Глава 2

Мелинда

Телохранитель, словно прочитав мысли, вскоре попался мне на природе, без сопровождения своего охраняемого объекта.

Только выбравшись в эту довольно рискованную поездку, я поняла, как интересно за стенами дворца. Конечно, дома я тоже не сидела около оконца с вышиванием — ненавижу шить и вышивать! Правда, научилась подшивать и зашивать одежду, потому что никогда не знаешь, что в жизни пригодится. Бабушка рассказывала много интересного про свои приключения!

В общем, оказалось, что дворцовый парк — это совсем не то, что настоящий лес. Думаю, после поездки у дворцовой охраны прибавится забот, потому что я твердо решила совершать поездки куда-нибудь в леса, чтобы полюбоваться природой, искупаться в озёрах, пособирать ягоды и грибы. Ещё могу понаблюдать, как ловят рыбу, но сама не хочу этим заниматься.

А сейчас, пообедав, я вышла на полянку, пока наш поезд ещё не тронулся, и просто наслаждалась чистым лесным воздухом и солнышком, пробивающимся сквозь ветви. О, а вон спелая земляника виднеется алыми каплями!

— Хорошо в лесу, да? — услышала я мужской голос. Красивый такой голос, низкий, но не рычащий, а… в самый раз, в общем.

— Да, мне так нравится эта работа: сделал дело, и можно отдохнуть и погулять в лесу, собрать ягоды, например, или погреться на солнышке, — честно ответила я.

И не соврала: моя нынешняя работа — это про «не бей лежачего», как Матильда говорила.

— Не ожидал такой душевной встречи, — задумчиво начал орк (а это был именно он, не принц же пришел любезничать и сплетничать со служанкой).

— Я не знаю, как встречали других гостей, — ответила я, — кажется, такие знатные гости давно не приезжали. А, может, у королевы просто было хорошее настроение? Она ведь добрая, ее все любят!

Говорю это, а саму немного совесть мучает: ведь не будь моей авантюры, принц и его зелёный друг точно не путешествовали бы в таком комфорте, не лакомились бы изысканными блюдами. И, если дальше что-то пойдет не так, то отношение поменяется, и они могут расстроиться. С другой стороны, пусть ведут себя хорошо, и дальше будут получать почти королевские почести!

— Как вам понравилась дорога? Как настроение? — завела я почти светскую беседу.

— Я лес очень люблю, и сейчас просто счастлив, что на законных основаниях могу путешествовать, — светло и обаятельно улыбнулся телохранитель.

Ох, принц, зря ты со служанкой не общаешься, а то все лавры и симпатия твоему слуге и достанутся! Хотя… я же как раз не хотела, чтобы принц приставал к служанкам⁈ Вот ведь сама накрутила интриг, как их раскручивать? Уже смешно.

— Здорово, когда работа нравится, правда? — бесхитростно улыбнулась я в ответ. — А как у его высочества настроение?

Карэм

Я должен был сопровождать своего принца, почти брата. Вообще-то, он считается моим хозяином, но я всегда воспринимал его братом. Младшим братом, потому что он слабее орка, да и, вообще, принц же! Жизни он не знает, остаётся только следить за ним и опекать.

Все остальные тоже считают меня собственностью короны, а я… а я просто благодарен, что когда-то маленького найденыша приютили, дали ему пищу и кров. А потом я как-то встретился с маленьким принцем, и тот потребовал оставить ему «живую игрушку». Венценосный отец подумал, и решил, что из этого можно извлечь пользу. Принц не особенно любил учиться, но теперь у них был рычаг воздействия: если его высочество не будет слушаться учителей, не пожелает обучаться этикету, танцам и прочему, его «игрушка» получит наказание. Пороть принца нельзя, а я… а я крепкий, вообще-то! Я же орк!

Илариэль вначале только головой мотнул, и снова поступил по-своему. Не любил он танцевать! Забавы с мечом — другое дело. Тут я его абсолютно понимал и соглашался.

И тут родители прибегли к секретному оружию. Я сам не боялся наказания, но было ужасно жалко принца, моего товарища по играм, который возмущался, кричал, топал ногами и призывал проклятия на головы невозмутимых охранников и учителей. «Все будет нормально!» — попытался я его успокоить. Ну, подумаешь, розги. Наша порода крепкая.

