Часть 32

— Увези меня отсюда! — Голос, сдавленный спазмом, казался почти придушенным, но разобрать слова было возможно. — Сережа увези.

Слезы обиды набежали на глаза.

— Конечно.

А в машине меня ждал поток слов. Что Валентин поставил одно условие, выполнив которое Седой может быть спокойным. Потому что, мой бывший муж, больше никогда не вторгнется в нашу жизнь. Условие, а вернее два, увидеть меня лично и получить подпись, обеспечивающую его единоличным владением средствами.

Он придвинулся ко мне, на ходу снимая куртку, протянул руку, пытаясь коснуться. Я не сопротивлялась. Он нежно провел пальцами по щеке. Словно пытаясь забрать мою боль, мою муку. Виновато смахивая влагу с ресниц. Этот огромный мужчина, суровый, грубый оказался самым преданным и искренним. Он по-настоящему любил и оберегал меня. Я никогда не была для него дополнением, придатком, средством для достижения цели.

Отодвинулась. Смахнула слезы. Набрала полные легкие воздуха.

— Я люблю тебя Сережа.

Просто и спокойно сказала. И пока на его лице мелькали чувства одно сменяя другое. Добавила:

— Я никогда не любила Даневича. Когда то это была влюбленность маленькой девочки. Но слышишь, никогда я не любила его по-настоящему. Если твое предложение еще в силе — я согласна выйти за тебя замуж.

В какой — то момент тишина заполнила всё вокруг, казалось, даже наше дыхание слышно. Словно мы сидели и не в салоне авто, а где-то на берегу моря. Шум колес звучал словно звук прибоя. Можно ли говорить глазами? Седой говорил, в голубой бездне его взгляда расплавились эмоции. Неверие, радость, смятение, любовь.

— Я люблю тебя с того дня, как ты признался мне в своих чувствах. Я должна была тебе сказать раньше.

На душе стало очень хорошо. Для меня, эти слова просто формальность, но эта формальность была важна для Сергея. Он должен был услышать этих три самых главных на земле слова, получить признание, которого он так долго ждал. Признание не в порыве страсти, не под собственным давлением. Просто, вот так легко. Сидя друг напротив друга.

Бесспорность для меня, но страх и неуверенность для него. Он оказался прав. Для того, чтобы почувствовать разницу, между вырванными признаниями и порывом собственной души лежит огромная пропасть. Этот момент, когда я смогла сказать это не только для него, но в первую очередь для себя. Вслух, громко. Не сомневаясь. Получая удовольствие, произнося:

— Люблю тебя.

По-настоящему. Без страха. Готовая отвечать, нести ответственность, разделить её с другим человеком. Ответственность и жизнь. И всё что у меня есть, я готова отдать ему. Моему демону, моему богу.

— Я люблю тебя, Сережа, я тебя люблю, люблю, люблю.

Получая наслаждение от возможности говорить это вот так легко, свободно, по — настоящему.

Признание, которое жило в глубине моего сердца. Как бабочка ждала своего часа, и вот эта бабочка вырвалась на свободу и не хотела больше исчезать, забираться назад.

Он сжал, смял меня в объятиях. В одночасье став опьяневшим, обезумевшим. Не ощущая, не контролируя свою силу, свои порывы.

Всхлип из горла.

— Ты меня задушишь, Сережа…

Он не отпускает и только слегка уменьшает захват.

— Как долго я этого ждал, малыш…

Тишина исчезла. Возникла целая какофония звуков. Наше дыхание, стук сердец, тихая мелодия, игравшая из динамиков, шум машин на магистрали. Жизнь показалась блестящей, разноцветной, наполненной.

— Повтори, пожалуйста. Повтори.

И я повторяю всхлипами, стонами. Расплавленная в его руках.

И пусть огромному миру, вокруг, не было абсолютно никакого дела до нас, к нашим чувствам, которые мы тут переживали. Это не имело абсолютно никакого значения.

Ведь каждый человек может однажды плакать от горя, но однажды и смеяться от радости. Охваченная его руками, зажатая, так что дыхания не хватало сделать полноценный глоток воздуха. Я поняла одну единственную истину. Простую истину. Что бы с нами не произошло, как бы мы не были разбиты, мы должны просто продолжать жить, подниматься и идти дальше. Понять, что из таких вот моментов и складывается наше человеческое существование. И может именно наша история с Седым достойная быть написанной. И мы такие противоположные стороны одного целого.

— Боже малыш, — тихо простонал Сергей. — я не верю.

Я не хотела открывать глаза, просто вытянула ладонь и провёл пальцами по его лицу

— Поверь Сережа. Просто поверь.

— Я столько всего сделал неправильно…

— Давай забудем. Прошлое нельзя изменить, можно построить счастье в будущем. И мы с тобой его построим. Надо забыть, и идти дальше. Постепенно шаг за шагом. Надо идти вперёд. Так будет правильно.

— Давай завтра загс? — он прошептал вопрос прямо на ухо.

Я засмеялась.

— Зачем так спешить? У нас еще море времени, Сережа.

— Я боюсь, что ты передумаешь.

— Я не могу передумать, потому что люблю тебя.