Глава 51. Плата за интригу.

Вокруг внезапно поднялся невообразимый шум.

Виолетта инстинктивно посмотрела и увидела в направлении, ближайшем к финишной черте, рядом с принцем Чарльзом, леди Изабеллу, зажимающую плечо, из которого текла кровь.

Это было... Виолетта почувствовала себя несколько ошеломлённой.

— Дерзость! Взять её! — вскрикнула леди Изабелла.

— Это я? — растерянно подумала Виолетта. Не успела она понять, что произошло, как стражники леди Изабеллы выступили вперёд и, не обращая внимания на продолжающееся состязание, схватили её.

Тем временем Элизабет всё же пересекла финишную черту. Одной рукой обхватив гриву гнедой лошади, а другую руку разжав, она, проезжая мимо ограждения, внезапно отпустила хватку и прыгнула вверх!

Она повисла на ограждении.

Хотя её поза была не особенно элегантна, её можно было назвать лёгкой и непринуждённой.

Взбесившаяся гнедая лошадь вырвалась с дорожки. Кто-то уже спешил её перехватить. Стрела, которую Элизабет выпустила последней одновременно с Виолеттой, медленно вонзилась в яблочко, и её оперение было отмечено киноварью.

Она выиграла.

Элизабет замерла, а затем молча посмотрела на другую сторону, где леди Изабелла была окружена людьми, и в её сердце пробежал холодок.

Леди Изабелла всё же ускользнула. Если бы она была чуть ближе... если бы стрела Виолетты была чуть острее, та синяя стрела вонзилась бы не просто в плечо, а в грудь леди Изабеллы.

Всего лишь немного не хватило.

Конрад наконец уселся, хлопая себя по груди. Он тоже был весь в поту. Седрик рядом с ним был едва ли в лучшем положении. Просмотрев такое захватывающее состязание, он почувствовал себя более измотанным, чем после ежедневных тренировок. Однако Конрад всё же был очень доволен. Он сказал Эдмунду:

— Ты видел? Старшая мисс Уэссекс просто чудо! Сегодня я воочию узрел нечто небывалое. На этот раз она всех затмила — должно быть, внутри она ликует.

— По-моему, она слегка разочарована, — лениво заметил Эдмунд.

— Разочарована? — удивился Конрад. — Чем разочарована? Она первая. Все шесть искусств теперь позади. Она первая во всём. В чём тут разочаровываться?

— Использовать чужой нож, чтобы убить врага, не удалось — естественно, она разочарована. — Эдмунд слабо улыбнулся, поднимаясь. — Сегодняшнее представление было неплохим, но настоящей крови я не увидел — маловато будет. Посмотрим ещё как-нибудь.

Он отряхнул рукава и ушёл.

— И впрямь извращенец, — пробормотал Конрад, но, вспомнив что-то, крикнул вдогонку: — Ты ещё результаты не объявил!

Эдмунд лишь отмахнулся. Впрочем, сегодняшние верховая езда и стрельба из лука были даже легче для оценки, чем музыка, потому что контраст был слишком очевиден. Участвовал Эдмунд или нет, это не имело значения. Любой желающий мог видеть, что мастерство старшей мисс Уэссекс в верховой езде и стрельбе из лука непревзойдённо.

Но этой мисс Виолетте действительно не повезло. Не говоря уже о её провале в стрельбе, она ещё и ранила леди Изабеллу. Шрам на теле женщины — дело нешуточное. Будь то принцесса или даже обычная знатная девица, это так не оставят. В лучшем случае это сочтут несчастным случаем, в худшем — покушением на королевскую особу.

Лицо Виолетты было пепельно-серым, её трясло от страха. Теперь она тоже понимала, насколько серьезна ситуация. Она не могла не сопротивляться, крича:

— Это не я! Я не хотела ранить её высочество! Это... это Элизабет! Это Элизабет подстроила!

Кто-то в толпе презрительно заметил:

— Как может мисс Виолетта так лгать? Стрела, попавшая в её высочество, с синей отметиной — это её стрела. Она ещё хочет обвинить старшую мисс Уэссекс. Смешно.

