Глава 64. Скользкий путь.

Анна и Элизабет ушли в сопровождении служанки.

У самой воды, в конце галереи, было много пустующих покоев, приготовленных для знатных гостей, которым нужно было отдохнуть или переодеться. Обычно они стояли пустыми.

Элизабет шла рядом с Анной. Возможно, от выпитого на банкете вина, Анна чувствовала, как у неё немного кружится голова. Пока они шли, Элизабет завела разговор о свадьбе Сесилии.

— Сегодня матушка снова говорила о свадьбе Сесилии и лорда Энтони. Младшая сестра, кажется, очень рада. Леди Грей, похоже, тоже довольна.

— Если подумать, партия у Сесилии и вправду хороша. Лорд Энтони считается одним из самых достойных женихов в Лондоне. Просто нам с ним не суждено. В будущем, наверное, придётся искать кого-то другого.

— Сестра я слышала, как дядя говорил, что твой отец просил его присмотреть для тебя подходящую партию. Интересно, в какую семью ты в итоге выйдешь?

Элизабет вдруг заговорила об этом, и Анна заподозрила, что та просто мстит ей. В прошлый раз, когда она намеренно рассказала Элизабет о свадьбе Сесилии и лорда Энтони, та, должно быть, была очень огорчена. А теперь Элизабет кольнула её в самое сердце, заговорив о её собственных перспективах. Анна почувствовала обиду.

— Старшая сестра так заботится о моём будущем, — сказала Анна. — Но я ещё молода, даже младше тебя. Как ты сама сказала, мой отец не чета твоему. Если он и найдёт мне жениха, то, конечно, он не сможет сравниться с тем, что могут получить старшая и младшая сестра. — В её голосе слышалась горечь. Обычно она не говорила таких вещей, но сегодня, возможно, под воздействием вина, была более откровенна.

Элизабет взглянула на неё. В её взгляде мелькнуло сожаление.

— Говорят, люди не выбирают, в какой семье родиться. По-моему, кузина ничуть не уступает младшей ни лицом, ни умом. Ты проигрываешь только в влиянии твоего отца. Будь ты моей родной сестрой, вы с лордом Энтони составили бы прекрасную пару.

Эти слова лишь подлили масла в огонь. Анна вспомнила все несправедливости, которые она терпела в доме Уэссексов по сравнению с Сесилией, и в душе у неё всё вскипело. Она на мгновение потеряла дар речи.

— Какая жалость, — продолжала Элизабет как бы про себя. — С такой внешностью и талантом тебе, вероятно, достанется какой-нибудь ничем не примечательный мужчина. Не то что с лордом Энтони — ты и с сыновьями обычных знатных семей вряд ли сможешь сравниться. Да, право же, быть простой женой для простого виконта, может, и не так хорошо, как быть любовницей лорда Энтони. Вот так. — Она покачала головой. — Сравнивать людей с людьми — это мука. Всё дело в судьбе.

Анна чувствовала себя всё хуже. Больше всего на свете она ненавидела, когда её сравнивали с другими не в её пользу. В доме Уэссексов, казалось, каждый мог наступить ей на ногу. Ей было горько, но она не хотела уступать на словах.

— У меня своя судьба, — сказала она. — С младшей сестрой мне не сравниться. Но и старшая сестра не должна быть слишком самоуверенной. Лорд Энтони когда-то был твоим женихом, а теперь станет твоим зятем, но ты, кажется, относишься к этому спокойно. Видно, годы в монастыре и впрямь сделали тебя безразличной.

Анна думала, что беззаботный вид Элизабет — лишь притворство. На её месте она бы ни за что не чувствовала себя так легко. Но каждый раз, когда Анна пыталась уколоть Элизабет, та оставалась невозмутимой. Элизабет просто никогда не злилась.

И на этот раз, услышав слова Анны, Элизабет лишь слабо улыбнулась:

— Хочу я или нет — какая разница? Всё уже решено. К тому же у меня впереди ещё есть возможности. Хоть они и не сравнятся с лордом Энтони, выбор у меня будет. А вот у тебя… — она многозначительно посмотрела на Анну, не заканчивая фразы.

