Глава 28. Козни.

Элизабет смотрела на стоящую перед ней пару.

Сесилия и лорд Энтони стояли совсем близко друг к другу. Об их помолвке знал весь Лондон, так что такая близость была понятна. Вот только выражение лица лорда Энтони сейчас казалось каким-то неловким.

Сесилия снова заговорила своим невинным голоском:

— Сестрица, о чем это вы так увлеченно беседовали? Почему, как только я подошла, вы замолчали?

— Ни о чем, — ответила Элизабет. — Просто случайно встретила лорда Грея, мы лишь обменялись приветствиями, и тут ты подоспела. — Она улыбнулась. — Раз уж ты пришла, вам с лордом Греем, должно быть, есть о чем поговорить. Позвольте мне откланяться.

И, не дожидаясь ответа, она вместе с Бет направилась прочь.

Лорд Энтони невольно проводил её взглядом. Заметив это, Сесилия в бешенстве стиснула зубы.

— Миледи, — тихо сказала Бет, когда они отошли подальше, — вам бы лучше не общаться с лордом Греем. Это ни к чему хорошему не приведёт.

— Почему ты так говоришь?

Осмелев, Бет продолжила:

— Хоть вы и были раньше помолвлены с лордом Энтони, теперь его невеста — леди Сесилия. Вернувшись, граф не станет менять помолвку обратно — это сделало бы наш род посмешищем для всего Лондона. Его светлость ни за что такого не допустит.

— И ещё, — Бет покосилась на выражение лица госпожи, — то, как лорд Энтони на вас смотрел... это было слишком откровенно. Он жених леди Сесилии, а ведёт себя так, будто забыл о своём положении. Это показывает, что он не очень-то надёжный человек. Миледи...

— Я понимаю, — улыбнулась Элизабет. — Конечно, я вижу, что он не пара. Но наша Бет, оказывается, умеет так здраво рассуждать — я приятно удивлена.

Обычно Бет была беспечна и недальновидна, но сейчас проявила редкую проницательность. Элизабет была довольна.

Бет просияла:

— Вот и хорошо. Моя госпожа — законная дочь графа. Не то что за наследника графа Кентского — хоть за самого герцога сможете выйти, если захотите. Так что можете не спешить и выбрать себе достойного мужа.

Элизабет невольно рассмеялась. Впрочем, в этой жизни она и не собиралась замуж.

***

Тем временем в главном доме леди Маргарет беседовала со своей сестрой, леди Джейн.

Гости разъехались. Дебют Сесилии обернулся полным провалом — хаос и позор. Теперь все скажут, что она, хозяйка дома, не умеет управлять прислугой и допускает беспорядок в собственных покоях.

Взгляд графа, когда он уходил, ясно говорил о его недовольстве. Он винил её.

Она хотела проучить Элизабет, а в итоге сама оказалась в дураках, лишилась служанки Хлои и выставила себя на посмешище. Любая умная дама, разобравшаяся в сегодняшних событиях, поймёт, кто стоял за этой историей.

Леди Маргарет не боялась, что кто-то увидит её козни — у любой хозяйки есть свои секреты. Но проиграть девчонке, да ещё так глупо, потеряв служанку и не добившись цели, — это был удар по её самолюбию. Вернувшись, она в ярости перебила в своей комнате все вазы.

— Успокойся, — уговаривала её леди Джейн. — Что за вид? Если кто увидит, скажут, что жена самого графа Уэссекского не умеет владеть собой.

— Сестра, я не могу этого вынести! — леди Маргарет была вне себя от злости. — Эта мерзавка Элизабет — просто исчадие ада! Она ровесница Сесилии, а сколько в ней коварства! Вы видели, что сегодня произошло? Такое не всякий взрослый придумает!

— Она и впрямь не проста, — согласилась леди Джейн. — Но не позволяй гневу затуманить рассудок. Она велела служанке закрыть дверь и продолжила: — Ты — хозяйка графиня Уэссекс. Не забывай: ты родила графу дочь и сына, его сердце принадлежит тебе. Элизабет — всего лишь забытая дочь от первого брака. Кто в этом доме относится к ней как к настоящей леди? Справиться с ней — проще простого, только действовать надо осторожно и не оставлять улик. Посмотри на эту Хлою — чуть всё не испортила.

