Глава 2

Уснула я почти мгновенно, всё тело ныло, а мозг отказывался думать о случившемся. Но выспаться этой ночью мне было не суждено.

Я проснулась от собственного стона, мне было больно, очень больно. А причину и источник боли определить никак не удавалось. И только промучившись несколько бесконечных минут, я наконец-то поняла — это не моя боль! С Трэйтоном что-то случилось!

Тогда, после произошедшего у озера, я была слишком расстроена и зла, поэтому просто не придала значения, но сейчас вспомнила: Трэйтон был чем-то очень обеспокоен и куда-то торопился, хотя и не хотел оставлять меня одну, это я чувствовала. Но тогда я подумала, что он пытается таким образом оправдать свой поступок. Дескать, я тебя люблю и ничего страшного, что использую, вот, даже расставаться не хочу…

А сейчас он где-то там, раненый, или, возможно, вообще умирает! И я не могу сидеть на месте и ждать, когда перестану его чувствовать. Да, пусть он гад, но ведь мой же гад, любимый. Быстро встала и надела один из сшитых по моему заказу костюмов для верховой езды. Здесь такие костюмы не носили. Я, конечно же, не стала новатором, в некоторых других странах женщины уже не стеснялись ходить в брюках. Но у нас эта мода почему-то не прижилась. А мне очень понравились раскованность в движениях и отсутствие цепляющейся за всё подряд юбки, поэтому и заказала у портних наряды из гардероба стартрэйнов.

Оделась и растерянно остановилась посреди спальни. И куда мне бежать? Где его искать? Но, вопреки панике, долго искать не пришлось. Я почувствовала протянувшуюся между нами, незримую, но очень прочную, нить. Да, он действительно «привязал» меня к себе. И эта невидимая нить вела меня в нужном направлении. Вот только передвижение по дворцу оказалось затруднительным, чёрные коридоры были слегка разрушены и завалены обломками. Пришлось идти по парадным переходам, но и здесь были видны следы Грэйновой ярости. По стенам и потолку расползлись небольшие трещинки, а в воздухе свитал запах пыли. Однако повреждения были только в одном крыле и, преодолев несколько «белых» коридоров, я опять нырнула в «чёрные», менее широкие, но зато куда более короткие и удобные. И уже через несколько минут я стояла в саду. Он точно где-то поблизости, но где именно? Не кричать же на весь сад, да и не отзовётся. Ему уже совсем плохо, но я постаралась отгородиться от болевых ощущений. Иначе просто не смогла бы идти дальше. Вот найду, тогда и разделю с ним боль, раны и вообще всё, что захочет. Главное чтобы выжил, а потом сама прибью!

Связующая нас с Трэйтоном нить привела меня в ту часть сада, где я сегодня уже бывала. На земле, рядом с полностью разрушенной скамейкой под сенью сплетённых крон, кто-то лежал лицом вниз. Я кинулась к лежащему, упала перед ним на колени и с трудом перевернула на спину. Сначала отпрянула, увидев окровавленное, перекошенное лицо, но потом присмотрелась и поняла — это не Трэйтон. У этого мужчины были короткие светлые волосы и выдающийся нос с горбинкой. И он был мёртв. Но где же Трэйтон? Встала с колен и осмотрелась. Ничего. Прислушалась к своим ощущениям и почувствовала, как силы стремительно меня покидают. Как будто кто-то вытягивает их из меня. А в следующее мгновение те самые кусты, за которыми вечером прятались друзья Адила, зашевелились, и из них поднялся Трэйтон. Пропало чувство потери сил, но слабость осталась, и я медленно побрела навстречу так же медленно идущему ко мне Трэйтону.

Дошли. Привалились друг к другу и замерли. Говорить ничего не хотелось, да и не моглось, если честно. Постояли так ещё немного и Трэйтон вдруг предложил:

— А давай домой.

— Это куда? — спросила безразличным тоном.

— Я тут неподалёку домик купил. У меня сейчас сил хватит только в одно место переход создать, а во дворец мне не желательно, — ответил он.

— Ну да, стыдно за то, что там вечером натворил? — хмыкнула в его плечо.

— А чего я там натворил? — устало спросил он.

