Глава 4

Агриппина Николай бушует, а меня от его праведного гнева накрывает волной возбуждения. И этот парадокс я не могу загнать ни в одни логические рамки. Вот будет он во мне всё самое «прекрасное». И да, если верить скупым пояснениям Дашки, то мы с ней в плену на пару ближайших дней, а может только на сегодня, но этот факт меня даже не сильно расстроил. Сестра в порядке, так как наше кодовое слово, ещё из детства, было ей озвучено. А значит, можно немного расслабиться. Отложила меню местного ресторана, что нашла в паре километров от отеля, пока гуляла по достопримечательностям города. Николя восседал напротив меня, едва уместив свою комплекцию в подвесные качели, что здесь были вместо стульев. – Не нравится ресторан? – елейным голоском спрашиваю у него и, выставив локти на столик, уложила подбородок на переплетённые пальцы. Пока ждём официанта, можно и поболтать. – Почему же?! Охрененный. И взгляд мужских глаз буквально снимает с меня скальп. Наверное, он первый мужчина, которого я раздражаю настолько сильно. Или просто до этого ни один так долго не выдерживал проявлений моего характера на все сто процентов. – А мне как-то так себе. Не удобно в этих походных мешках. Его не произнесённое «А какого хера мы тогда тут делаем?» повисло между нами в виде искрящего напряжения. Слава богу, подошёл официант, что мило принял у нас заказ и досконально изучил содержимое моего декольте. – Николя, а чего ты такой всегда хмурый? Дань своей профессии? «Просто ты мне все мозги выебла» ответили его прекрасные глаза цвета янтаря, но губы вежливо соврали. – Жарко. Это он мне мстит на свой неудачный опрос за завтраком. Один-один. – А тебе чего не радостно? Вся напряжена. Сарказм тоннами. Причины? Причина сидела прямо передо мной. Но так и быть, тоже побуду вежливой. Для разнообразия. – Ну а какой кайф в свой отпуск попасть в такую передрягу? Ты же теперь реально как моя тень. Спасибо, хоть в туалет одну отпускаешь. – Пожалуйста. Сволочь! – Ну… а если просто расслабиться? Представить, что у тебя короткая интрижка со мной? Разве не за этим приезжает девяносто процентов одиноких дам? Короткий курортный роман – страсть, секс и никаких проблем? Ах, вот значит, какого он обо мне мнения! Ну и моей сестре тоже. Вот так с ходу приклеил нам ярлык. – Хочешь сказать, ты – подходящая кандидатура? – за милым тоном прячу желание растерзать этого грызуна. Но просто месть – блюдо холодное! – А чем не подхожу? – и развёл руки в стороны, демонстрируя свой торс. Белая обтягивающая футболка шикарно подчеркивала достоинства этого кобелька. Хотя демонстрации себя он начал зря, я им и так всю нашу многочасовую прогулку любовалась до моих влажных трусов. И точно не от пота. – Не уверена я, Николя, – осторожно меняю тему, но стреляю в него глазами, выказывая мнимую заинтересованность. – Слишком мало информации о тебе. – Что тебе надо знать? Ммм, как оживился мой телохранитель! Теперь поиграем в кошки-мышки! – Ну для начала какое у тебя полное имя и возраст. – Борцов Николай Архипович, тридцать три. Устроит? Вполне. И фамилия ему тоже подходит. – Допустим. Жена, дети? – Не было. – Секс в носках? Брови мужчины непроизвольно взлетают, и он теряет свою маску невозмутимости. – Не люблю, – любезно поясняю ему экстравагантность своего вопроса. – Без проблем. Сниму. И в душ схожу, – дополняет Николай, буквально предугадывая мой следующий вопрос. Дальше нас прерывает появление официанта с моим заказом. Он, пока не спеша расставляет тарелки с холодным красным борщом, хлебом и сметаной, снова поселяется своими глазёнками в моём лифе. Николя за всем этим процессом наблюдает, сцепив челюсти. И едва официант покидает нас, как он выбрасывает порцию желчи. – Я так понимаю, ты закончила опрос? Хотя думаю, он был излишен. – Отчего же? – Так у нашего официанта ты даже имени не спросила, а своими сиськами едва ему в лицо не тыкала. Козёл! Ну спрашивается, зачем всё испортил?! Моё молчание Борцов воспринимает на свой лад. Видимо, повиновение. – И если ты у нас такая педантка, то почему сама даже руки перед едой не помыла? – продолжает «бомбить» меня. Эх, не зря я ещё утром поняла, что этот мужчина будит во мне всё самое… гадкое! – Ой, Николя, и действительно … – приторно-ласково ласково начала я, выползая из своего