Глава 15

Бежала уже под проливным дождём и очень надеялась, что муж вернётся к себе в кузницу. Но, увы, слышала топот ног за спиной и прикидывала, как от него избавиться. Я стащила с верёвки все вещи, которые постирала, и занесла в дом. Сейчас изнутри он уже не казался таким убогим и изношенным. Я осталась довольна уборкой и с собой.

Вот только Грегор не оценил моих трудов. Он пошёл следом и, не снимая грязных ботинок, направился в кухню.

– Ты что делаешь? – возмутилась я. – Не видишь, пол вымыт.

– Это твоя обязанность как жены.

– Тогда будешь сам за собой убирать.

Я схватила тряпку и бросила её к ногам мужа. Он удивлённо поднял брови, подцепил ветошь носком башмака и отшвырнул её в сторону. Я посмотрела на него, потом на кучу влажного белья на кухонном столе и вдруг поняла: не хочу. Не хочу заниматься этим домом, не хочу жить с этим мужчиной, и вообще не хочу находиться в этом городе и… в этом мире.

Твою ж мать!

И как вернуться обратно? Готова поперек любой лошади лечь и притвориться валенком.

Я развернулась и бросилась к двери. Муж тут сообразил, что перестарался с воспитанием жены, и кинулся мне наперерез.

– Стой, куда? – завопил он, хватая меня за рукав. – Ты же… ты же белье не развесила!

Белье? Да он серьезно?

В голове моей промелькнула картина апокалипсиса: вот они, последние люди на Земле, стоят посреди руин, и он такой: «Дорогая, не забудь про белье!»

– Белье? – переспросила я, стараясь говорить как можно более спокойно. – Ты сейчас серьезно про белье?

И тут меня накрыло. Смех. Истерический, безудержный, до слез.

– Спятила, Сули? Или тебя лошадь копытом по маковке ударила? – вызверился Грегор. – Марш в кухню. Есть хочу!

Он дёрнул меня за рукав так резко, что я потеряла равновесие и свалилась к нему на грудь.

В нос ударил запах немытого мужского тела, смешанный с кислым духом нестираных вещей. Я почувствовала его дыхание на своей шее, и это вызвало не волну возбуждения, а лишь тошнотворную дрожь.

«Черт! Кого я обманываю? – мелькнула паническая мысль. – Я не смогу здесь жить!»

Я оттолкнула Грегора с такой силой, на какую только была способна, выскочила на крыльцо. Краем глаза увидела поленницу дров, прислоненную к стене, схватила полено и подперла им дверь. Сделала это мгновенно, на автомате, не размышляя и не строя планов.

– А ну вернись, ведьма! – завопил муж.

И тут же ударил в дверь изнутри. Она содрогнулась, но не открылась. Я обрадовалась передышке и выглянула во двор.

Дождь, казалось, припустил еще сильнее. Резкие струи бились о землю, поднимая фонтанчики грязи, пузырились в уже собравшихся лужах. Выскакивать под этот поток воды не было никакого желания, но и оставаться в доме – себе навредить.

– Хозяева, есть кто дома? – донеслось из-за ограды.

– Да, все дома! – крикнула я. – Заходите.

Я обрадовалась: и под дождь выходить не надо, и при посторонних муж не станет выпендриваться. Ногой отбросила чурочку в сторону и сама прильнула к столбику. Грегор, вопя во все горло, ударил в очередной раз по створке, дверь распахнулась, муж вылетел из дома и попал по инерции прямо… в объятия подоспевших гостей.

– Вот, принимайте, – с победной улыбкой произнесла я, отталкиваясь от столбика. – Хозяин встречает с распростертыми объятиями.

Незнакомцы переглянулись. Один, самый высокий и, судя по всему, главный, осторожно похлопал Грегора по плечу, пытаясь привести его в чувство. Грегор же, ошалело вращая глазами, пытался сообразить, что вообще произошло.

– Чего надо? – рявкнул он на гостей.

– Ты нас под дождем держать будешь? – спросил высокий. – Разговор есть.