Мы вроде и разговаривали, но вяло, бесцветными, лишёнными интонаций голосами. Мы оба так устали, что даже проявлять эмоции было трудно. В результате я слабо махнула рукой и согласилась:

— Домой.

Трэйтон обнял, нахлынула волна перехода. А после он вообще почти повис на мне. Я бы точно не удержала, но лорд быстро взял себя в руки, отстранился и прошептал:

— Ты тут располагайся, а я немного посплю.

Шагнул куда-то в сторону и рухнул вниз, а я осталась одна в полной темноте. На ощупь нашла своего гада. Оказывается, мы стояли рядом с кроватью, её-то и облюбовал Трэйтон. Кроватка, кстати, была не маленькая, и я устроилась рядом. Завтра обязательно допрошу, предъявлю обвинения и выскажу всё, что о нём думаю, а сейчас спать. И если он мне опять помешает, точно разведусь.

* * *

Проснулась я от того, что кто-то бессовестно целовал мою шею, не заботясь о том, что это потревожит мой сон. А я ещё не выспалась! Ну так получай, гад! Потянулась и, не открывая глаз, промурлыкала:

— Доброе утро… Ади.

Мне прямо в ухо рассмеялись и прошептали:

— Но я-то знаю, что являюсь первым и единственным обладателем вот этого всего.

И принялся поглаживать это «всё». Скинула с себя его руки, повернулась к нему спиной и пробормотала:

— Ну нетушки, это всё моё. И моё всё хочет спать.

И от меня даже отстали, но момент был упущен, уснуть уже не получилось.

Но и вставать тоже не хотелось, я лежала и сквозь опущенные ресницы наблюдала за тем, как Трэйтон одевается и собирает ещё влажные после ванны волосы в небрежный низкий хвост. Это когда он встал, что успел уже и ванну принять и меня подомогаться? А ведь ещё несколько часов назад был чуть живой от усталости и полностью опустошённый. Сейчас же просто лучится энергией и жизнелюбием, а я голову от подушки не могу оторвать… Трэйтон как будто услышал мои мысли, посмотрел на меня и известил:

— А я вижу, что ты не спишь. Устала? — Подошёл, сел рядом и добавил: — Прости, что пришлось взять у тебя чистую энергию, но этот павший меня совсем вымотал. Давай будем тебя восстанавливать.

И целоваться полез. Я увернулась, потом и вовсе его оттолкнула и спросила о том, что сейчас меня заботило гораздо больше его поцелуев:

— Кого ты убил?

— Убил? О чём ты? Я никого не убивал… вчера, — с улыбкой ответил он.

— Но в саду был мёртвый мужчина. Ты же с ним дрался? — напомнила я.

И ведь так искренне врёт, что даже поверить хочется. А это его «вчера» вообще в дрожь вгоняет.

— А, ты о павшем? Так он был не мёртв, а в стазисе. Его чистильщики забрать должны были, — отмахнулся Трэйтон, забираясь руками под одеяло, а там вообще-то я.

— Чистильщики? — переспросила, скидывая его руки со своих бёдер.

— Ну да. Я инспектирую Арену, а чистильщики забирают обезвреженных павших, — пояснил он. И вдруг, горько усмехнувшись, добавил: — Вор отлавливает воров.

— И много здесь вас? — поинтересовалась, сжав его ладонь, переместившуюся на мой бок.

— Кого? Инспекторов или павших? — уточнил Трэйтон.

— Да всех! Как вы вообще умудряетесь скрываться с такими-то глазами? — воскликнула я.

Трэйтон опять усмехнулся, закрыл глаза, а когда вновь открыл, они были совершенно обычными. Нормальные человеческие глаза с зелёной радужкой и чёрными зрачками. Красивые… Но я уже привыкла к его родным, сверкающим звёздами и заглядывающим прямо в душу, волшебным глазам. Трэйтон моргнул и звёздочки вернулись на место.

— Инспекторов здесь немного, всего по одному на каждый материк. А вот павших становится всё больше и больше. Но скоро всё изменится, и надобность в инспекторах отпадёт сама собой. Да и отлавливаем мы только тех, кто откровенно нарушает договор, — проговорил он.

