Глава 20

Несколько секунд я стояла и просто пыталась не потерять сознания от адреналина, который, наверное, из ушей выплескивается.

Мамочки… как страшно… Кто бы мог подумать, что от страха может кружиться голова. А она кружится и хочется пищать.

И все же я упорно стояла, не двигаясь и притворяясь мебелью. Может так дракон будет снисходительнее и не проглотит меня в первую секунду. Хотя… Может мучения лучше прекращать одним махом? Фу, нет. За себя бороться я буду до последнего.

Глаза постепенно привыкали к полумраку, и я стала различать отдельные предметы мебели в огромном… нет. Огромном! Помещении. То там, то тут кресла, какие-то диваны, некоторые перевернутые, на громадных окнах плотные шторы, через которые свет едва-едва пробивается.

В какое из них я видела дракона?

И почему сейчас не вижу? Даже из далека он выглядел очень и очень внушительным. Такого попробуй спрятать в такой пусть и большой, но все же комнате.

Подождав еще немного в трепете и с ухающем сердцем, заметила справа громадную кровать. Действительно громадную. Может, конечно, она дракона в его драконьем виде и не уместит, но человек пять на ней точно спокойно разляжется.

И вот на этой самой кровати что-то зашевелилось.

У меня душа в пятки ушла.

Повинуясь какому-то непонятному инстинкту, я медленно пошла в бок, заходя как-то за кровать, чтобы тот, кто шевелится в кровати, меня не видел как можно дольше.

Ворох покрывал тем временем поднимался горой все выше, а мой страх рос прямо пропорционально ей.

Если это дракон, то сейчас он значительно меньше того, каким видела в прошлый раз. Правда от этого страшно меньше не становится. Всюду его запах, сильный, агрессивный, какой-то… не знаю у огня есть запах?

Пятясь и затаивая дыхание, я оказалась в самом углу. Ёшечки… Долго это будет длиться? Сколько еще предстоит вытерпеть, прежде чем все закончится хорошо.

Всё ведь закончится хорошо, да?

А потом произошло что-то быстрое, даже не успела сообразить: покрывала слетели на пол, мелькнул силуэт, кто-то зарычал. А через секунду моя шея оказалась прижатой опаляющей ладонью к стене.

Глаза.

Все, что видела — это глаза, горящие неистовым пламенем прямо передо мной. Запах пепла дразнит нос, от него пышет огнем, не уверена, что вынесу близость с ним, если этот дракон (а это точно он), действительно такой обжигающий.

— Кто? — прорычало в комнате так, что не сразу поняла, откуда исходит голос. Хотя какой голос — это утробное клокотание жерновов, перемешанных с гулом.

Меня сковал страх, лицо опалило жаром, как из печки, кожу на шее начало обжигать. На самом деле обжигать.

Неужели это конец? Неужели уже не выйду из этого замка?

Я простонала, чувствуя, как от страха и ужаса связки в горле перехватило:

— Я… Дара…

— Тебя послали меня убить? — прорычал дракон, придвинув полыхающие глаза так близко, что картинка вообще превратилась в оранжевое пятно.

Что? Убить? Да с чего он вообще взял такое? И как в голову пришло, что я могу это сделать? Ну хотя бы чисто физически.

А потом вспомнила первое, чему научила Эромия — не подходить к дракону со спины. А я, видимо, именно это и сделала. Нарушила первое правило, которому обучила наставница. В своем безотчетном страхе зашла за кровать, точнее — за спину. И спровоцировала его.

Ох, ё…

Я спровоцировала дракона.

Это вместо того, чтобы расположить его к себе.

Молодец, Дара, в правильном направлении идешь.

Сглотнув высохшим языком, я кое-как выдавила:

— Н-нет…

— Врешь! — рявкнул дракон, и канделябры с подсвечниками зазвенели.

— Нет…

— Тебя послали темные маги, чтобы добить меня! — проревел дракон, стискивая пальцы на моей многострадальной шее (почему они все нападают именно на нее?) — Долбаный маги! Да поможет мне Огненная Илира, однажды я возьму свое!

Дышать со сдавленным горлом, как выяснилось, не очень удобно. Если Неро Дэй скорее пугал меня, чем действительно угрожал придушить, то этот зверь настроен куда решительней.

