Глава 22. Вильгельм

Вильгельм смотрел, как Сули исчезает между деревьями. Тревога, непрошеная и настойчивая, сдавливала грудь. Найдет ли она дорогу к дальней купальне в этой дрожащей темноте? Хватит ли ей сил справиться с капризным механизмом старого лифта?

Он не узнавал себя.

Раньше холодный разум был его главным оружием, а теперь, стоило лишь подумать о Сули, как сердце принималось бешено колотиться, качать кровь, которая раздражающе шумела в ушах.

Как господин, он имел право удержать ее в замке. В конце концов, она была его подарком, знаком власти и признания. Но Вильгельм всегда презирал принуждение, особенно в отношении женщин. Даже в ту роковую ночь, когда он осознал, что Сули оказалась в его постели не по своей воле, что-то сломалось внутри. Пламя страсти, после смерти жены мирно спавшее, вспыхнуло с такой силой, что он потерял себя, поддался животной, неукротимой тяге.

Мысли о Сули жгли его изнутри. Он не знал эту девушку, но почему-то чувствовал за нее необъяснимую ответственность. Она была такая юная, такая чистая, такая невинная, и в то же время сильная и сообразительная. Как цветок, распустившийся на бесплодной земле и выросший назло непогоде и врагам. И теперь этот цветок мог быть сорван безжалостной рукой его сына. Эта мысль заставляла его кровь стынуть в жилах.

Сули растворилась в темноте, даже ее шаги были уже не слышны. Вильгельм выдохнул и развернулся, принимая собранную, настороженную позу воина, готового к внезапному нападению. Сули, наивная и беззащитная, не осознавала нависшей над ней угрозы. Он же хорошо знал, на что способен его сын, с его изворотливым умом и склонностью к коварству.

Предчувствие беды сводило с ума, герцог кожей ощущал, как невидимые нити натягиваются, готовясь вот-вот лопнуть. Магические силы проснулись, забурлили в крови. Что-то скоро произойдет. И он должен быть готов ко всему.

Внезапно треснула ветка под чьей-то неосторожной ногой. Герцог крепко сжал эфес меча, а второй рукой коснулся амулета Безмолвия, висевшего на его шее. Артефакт мгновенно запер его мысли от посторонних.

Амулет Безмолвия, выкованный из осколка упавшей звезды и заряженный шепотом древних духов, ограждал владельца от ментальных атак, манипуляций и даже проклятий. Он не даровал физической неуязвимости, но делал разум непроницаемым для чужого влияния, позволяя видеть истинные мотивы и уклоняться от расставленных ловушек.

– Кальт, это ты? – тихо спросил Вильгельм.

В его ладони родился огонек. Он едва видимой змейкой пробежал по лезвию меча и застыл на кончике. Огневик увеличит силу и скорость выпада, поможет сразить врага с одного удара.

И тут похожий треск раздался с другой стороны, а потом еще и еще…

Казалось, целый отряд врагов приближается к герцогу. Он бесшумно повернулся, занес меч над головой, и в этот момент ближайшие ветви раздвинулись, и на маленькую полянку вышел Арден.

Один.

В руках он нес тяжелый мешок, который бросил к ногам отца. Вильгельм напряженно всматривался в темные кусты, но больше никого не видел. Он был уверен, что Арден не один. Его подельники притаились где-то рядом в ожидании сигнала.

«И чего тебе не сиделось в этой башне, сын?» – задался вопросом герцог, едва заметно скривившись.

Он чувствовал, как тяжесть вины, застрявшая в горле комом, душит его. Ведь это он, Вильгельм, породил это чудовище, которое теперь бродило по его владениям, словно тень, предвещая беду.

– Отец? – усмехнулся Арден, нисколько не удивившись. – Ты здесь? Ночью? Странно. Ты же уехал в город.

– Уехал и вернулся, как закончились дела.

– Но… что ты забыл в этом месте?

– Вышел искупаться и услышал шаги.

Отец и сын просто пикировались ничего не значившими фразами, оба прекрасно понимая, что один охотится, а другой защищает дичь.