Анна понимала, что она хотела сказать. У неё никогда не будет такого выбора, как у Элизабет.

Вспышка гнева, смешанная с горечью, ударила в голову, и она почувствовала, как её сердце заколотилось, а мысли спутались. Она не знала, что сказать.

Пока они шли, Элизабет краем глаза наблюдала за служанкой, которая их сопровождала. Та, казалось, совсем не интересовалась их разговором. Элизабет насторожилась ещё больше.

Вскоре им повстречалась другая служанка. Она улыбнулась одной Анне:

— Леди Стелла просила меня проводить мисс Анну в боковые покои, чтобы подобрать одежду. — Затем она обернулась к Элизабет: — А старшая мисс, пожалуйста, отдохните в гостиной. Как только мисс переоденется, я провожу вас обратно.

Элизабет мысленно усмехнулась: люди леди Маргарет спешили избавиться от Анны. Она притворно прижала ладонь ко лбу и сказала Анне:

— Тогда ступай, сестра. У меня ужасно разболелась голова, я прилягу и подожду тебя.

Анна, всё ещё кипевшая от злости, не стала возражать. К тому же возможность получить одежду от леди казалась ей заманчивой. Она согласилась и увидела, как Элизабет свернула с прежней служанкой и пошла дальше.

Но в тот самый миг, когда Элизабет поворачивалась, из её рукава что-то выпало.

Анна инстинктивно наклонилась и подняла это. Это была бумажка. Она хотела окликнуть Элизабет, но в свете фонаря, висевшего в галерее, ясно разглядела слова, написанные на ней.

Голос застрял у неё в горле.

Она встала, сжимая бумажку, и смотрела вслед удаляющейся Элизабет. Сердце её бешено колотилось.

На бумажке было написано, что лорд Энтони назначает Элизабет встречу. И, похоже, сегодня вечером. Первой мыслью Анны было отнести записку леди Маргарет и разоблачить Элизабет при всех. От этой мысли у неё даже голова немного прояснилась.

Она сунула записку в рукав. Фигуры Элизабет и служанки уже скрылись за поворотом. Тогда Анна обернулась к служанке, которая должна была отвести её переодеваться, и улыбнулась:

— Моя старшая сестра такая рассеянная. Даже не заметила, как обронила вещь. Я верну ей это позже. Идём.

Она последовала за другой служанкой в противоположную сторону.

Элизабет, которая шла к гостиной со своей провожатой, едва заметно улыбнулась.

Когда она обронила записку и не услышала позади голоса Анны, она поняла: та попалась.

В той ситуации Анна не могла не заметить выпавшую бумажку. А раз она не окликнула её, значит, прочла её содержимое.

Анна наверняка пойдёт к леди Маргарет и покажет ей записку. Но это ничего не докажет — ведь сама Элизабет не явилась на встречу. Однако если Анна примет близко к сердцу слова, сказанные Элизабет по дороге, она может сделать другой выбор.

Анна была самолюбива и не терпела поражений, её легко было ослепить сиюминутной выгодой. Слова Элизабет — «быть любовницей лорда Энтони лучше, чем женой простого человека» — любая женщина с умом и гордостью отвергла бы. Но Анна была не такой.

Теперь всё зависело от того, что она решит.

Элизабет с сопровождающей свернула за угол и наконец достигла гостиной в конце коридора. Служанка улыбнулась:

— Старшая мисс Уэссекс, пожалуйста, отдохните здесь. Внутри есть чай и угощения. Я принесу лёд — сегодня очень душно.

— Иди, — кивнула Элизабет.

Служанка ушла. Элизабет тихо села. Через мгновение она встала и подошла к столу.

