ГЛАВА 16. Двойственность

Тонкие, бледные губы подрагивали, несчастная Зарина едва сдерживалась, чтобы не расплакаться. Нервы, расшатанные событиями последних дней, было не успокоить ни словами, ни даже кружкой чая. С коньяком. Ну почему же они не хотят этого понять?

— Я не убивала Главу, — в который раз повторила Зельевар.

Однако Макс ей не верил. Вот хоть ты тресни. С телом Провидца все оказалось точно так, как если бы он был отравлен эликсиром стремительной волны — кровь до сих пор не свернулась, даже с учетом прошедшего времени. Других следов воздействия ни Целитель, ни Друид не обнаружили, а значит что? Значит убило Провидца зелье. Или зелье и артефакт. Вот исходя из этого Гончая и вел допрос:

— Но ты давала Провидцу эликсир?

— Да, — подтвердила Зарина, — давала. Всю последнюю неделю.

— Зачем?

— Я уже говорила, Провидец пытался прорваться сквозь пелену на эфире…

— Пелену?

— Неясность, образовавшаяся из-за присутствия вот этой.

— «Вот этой»? — вскинул брови Макс. — «Вот эта» назначенная Провидцем ученица. Моя ученица.

Зарина передернула плечами:

— Это не отменяет того факта, что она Разрушитель.

— Расплетающая! — поспешил поправить ее Гончая.

— Только время покажет, кто прав.

Зарина точно не симпатизировала Арине. Это понимали все присутствующие. Допрос проходил все в том же Убежище, только Драгомир не отозвался на общий клич и это послужило еще одним доказательством его виновности. Все эти выводы и подытожил Макс:

— Есть мотив — несогласие с политикой Провидца. Есть средство — эликсир. Есть возможность. Тут и обсуждать нечего.

— Погоди, — остановил его Наум, — пусть все улики сходятся, но разве Зарина врет? Я не слышу лжи в ее словах.

— В прошлый раз она смогла изменить свою ауру, может и сейчас нечто в этом роде? — подала голос Арина.

— Изменить ауру? О чем ты, дитя? — удивился Друид.

— А вы не заметили? Ее аура не реагировала на изменения эмоций, или же она была абсолютно спокойна, даже в момент, когда умирал Святослав.

— Ты хочешь сказать, что видишь пульсацию потоков на таком уровне?!

— Если полностью сосредоточиться.

— Восхитительно! Это нужно будет изучить подробней. Но вернемся к вопросу Зарины. Говоришь, у нее была ненормальная аура на прошлой встрече?

Арина кивнула:

— Да, совершенно инертная, стабильная. Словно искусственная.

— Что ты можешь сказать по этому поводу? — обратился Наум к Зарине.

Зельевар мельком глянула на девушку, и от этого разноцветного взора Арине стало сильно не по себе. В нем было все что угодно, но только не дружелюбие.

— Я приняла успокаивающее зелье.

— Какое? Я не слышал об эликсире, способном влиять на ауру.

— Это моя новая разработка — сильное успокоительное, влияние на ауру — побочный эффект.

Воин постучал по подлокотнику, а потом не выдержал и вскочил на ноги:

— Хм, а девочка может быть права. Если Зарина разработала эликсир, влияющий на ауру, то откуда гарантия, что нет и другого состава, помогающего скрыть ложь?

Марик развернулся и одобрительно подмигнул Арине:

— Молодец, хватка достойная Гончей.

— Значит доверять нашему чутью на ложь не получится, — резюмировал Макс. — Что возвращает нас к вопросу о виновности Зарины.

— Более того. Она знала о способах влияния на ауру, но умолчала об этом, — вбила еще один гвоздь в гроб Зельевара Арина.

И тут, наконец, не выдержал Ратибор:

— Хватит! Это просто травля! Вы хоть знаете, как переживала Зариночка из-за убийства Божены? Ритуал с Тесс ее просто добил! Она же не такая очерствевшая, как вы все! Ее еще волнует жизнь, в отличие от вас! Вас же только власть, интриги и…и…

Ратибор не находил слов от переполнявших эмоций. Его Зариночку, светоч его души обвиняли в немыслимом! Это сборище возомнивших о себе иных решало судьбу достойнейшей женщины на свете! Да кто им дал право, да как они смели!

