Глава 70. Семейный позор.

Она увидела внутри полный беспорядок и какой-то двусмысленный запах. Лорд Энтони и Анна, должно быть, уже очнулись. Одежда на них была кое-как наброшена. Лицо лорда Энтони пылало от стыда. Анна, взглянув на Сесилию, жалобно прошептала:

— Сестра...

Сесилия, не раздумывая, подошла и со всего размаху ударила Анну по лицу.

Анна пошатнулась, но не шелохнулась. Она лишь закрыла лицо руками и заплакала:

— Сестра, я... я виновата перед тобой.

Потом Сесилия взглянула на лорда Энтони и с горечью спросила:

— Лорд Энтони, как... как вы могли?

— Я... я не знаю, — растерянно ответил лорд Энтони. Он вообще не понимал, что случилось. Он помнил, что назначил свидание Элизабет. Потом пришла Элизабет, и они были близки. А дальше всё смутно, пока женский крик не разбудил его. Какая-то незнакомая женщина кричала, что он на неё напал. Потом явились король, его отец и другие вельможи. А рядом с ним оказалась Анна.

Лорд Энтони ничего не помнил. Но, видя, как Сесилия ударила Анну, а та терпит, зажмурившись, он почувствовал к ней жалость. К тому же он никогда не видел Сесилию такой дикой. Всегда она была невинной и беззаботной девушкой.

Элизабет, стоявшая в толпе, наблюдала за лордом Энтони с недоумением. По логике, вино с дурманом пила только Анна. Отчего же лорд Энтони так смутно всё помнит?

— О чём задумалась старшая мисс Уэссекс? — внезапно спросил Эдмунд.

— О том, почему лорд Энтони ничего не помнит. Не лжёт ли он?

Эдмунд тихо усмехнулся.

Элизабет подняла голову и с подозрением взглянула на него, но он лишь многозначительно покачал веером. Она вдруг поняла.

Этот человек так любил смотреть представления, что не боялся их раздувать. Раз он с самого начала знал её план, не добавил ли он огня, чтобы сделать зрелище ещё ярче?

Уж не его ли рук дело, что лорд Энтони сейчас в таком состоянии?

Чувства Элизабет смешались. Она не знала, что и сказать. Эдмунд, конечно, был манипулятором, но в этом деле он сослужил добрую службу, превзойдя все ожидания.

Мэри, должно быть, увидела, что лорд Энтони не в себе, и в порыве вдохновения придумала этот план.

Можно ли это назвать удачей?

Как бы то ни было, Элизабет почувствовала к Эдмунду некоторую благодарность. Но он, казалось, не заметил этого и всё так же с улыбкой наблюдал за разворачивающимся представлением.

Граф больше не мог терпеть. Он оттащил Сесилию к леди Маргарет. Сесилия, увидев всё своими глазами, была сломлена. Она ничего не замечала вокруг и только молча плакала в объятиях матери.

Король Ричард уже ушёл — говорят, его утомила эта грязная сцена.

Но чем закончится представление? Элизабет было любопытно. Лорда Энтони, несомненно, увезут домой. Семья Грей будет совещаться и давать объяснения. Но как Анна выдержит гнев семьи? Она украла жениха Сесилии. Элизабет не верила, что Сесилия это так оставит.

К тому же Элизабет заметила — Уильям Шеппертон ещё не появился.

Только она подумала об этом, как из толпы поспешно вышел человек. Мэри, увидев его, закричала:

— Брат!

Уильям Шеппертон прибыл.

Граф Кентский и так не знал, что делать, а тут ещё Шеппертон. Голова у него пошла кругом. У семьи Грей было большое состояние, но этот секретарь Тайного совета был в фаворе у короля. У Шеппертона была только сестра Мэри. Над его сестрой надругались — как он мог не вступиться?

Семья Грей оказалась в безвыходном положении.

Оставив в стороне происхождение Анны, у лорда Энтони уже была невеста — Сесилия. Одна была дочерью графа Уэссекского, другая — сестрой секретаря Тайного совета. Ни ту, ни другую нельзя было обижать. А обидели обеих.

— Уильям, почему ты только сейчас? — воскликнула миссис Шеппертон. — Твою сестру обидели!

Элизабет усмехнулась про себя. Почему только сейчас? Конечно, потому что драгоценное время было потрачено на свидание с леди Изабеллой.

И действительно, вскоре после появления Шеппертона Элизабет увидела выходящую из ночной тьмы изящную женскую фигуру. Кого же ещё, если не леди Изабеллу?

Поистине, муж поёт, жена подпевает — не теряют времени даром.

Элизабет смотрела на леди Изабеллу, изо всех сил стараясь скрыть холод в своём взгляде. Но Эдмунд, казалось, всё видел. Он задумчиво вертел веер, и в глазах его мелькнул странный блеск.