— Какой договор?

Я вся подобралась и приготовилась выведать как можно больше информации.

— Эээ, нет. Сейчас мы вернём тебе бодрость духа, и ты меня покормишь. А потом, так и быть, я отвечу на твои вопросы, — протянул Трэйтон.

— Я покормишь? — округлила я глаза.

— А что? Жена ты мне, или кто? Прислугу я ещё не нанял, а кушать очень хочется. Продукты уже должны были завезти, так что с тебя завтрак. Но сначала… энергетический завтрак, — коварно заявил он.

И всё-таки поцеловал оторопевшую от известия о необходимости готовить и потерявшую бдительность меня. Успела подумать, что Трэйтон самоубийца, и пусть даже не надеется, что я буду травиться своей стряпнёй вместе с ним. Но потом почувствовала, как в меня хлынула энергия, и все мысли спутались, потерявшись в полубессознательном состоянии эйфории. Так и не поняла, понравилась мне эта энергетическая подпитка, или нет. Но способ, которым Трэйтон решил меня подпитать, мне определённо понравился… Как же умопомрачительно он целует.

* * *

«Домик», как назвал его Трэйтон, оказался трёхэтажным загородным особняком, находящимся почти по соседству с летней резиденцией императора. Он был идеально чист и ухожен, но какой-то не живой.

— И давно ты приобрёл этот домишко? — спросила, осматривая огромный, великолепно оформленный холл.

— Он мне по наследству достался, от предыдущего инспектора. Нравится? — с улыбкой спросил Трэйтон. — Теперь он наш. Больше инспекторов не будет, да и я вызвался на эту должность, чтобы к тебе побыстрее добраться. Соскучился очень. Но это всё сейчас неважно. Пошли уже на кухню, а?

От признания, что он скучал стало очень приятно и радостно, но вот всё остальное…

Хотела было спросить, что значит «Теперь он наш», но сказала почему-то совсем другое.

— Послушай, Грэйн, а с чего это ты решил, что я буду для тебя готовить? Я вообще-то не умею. Но могу, например, фрукты помыть. Ты любишь фрукты?

Пока говорила Трэйтон привёл меня на кухню. Пропустил вперёд, потом вошёл сам и начал теснить меня к одному из столов (кухня была такая же огромная, как и холл).

— Я люблю тебя, — заявил он. Схватил за талию и усадил на стол: — Но есть я тебя не буду… пока. Так что корми меня уже хоть чем-нибудь, во избежание, так сказать.

И опять целоваться полез. Попыталась отстраниться, но лорд потянулся следом.

— Прекрати! И вообще, мы с тобой не настолько близко знакомы, чтобы я тебя завтраками кормила! — возмутилась я.

Грэйн хохотнул и, почти уложив меня на стол, прошептал:

— Ну если ты так настаиваешь, можно ещё ближе познакомиться. Хотя куда уже ближе-то?

Да, ближе уже было некуда. Он практически лежал на мне!

— Ты, кажется, хотел есть! — напомнила я и, с трудом вывернувшись, спрыгнула со стола: — Так, давай будем смотреть, что тут у тебя есть.

И деловито пошла обыскивать кухню на предмет чего-нибудь, что не нужно готовить. Результатом моих поисков стали сыр, копчёное мясо и упомянутые мной ранее фрукты. Водрузила снедь на стол, покосилась на обиженно сопящего Трэйтона и пошла искать посуду.

Да, такого завтрака у меня ещё не было! Да и у Трэйтона, похоже, тоже. На столе, в одном большом блюде, красовались криво нарезанные ломти сыра и мяса, а рядом лежала горка прекрасно вымытых фруктов. Грэйн сидел напротив и с кислой миной жевал «приготовленный» мной завтрак. Я грызла яблоко и периодически спрашивала: «Вкусно?», «Тебе нравится, дорогой?», «Правда же, я прекрасно готовлю?».

Трэйтон скрипел зубами (или подсохшим мясом?), улыбался через силу и почти рычал «Да, дорррогая». После того, как поперхнулся во второй раз, лорд встал и молча вышел. Вернулся с бутылкой вина. Я ради такого случая даже соизволила найти и принести бокалы. Выпив залпом два бокала красного, довольно крепкого кстати, напитка, Трэйтон подобрел и сделал мне предложение, от которого я просто не смогла отказаться:

— А давай, ты больше не будешь меня кормить?