Леди Маргарет понемногу успокоилась:

— Ты права. Я поняла.

Дейзи уже увели. Слова Элизабет заронили в душу леди Маргарет зерно сомнения. Дейзи объясняла, что действовала из зависти к Хлое, но правда это или ложь — она провалила задание. Такую служанку держать нельзя. А там, глядишь, скажут, что она, не вынеся смерти подруги, уехала в деревню.

— Ничего, — холодно усмехнулась леди Джейн. —И еще, если Мортоны посмеют выступать против нас, они своё получат. А твоя главная задача сейчас, — она повернулась к сестре, — успокоить графа. Ты его разгневала. А с Элизабет не спеши. Придумай что-нибудь — она у тебя под боком, никуда не денется. И не забывай: её будущее замужество — в твоих руках. Устроить ей неприятность — проще простого.

Леди Маргарет кивнула:

— И то верно.

В этот момент в комнату ворвалась Сесилия. Лицо её было перекошено от злости, черты исказились. Не обращая внимания на присутствие тётки, она выпалила:

— Матушка, тётушка! Эта маленькая лиса Элизабет сегодня при всех пыталась охмурить лорда Энтони! У неё совсем стыда нет! Вы должны проучить её!

— Как она посмела?! — леди Маргарет вскочила.

— Ещё как посмела! — Сесилия чуть не плакала от обиды. — Матушка, она нас совсем не уважает! Неужели мы стерпим такое? Накажите её, прошу вас!

Элизабет не знала, о чём беседовали леди Джейн и леди Маргарет, но она прекрасно понимала: сегодняшними событиями она выставила напоказ свой конфликт с мачехой. Судя по тому, как леди Маргарет обошлась с настоящей Элизабет в прошлом, она была не из тех, кто прощает обиды. Теперь, когда противостояние обострилось, леди Маргарет непременно прибегнет к ещё более жестоким методам.

Элизабет не боялась.

В прошлом, когда она жила с отцом, сэр Ричард не скрывал от неё своих дел и даже иногда советовался с ней. Элизабет не была трусихой. К тому же, та, кто уже однажды погибла вместе со своей семьёй от рук человека, с которым делила ложе, теперь готова была утянуть за собой любого, кто встанет на её пути.

Она вернулась во флигель и едва успела передохнуть, как явился незваный гость.

Генри пришёл со своей неизменной привычной бесцеремонностью и без приглашения уселся пить чай.

У этого молодого господина был вздорный нрав, и родители не могли с ним сладить. Лишь изредка он слушался графа. Но с Элизабет он держался как старый знакомый.

Элизабет пригласила его сесть и спросила:

— Ты зачем пришёл?

Генри нашёл себе чашку, велел Бет налить чаю и, ничуть не смущаясь, ответил:

— Ты сегодня здорово выступила. И Сесилия, и леди Маргарет остались в дураках. Я чуть не зааплодировал.

Бет, наливавшая чай, даже возмутилась про себя: этот молодой господин, хоть и не желает зла её госпоже, но говорит без всякого уважения.

— Не стоит так говорить, — спокойно ответила Элизабет. — Я всего лишь сказала правду.

— Ну, передо мной-то чего притворяться? — Генри вертел в руках чашку. — Я никому не расскажу.

— Твои слова, кузен, звучат так, будто мы с тобой закадычные друзья. — Элизабет чуть улыбнулась.

При слове «кузен» Генри нахмурился и посмотрел на неё с недоумением:

— Элизабет, это ещё что значит?

— А разве я что-то не так сказала? — Улыбка Элизабет стала чуть насмешливее. — Когда меня сегодня обвиняли во дворе, я спросила, верит ли мне кто-нибудь. Во всём доме нашлись леди Люсинда и Бет. А тебя, кузен, среди них не было. — Она помолчала. — Если бы мы с тобой были так близки, ты бы хоть немного, но поверил мне. Так что не надо говорить, будто мы с тобой старые приятели.