– Далеко же ты забрел от купален.

Голос Ардена приобрел кошачью мягкость и растянутость, и герцог разозлился. Он хозяин этих земель, он господин! Не должен он ни оправдываться, ни отчитываться ни перед кем в своих поступках и желаниях.

– А что здесь делаешь ты? – сердито спросил он, по-прежнему не убирая меч в ножны.

Амулет опалил жаром кожу на груди: Арден пытался проникнуть в сознание отца. – Насколько я помню, сын, я приказал тебе оставаться в замке.

– Мне было скучно, – лениво ответил Арден и потянулся.

Он казался расслабленным и медлительным. Но Вильгельм знал, что это хитрость хищника перед прыжком.

– И ты решил проследить за мной?

– Нет. Хотел развлечься, встретил Кальта. Он повел меня к губернатору.

– Почему ты не остался на ужин?

– Тебя там не было. Да и есть жирную пищу этого толстяка противно.

Вильгельм на миг прикрыл глаза. Амулет нагревался все больше. Сын включил магию на полную мощность, пытаясь сломать защиту.

– И ты решил устроить охоту на Сули? – напрямую поинтересовался герцог, отбросив политес.

– А почему бы и нет? – усмехнулся сын, запрокинув голову. – Эта крестьянка торговала яблоками на рынке, – Арден хохотнул, и Вильгельму показалось, будто кто-то провёл ножом по стеклу, настолько скрипучий и неприятный был его смех. – Выдавала их за волшебные. Сколько народу обманула! Непорядок в нашей провинции, отец.

– Я же сказал, что сам разберусь.

– Я решил помочь.

Наглость Ардена переходила все границы. Будто ничего не боялся, знал, что его действия не будут наказаны.

– Оставь девушку в покое! – властно приказал герцог. – Она чужая жена.

– Уже нет.

– Что ты хочешь сказать?

Волнение сдавило горло герцога, гонг надвигавшейся беды загрохотал прямо над головой. Арден молча ткнул носком сапога мешок, тот раскрылся, и на тропинку выкатился темный шар.

Герцог похолодел…

Забыв об осторожности, он отступил назад и спиной наткнулся на препятствие. Мгновенно обернулся: сзади стоял человек огромного роста и такого зловещего вида, что Вильгельм содрогнулся. Боковым зрением он увидел еще одного человека справа, а потом и слева от себя.

– Как это понимать, сын? – повернулся он к Ардену, на всякий случай окружив себя облаком невидимости. – Ты что наделал?

– Избавил твой подарок от ненужного мужа, – засмеялся Арден. – А заодно и от говнистого братца.

– Но… ты представляешь себе последствия?

Присутствие за спиной громилы не давало сосредоточиться на сыне. Герцог прекрасно понимал, что, несмотря на мощную магию, не сможет действовать одновременно во всех направлениях. Мысли просто сошли с ума.

«Что задумал Арден? Он хочет захватить власть? – задавался вопросами Вильгельм, готовясь отразить атаку, если она начнется. – Но это бессмысленно. Король не примет его в качестве наследника земель».

Не примет?

И тут он похолодел: Арден никогда не решился бы на открытое противостояние, если бы у него не было сильной поддержки за спиной.

Но кто это? Король? Канцлер?

Скорее всего он.

* * *

С первого дня рождения Арден принес в замок проблемы, горе и смерть. Жена, слабая и болезненная дочь канцлера, умерла, не успев даже взглянуть на сына. Под давлением короля Вильгельм женился еще раз, но вторая жена утонула в купальне. Третья выпала из кабины лифта и разбилась насмерть об острые валуны у подножия горы.

И всякий раз герцог подозревал, что всему виной его собственный сын. Именно потому он запер его в покоях, создал иллюзорный лабиринт, чтобы никто посторонний не нашел к нему дорогу. Ардена обходили стороной все служанки, только старая кормилица Камелия могла немного управлять энергией вредного юноши.