Возможно, потому, что она уже пережила подобное раньше, сердце её было удивительно спокойно. Рука коснулась маленького кинжала в рукаве — того самого, что подарил ей Генри, узнав, что она собирается в школу Хай Кросс. Никто во дворце не мог предположить, что дочь графа Уэссекского пронесёт с собой острое оружие. Иначе ей было бы трудно оправдаться.

Она не спешила. Элизабет села за столик, подперев голову рукой, делая вид, что дремлет. Другой рукой она слегка постукивала по столу, отчего пламя свечи перед ней задрожало.

Служанка снаружи, должно быть, ещё не ушла. Элизабет размышляла, что они будут ждать, пока не появится Роберт. Она не знала, в каком состоянии сознания он будет. Но если Роберт окажется слишком пьян и не сможет думать, Элизабет была не против разбудить его любой ценой. Она снова осторожно коснулась кинжала в рукаве.

Сколько времени прошло, она не знала. Фитиль в свече стал заметно короче. Вдруг за дверью послышались голоса. Через мгновение дверь со скрипом отворилась, и кто-то вошёл.

Элизабет продолжала сидеть, подперев голову.

— Мистер Фиц-Алан, отдохните здесь. «Я принесу напитки», —произнёс женский голос.

Элизабет не шелохнулась. Дверь тихо закрылась. Послышались нетвёрдые, шатающиеся шаги.

Сердце Элизабет сжалось. До неё донёсся резкий запах вина. Она терпела, не зная, находится ли служанка всё ещё снаружи. Она чувствовала, как кто-то приближается, судя по шагам.

В этот миг воспоминания из прошлой жизни хлынули в её сознание.

Тогда Элинор ничего не помнила — только то, как её напоили вином. А очнувшись, она столкнулась с тысячами осуждающих взглядов. Снова и снова прокручивая в уме то, что могло произойти, она чувствовала всё большее отвращение и страх.

Хотя позже выяснилось, что это был заговор, её слабое, беспомощное «я», которое оставили на растерзание, она не могла простить себе.

Элизабет резко выхватила кинжал из рукава и прижала его к шее вошедшего. Голос её был холоден и сдержан, но в нём чувствовалась едва сдерживаемая ярость.

— Роберт Фиц-Алан.

Дыхание другого человека внезапно перестало быть тяжёлым.

Она открыла глаза и увидела лезвие кинжала у горла Роберта. Лицо его раскраснелось, от него разило вином, он выглядел как пьяный, но смотрел на неё с испуганным, но ясным взглядом.

Элизабет слегка нахмурилась.

Роберт был не пьян. Он был в полном сознании.

***

Анна ждала в другой комнате, чтобы переодеться.

Она уже почти не могла усидеть на месте. Ей не терпелось броситься к леди Маргарет и показать записку, поэтому она даже не заметила, как принесли одежду. Её сердце билось учащённо, и она снова перечитала записку, выпавшую из рукава Элизабет.

Анна подумала, что никогда бы не подумала, что Элизабет, которая при всех отказывалась от лорда Энтони, всё ещё тайно с ним встречается. Кстати, если это дело выплывет наружу, Элизабет всё равно останется дочерью графа. Всё равно породниться с семьёй Греев — честь для Уэссексов. Интересно, на ком же в итоге женится лорд Энтони?

Всё равно на Сесилии — она его официальная невеста.

Лорд Энтони в конечном счёте породнится с Уэссексами.

Слова, сказанные Элизабет по дороге, вдруг снова всплыли в памяти Анны.

«С такой внешностью и талантом тебе, вероятно, достанется какой-нибудь ничем не примечательный мужчина. Не то что лорд Энтони».

Анна с горечью подумала: почему это не она должна была встретиться с лордом Энтони? Она ничуть не хуже Элизабет и Сесилии. Просто из-за своего происхождения она даже не могла надеяться попасть в поле зрения лорда Энтони.

Думая о том, как Элизабет и Сесилия запутались в отношениях с таким человеком, как лорд Энтони, а её собственный будущий муж, возможно, не стоил и мизинца лорда Энтони, Анна вдруг почувствовала, что всё ей стало безразлично. Даже желание увидеть унижение Элизабет угасло.