У каждой стрелы была своя метка. Стрела, поразившая леди Изабеллу, была синей, значит, это была стрела Виолетты. Столкновение стрел произошло слишком быстро. С такого расстояния никто не мог ясно разглядеть. Даже если бы Виолетта сказала это сама, вряд ли кто-то бы поверил. Во-первых, откуда у Элизабет такая точность в стрельбе? Во-вторых, с какой стати Элизабет желать зла леди Изабелле?

Шарлота подбежала и схватила Элизабет за руку, всё ещё не в силах оправиться от страха.

— Ты меня до смерти напугала! Когда лошадь понесла, почему ты продолжала скакать? Это же просто состязание — стоит ли рисковать жизнью?

— Разве я не в порядке? — улыбнулась Элизабет, успокаивая её, хотя внутри чувствовала сожаление. В последний момент она намеренно отклонила стрелу Виолетты, надеясь ранить леди Изабеллу. К несчастью, ей не хватило одного движения.

— Виолетта на этот раз влипла по-крупному... — тихо сказала Шарлота. — Судя по тому, как вела себя леди Изабелла, дело так просто не закончится.

Элизабет мысленно усмехнулась. Леди Изабелла всегда была высокомерна и не считала людей с более низким статусом за людей. Хотя отец Виолетты был лордом-казначеем, в глазах леди Изабеллы он был ниже её достоинства. Впрочем, Виолетту Элизабет нисколько не жалела. Хотя она точно не знала, что сделала Виолетта, но то, что её лошадь внезапно понесла, явно не обошлось без участия Виолетты. Элизабет отчётливо помнила, что перед тем, как лошадь взбесилась, Виолетта была прямо за ней.

Желать чужой смерти ради победы в состязании — поистине безжалостно. Теперь же нарваться на столь же безжалостную леди Изабеллу было для неё справедливым возмездием.

— Кстати, она легко не отделается, — Шарлота тоже не испытывала к Виолетте сочувствия. Вместо этого она сказала: — Теперь, когда ею занялась леди Изабелла, её пари с тобой может на этом закончиться.

— Кто сказал, что оно должно закончиться? — возразила Элизабет. — Когда она уладит дело с леди Изабеллой, она всё равно должна будет прийти и выполнить условия пари. Я подожду.

Шарлота удивилась. Она всегда видела в Элизабет человека с великодушным характером, который не любит ссориться с окружающими. Она думала, что Элизабет, в отличие от слухов о ней, была терпима. Это был первый раз, когда она увидела столь агрессивную сторону Элизабет. Оправившись от изумления, она не смогла сдержать улыбки:

— Так и надо. Как можно просто так забыть о пари, выигранном с таким трудом? Даже владельцы игорных домов в Лондоне возмутились бы от твоего имени. Каков бы ни был исход, Виолетта всё равно должна выполнить условия. Я буду свидетельницей.

Элизабет улыбнулась и кивнула.

В это время Сесилия и остальные тоже спешились и вернулись к своим семьям. Как только Сесилия увидела леди Маргарет, всё ещё потрясённую, она позвала:

— Матушка.

Сесилия не понимала, что произошло. Сначала она втайне радовалась, что лошадь Элизабет понесла. Кто ж знал, что беда живёт тысячу лет — Элизабет не только не разбилась насмерть, но и показала потрясающий результат на трассе, превзойдя даже Виолетту, которая до этого считалась лучшей в верховой езде и стрельбе. А потом Виолетта необъяснимым образом ранила леди Изабеллу. Наблюдая, как люди леди Изабеллы уводят Виолетту, Сесилия почувствовала необъяснимый страх.

— Матушка... — её взгляд, обращённый к леди Маргарет, был полон гнева и ужаса. Виолетта была той, кто выступал против Элизабет. Как же она необъяснимым образом оказалась в тюрьме?