Канцлер, первый советник короля, винил в смерти дочери Вильгельма и всячески портил ему жизнь. Герцогу не рады были при дворе, его не приглашали на балы и праздники. Он сидел безвылазно в провинции, занимался замком и землями, платил исправно налоги и силой воли и магии старался держать Ардена вдали от столицы.

И вот теперь хрупкий мир прямо на глазах разваливался на части.

* * *

– Да ерунда! – сын махнул рукой. – Думаешь, горожане взбунтуются? Не посмеют.

– Ты взял на себя роль бога и короля: лишил жизни двух подданных без суда и следствия. Неужели не понимаешь, какой поднимется шум?

– Ах, отец! Чего ты боишься? – фыркнул Арден. – Можно ли сомневаться в том, что дед «замнет» любое дельце, в котором замешана его семья?

– Я в этом не уверен.

– Губернатор, конечно, может «пожаловаться» королю. Как трогательно! Но Гвен уже поговорил с ним по душам, и его доводы были такими убедительными, – Арден хохотнул и пнул мешок, – что толстяк на коленях умолял оставить его в живых.

От шока герцог не нашел что сказать. Он только смотрел на Ардена, словно на змею, внезапно выползшую из-под камня. В глазах плескался ужас, смешанный с недоверием. Он всегда считал Ардена амбициозным, но безвредным мальчишкой.

Но чтобы он решился на такое…

Герцог закашлялся, пытаясь вернуть себе самообладание. Ему нужно было срочно что-то предпринять, хоть что-то сказать.

Арден расхохотался, а вместе с ним засмеялись и его подельники. Звук доносился со всех сторон. Герцог понял, что окружен, и вырваться из засады своими силами не получится.

«Где же Кальт? – волновался он за помощника. – Арден о нем не сказал ни слова, возможно, ему удалось скрыться».

Он очень надеялся на ум Кальта и его способность быстро находить решения в сложных ситуациях.

– Мало тебе простолюдинов, ты еще посмел угрожать губернатору? Арден, опомнись!

– Да ладно тебе, отец! Дед, который тебя ненавидит, пришлет отряд дознавателей. Немного потреплют нервишки, так это же хорошо: достала уже эта деревенская скука.

Вильгельм слушал сына с ужасом. Это он породил чудовище, для которого ничего в мире не существует, кроме собственных интересов. Его сын – это отражение всего самого гнилого и уродливого, что есть в роду Талийских дворян.

– Х-хорошо, – Вильгельм выпрямился, сделал вид, что убирает меч в ножны. – Поговорим об этом утром. Я возвращаюсь в замок.

Арден поднял руку, и разбойники окружили герцога плотным кольцом.

– Ты бросишь эту девчонку Сули? – вкрадчиво поинтересовался сын. Женщину, которая ждет от тебя ребенка?

– Она не беременна.

– Ха! – но теперь сын не смеялся. Его лицо перекосила ярость, которая в свете выглянувшей в этот момент полной луны сделала его похожим на демона. – Я же чувствую, как бьется сердце этого мерзкого ублюдка.

«О небеса! – взмолился Вильгельм. Не думал он, что получит счастливую новость вот так, походя, стоя перед сыном среди толпы разбойников. – Помогите Сули!»

– А-а-а, – прокатилось в ночном воздухе. – Спас-и-и-и-те…

Вильгельм мгновенно сотворил иллюзию, как две капли воды похожую на него, нырнул вбок и в сторону. Разбойники, не разобравшись в ситуации, бросились на копию.

– Держите отца! – завопил Арден.

Но герцог уже скрылся в темноте. Он бежал зигзагами, выскакивая на тропинку то с одной, то с другой стороны, и повсюду оставлял за спиной свои копии.

– Ф-ь-ю-ю-ю, – совсем рядом запела зорянка.

«Кальт?» – обрадовался Вильгельм.

Он выхватил из кармана свисток и ответил три раза:

– Фью, фью, фью.

Кальт просвистел тоже три раза: один длинный, два коротких. Это был тайный сигнал, понятный только им двоим. Окрыленный надеждой, Вильгельм выскочил к ограде купальни и тут увидел Сули.