Я просияла улыбкой и воодушевлённо ответила: «Да, дорогой, как пожелаешь».

Лорд покосился на меня и налил себе ещё вина. Продолжая лучезарно улыбаться решила спросить на всякий случай:

— Дорогой, а ты в курсе, что у нас пьянство одного из супругов считается весомой причиной для развода?

Подавился, закашлялся и отставил бокал в сторону.

— Да что ты, дорррогая. Развод не потребуется. Ты меня раньше в гроб загонишь! — произнёс ну ооочень ласково, настолько, что мне удалиться захотелось.

— Ой, что-то я засиделась. Мне же ещё сегодня Кит в театр сопровождать. Ты меня перенесёшь во дворец? Нет? Ну ладно, сама как-нибудь доберусь, — затараторила я.

Вскочила и тут же села обратно от грозного «Сядь!».

— Что за Кит? И с чего ты решила, что я позволю тебе сопровождать его куда бы то ни было? — зарычал мгновенно разозлившийся лорд.

Ишь как разошёлся! Надо было лучше его кормить, голодный муж — это страшно. Но я продолжаю улыбаться, уже щёки болят, и предельно вежливо отвечаю:

— Кит не он, а она. Принцесса Китрэль, единственная и горячо любимая дочь нашего императора. У меня, как и у всех леди при дворе, есть определённые обязанности. В их число входит и сопровождение принцессы. А теперь прекрати рычать и верни меня в мои комнаты. По-моему, на сегодня с нас хватит семейной жизни.

Лорд Эрт’Грэйн молча встал, обошёл стол и подал мне руку. Потом притянул к себе, и нахлынула волна перехода. В своей комнате я оказалась уже одна, только висок грело тепло его поцелуя.

Думать о случившемся было просто некогда, осмотрела себя и ужаснулась. И в таком виде я спала! И завтракала тоже! Весь костюм был измят, а на коленях красовались буро-зелёные разводы от ползания по траве в саду. Лицо тоже было слегка помято… И вот такой мне Трэйтон говорил что любит? Ой… Он сказал, что любит! А я опять пропустила этот момент! Он уже второй раз признался в своих чувствах, а я так и не ответила на его признание. А нужно ли мне вообще отвечать? Он и так знает, что я чувствую, и даже что думаю! И не стоит забывать, что он вообще-то меня использует, так что не заслужил пока признаний.

Сбросила грязную одежду и отправилась в ванную. Пока мылась вспомнила, что так и не успела спросить Грэйна об отце. Интересно же, чем у них там драка закончилась. Я, конечно, не сомневалась, что победил Трэйтон, но почему-то и участь отца меня тоже беспокоила. Да, понимаю что это глупо, я ему никогда не была нужна, но вытравить из души детское желание быть желанной и любимой своими родителями не получалось. Но предаваться душевным терзаниям времени уже совсем не осталось, быстро оделась и побежала к Китрэль.

И зачем я, спрашивается, торопилась? Кит опять стояла перед мольбертом, вся измазанная в красках, и полностью игнорировала толпящихся в сторонке фрейлин с приготовленными для выбора нарядами. А в театре мы должны быть уже через час, и без принцессы представление не начнётся. Все будут сидеть и ждать сиятельную Китрэль. Но Кит, как всегда, забыла обо всём, полностью погрузившись в процесс малевания очередного своего «шедевра». Фрейлины боялись негодования юного дарования, поэтому и не отвлекали её. Но мне её капризы были не страшны. Подошла и взглянула через плечо принцессы на картину. А что, очень даже неплохо, с каждым разом у неё получается всё лучше. Вот только непонятно, почему юная, нежная как цветок, Китрэль рисует такой ужас. С холста на меня смотрели блёклые водянистые глаза косматого, обряженного в лохмотья старца. И где она только находит эти образы?

— Кит, — тихо позвала я. Никакой реакции. — Принцесса Китрэль! — прокричала прямо в ухо. Кит взвизгнула, отбросила кисть и палитру, и с ужасом воззрилась на жуткого старца. Старец молчал. А вот я молчать не стала.