А потом Ил, размазывая слезы и сопли, сидел около кровати, куда меня заставил лечь лекарь, хотя на мне заживает, как на волке.

Ну, вот, я лежал, а Ил говорил, всхлипывая:

— Прости, Рэм! Я не думал, что они не послушают моего приказа. Ненавижу их! Прости… Тебе принести чего-нибудь? Может, конфету? Я выучу эти проклятые танцы и уроки, выучу! Но все равно их ненавижу! И отца тоже!

— Не говори так про отца! — возмутился я.

— Ненавижу! — упрямо ответил он. — Считает, что я маленький и глупый! Считает, что слуги меня могут не слушаться!

— Ил, ну, тебе ведь надо учиться! Ты же не дровосек, ты принц!

— И ты тогда будешь учиться со мною! — вытер он слезы. — Точно! Иначе я… я сбегу! Пусть отец попробует отказаться!

— А если я не хочу учиться? Я ж не принц! — хихикнул я.

— Ты мне друг, или кто? — возмутился он. — Будем вместе учиться, может, так лучше запомнится.

Мы тогда были мелкие и глупые, и сами не поняли, что вот этот ультиматум — а Ил был ещё тот упрямец! — подарил мне хорошее образование. Никогда в другой жизни, без принца, я бы не выучил столько всего нужного и полезного. Кто бы взялся учить орчонка бесплатно? Ну, и Ил сам теперь старался, не хотел подставлять меня.

Король ко мне привык, и иногда сам просил присмотреть за сыном. А я и так искренне заботился и переживал за Илариэля. Другие, впрочем, презрительно фыркали в мою сторону, считая кем-то средним между забавной зверушкой и придворным шутом. А мне наплевать. Кто они для меня?

Но потом едва не начавшаяся война все изменила. Королевство переоценило свои силы. Это было видно сразу, даже мне, не шибко умному, но я, естественно, молчал, потому что моего мнения точно не спрашивали. Да и, в принципе, можно было наговорить вот таких «умных речей» на обвинение в государственной измене.

А потом чуть не произошел бунт в королевстве, и отец Илариэля сам отрекся от престола, чтобы не допустить кровопролития. На престол взошел его брат, которого в народе любили больше.

Ну, потом много разного ещё случилось, не особо приятного, и от нас потребовали заложника мира, причем королевской крови.

Новый король не хотел отдавать своего наследника, потому что… ну, единственный наследник! Да и мальчишка он совсем, нельзя такого на чужбину. Ну, не сестрёнок же его отдавать! И Илариэль принес себя в жертву.

Даже не обсуждалось, поеду я с ним, или нет: это была моя святая обязанность. Впрочем, я бы и так его одного не отпустил. Даже мне страшновато представить жизнь в чужом, враждебном, королевстве, а какую роль приготовили Илу? Боюсь, не самую почетную.

Мы не говорили об этом, потому что больно обсуждать эти темы. Но ничего не поделать, нам нужно это соглашение. Вообще, я сам не такой важный персонаж, чтобы все обращали внимание. А Илариэль — трофей, хотя и не взятый в бою, но все равно понятно, кто главный, и кто диктует свои правила.

Впрочем, я могу его защитить, и могу сбить планы, если наши «хозяева» задумают что-то недоброе. Есть такое умение, которое проснулось у меня внезапно и необъяснимо…

Да, радости от этой «почетной миссии» ни один из нас не испытывал, и даже нынешний король, кажется, переживал за племянника, которого отдал в жертву. Кажется, переживал… Но всем нужно было держать лицо, потому что мы мужчины, а Ил — вообще представитель королевской династии, и ему это на роду написано.

Наверное, все не так плохо? От нас не требовали рабов или каких-то ужасно позорных уступок, нужны были знатные заложники мира. Вообще, если бы мы просто поехали в другую страну, я бы прыгал до потолка: мир посмотрим! Думаю, и Ил присоединился бы к ликованию. Но сейчас что-то сомнительно, что мы «мир посмотрим». Ну, может, потом можно будет передвигаться свободно на новом месте жительства? Нас ведь не в подземных казематах будут держать, я надеюсь?