Генри густо покраснел. Бет же внутренне возликовала: правильно, нечего строить из себя друга, когда в трудную минуту и пикнуть не смеешь. Даже чужая леди Люсинда и та проявила больше участия, чем кровный родственник.

Генри хотел было возразить, но, встретив взгляд Элизабет — чистый, прозрачный, словно горный ручей, в котором не могла утаиться никакая ложь, — поперхнулся и замолчал. Ему стало не по себе, словно он сидел на иголках.

Он-то думал, что они с Элизабет в хороших отношениях. Он даже предупреждал её раньше, считая, что делает всё возможное. А она взяла и напрямую спросила: почему ты не заступился? И спросила так открыто, что он сам себе показался мелким и ничтожным.

— Я понимаю, кузен, что ты не хочешь ссориться с тетей ради меня. В доме Уэссексов каждый знает, что такое благоразумие. Я тебя не виню. — Голос Элизабет звучал ровно. — Но впредь, пожалуйста, не говори, что мы с тобой близки. Я не люблю поддерживать пустые видимости.

Генри показалось, что эти слова хлещут его по щекам. Элизабет прямо насмехалась над его трусостью. Вспыльчивый и избалованный, он не стерпел такого унижения и выпалил:

— Понял! Хватит меня пилить! Больше не приду!

Он грохнул чашкой об стол и выбежал вон.

Бет опешила:

— До чего же вспыльчивый! — Она взглянула на Элизабет. — Миледи, вы его нарочно разозлили?

— Генри, по сути, неплох, — задумчиво произнесла Элизабет, постукивая пальцем по чашке. — Эгоистичен, но не до полного бессердечия. Иначе не предупредил бы меня заранее. В знатной семье, где всё так запутано, каждый вынужден быть осторожным. Я понимаю, почему он так поступил, но мне это не нравится.

Может быть, потому что отец с детства учил её видеть мир в чёрно-белых тонах, она не выносила полутонов. Таких людей ни хорошими, ни плохими не назовёшь, с ними всегда сложно.

— Теперь либо он возненавидит меня и перестанет общаться, либо будет чувствовать вину и впредь не останется в стороне, если со мной что-то случится. — Элизабет усмехнулась. — По крайней мере, его отношение станет ясным. А от того, кто колеблется, всегда можно ждать удара в спину.

Бет, хоть и не всё поняла, согласно кивнула:

— Мудро говорите, миледи. Иначе сегодня Хлоя не получила бы по заслугам.

В тот день, когда Хлоя вернулась от леди Маргарет, она тайком перебирала шкатулку Элизабет с таким видом, будто не могла с ней расстаться. Бет доложила об этом, и Элизабет сразу догадалась, что леди Маргарет готовит какую-то пакость на дебюте. Зная прошлое Элизабет, нетрудно было понять, что именно.

Элизабет велела Бет подкупить кого-то из слуг, чтобы те рассказали Хлое о мастере, делающем подделки. Хлоя, конечно, клюнула и подменила убор. А потом Элизабет велела Бет при Дейзи нахваливать, сколько Хлоя от неё получила. Дейзи, и без того завидовавшая Хлое, узнав о плане, решила помочь Элизабет, чтобы погубить соперницу.

А когда Хлою поймали, одного слова Элизабет хватило, чтобы леди Маргарет заподозрила Дейзи. Так всё и вышло: Дейзи убрала Хлою для Элизабет, а леди Маргарет убрала Дейзи — и заодно очистила флигель от всех подозрительных слуг. Одним ударом — двух зайцев.

Во всей этой цепи сработали жадность Хлои, зависть Дейзи и подозрительность леди Маргарет. Элизабет лишь воспользовалась тёмными сторонами человеческой натуры.

Всё началось с той самой первой рубиновой стрекозы, что Элизабет подарила Хлое.

Охотник расставил силки, и дичь попалась.

В этом раунде победа осталась за Элизабет.