Глава 28

Ночью я сплю ужасно.

И все из-за странностей в поведении Каримова, будь он неладен.

То и дело проваливаюсь в липкую, удушливую дрему, где меня преследует его подавляющая аура и запах его парфюма.

Стоит закрыть глаза, как я снова оказываюсь в тесном пространстве антикварного магазина. Чувствую фантомное касание его дыхания на своей шее. Через зеркало вглядываюсь в его темные зрачки….

Короче, ужас просто.

Просыпаюсь совершенно разбитой, с тяжелой головой, будто не спала вовсе, а разгружала вагоны.

И конечно, я жутко боюсь встретиться с ним сегодня в лицее.

Этот страх иррационален, но он скручивает желудок в тугой узел. Пока собираюсь, все валится из рук.

Я злюсь на себя. Злюсь на него. Какого черта он имеет надо мной такую власть? Почему один его взгляд способен выбить почву из-под ног?

Зачем только вчера он транслировал нечто непохожее на ненависть или безразличие?

Выбираю одежду по принципу «максимальная невидимость». Объемный свитер, джинсы.

Волосы собираю в тугой, скучный пучок. Я же заучка? Вот и буду соответствовать. Пусть он и дальше думает про меня лишь в этом ключе.

Пусть довольствуется своим определением. Не пялится больше на мои губы так, будто бы это единственное, что его в этой жизни интересует. Не пытается влезть своими взглядами под кожу, тем самым вызывая болезненно-странные покалывания в животе.

Дорога до лицея кажется пыткой, ещё и потому, что Марианна пытается меня разговорить.

— Раньше, когда Ренат был помладше, я всегда заказывала аниматоров. Собирали всю соседскую ребятню. Было весело, — щебечет она, ловко маневрируя в потоке машин.

Делает паузу, сворачивая на светофоре, и продолжает.

— Но сейчас, Зай, сама понимаешь, совершеннолетие. Аниматоры не прокатят. Я уже утвердила смету с агентством, сумма повыше, но оно того стоит. Я выписала диджея из Москвы, того самого, что выступал на открытии нашего нового филиала. Плюс кейтеринг от шефа с именем — никаких заветренных салатов, только авторские закуски, устричный бар и пирамиды с шампанским. Ренат, конечно, ворчал, что хочет просто потусить с друзьями на даче, но.…это все же совершеннолетие.

Марианна довольно улыбается своему отражению в зеркале заднего вида.

— Кстати, я также хочу заказать огромную фотозону из черного стекла и неона. Это сейчас тренд. Как думаешь, Зоя, стоит добавить туда живых тигров для антуража? Или это уже перебор? Хотя, если заплатить…

— Думаю, это уже перебор, — наконец-то вклиниваюсь.

— Да?

Машина тем временем плавно тормозит у ворот лицея.

— Думаю, стоит прислушаться к пожеланиям Рената просто потусить с друзьями, — говорю напоследок и выбираюсь из машины.

Сканирую взглядом парковку, выискивая глазами автомобиль Каримова. А не найдя его на стоянке сразу расслабляюсь.

Огромное, пусть даже и временное, облегчение.

Я выпрямляю плечи, шагаю увереннее. Воздух кажется чище без его присутствия. Я почти верю, что день пройдет спокойно.

До того момента, пока не вижу впереди бывшую девушку Каримова.

Катя Оболенцева стоит у самого входа, прислонившись к колонне, скрестив руки на груди.

Яркий макияж сменился на вполне сдержанный, но хищный прищур остался.

Давно ее в лицее не видела и, честно, меня это устраивало.

— Привет, заноза, — кидает мне Оболенцева, отлипая от стены и преграждая путь, едва я с ней равняюсь.

Останавливаюсь. Внутри все сжимается в пружину.

— Есть разговор.

— Мне не о чем с тобой разговаривать, — бросаю, крепче перехватываю лямку рюкзака.