При этом Ратибор совершенно упускал из виду тот факт, что Круг как раз и имел право карать и миловать, в том числе и собственных членов. Упускал он и тот момент, что сам является тем, кто обязан принимать беспристрастное решение по важным проблемам сообщества. Прав он был в одном — Круг стал слишком самоуверенным, слишком расслабленным. Этим и воспользовался враг, кем бы он ни был.

Макс взирал на беснование Стихийника немного свысока, как раз с лишней самоуверенностью. Он никогда не считал Ратибора кем-то выдающимся и вообще не понимал, как довольно посредственный маг смог стать частью Круга, а уж его слепая любовь и преданность Зарине вообще заставляла брезгливо морщиться. Сам Макс такими недугами не страдал. Даже если взгляд то и дело возвращался к Арине, стоило ей сказать хоть слово, или сделать хоть малейшее движение. Гончая крепче сжал челюсти, с этой зависимостью и потерей контроля нужно что-то делать пока не стало слишком поздно.

А вот Арина была всецело сосредоточена на допросе. Ее следующие слова заставили присутствующих задуматься:

— То, что мы не можем положиться на чутье, не определяет чью-то виновность или невиновность. Люди полагаются не на чутье, а на систему правосудия, обвинение и защиту, предоставление косвенных, а главное прямых улик. Есть ли у нас прямые улики против госпожи Зарины?

— Она признала, что давала Провидцу настойку, — напомнил Марик.

Самый веский аргумент из всех, поэтому Ратибор поспешил встрять:

— Он сам просил!

— Так говорит Зарина, но можем ли быть в этом уверены? — ехидно отбил подачу Воин.

— Можем, — вклинился в разговор, молчавший до этого Наум. — Святослав говорил мне, что не оставляет попыток увидеть будущее, хотя бы ближайшее. Его тревожило происходящее. Он также упомянул, что есть надежда прорвать завесу, ненадолго, но все же. Поэтому да, высокая вероятность того, что Провидец сам попросил эликсир у Зарины.

— Госпожа Зарина, вы знали о побочных эффектах эликсира стремительной волны? — задала Арина давно напрашивающийся вопрос.

— Да, — неохотно подтвердила Зельевар, — знала. Основной побочный эффект — истощение узлов и блоков на ауре. Поэтому эликсир нельзя применять дольше недели, потом следует сделать длительный перерыв, не менее шести-семи месяцев.

— Сколько времени принимал эликсир Святослав?

— Неделю.

— Полную неделю? — уточнила Арина.

— Да.

— Вы бы дали ему следующую порцию?

— Да.

— Ха! — победно воскликнул Марик. — Вот ты и созналась! Ты была готова его убить!

— Да при чем тут убить?! — не выдержала Зарина и тоже сорвалась на крик. — Не хотела я убивать Главу, он был единственным, кто мог защитить нас от…

Зельевар оборвала себя на полуслове, но брошенный в сторону Арины взгляд говорил сам за себя.

— Почему вы так боитесь меня? — очень тихо спросила девушка. — Я же вам ничего не сделала…

— Ты… Ты даже не понимаешь! Ты уже начала уничтожать все на своем пути! Все, абсолютно все! Ты виновата в смерти Божены, Тесс, Провидца и всех остальных!

— Остальных? — переспросил Макс настороженно.

— Думаешь на этом все прекратиться?! — истерично воскликнула Зарина. — Все только начинается! Стоит появится темному, как вокруг него образуется зона смерти, хаоса, зла!

— Дорогая, ты утрируешь, — поморщилась Марта, все также успокаивающая свои нервы коньяком с чаем, — Расплетающие вовсе не зло, да и всегда есть решение.

Исследовательница посмотрела на Макса, подтверждая то, о чем тот и так догадывался. Провидец все же поделился с Кругам своими планами, отсюда и отсутствие сопротивления, недовольства от других семей. Как именно Святослав уговорил их не вмешиваться было пока не ясно, но, судя по всему, старшие родов согласились с его предложением.

Старшие да, но, видимо, не Зарина.

— Зло! — захлебываясь слюной выкрикнула Зельевар. — За измененным названием мы прячем соглашательство, конформизм, собственную неспособность защититься!!!