кокона. – Сейчас исправим. Опускаю ладони в свою тарелку с супом и от души ими там булькаю. Главное, не отвлекаться по сторонам на другие столики и их реакцию, чтобы не сбиться с настроя воинственной валькирии. В принципе, охреневший фейс Николя радует почти оргазмически. – Спасибо за помощь, дорогой? – райской птичкой воркуя я, выползая из подвесной качели. – Это ещё какую? – Эту, – и наклоняюсь к нему через наш столик так, что мои выше упомянутые сиськи едва не вываливаются из лифа сарафана в тарелочку с домашней сметанкой. – Спасибо, дорогой. И пока Борцов ожидаемо пропадает у меня в грудях, я выкидываю руки вперёд и нагло вытирают о его белую футболку. Шок. А мне мало. У меня есть ещё пара секунд его паралича. Я шустро огибаю наш круглый стол поближе к Коле, и завершаю обтирание рук неспешным скользящим движением от его шикарных плеч вниз по грудных мышцам, прессу до самого пояса его джинсов. Уже собралась и ниже подпортить ему одежду, но выразительный бугор в его паху сказал, что я вполне на верном пути. Эта на первый вид пофигистическая фигура хочет меня, несмотря на всю неприязнь. Тут у нас прямо таки взаимность. Можно идти ва-банк! Наклоняюсь к Борцову максимально близко и сильнее впиваюсь пальцами правой руки ему в пресс и пояс джинсов. Между нашими губами буквально несколько миллиметров, что я едва и сама не теряю контроль, забывая на доли секунды зачем я тут. – И насчёт душа, – с придыханием начинаю отсчёт последнего штриха моей увертюры. – Кажется, ты слегка перегрелся. Охладись, дорогой. Я, как великий фокусник, незаметно для него подхватываю левой рукой свою тарелку с супом и бам… выливаю содержимое до последней капли ему на голову, предварительно выпрямившись и сделав шаг назад. Николя молчит. Зато охи и вздохи окружающих слышны со всех сторон. – Не забудь заплатить по счёту, дорогой! Я пока прогуляюсь по берегу. И делаю ноги. Очень быстро. Глава 5 Николай Обтекаю. Впервые в прямом смысле этого слова. ЭТУ… блять, даже слов подобрать не могу, я найду и … и не знаю, что именно сделаю, но этот суп она с меня слизывать станет. Дочиста! – Счёт, пожалуйста. И полотенце, – холодно прошу у того самого официанта, что глазами всё время трахал мою спутницу. – Конечно. Может вам чем-то помочь? – Конечно, – легко соглашаюсь, но сразу меняю тембр голоса. – Выколи себе глаз сам, чтобы мне ещё и руки марать не пришлось. – Что? – ошарашенно смотрит на меня парень. Но начинает осторожно отступать назад, когда я не без труда выползаю из этого ебучего кокона-качельки. – Того. Нехер зависать в бюсте моей девушки. В следующий раз точно глаза пальцами выдавлю. Официант обсирается и сразу линяет из зала. И правильно. Мои пропорции в отношении к его – три к одному. Кидаю на стол пару купюр, что с лихвой покроет заказ Агриппины, и топаю в туалет. Хорошо, что себе ничего не заказал. Как чувствовал, что не задержимся тут. Уже в уборной набираю одного из своего парней, что сегодня вели нас на прогулке. Золотова та ещё авантюристка, так что не стал рассчитывать только на свои силы и спецподготовку. Оказалось, не зря! – Дэн, ты ведёшь объект? – Да, Коль. А ты где? – В ресторане. Она тут немного буянила. Ведите её дальше, я сейчас разберусь и вас нагоню. И пиздец нашему местному Гриппу! Я её залечу плёткой и членом. Жестить мне нельзя по приказу, а вот от бурного секса ещё никто не помирал. Отмыть суп не получилось. Кажется, он намертво впечатался в белоснежную ткань. Натянул мокрую в красных разводьях футболку обратно на себя. Снять её тоже не могу, так как иначе видно пистолет в портупеи на голое тело. В итоге отражение в зеркале выглядело отвратительно, но из плюсов, ведь действительно охлаждало. Жаль только, что не настолько, чтобы простить козе эту выходку. Покидаю ресторан через чёрный выход. Встречающиеся по пути работники расступаются передо мной без единого слова. Видимо, местная слава моя росла не по минутам. – Где наша подопечная? Чем занимается? – уточняю снова у Дениса, чтобы наиболее точно определить направление. – Ну как тебе сказать… – Вы её потеряли что ли? На миг внутри тела всё холодеет. Мало того, что меня шеф за такое по головке не погладить, да и я банально его подведу. Так и эту особу опасно выпускать в свободное плавание в таком сарафане и со способностью