Леди Изабелла неторопливо подошла к толпе, с притворным удивлением спрашивая, что случилось.

Шеппертон поспешно утешил сестру, потом подошёл к лорду Энтони, который стоял рядом с Анной, не зная, что делать.

Лорд Энтони, видно, ещё не совсем пришёл в себя после дурмана. Он, казалось, не сознавал всей серьёзности положения и всё ещё был в каком-то тумане.

Видя это, Шеппертон обратился прямо к графу Кентскому:

— Лорд Грей, вы должны дать объяснение.

Молодой человек, обращающийся к нему так при всех, вызвал у графа и стыд, и гнев. Но он понимал, что виноват лорд Энтони. Сдерживая ярость, он сказал с притворным раскаянием:

— Это моя вина, плохо воспитал сына, допустил такое. Лорд Шеппертон, не волнуйтесь. Я заставлю этого негодяя дать объяснение вашей сестре!

Шеппертон, так рьяно заступающийся за сестру, вызвал завистливые взгляды знатных девиц. К тому же он был хорош собой, и многие смотрели на него с восхищением.

Элизабет усмехнулась про себя. Разыгрывать благородного джентльмена, а самому пойти на убийство жены и ребёнка, лишь бы подняться повыше? Бессовестно.

Но его обманчивая внешность привлекала женщин.

— Лорд Шеппертон преисполнен чувства долга, — заметил Эдмунд.

Элизабет хотела промолчать, но, услышав, как кто-то хвалит Шеппертона, не выдержала и холодно ответила:

— У герцога, видно, невысокие требования к людям.

— Старшая мисс Уэссекс не жалует лорда Шеппертона? — удивился Эдмунд. — Странно. Он, красив, образован, почему он вам не нравится?

— Когда человек умирает, остаётся лишь горсть праха, — усмехнулась Элизабет. — Что тут может нравиться?

— Старшая мисс, придерживается таких взглядов? — заметил Эдмунд. — Значит, вы не придаёте значения внешности?

Только тогда Элизабет вспомнила, что этот герцог славился любовью к красоте и презрением к уродству, и внешность для него была важна. Не зная, зачем она с ним препирается, она сказала:

— Раз лорд Шеппертон так хорош собой, герцог, может, возьмёте его к себе? — И добавила с улыбкой: — Он бы украсил ваш дом.

Слова её прозвучали так, будто Шеппертон был мужчиной лёгкого поведения.

Эдмунд не ответил. Элизабет уже собралась взглянуть на него, когда услышала его голос. В нём прозвучало удивление:

— Не ожидал, что старшая мисс Уэссекс так сведуща в этих делах. Поразительно.

Он намекал, что она знает такие вещи — что не похоже на благовоспитанную леди.

Элизабет не стала спорить. Она и не была воспитанной столичной леди, а уж тем более утончённой леди. Она не любила ограничений и ценила свободу. Пусть другие думают что хотят. Сейчас её интересовала только судьба лорда Энтони.

Она увидела, что леди Изабелла наконец выслушала рассказ служанки. Её взгляд скользнул по толпе, и она вышла вперёд.

Как младшая сестра принца Чарльза и любимая дочь вдовствующей герцогини, она привыкла к тому, что все перед ней расступаются. Леди Изабелла улыбнулась:

— Какие ещё объяснения? Для девицы честь дороже всего. Мисс Шеппертон — леди из хорошей семьи. Как ей после этого замуж выходить? — Она взглянула на ошеломлённого лорда Энтони и рассмеялась. — К счастью, ваши семьи подходят друг другу. Дело нехитрое. Пусть наследник графа Кентского женится на мисс Шеппертон. Все останутся довольны.

Сесилия окаменела. Она с недоверием смотрела на леди Изабеллу.

Мэри уткнулась в плечо матери, изо всех сил стараясь скрыть ликование в глазах.

Анна была в тревоге. В словах леди Изабеллы упоминалась только Мэри, но не она. Неужели её, даже не считают достойной упоминания рядом с Мэри? Анна чувствовала глубокое унижение. Она опустила голову и смотрела на подол своего платья.

Руки Элизабет в рукавах сжались в кулаки. Улыбка на её губах стала насмешливой.

Леди Изабелла сделала ловкий ход. Она явно угадала желания Мэри и пошла ей навстречу, чтобы угодить будущей золовке. А может, и не ей. С её характером она не стала бы снисходить до Мэри. Просто, помогая Мэри, она заставляла Шеппертона чувствовать себя обязанным.

Если раньше Элизабет только подозревала, что семья Шеппертона знала о связи леди Изабеллы и Уильяма, то теперь она была уверена.

Они знали с самого начала.