— От чего? От нормального тока вещей? — в голосе Наума тоже сквозила обреченность.

К великому сожалению Друида, он уже понял, что Зарину придется исключить из Круга, даже если ее виновность не доказана. Зельевар потеряла способность мыслить здраво, она зациклилась на идее Разрушителя и все видит через призму «великого зла». И самое паршивое, что он понимал откуда исходит эта слепая ненависть. Почти вся ветвь Зарины погибла в войне с последним Разрушителем. Сильные маги, они часто оказывались на острие атаки, вот и поплатилась ее семья за это. А сама Зарина… жалкий, почти лишенный силы потомок некогда великого рода.

Да, ненависть к темным у нее в крови и не уговоришь, не докажешь, что они нашли безопасный способ нейтрализовать не проклюнувшуюся Темную.

И Ратибор. Друид взглянул на Стихийника, тот резко осунулся, посерел, ибо даже он понимал, что участь Зарины решена. Наум встал, тяжело вздохнул, но все же произнес требуемое:

— Как временный исполняющий обязанности Главы Северного Круга ставлю на голосование вопрос исключения Зельевара Зарины из членов Круга. Прошу каждого из действующих членов высказаться.

— За, — тут же ответил Марик.

— За, — поддержал Ярослав.

— За, — высказалась и Марта.

— За, — Родион тоже понимал неспособность Зарины дальше исполнять свои обязанности.

— За, — после недолго колебания кивнул и Алхимик.

— Против, — предпринял последнюю попытку спасти возлюбленную Стихийник.

— За, — заключил Наум. — Шесть голосов «за», «один против». Абсолютного большинства нет. Не присутствует и Драгомир, также Круг неполный. В этих обстоятельствах вынужден прибегнуть к мнению Гончей. Максимилиан, твой голос будет решающим, что ты скажешь?

Блондин сжал челюсти, он сильно не любил такие моменты. Ответственности он не боялся, но решать за других, тем более по таким щекотливым вопросам… С другой стороны… Арина. Она не заслужила такого отношения, она не дала ни малейшего повода считать себя опасной, и если показать сейчас слабину, если позволить Зарине остаться у власти… Кто знает, к чему это может привести?

— За, — твердо подвел он итог общего голосования.

— Значит решено, — удовлетворенно кивнул Друид. — Зарина Хамени из Рода Двойственных, решением общего голоса Северного Круга исключается из его рядов без права возврата или восстановления. Род Двойственных лишается права выдвигать своих кандидатов на пост в Круге сроком на десять лет.

— В таком случае, я тоже выхожу.

Ратибор был как никогда уверен в своем выборе. Что ему призрачная власть, если любовь всей его жизни так жестоко предали и оскорбили? И он совершенно ничего не смог сделать?

Наум как раз на это и надеялся. Просчитал Стихийника и Макс, да и остальные были совершенно согласны. Поэтому по второму вопросу голосование было еще более стремительным. Друиду оставалось добавить завершающий штрих:

— Зарина, Ратибор, прошу вас не покидать Убежища до дальнейших распоряжений.

— Мы под арестом? — вскинулся Стихийник.

— Под дружественным наблюдением. Пока вина Зарины не доказана, никто не посмеет ничего сделать, но все же… Не стоит забывать и про остальные убийства. Если это не Зарина, то кто? Пока не выясним, все мы в опасности. Поэтому для общего блага прошу всех вести себя очень осторожно, все перемещения тщательно проверять, по максимуму находиться или в Убежище, или в личных владениях, но только убедившись в их защищенности…

— Тесс была уверена в своем доме, это ее не спасло, — буркнула Марта, — но я согласна с Наумом, нам всем лучше побыть пока здесь. Зарина, так будет спокойнее и нам, и тебе.

Зарина нехотя кивнула, но больше никак не высказала своего согласия.

— Тогда прошу удалиться всех непричастных к делам Круга. Если появятся дополнительные вопросы, мы вызовем вас.

Бывшая Зельевар тяжело встала со своего места, опираясь на руку бывшего же Стихийника, но уйти просто так она не могла, последнее слово должно было остаться за ней:

— Если думаете, что меня задевает ваше решение, то вы ошибаетесь. Я и сама рада покинуть недееспособный Круг. Повторюсь, вы еще помяните меня, когда Разрушительница покажет свою истинную сущность, но будет поздно. Возможно, уже слишком поздно.