Леди Маргарет тоже была очень зла внутри. Со вчерашнего дня, когда она случайно заметила взгляд, которым Виолетта смотрела на Элизабет, она смутно догадалась, что Виолетта задумала что-то против неё. И сегодня внезапно понёсшая лошадь Элизабет — это точно дело рук Виолетты. Но в результате Элизабет осталась невредима, а Виолетта погубила себя.

Хотя было неясно, как Элизабет это удалось, сегодняшние события заставили леди Маргарет переоценить падчерицу. Одно за другим — и резко изменившийся характер Элизабет после возвращения в Лондон, и внезапно проявившееся мастерство в музыке, верховой езде и стрельбе из лука — всё это заставляло леди Маргарет чувствовать себя одновременно и странно, и опасно.

Если раньше леди Маргарет ещё планировала использовать чужие руки, чтобы удалить эту занозу, то теперь угроза, которую Элизабет представляла для неё, внезапно многократно возросла, заставив леди Маргарет думать, что даже если придётся действовать самой, она должна заставить Элизабет исчезнуть как можно скорее.

Больше ждать нельзя.

На испытательном поле объявляли результаты. В толпе, правда, уже царил хаос из-за ранения леди Изабеллы. Никто не обращал внимания на выкрикиваемые имена.

Но и не слушая, все, наверное, знали, что сегодняшнее первое место — за Элизабет.

Сама Элизабет тоже не слушала объявления на платформе. Её взгляд скользнул сквозь толпу и остановился на Уильяме Шеппертоне, который находился неподалёку от принца Чарльза, сохраняя тонкую дистанцию от леди Изабеллы.

Леди Изабеллу, окружённую стражниками и служанками, уводили с испытательного поля, чтобы обработать рану. Элизабет прикинула, что, хотя та стрела и не лишила леди Изабеллу жизни, она будет не так проста, как просто царапина. Должно быть, ей придётся восстанавливаться около месяца. Останется ли шрам — тоже трудно сказать. Именно поэтому леди Изабелла была так разгневана.

Но в этот момент, кроме гнева, во взгляде леди Изабеллы, когда она смотрела на Шеппертона, сквозила какая-то жалкая хрупкость.

Элизабет никогда не видела леди Изабеллу такой. В последних воспоминаниях у неё было ликующее, торжествующее лицо, злобное и жестокое. А это нежное и очаровательное выражение — казалось, она стала совершенно другим человеком.

Элизабет снова посмотрела на Шеппертона. Тот слегка отводил взгляд от леди Изабеллы, но в критические моменты, когда та была готова выйти из себя, бросал на неё озабоченные взгляды. И гнев изнеженной дамы тут же утихал, и она вновь становилась нежной и ласковой, как прежде.

Элизабет с отвращением наблюдала за этой сценой. Она не могла не усмехнуться про себя. Шеппертон и впрямь был удачлив с женщинами — даже леди Изабелла была очарована им до потери души.

Однако, прожив с ним в браке три года, она также понимала: когда Шеппертон хотел «полюбить» кого-то, никто не сомневался в его искренности. Очень немногие могли устоять.

Элизабет нисколько не удивилась падению леди Изабеллы. Но, наблюдая, как эта парочка настоящих любовников обменивается нежными взглядами у неё на глазах, она всё же чувствовала гнев и отвращение.

Она быстро отвернулась, боясь, что, если взглянет ещё хоть на миг, не сможет скрыть в глазах костной ненависти.

Сейчас ещё не время. Без полной уверенности нужно подождать ещё немного, ещё немного...

В маленьком переулке за пределами испытательного поля двое мужчин углублялись в тень. Тот, что шёл впереди, был в ярко-красном одеянии. Даже просто его спина была полна элегантности.

— Венсли, — заговорил идущий впереди. Голос его был подобен Млечному Пути, раскинувшемуся в ночном небе, слегка прохладному, словно во сне. — Есть ли вражда между леди Изабеллой и семьёй Уэссексов?

Венсли помедлил, прежде чем ответить:

— Мне это неизвестно.

Человек впереди не остановился, всё так же неторопливо идя вперёд. Спустя долгое время раздался голос в ответ:

— Мне тоже неизвестно.