не только находить выход из любой ситуации, но и находить в неё вход. – Нет! Что ты! Она недалеко от ресторана, примерно в километре в сторону отеля. Играет в больничку. Сейчас сброшу координаты на телефон. Не дожидаясь информации, кидаюсь в нужную сторону. Бег с максимальным ускорением в тридцать шесть градусов жары тонизирует, и, действительно, зря я с утра плохо поел. Но пешком добраться было действительно быстрее, чем на тачке по кругу. Когда прибыл согласно полученным координатам, то Агриппину нашёл не сразу. Девушка оказалась в большой канаве водостока, что шла вдоль дороги спуска с горы. А вместе с ней на дне валялось нечто большое, лохматое и грязное. – Агриппина? – привлекаю внимание девушки, чтобы оповестить о её крайне плохой перспективе на сегодняшний день, вечер и ночь. – О, Хомячок! Здорово, что ты тут. Мне очень нужна помощь. Мои глаза против воли округляются. А где моя ведьма-стерва, которую я собирался трахать остаток этих суток?! Агриппина снова опускается на колени в эту вонючую застойную воду и копается с чем-то непонятным на дне канавы. Только когда спускаюсь ниже, понимаю, что это собака. Точнее, я определяю это по тихому едва различимому скулежу животного. – Что с ней? – С ним. Сбила машина. Перелом тазовых костей и ушибы. Может сотрясение. Мне нужна машина и ближайшая полноценная ветеринарка. Не киоск с ошейниками и кормом. Пальцы Золотовой аккуратно и бесстрашно обследуют пса, хотя тот в некоторых местах рычит и скалит зубы, готовясь вонзить клыки в тонкие запястья Агриппины. А может и её шею. – Ты уверена? – Хочешь оставить умирать пса в вонючей канаве? – режет холодным тоном, не отрываясь от дела. – Нет. – Тогда помоги! Я здесь ничего и никого не знаю. Пожалуйста! Ему очень больно. Очень, Коль. Сука! Через пять минут Агриппина, не подпуская ни меня, ни моих двух ребят, сама грузит пса в джип на заднее сиденье. Устраивается рядом с ним. Я сам сажусь за руль, отпуская пацанов в отель. – С ветеринарной клиникой проблемы. У меня там нет связей, но есть с человеческой. Устроит? – Без разницы. Если они позволят обследовать животное, что мне всё равно. – Позволят, куда они нахрен денутся! Соболев им целое отделение на благотворительность отремонтировал и техники завёз. Дальше я только координирую движение, чтобы в больнице Агриппине никто не ставил палки в спасении пса. Рентген, перевязка, гипс, уколы… Золотова всё делает сама, не разрешая даже сердобольным оказать ей помощь. – Животное страдает от сильной боли, – поясняет она, наверное, в сотый раз, – ему страшно, поэтому может напасть на любого. Не подходите. Только выполняйте, пожалуйста, мои просьбы. На всех, блять! А она что не все?! На неё не может?! Страх за девушку неприятно крутил живот и нервы. Лучше бы она меня ещё трижды в супе искупала и сметаной обмазала. – Коль, надо всё-таки найти приют для бездомных собак или что-то, специализирующееся на передержке пострадавших животных. Тут его не оставить и с собой в отель я не могу его забрать. В её взгляде суровость и беспокойство одновременно. Чувствую себя лузером, не способным помочь в малом. Я не знаю таких клиник. На поиски может уйти в лучшем случае весь оставшийся день. – Давай его в отель. Сейчас отдельный домик нам организуют. И потом будем искать что-то подходящее. – Домик? Это, примерно, такой, как моя сестра вскрыла? – Золотова устало улыбается краешками губ, нежно поглаживая собаку за ухом. Под действием лекарств он почти без сознания. Спит. Только Агриппина всё равно настороже. Всё ещё волнуется за собакена. – Да. Вам там удобно будет – улица рядом и никаких соседей за стенкой. – Насчёт соседей понимаю. Она шутит, подмигнув мне глазом, но я сам никак не могу выдохнуть. Успокоиться. – У тебя потом точно проблем не будет насчёт клиники и домика? – уже в машине уточняет девчонка, уже когда мы вместе с псом едем в отель. Я за рулём, а эта вонючая парочка на заднем сиденье. Наблюдаю за ними через зеркало заднего вида. – Нет. Не будет. Я могу просто оплатить бунгало сам, но, думаю, Соболев и сам выразит желание помочь с животным. Это Яр только с виду каменный и бессердечный козёл, но внутри он у нас с жёсткими принципами добра и зла. – Хорошо, тогда давай рули парадом, – устало выдыхает Агриппина, откидываясь на спинку сиденья.