— Страшно? — зловеще прошептала ей на ухо. Принцесса икнула и кивнула. — Так зачем тогда такую мерзость рисуешь? Или это фантазии на тему суженного?

Китрэль повернулась и столкнулась нос к носу с едва сдерживающей смех мной. Поморгала, фокусируя взгляд на мне, а не на кончике своего красивого носика. Потом её взгляд наполнился осознанием того, что это не портрет, а я с ней разговаривала, и я едва успела отскочить от летящего в лицо испачканного в краске полотенца.

— Ты, ты… Да я тебя… — запыхтела принцесса.

— Ну я пойду, а вы тут собирайтесь, — посмеиваясь проговорила я, и выскочила за дверь. Но тут же снова заглянула и добавила: — И поторопитесь, у вас меньше часа.

Полетевшая в меня палитра ударилась о мгновенно закрытую дверь.

Фрейлины, как и всегда, сработали быстро и хорошо. Да и сама принцесса не отличалась медлительностью… когда хотела отделаться от обязанностей поскорее. Так что к назначенному времени начала представления мы почти не опоздали. Но после окончания никто не расходился, потому что с занавесом на сцену поднялся первый церемониймейстер императорского дворца. Все замерли в ожидании очередного чуда, потому, как явление лорда Круэлла могло означать только одно: намечается очередное торжество! И лорд не разочаровал восторженно внимающую публику.

— Достопочтенные лорды и леди, сегодня состоится костюмированный бал, посвящённый инкогнито прибывшему ко двору принцу одной из соседних держав, — громко, но степенно вещал Круэлл: — Его Величество император Сорол Второй повелевает веселиться!

Театр загудел, как улей. Леди в панике стенали о том, что совершенно не готовы к маскараду, лорды возмущались, что ничего не слышали о прибытии высокого гостя. А я сидела и думала — как такое возможно? Если принц прибыл инкогнито, то почему об этом объявили во всеуслышание, да ещё и маскарад по этому поводу устраивают? И зачем такая спешка? Ведь к такому событию нужно подготовиться. Леди вон чуть волосы на головах не рвут, костюмы-то за полдня не сошьёшь. И появилось у меня такое подозрение, что этого таинственного «принца» я очень даже хорошо знаю.

Театр опустел в считанные минуты, все побежали готовиться. Только её высочество принцесса Китрэль не была в восторге от предстоящего бала-маскарада.

— Неужели опять? — простонала она, усаживаясь в карету. — Папенька всё никак не успокоится! Сколько можно таскать ко мне этих принцев? Мне всего восемнадцать, имею я право пожить для себя?

— Нет, — ответила тихо. Я старалась говорить мягко, но смысл слов этим не изменить: — Вы принцесса, а значит, на первом месте для вас должны быть интересы государства.

— Тэль, хоть ты мне мозги не промывай! Мне и папеньки с его советниками хватает. Что-то ты не торопишься выйти замуж во благо процветания Изберзкой долины. А чем я хуже тебя?

Наивные рассуждения в сущности неглупой девушки вызвали улыбку.

— Вы не хуже, вы лучше, в смысле, важнее. И это налагает определённую ответственность. Я всего лишь внучка наместника, а вы наследница престола. Да и я уже…

Замолчала, вовремя опомнившись и не ляпнув, что я уже можно считать замужем.

— Что ты уже? — Глаза Китрэль загорелись неподдельным любопытством. — Не хочешь же ты сказать, что поддалась уговорам советника Тройсэн и выйдешь замуж за его противного племянничка?

— Нееет, уж лучше старой девой остаться! — ответила, рассмеявшись. — Я хотела сказать, что не являюсь наследницей целой империи и мой брак не так важен.

— Да ну их, давай не будем говорить о плохом, — отмахнулась принцесса. — Лучше скажи — ты уже придумала, что наденешь на маскарад?

— Подберу что-нибудь, — беспечно ответила я.

— Везёт тебе, — протянула принцесса. — А меня сейчас полдня будут портнихи терзать. Ну почему мой отец не какой-нибудь простой лорд?