– Извините, у нас тут небольшая… ммм… разминка, – неловко пробормотала я. – Свежий воздух, дождик, все дела. Бодрит, знаете ли. Вы проходите, не стесняйтесь.

Проводив гостей в дом, я бросила последний взгляд на поленницу. Чурочка, отправленная в полет моей ногой, лежала себе как ни в чем не бывало. И тут меня осенило: кажется, я поняла, почему Грегор так взбесился и раскраснелся, как переспелый помидор. Муженек хотел хорошенько разобраться со строптивой женой, а не вышло, облом.

Вот же я растяпа!

Но это уже совсем другая история.

А пока – улыбаемся и машем дорогим гостям! Главное, чтобы никто не догадался, что у нас тут творится на самом деле.

И тут голову прострелила идея.

Стоп! А почему я должна это скрывать? Грегор женился на влюбленной в него Сули с определенной целью. Вот пусть теперь и расплачивается.

А что, если…

Я влетела в дом. Грегор стоял, хмурясь и теребя завязки на рубашке, высокий что-то тихо говорил ему. Тут муж бросил на меня косой взгляд, и отчего-то нехорошо стало на душе. Вот совсем нехорошо. Так внутри все и перевернулось.

Кажется, гости принесли не слишком хорошие новости. Для кого? Для Грегора или для меня?

Отлично! А подкину я дровишек в огонь!

Но я даже рот раскрыть не успела, как Грегор, заметив меня, рявкнул:

– Чего встала? Чай нам сделай!

– Упс, – я развела руками. – Угостить, господа, вас, правда, нечем. Муж утром денег не дал, я ничего не купила.

Грегор вытаращил глаза и, оттолкнув высокого гостя, бросился на меня.

Но я успела увернуться. Схватила табурет и выставила перед собой. Муж был не таким юрким. Он с разбега налетел на ножки, заорал благим матом, закрутился на месте, сложившись пополам.

– Ведьма! Да я тебя…

Дальше последовали непереводимые местные ругательства. Что-то типа «жаба ты пересушенная», «дьяволица полоумная с копытами кривыми» и еще много чего в том же духе, сдобренного щедрой порцией проклятий, адресованных всем моим предкам до седьмого колена.

Я стояла, держа табурет, как щит, и ждала, пока словесный поток иссякнет. Мой план был прост: довести Грегора до белого каления, сорвать с него маску приличного горожанина, а потом прикинуться жертвой и гордо свалить в закат. Вернее, уехать жить к матери. И в этом мне помогут свидетели.

Грегор наконец заткнулся, из его рта неслось хриплое дыхание. И вдруг раздался оглушительный смех. Гости хохотали, глядя на нас, как на полоумных.

– Ну вы даете! – выдавил из себя второй гость, низенький, плотный мужчина с усами. – Горячая парочка, петух и цесарочка.

– Не зря Его Светлость опять призывает Сули в замок. Он, видимо, впечатлился прелестями твоей жены, Грегор.

Я хотела поставить табурет, да так и застыла с ним в руках.

Что? Опять в замок? Это мое спасение или новая проблема?

– Сули, займись делами! – опомнился муж.

Он схватил с кухонного стола влажное белье, сунул мне в руки и толкнул к лестнице. Я чуть не полетела лицом о ступеньки, еле успела удержаться за перила.

– Нет, никуда я не уйду! – завопила я. – Зачем я опять понадобилась герцогу?

Мысли роем закружились в голове. Если бы меня хотел призвать герцог, вряд ли бы прислала незнакомцев. Получается, в гости явились подручные Ардена? Сынок все никак не угомонится?

– Как зачем? Неужели неясно? – расхохотались опять гости. – За тем самым.

Низенький сделал характерное движение бедрами, намекая на соитие. Грегора даже перекосило от злости.

– А почему вы разговариваете об этом с моим мужем? – теперь я точно не собиралась уходить. – Это мое тело, мне и принимать решения.