С гордо задранной головой Зарина вышла из гостиной. Ратибор поспешил за ней, старательно имитируя спокойное достоинство.

— Н-да, если бы не причина, я бы сказал — «наконец-то»! Давно было пора выгнать этих двоих.

— Марик, ты как всегда слишком резок, — покачал головой Наум. — Пусть сила Зарины и Ратибора оставляет желать лучшего, но они были полезны Кругу, всему Сообществу. Теперь же мы оказались в сложном положении.

Друид обвел глазами присутствующих:

— Нас осталось удручающе мало: Исследовательница, Воин, Ведьмак, Целитель, Алхимик, Друид и Гончая. Семеро из тринадцати. Еще немного и мы, действительно, станем недееспособными.

— Ты не назвал Артефактора, — отметила Марта.

— Он не пришел на зов, тогда, когда должен был доказать свою невинность. Он как минимум под подозрением, — ответил вместо Наума Макс.

— Согласен. Его отсутствие подозрительно, поэтому мы должны исходить из того, что и он нелоялен к Кругу, — поддержал Ярослав.

— Значит все совсем плохо… Общий сбор родов? — вынесла предложение Марта.

— А что еще остается? Мы обязаны объявить новый созыв, по меньшей мере на… вакантные позиции, но мы должны быть готовы к тому, что Сбор лишит и нас мест в Круге. Всех кроме Гончей. Максимилиан, на тебе незавидная обязанность — обеспечить нормальное проведение Общего сбора.

Блондин кивнул, предстоит еще та нервотрепка и суета, но без нее не обойтись. Оставался еще один вопрос, но его он обсудит с Наумом позже, когда рядом не будет Арины.

— Что будем делать с Драгомиром? — напомнил Марик. — Скорее всего он тоже причастен к убийству Провидца, а может и ко всем остальным.

— Искать, — вздохнул Макс, — у меня к нему много вопросов.

— Почему ты их не задал Зарине?

— А толку? Ты же видел в каком она состоянии.

Марик хмыкнул, он мог бы попробовать разговорить Зельевара иначе, но кто же ему даст. Воин перевел взгляд на Арину. Девушка выглядела несколько помято, под глазами залегли синяки, скулы обозначились острее. Беготня последних дней явно плохо на нее влияла, а уж слова сбрендевший женщины не могли не задеть.

— Ты сама как? — неожиданно спросил он.

Участие и рыжебородое лицо сурового война плохо сочетались, но почему-то Арина поверила в его искренность.

— Нормально. Я все понимаю.

— Вряд ли, — покачал головой Воин. — То было плохое время, но это не означает, что Зарина права. Она тут много чего наговорила, поверь мне, тут больше никто так не думает. Мы умеем отличать силу и намеренье. В тебе нет зла. Вон, Ярик подтвердит — у него чуйка на гадов еще та, веками отработана.

Ярослав кивнул:

— Тьма еще не зло, а Свет не обязательно добро. Все зависит от умысла. Твои действия говорят о чистоте порывов.

— Спасибо.

Арине было приятно, что ее поддержали и Марик, и Ярослав. Да и негласное одобрение Друида было почти осязаемым, от него исходили приятные волны тепла. От Макса веяло не только поддержкой, но на этом она старалась не заострять свое внимание, и так слишком часто они отвлекаются, порой в самый неподходящий момент.

В окружающих она не сомневалась. Волнение порождало нечто иное. «Я часть той силы, что вечно хочет зла и вечно совершает благо»[1], так сказано у классика. Может ли быть верно и обратное? Может быть она лишь желает добра, но действия ее приносят совсем другой эффект? Ведь в сухом остатке три смерти, четыре покушения, уполовиненный Северный Круг, неизвестна судьба Западного и Сионского. Неужели она катализатор всего этого? Так может быть Зарина в чем-то права?

Арина встретилась взглядом с Максом, и тот, будто прочитав ее мысли, медленно качнул головой. Нет, как бы там ни было — она не зло. По крайней мере пока.

[1]Фауст, Гёте