Да что ж это такое! Почему они все думают, что могут вот так нападать на меня, принуждать, чего-то требовать? Это всё средневековые законы Варлоара?

А не пошли бы вы с ними вон туда и подальше?

Страх быстро превращался в ярость и желание бороться. Бороться за себя, за свою жизнь. Забыв все, чему учила меня Эромия, я вцепилась в руку дракона изо всей силы попыталась ее отодвинуть. Естественно, ничего не получилось — куда мне против такого зверя.

Зато сам дракон неожиданно ослабил хватку — его взгляд опустился на кристалл тамуса на моей шее.

— Ты пленница? — прорычал он недоверчиво.

Ну наконец-то! Хоть какой-то проблеск.

Я закивала, насколько это вообще возможно в таком положении.

— Да…

Нехотя, дракон все же разжал пальцы и отшагнул. Я закашлялась, хватаясь за шею — оказывается придавил он меня знатно.

Только спустя несколько минут смогла восстановить дыхание, и перепуганная, как зайчонок, подняла на него взгляд.

Лишь теперь смогла рассмотреть дракона во всей красе.

А смотреть есть на что, если забыть о том, что он сосем недавно собирался сделать. Высокий красивый, каким может быть только дракон, с широкими плечами, которые с трудом помещаются в кожаную то ли рубашку, то ли куртку. Она распахнута на груди, и мне прекрасно видны его мощные мышцы и кубики пресса. Штаны тоже кожаные. Копна красных волос разве что не полыхает, а глаз горят настоящим пламенем.

И эти глаза неотрывно смотрят на меня, будто выжидают чего-то. Дракон стоит, опустив руки и прямо, но всей кожей чувствую — стоит мне сделать неверный жест, снова окажусь в его мертвой хватке.

— Как ты себя назвала? — спросил он, а я невольно и не смотря на страх засмотрелась на его точеное лицо. В жизни бы не подумала, что буду разговаривать с драконом…

— Дара… — тихо ответила я, голос еще восстанавливается после цепких пальцев.

— И тебя послали сюда… — дракон замолчал и немного наклонил голову, как бы намекая на «давай, продолжай».

Я вспыхнула до кончиков волос. Зачем меня сюда послали я помню. Но как такое сказать вслух?! Да еще и тому, к кому тебя за этим послали?

Коктейль эмоций во мне превратился в такую мешанину, что даже перестала осознавать, где и что. Кажется, страх перепутался с любопытством, гнев с желанием побольше выяснить, и вообще — все переплелось так, что уже не понимаю, где границы.

— Ну? — потребовал дракон таким тоном, что я больше не посмела молчать.

— Им нужна кундала… — проговорила я смущаясь и вспыхивая.

Красивое лицо дракона исказилось насмешливой гримасой, он сложил руки на груди, рубашка при этом натянулась, затрещали швы — думала порвется, но нет. Выдержала.

— Значит, они прислали тебя мне в постель? — прямо заявил он.

Думала, у меня уже не осталось смущения, чтобы пылать, но оказалось, что гореть могут не только щеки, но и шея, а вместе с ней и грудь.

— Угу… — промычала я.

— И, наверное, готовили тебя специально? — продолжал дракон, теперь уже оглядывая меня плотоядно и оценивающе, у меня невольно сжалось все, запульсировало где-то в груди. — Рассказывали, как подлизаться к дракону, как его ублажить?

Блин, он еще хуже, чем Неро! Или такой же. Не знаю. У них в этом Варлоаре, похоже, в норме вещей вести себя бестактно, особенно с женщинами. И пусть мне, конечно, сейчас страшно, но обалдевать от происходящего не перестаю.

Я нервно кивнула.

— Рассказывали…

Дракон шумно потянул носом, закрыв глаза.

— В Варлоаре все очень туго, если Неро Дэй отправил такую девушку ко мне, — сказал он.

— Я не знаю…

— Они хотят получить энергию кундалы от соития дракона и женщины, — как-то зло проговорил он.

Меня его настрой пугал все больше. Вообще, красивые мужчины, по моему мнению, опасны, прежде всего этой самой красотой. А если этот мужчина еще и дракон — вообще пиши пропало. Хотя, Эромия говорит, все мужчины в каком-то смысле драконы. Вопрос в том, можно ли его подчинить.