– А тебя, баба, никто и спрашивать не собирается, – гоготнул высокий и взглянул с усмешкой на Грегора. – Смотри, кузнец, герцог сотрет все между ног у твоей жены, тебе ничего и не достанется.

– Пасть захлопни! – рявкнул Грегор.

Он размахнулся и въехал кулаком в нос гостя. Тот схватился за лицо, но лишь на миг. Тут же развернулся с ответным ударом. Они сцепились как два разъяренных медведя, круша все вокруг. Лавка затрещала и с грохотом упала на пол. Но скандалисты даже не заметили.

– Остановите их! – закричала я низенькому гостю.

– Ну уж нет! – проворчал он.

Драка разгорелась нешуточная. Грегор был силен, кости его окрепли в кузнице, но гость оказался ловким и умелым бойцом. Он уклонялся от тяжелых ударов, отвечая быстрыми и точными тычками. Кровь брызнула из разбитого носа Грегора, застилая ему глаза. Муж, чувствуя, что уступает, собрал всю свою силу в одном сокрушительном ударе. Он замахнулся и обрушил кулак на челюсть противника.

Гость пошатнулся, но устоял на ногах. В его глазах мелькнула злоба. Он выхватил из-за пояса короткий кинжал, лезвие которого зловеще блеснуло в тусклом свете лавки.

– Ах ты, пес! – прорычал Грегор, отступая.

Оглянувшись, он схватил со стола железную двурогую вилку. Теперь их бой стал смертельно опасным. Я заметалась, не зная, что делать. С одной стороны, надо дать событиям развиваться своим чередом, а с другой, есть свидетель, который может рассказать, что драку спровоцировала я. В средневековом мире обвинить во всем женщину, раз плюнуть. Меня мгновенно назовут ведьмой и сожгут на костре.

Нет! Не бывать этому!

Пока гость ловко нападал с кинжалом, стараясь достать мужа, а Грегор отбивался вилкой, я сместилась по стене в сторону кухни и схватила ведро с водой. Вот кинжал и вилка столкнулись, искры полетели в разные стороны. Внезапно, кинжал скользнул по вилке и вонзился в плечо Грегора. Он взвыл от боли, но не выпустил свое оружие, наоборот, сделал выпад ногой и ткнул остриями в грудь гостю.

И тут я выплеснула воду на головы драчунов.

– Хватит! – закричала я и затопала ногами. – Побойтесь предков! Они в гробу сейчас переворачиваются.

Гость и муж трясли мокрыми волосами, разбрызгивая воду и капли крови. Усатый мужичок закрутился рядом с ними, начал совать им в руки полотенца, которые выхватил из кучи белья, брошенного на пол.

– Как же так? – приговаривал он. – Вы будто белены объелись! И чего сорвались?

При этом он поглядывал на меня, и мне даже показалось, что в его глазах мелькал страх.

Я подняла скамейку и приказала:

– Сели оба! Живо!

Неожиданно они послушались: опустились на скамейку рядышком. Пока я перевязала их раны, Грегор обиженно ворчал:

– Я тебе не дал денег, но мы привезли от герцога целую корзину еды. Есть и хлеб, и сыр, и мясо, и овощи. А ты поперлась на рынок яблоками торговать.

– Ха, и где вся эта еда?

Я с силой затянула рану на плече, муж едва не взвыл от боли.

– А ты повозку разобрала?

– Что?

Я опешила. Когда стирала белье, не видела во дворе ни лошади, ни повозки.

– То-то же! Где деньги за мужскую силу?

– Какую мужскую силу? – поинтересовался усатый гость.

Он смотрел на нас подозрительно, словно мы его обокрали. Опасный человек, расчетливый. И любопытство его опасное. Я быстро вытащила бутылочку с зельем, налила немного в кружки, разбавив водой, и протянула мужчинам.

– Что это? – подозрительно спросил Грегор.

– Лекарство. Не хочешь, не пей! – я протянула руку, чтобы забрать кружку, но муж быстро опрокинул содержимое в рот. – А теперь рассказывайте, чего добивается герцог?