Глава 71. Борьба из-за мужа

Элизабет смотрела на Уильяма Шеппертона.

Как старший брат Мэри, он не мог не знать о чувствах своей сестры. Леди Изабелла, столь проницательная и услужливая, помогая сестре устроить её судьбу, разве этим она не добивалась расположения самого Шеппертона?

Веки Шеппертона дрогнули, но он промолчал.

Элизабет усмехнулась про себя. Она думала, что он с радостью ухватится за эту возможность.

Леди Маргарет чувствовала, как Сесилия еле держится в её объятиях. Положение её было затруднительным.

Ещё несколько дней назад, когда лорд Энтони заговорил о разрыве помолвки, леди Маргарет только злилась, но не слишком беспокоилась — в конце концов, пока у семьи Грей есть хоть капля здравого смысла, они не станут рушить своё будущее. Но нынешнее дело вышло далеко за пределы её контроля.

Если бы речь шла только об Анне, леди Маргарет ещё могла бы найти способ уладить дело. Но тут вмешалась сестра секретаря Тайного совета. Мэри Шеппертон была не той, кого можно просто отмести. На этот раз лорду Энтони было не спастись. По мрачному лицу графа Эдварда леди Маргарет поняла, что эта помолвка должна быть расторгнута.

Она и сама не хотела, чтобы Сесилия выходила за лорда Энтони — после такого скандала его карьере пришёл конец.

Но Сесилия была в него влюблена.

Леди Маргарет чувствовала только головную боль. Это была сущая катастрофа. Хотя пострадал лорд Энтони, разве не Сесилия была убита горем больше всех? Подумав об этом, она невольно взглянула на Элизабет.

Та стояла рядом с Эдмундом. Герцог был высок, и Элизабет оказалась в его тени, так что лица её не было видно. Но леди Маргарет была уверена, что сейчас на лице падчерицы играет та отвратительная улыбка, будто ничто не может её поколебать.

В этом деле наверняка не обошлось без Элизабет. Леди Маргарет с ненавистью думала, что сегодня она хотела погубить репутацию Элизабет и Роберта, а в итоге пострадал лорд Энтони. Не говоря уже о Мэри, сама мысль о том, что Анна оказалась замешана, приводила леди Маргарет в ярость. Она тоже считала, что за этим стоит Элизабет.

Но каковы были отношения Элизабет с Эдмундом? Леди Маргарет не решалась открыто допрашивать падчерицу. Она побаивалась герцога Саффолка. Этот прекрасный молодой человек был подобен яркой ядовитой змее, обившейся вокруг Элизабет, но тем самым невольно поместившей её в зону своей защиты.

Леди Маргарет была бессильна.

Слова леди Изабеллы на мгновение лишили всех дара речи.

Шеппертон тоже оказался в затруднительном положении. Если бы он согласился с предложением леди Изабеллы, это было бы слишком легко, выставив его сестру дешёвкой, словно она сама навязывается лорду Энтони. Если бы он отказался, при Мэри... она бы не поняла.

Леди Изабелла думала, что понимает его, но была слишком поспешна в суждениях. Такие вопросы следует обсуждать с глазу на глаз — зачем выносить их на всеобщее обозрение, ставя его в неловкое положение? Будь Элинор жива, она бы так не поступила... мелькнуло в голове Шеппертона.

В конце концов, он не пошёл на поводу у леди Изабеллы. Он лишь сказал графу Кентскому:

— Моя сестра сегодня перенесла потрясение. Я сначала отвезу её домой, чтобы она отдохнула и показалась врачу. Все здесь были свидетелями. В будущем вы должны дать моей семье объяснение!

С этими словами, всем своим видом показывая, что не желает больше говорить и очень заботится о сестре, он подошёл к миссис Шеппертон и увёл Мэри.

Мэри была разочарована. Ей казалось странным, что Шеппертон не воспользовался словами леди Изабеллы и ещё что-то говорит. Но, подняв голову и встретив суровый взгляд брата, она не посмела возразить. Хотя Шеппертон был к ней добр, когда он сердился, даже мать не решалась ему перечить.

Не желая этого, Мэри всё же отправилась прочь вместе с братом.

Леди Изабелла, желавшая как лучше, не ожидала, что Шеппертон отвергнет её помощь. Она была очень смущена. Мысленно она проклинала его за неблагодарность, а виноватым выставляла лорда Энтони. В гневе она насмешливо бросила графу Кентскому:

— Поистине, неотесанный мужлан! — и, развернувшись, ушла.

Граф Кентский в этот день потерял лицо перед всеми. Он стоял, багровый от стыда.

Элизабет не смогла сдержать улыбку.

— Чему смеётся старшая мисс Уэссекс? — спросил Эдмунд.

— Кукушка хвалит соловья, — ответила Элизабет. — Разве это не смешно?

Леди Изабелла называла графа Кентского неотёсанным мужланом, но забывала посмотреть на себя. В глазах Элизабет они с лордом Энтони были одним миром мазаны. Только лорд Энтони никого не убивал, а леди Изабелла была ещё более бесстыдной.

Леди Грей наконец пришла в себя. Подавив гнев и тревогу, она подошла к сыну. Сначала она сделала вид, что бьёт сына, потом взглянула на Анну:

—Мисс Уэссекс тоже сегодня испугалась. Ступайте домой отдохнуть. Через несколько дней наша семья даст вам объяснение.

