиток и указала Бет передать его Рейку. — Вот разрешение, судья. Могу ли я теперь ознакомиться с материалами?

Он опешил.

Рейк получил судейское кресло по милости леди Изабеллы. Одна мысль о том, что он наконец стал чиновником —приводила его в восторг. Он рассчитывал извлечь из этого положения немалую выгоду. Он не намеревался уподобляться сэру Ричарду, который тратил силы на благо других. Поскольку его назначение обошлось без нужных формальностей, Рейк был совершенно невежественен в юридических тонкостях. Об разрешении он имел самое смутное представление. Поэтому он принял бумагу из рук Бет без особых раздумий. И приказал помощнику выдать Элизабет все документы по делу.

Сэр Гарольд никак не мог припомнить, когда Элизабет успела раздобыть это разрешение. Она лишь слегка улыбнулась в ответ. Разрешение было получено через одного знакомого судейского чиновника: она дала ему понять, что действует по поручению графа Уэссекского, и тот, всё ещё лелеявший надежду на продвижение по службе, охотно согласился помочь. Элизабет была хорошо осведомлена о недостатках судебной системы и умело пользовалась этой лазейкой для достижения своих целей.

Она собиралась изучить материалы дела и выявить в них несоответствия — для этого и пригодилось разрешение. Но, увидев Рейка, Элизабет поняла: она зря себя утруждала. Этот судья был невежественным негодяем, который думал лишь о еде и развлечениях. Едва она выдумала благовидный предлог, он, не раздумывая, поверил ей.

Бет получила материалы дела и передала их Элизабет.

Элизабет мельком взглянула на бумаги, убедилась, что они подлинные, затем улыбнулась Рейку:

— Благодарю вас, судья Рейк. У меня больше нет вопросов.

Рейк испытывал явное раздражение от общения с Элизабет. Как только она сказала всё, что хотела, он уже предвкушал её уход. Мысли его были заняты лишь одним: как поскорее отправить голубя с донесением леди Изабелле. Не вызывало сомнений, что старшая мисс Уэссекс намеревается поднять дело сэра Ричарда. Как ни размышлял Рейк, он не мог понять, каким образом этот старый судья связан с дочерью графа, однако одно он усвоил твёрдо: ни малейшей ошибки на этом последнем этапе — иначе гнев леди Изабеллы будет для него смертельным приговором.

— Хорошо, хорошо… — Рейк расплылся в улыбке, и глаза его превратились в узкие щёлочки. — Прощайте, леди Уэссекс...

— Я прощаюсь ненадолго, — сказала Элизабет. — Я намерена задержаться в Ашфорде на несколько дней.

— З-задержаться?

— Да, — Элизабет пристально взглянула на него. — Судья Рейк, вы, кажется, не в восторге?

— Нет... нет... — Рейк тотчас натянул угодливую улыбку. — Что вы, как можно? Леди Уэссекс, у вас есть где остановиться? Если нет, я мог бы порекомендовать...

— Не стоит. У меня есть люди, которые займутся этим вопросом, к тому же я не хочу отвлекать Вас от дел, — с лёгкой полуулыбкой ответила Элизабет. — Полагаю, у судьи Рейка и без того хватает забот. Не утруждайте себя проводами — мы уйдём сами.

Рейк мог только криво усмехнуться. Проклятая мисс Уэссекс, казалось, видела его насквозь, и это было крайне неприятно.

— Тогда я... не буду вас провожать, — выдавил Рейк.

Элизабет взглянула на Рейка, обменялась парой слов с сэром Гарольдом, и тот убрал кинжал. Они прошли к выходу и покинули здание. Рейк провожал их взглядом, и на душе у него почему-то было неспокойно. Он посидел в задумчивости, затем вдруг опомнился и пнул своего помощника:

— Живо! Бумагу и чернила!

***

Элизабет и сэр Гарольд вышли из здания суда.

У ворот им встретилась сгорбленная старуха с ведром в руках. Она мельком взглянула на них, тотчас опустила глаза и, не оборачиваясь, зашагала дальше.

Элизабет вздрогнула, но сэр Гарольд, не заметив её смятения, прервал молчание:

— Что это за судья? Я такого в жизни не видел! Это называется судья? Как такой человек вообще может занимать место мирового судьи?

Он всё ещё кипел негодованием при воспоминании о том, как Рейк посматривал на Элизабет.

— Ничего, дядя Гарольд, — утешила она его, хотя самой ей сейчас требовалась поддержка. — Такой человек долго на этом месте не задержится.

Рейк сказал, что сэра Ричарда казнят через семь дней? Так скоро! Они были так безжалостны к пожилому человеку, который уже потерял рассудок, и решили избавиться от него окончательно. Элизабет в гневе сжала кулаки.

Семь дней. Времени было очень мало. За семь дней она должна была отменить приговор и предотвратить казнь у городских ворот. Но сейчас, кроме этих бумаг, у неё ничего не было. Её отец был безумен —он не мог защитить себя. Чтобы отменить приговор, она могла рассчитывать только на себя.

Жители были запуганы и не смели рта раскрыть. Все прежние подчинённые её отца исчезли, их судьба неизвестна. Как ни посмотри, всё было против неё.

Но она должна была идти вперёд.

— Эли, что мы будем делать? — спросил сэр Гарольд.

— Мне нужно подумать., — сказала Элизабет.

Следующий шаг она ещё не придумала, но время не ждало. Она должна была принять решение как можно скорее. Но одно было ясно: чего бы это ни стоило, она не позволит казнить сэра Ричарда. Даже если бы ей пришлось организовывать побег, она спасла бы отца.