Пусть она сейчас и без подруг, одна, но все равно чувствую от нее опасность. Общения с ней хватило с лихвой.

— Не о чем? — она делает шаг ко мне, понижая голос. — Практически увела у меня парня, и не о чем?

В разборки с Оболенцовой влезать по-новой нет никакой охоты. Достаточно проблем с самим Каримовым, чтобы ещё и с его фанатками воевать.

Тем более, что из-за нее все, практически, и началось. Этот дурацкий договор.

— Я не уводила, — цежу сквозь зубы, чувствуя, как начинает закипать раздражение. — Сколько раз повторять.

Собираюсь мимо пройти, делаю шаг в сторону, надеясь просто исчезнуть за тяжелыми дверями.

— Да? — ее голос, пропитанный ядом, летит мне в спину. — А то, что Арс вчера в клубе сцепился с Виком? Побил его? Скажешь, не из-за тебя?

Останавливаюсь и оборачиваюсь.

Оболенцева продолжает с усмешкой на меня смотреть.

Так, Зоя, вдох и выдох.

Подхожу снова к девушке.

— Не знаю, что ты себе навыдумывала…, — говорю.

Вздыхаю.

— Ну, и что там было? Только быстрее, уроки скоро.

— Арс вчера приехал в клуб в ужасном настроении, — ничуть не смущаясь, выдает Оболенцева, будто только и ждала моего внимания. — И почти сходу начал придираться к Вику по каждому пустяку. Ну, слово за слово, и они подрались. Арс, естественно, быстро уделал Вика.

— Как? — вылетает непроизвольно.

— Ах, ты же неженка, — Оболенцева цокает языком, наигранно удивляясь. — Ну конечно. Такие подробности не по тебе.

— И с чего ты решила, будто это из-за меня?

— Хм. Действительно, с чего бы? Ах, ты же у нас святая простота. А с того, что все знают, что Вик к тебе неравнодушен. Да и…твое имя всплывало. Хочешь покажу видео?

Молчу.

Хочу ли я видеть, как Каримов кого-то прессует? Естественно, нет. Да и…не верю, что все из-за меня.

Но Оболенцева воспринимает мое молчание по-своему.

— Смотри.

И уже тычет мне включенным видео в лицо.

Я вынуждена смотреть на то, как…

Как огромный и стремительный кулак Каримова заносится над лицом бедного Вика. Секунда, и тот…тот уже в ауте. И это они называют просто «подрались»?

— Арс едва не сломал Вику нос, — наседает Катя.

Отлично.

— Где сейчас Вик? — выпаливаю, надеясь только не на самое худшее. — В больнице?

— Нет, слава богу. Уже дома. В клубе не приветствуются несчастные случаи. И Арсу об этом прекрасно известно.

Фуууу, слава богу.

— Я только хочу сказать, что из-за тебя пострадала уже не только я, страдают другие.

— Ты…знаешь, где Вик живет? — принимаю решение, последние слова пропуская мимо ушей.

— Что, хочешь проведать его?

— Допустим.

— С ума сошла? Если Арс узнает, что ты к Вику двинула…

И крутит показательно у виска.

Так это или нет? Пытаюсь найти логику в ее словах. Возможно ли то, что Каримов и правда ударил Вика из-за меня, и если я решу проведать парня, то взбесится?

— Тогда зачем это все вообще рассказываешь? — произношу вслух.

— Нет, как до нее все долго доходит. Чтобы ты понимала, тебе из лицея нужно поскорее сваливать. Мне, кстати, тоже к тебе подходить запрещено. Если что. Надеюсь, не сдашь?

На это снова ничего не отвечаю, потому что просто легче промолчать.

— Ладно, мне пора на занятия, — говорю.

Решаю, что просто напишу Вику, спрошу хотя бы как у него дела.

Но Оболенцева меня снова останавливает.