Улыбка её была ледяной, и Анна испугалась.

Мэри настаивала, что лорд Энтони её обидел. Но когда Анну и лорда Энтони застали вместе, это выглядело не как насилие, а как взаимное влечение. В глазах леди Грей, возможно, это Анна соблазнила её сына.

Анна не могла не заметить насмешки и пренебрежения в голосе леди Грей. Униженная, пристыженная и злая, она беспомощно взглянула на леди Марту.

Леди Марта и сэр Хью могли только горевать. Хотя леди Марта обычно не одобряла того, что её дочь заискивает перед леди Маргарет и Сесилией, как члены семьи Уэссексов, она понимала выгоды. То, что Анна прислуживала Сесилии, было с молчаливого согласия и самой леди Марты. То, что Анна сделала сейчас, несомненно, задело её. Даже если бы она захотела заступиться за дочь, в этой ситуации им негде было вставить слово.

К тому же между Анной и лордом Энтони, возможно, было взаимное согласие. А раз так, то ни о каком «объяснении» не могло быть и речи.

Леди Марте оставалось только, стиснув зубы, выйти вперёд, помочь Анне подняться и, извинившись перед графом, поспешно уйти, даже не взглянув на леди Маргарет.

Когда две девушки, замешанные в этом деле, ушли, остался только лорд Энтони. Семья Грей тоже поспешила забрать его. Зрители, видя, что представление окончено, стали расходиться, готовясь обсудить эту душераздирающую историю по домам.

Семье Уэссексов тоже нужно было возвращаться.

Сесилия, вероятно, хотела расспросить лорда Энтони, но леди Маргарет крепко держала её. К тому же вокруг было много зрителей, и ей пришлось уступить. Её бледный вид был даже более измождённым, чем у самого уличённого в измене лорда Энтони.

Элизабет последовала за семьёй, готовясь ехать домой. На полпути она остановилась и обернулась.

Эдмунд всё ещё стоял на месте. Увидев, что она обернулась, он удивился.

Элизабет слегка присела в реверансе:

— Сегодняшнее дело не обошлось без помощи герцога. Элизабет весьма благодарна.

— Нет, — веер Эдмунда блеснул в темноте. — Ты играешь, я смотрю. Не пойми меня превратно, старшая мисс. — Он странно улыбнулся. — Я только зритель, не актёр.

Элизабет опешила, почувствовав себя несколько разочарованной. Она нарочно сказала так, чтобы Эдмунд думал, будто они действуют заодно. Если бы в будущем он захотел её предать, у него были бы хоть какие-то сомнения. Но этот человек даже не клюнул, он был невероятно осторожен.

Поистине, он тоже коварен до крайности.

Улыбка Элизабет померкла. Она кивнула и пошла прочь.

— М-да, женщины — страшные создания, — усмехнулся у неё за спиной Эдмунд.

***

По дороге домой Элизабет ехала не в одном экипаже с Сесилией.

Сесилии, вероятно, хотелось выплакаться наедине с матерью. Её убитую горем, нельзя было показывать другим, особенно её заклятому врагу Элизабет. Так что Элизабет поехала в другом экипаже.

Генри всю дорогу корчил странные лица, явно с трудом сдерживая желание поговорить с Элизабет. Ему, конечно, не терпелось обсудить с ней тайное дело Анны и лорда Энтони. Но поскольку в экипаже были родители и старший брат, он не мог говорить свободно. Он то и дело подмигивал Элизабет. Она и без того знала: вернувшись домой, он придёт во флигель, чтобы обо всём расспросить.

Но Элизабет было лень с ним возиться.

Сегодняшнее дело — леди Маргарет и её дочь хотели навредить ей и Роберту, а в итоге пострадали лорд Энтони и Анна, да ещё и Мэри впуталась. Вода в этом пруду была взбаламучена до предела. Честно говоря, даже сама Элизабет не ожидала такого исхода. Кто знал, что у Мэри хватит ума на такой ход?

На самом деле это было только начало.

Леди Маргарет рано или поздно выяснит, что в деле Анны и лорда Энтони не обошлось без Элизабет. И после этого Сесилия больше никогда не будет вместе с лордом Энтони. Сесилия ненавидит Анну, но ещё больше — зачинщицу Элизабет.

Что касается Роберта, леди Маргарет хотела навредить ему, но не смогла. Однако он теперь был главным клерком казначейства — должность, привлекающая завистливые взгляды. Кто знает, сколько врагов он наживёт себе явных и тайных? Не говоря уже о других, леди Маргарет могла легко натравить на него свою родню, Невилов. Хотя Роберта назначил сам король Ричард, он только вступил в должность и не имел никакой поддержки. У семьи Фиц-Аланов не было большого влияния в этих кругах. Помощь, которую они могли ему оказать, была ничтожна.

Ей и Роберту предстоял трудный путь.

Но это были мелочи. Элизабет подумала с удовлетворением: как бы то ни было, возможность навредить врагам, прежде чем пострадать самой, — это уже не так обидно. Сколько бы трудностей ни ждало впереди, самое большее — это как сегодня: решать их одну за другой.

Её путь становился всё более гладким.