Голова у неё кружилась всё сильнее. Сердце горело. Внезапно в её сознании мелькнула безумная мысль.

А что, если бы сегодня на встречу с лордом Энтони пошла она?

Если бы она, воспользовавшись запиской, пришла на свидание от имени Элизабет? Может, лорд Энтони обратил бы на неё внимание и проявил хоть каплю расположения, а потом нашёл способ взять её в свой дом?

Анна не мечтала сразу стать женой лорда Энтони. Она понимала, что с её положением это невозможно. Но стать любовницей, разве это не хорошо? Элизабет была права: быть простой женой простого дворянина человека не так хорошо, как быть любовницей лорда Энтони. По крайней мере, он был одним из самых достойных молодых людей Лондона, из богатой и знатной семьи, к тому же красив. Не такой уж плохой удел.

Чем больше она об этом думала, тем реальнее это казалось. Анна посмотрела на записку в руке и крепко сжала её.

Она решилась.

В эту минуту служанка с одеждой вернулась. Анна быстро встала.

Ей не терпелось переодеться и идти на свидание. Её поспешность даже удивила служанку. Анна улыбнулась:

— Мне нужно в уборную. Я схожу после того, как переоденусь. Вы не ждите меня, просто скажите, куда идти.

Служанка, видимо, была просто посыльной. Выполнив поручение, она не стала возражать и указала дорогу.

— Это недалеко. Идите прямо, поверните направо и увидите.

Анна переоделась и вышла. Сначала она пошла в сторону уборной, но, дойдя до конца и убедившись, что за ней никто не следит, свернула в другую сторону.

К галерее у восточных ворот сада.

Анна шла очень быстро. Вскоре она почти побежала.

Ветер, дувший в лицо, был свеж и прохладен. Но пламя в душе Анны не гасло, а разгоралось всё сильнее.

Она уже всё придумала. Увидев лорда Энтони, она расскажет ему о своей симпатии, о своих страданиях в доме Уэссексов. Прольёт несколько слезинок. Мужчины не могут не гордиться, когда ими восхищается красивая женщина. Даже самые благородные не устоят перед слезами девицы. К тому же все мужчины любят жалеть слабых. Если она будет выглядеть трогательно и несчастно, лорд Энтони, даже если раньше не замечал её, непременно смягчится.

А если ей удастся завоевать его расположение… Анна закусила губу. Тогда она сможет избежать участи выйти замуж за какого-нибудь ничтожество.

Вспоминая слова Элизабет, насмешку и скрытое презрение в них, Анна чувствовала, как в груди разгорается ещё более яростное пламя.

И что с того? Элизабет и Сесилия — только одна из них может стать женой лорда Энтони. Кто бы ни проиграл, выигравший будет один.

Если же она войдёт в дом Греев, то одна из законных дочерей проиграет ей. Входить любовницей и смотреть на выражение лица законной жены… Анна думала, что Элизабет, притворяющаяся благородной и отстранённой, и Сесилия, избалованная леди Маргарет до небес, вряд ли знают, как угодить мужчине.

А она знает.

Пока она размышляла об этом, она уже вошла в галерею в восточном саду.

Беседка была погружена в полную темноту. Ни одного фонаря — видно, сюда никто не заходил. Лорд Энтони умел выбирать места. Или, может быть, он уже присмотрел его, ожидая сегодняшней тайной встречи с Элизабет.

Анна тихонько улыбнулась и шагнула внутрь.

Сердце её билось всё сильнее. От волнения ли, но она чувствовала ног, а дыхание стало прерывистым. Она искала что-нибудь прохладное, чтобы унять жар.

Она остановилась, глубоко вздохнула и замерла перед входом в галерею.

Стоило ей переступить порог, и она могла превратиться из воробья в журавля, избежав заурядной судьбы. Это был её шанс.

Анна толкнула дверь и вошла.