— Кстати, а где сейчас сам Арс не хочешь узнать? — тормозит вопросом.

Ррррр…

Снова приходится остановиться. Такими темпами я не то, что к началу первой пары не успею, не успею к началу и второй.

— Ну, и где? — вопрос вылетает сам. По факту мне не очень-то интересно.

— Нуууу, а если я скажу, что он в изоляторе? С ночи там сидит. Что тогда?

Удар в солнечное сплетение. Почему-то именно так на эту новость реагирует тело. В обход сознания.

— В смысле?

Нет, не может быть, Оболенцева шутит, должно быть. Хоть и не понимаю, зачем ей это нужно.

— Ну…Что, если его забрали из клуба и ночь он провел в обычном районном отделении? И сейчас он всё ещё там…

— Нет, ты гонишь. Да и Тагир Алиевич ни за что бы этого не допустил.

— Оооо, ты уже знаешь, как зовут его отца. И откуда? — надувает губы. — А ещё втираешь, что Арс тебя не интересует.

Эмммм…

Про особняк и поездку в антикварный у меня, само-собой, нет никакого желания распространяться. Тем более Оболенцевой.

— Он же спонсор лицея, его все знаю, — нахожусь. — Так что там с Каримовым? Или это шутка? Типа прикол?

— Нет, не шутка. Каримов-старший сказал, пусть Арс отсидит сколько положено, полезно, чтобы мозги на место встали.

— Но…это неправильно!

Даже до меня, совершенно не интересующийся данной темой, и то слухи доходят о беспорядках, что нередко случаются…

— Короч, думай, как из лицея свалить…Не знаю, ну, включи голову, переезд, смена интересов…

Оболенцева уходит резко и без объяснений. А у меня теперь нервы на пределе. Не то, чтобы я очень переживала за Каримова, и в то же время…

В общем, вместо того, чтобы ещё попытаться успеть на пару, я продолжаю ходить туда-сюда по двору, нервно перебрасывая в голове полученную информацию.

Позвонить Каримову-старшему и, пользуясь хорошим к себе расположением, попросить за Арслана?

Черт, а телефона-то я все равно не знаю. Разве что съездить в антикварный и лично с Каримовым-старшим переговорить.

Узнать, где именно сейчас Каримов и поехать к нему?

Либо же оставить все как есть? Потому что…Парень мне никто!

На кой черт мне это вообще все надо?

Наоборот, нужно сидеть да радоваться. А Оболенцева…врет она все, что он сорвался на Вика из-за меня. Будто бы между ними не может быть разногласий.

Ладно, позвоню что ли.

Вначале, несмотря на предупреждение Оболенцевой, я хочу набрать сообщение Вику. Но…не будет ли выглядеть, что я переживаю за парня? Надежду ему даю?

Вот черт.

И все равно набиваю.

«Привет. Слышала про драку. Ты как?».

Вроде нейтрально и ничего личного. Так ему могла бы написать любая одноклассница.

Отправляю. Ладно, была не была. А дальше…

Перебарывая себя, набираю Nemo, но абонент недоступен. Черт, наверное, там и телефоны отбирают.

Кусая губы, я шагаю к стоянке, всё ещё погруженная в непонятное зудящее волнение…Как вдруг…вижу впереди до боли знакомый Джип. А за рулем, вне всякого сомнения, сам лично гоблин.

Вот паркуется, вот из машины выходит. Темные очки, невозмутимое выражение.

Либо Оболенцева, стерва, все напридумывала, я ведь не понаслышке знаю, как она ловко умеет врать, либо что-то напутала и только зря перетряхнула меня. Либо же Каримова выпустили все же…

Но и в том, и в другой случае, мне…нечего делать больше на стоянке.

На урок опоздала, ну, ничего, пересижу в библиотеке, а для преподавателя придумаю отмазку.

Я разворачиваюсь и припускаю к главному корпусу, надеясь лишь на то, что Каримов не заметил…