Ладно, прочь грустное настроение! Нас ожидает увлекательное путешествие, хотя бы до приезда в столицу.

А потом объявили, что к нам присоединятся встречающие. Удивительно. Я сразу подумал, что каких-нибудь стражников навстречу выслали. Нет, оказалось, что наши «хозяева» выслали вперёд кухарку, распорядителя торжеств, ещё каких-то слуг, ну, и стражников, как без этого!

Значит, все же уважение принцу окажут? Ну, это лучшая новость на сегодняшний день.

Точнее, это первая хорошая новость, а вторая — то, что повариха была доброй, уютной, смешной человечкой в возрасте, настоящей мастерицей своего дела. Как же она вкусно готовит!

А ее помощница, по должности кто-то вроде горничной или поваренка, оказалась вообще милейшей девушкой. Бойкая, любопытная, тоже веселая, как начальница, и какая-то вообще бесстрашная! Ни меня, орка, не испугалась, ни перед принцем не трепещет от восхищения. Я привык к скучным блеклым девицам своей родины, а тут…

Ох, не хватает ещё влюбиться в первую встречную девушку чужого королевства! Наверное, у нее жених есть, да и… ох, вот все время я забываю, как выгляжу. Я для этой девушки — чудовище. Ну, ладно, она-то меня сама не боится, и, вроде, ей даже не противно смотреть, но ее родители… Родители точно упадут в обморок. Да и о чем я размечтался вообще? Я себе не принадлежу, мне нужно принца охранять!

С этими мыслями вышел из кареты на очередном привале. Кстати, с появлением свиты наше продвижение сильно замедлилось, но я об этом не переживал. Мы с принцем никуда не торопимся, так что хоть десять лет бы ехали — и я бы только порадовался. Менять один королевский двор на другой я не торопился: старый, эльфийский, хотя бы был знакомым, а этот, новый, вряд ли окажется дружелюбным.

И внезапно я увидел Лику, оглядывающуюся по сторонам. Причем на лесную зелень она смотрела с не меньшим восторгом, чем я. Было такое ощущение, что и она редко выбиралась из дома, и теперь от души радуется приключению.

И я не смог отказать себе в удовольствии с ней поговорить. Когда приедем на место, это общение сразу закончится, так что нужно пользоваться маленькими радостями жизни.

— Как настроение, как вам нравится дорога? — тут же защебетала она. — А как у его высочества настроение?

— Пока лично я наслаждаюсь путешествием, — честно ответил я. — А настроение высокородных особ не принято демонстрировать, так что принц всегда любезен.

— Это хорошо, — улыбнулась она. — А принц — он, вообще, какой? Добрый, веселый, или такой… высокомерный?

— Принц очень хороший, — снова честно ответил я. — Он замечательный друг, и, вообще, самый благородный из всех, кого я знаю. А ещё он очень умный, образованный! Я немного учился тому же, что и он, и могу поклясться: он получил самое достойное королевское образование!

— О, ты тоже получил хорошее образование? — оживилась она.

Вот ведь… получается, что я хвастаюсь. Но все равно было ужасно приятно услышать это от нее!

А Лика между тем говорила:

— Я тут землянику решила собрать. Матильда та-а-акие тортики с ней сделает! Со взбитыми сливками! Лесная земляника такая вкусная, ручаюсь, ваш принц подобной стряпни не ел! А ещё она ватрушки с творогом и повидлом сделать обещала!

— Вкусно как звучит, — невольно сглотнул я слюну. — Нет, у нас такого не готовят! За королевским столом ватрушки не подают… и, кажется, зря.

А потом я пошел вразнос, и рискованно пошутил, зная, что эта девушка точно меня не сдаст:

— Иначе знатных эльфиек разнесло бы, как сдобное тесто, а они ведь гордятся, что такие тощие, и их ветром сдувает! А немного мяса на тощие кости им бы не помешало.

Моя собеседница согнулась от смеха, а потом, отсмеявшись, заявила:

— Ну, я пошла за земляникой!

Я посмотрел: она сама, как земляничка: яркая, душистая, наливная ягодка! Сладкая, наверное…