И надо ли?

— Хотят… — согласилась я со вздохом.

— Значит, ты обучена, как ее пробуждать? — все с той же яростью спросил он.

Говорить, что я сильно чему-то обучена — слишком громко. Но все же сейчас знаю о драконах и вообще, взаимоотношениях между мужчиной и женщиной значительно больше, чем пару недель назад.

Я кивнула.

В следующий момент дракон резко дернул меня к себе, я взвизгнула, а потом меня швырнули на эту самую огромную кровать. Паника накатила мощно и сильно, я попыталась подняться, но быстро оказалась придавлена мощным и горячим телом.

— Если обучалась, так показывай, чему научилась! — прорычал он, нависнув надо мной и полыхая огненными глазами.

Мои руки оказались заломлены прижаты к кровати за головой, я забилась, пытаясь вывернуться, освободиться из мертвой хватки. Но пальцы на запястьях сжались только сильнее.

Неужели все произойдет вот так?!

Зачем тогда все эти уроки Эромии?

Какая чушь!

Дракон просто зверь! Ему вообще плевать на все эти падебаски… Укрощать зверя? Да я понятия не имею как укрощать этого дракона!

А сейчас он лежит на мне, скользит голодным взглядом по моему телу, шумно дышит, и я чувствую его бешенное и неуемное желание буквально всем телом.

Нет! Я так не хочу!

Только не так…

Я задергалась еще сильнее, но дракона это не остановило. Его пальцы одним резким движением разорвали платье от воротника до пояса, я закричала, а он на секунду замер надо мной, то ли любуясь, то ли оценивая.

«…взять…

…голод…

…огонь… ищу… хочу…» — пронеслось чье-то хриплое и рычащее в голове.

Мои колыхания, судя по странному оскалу, ему нравились, поэтому я моментально замерла. Может хоть так он сжалится, будет хоть немного мягче…

Но дракона мои попытки вообще не впечатлили. Его жесткий властный и полный огня поцелуй буквально пронзил меня, не знаю, можно ли ударить поцелуем, но ощутила его именно так.

Целовать в ответ не хочется, мне страшно, до визга. Его губы сминают мои, обжигают физически, будто пью из горячей металлической чашки. Когда его язык скользнул в рот, я едва не застонала. Его поцелуи умелые, голодные, он жадно впивается в меня, будто действительно хочет высушить до дна.

Но он действительно меня обжигает! Мне больно!

Когда его ладонь скользнула вниз по животу, оставляя раскаленный след на коже, и юркнула между ног, я задергалась. Слишком жарко.

Слишком!

Его поцелуй становился все яростней, все напористей, и в какой-то момент он превратился во что-то совсем дикое и опаляющее, как настоящее пламя. Самое настоящее пламя.

Я больше не могла терпеть. Из глаз брызнули слезы, покатились по щекам, в груди все сдавило от истерики, которая рвется наружу, но не может найти выход.

Не знаю, сколько продолжалось это обжигающее мучение. Но мне показалось, из меня выпарили всю воду, иссушили, превратили в головешку, и теперь мне один путь — в золу. Я даже перестала сопротивляться. Какой смысл, если он все равно во много раз сильнее, он все равно получит, что хочет.

Все получат. Кроме меня.

Обмякнув, я позволила дракону скользить по всей коже горячими (на самом деле горячими) ладонями. Гладить мои ноги, живот, опалять поцелуями. Его ласки должны заводить. Но не заводят. Они жгут, плавят, будто я снежок, который слепили и бросили в ад.

Некоторое время я неподвижно лежала, пытаясь абстрагироваться от этого нестерпимого жара, дракон властно целовал мою шею, ключицы, грудь, сползал к животу и еще ниже. (3303c)

Я сжалась, приготовившись к очередной волне огня, но дракон вдруг резко поднялся надо мной и завис на выпрямленных руках. Его глаза полыхать перестали и теперь просто оранжевого цвета. Смотрит на меня без агрессии, хотя с каким-то явным сожалением.

— Ты не драконида, — сказал он то ли печально, то ли злорадно.

А затем откатился и сел рядом на кровати.