Глава 26

Неизвестная

Снова провал в памяти. Я уже научилась отслеживать эти моменты, хоть изначально даже не понимала, что со мной происходит.

Иногда мне кажется, что внутри меня живёт ещё один человек, с которым мы меняемся местами. И когда я погружаюсь глубоко в своё сознание, выходит вторая сущность, и что она творит — остаётся только догадываться. Мне хочется узнать это и одновременно страшно прочувствовать всё, что чувствует она.

И ещё мне кажется, что у неё совершенно другие отношения с этим дьяволом, или кто он там. Когда я нахожусь в сознании, любое его прикосновение, звук голоса или просто взгляд вызывают во мне странные чувства. Мой мозг и сердце не откликаются на его улыбку, слова, действия, но вот тело… Оно словно перестаёт мне принадлежать, перестаёт подчиняться, начиная следовать незримым сигналам, поступающим от этого устрашающего мужчины.

Как только он обращается ко мне или попадает в поле зрения, я понимаю, что проиграла. Как минимум потому, что меня предаёт собственное тело. Я чувствую, как по щекам разливается тепло, как внизу живота появляется приятное, тянущее, сладостное ощущение, как между бёдер зарождается жар.

Я не понимаю, что это и почему происходит. И от этого моя голова разрывается на миллионы кусочков. Мне и так не ясно, кто я, где нахожусь и что происходит. А такая реакция моего организма на человека, к которому не тянется моё естество, ещё больше выбивает из колеи.

Но самое отвратительное во всём этом, что моя душа тянется к другому. Я не знаю кто это, не помню его имени. Но он часто приходит ко мне во снах, он зовёт меня Роуз, а я даже не знаю, ко мне ли он обращается. Не помню… Освальд зовёт меня Жемчужина и ещё множеством других слов, но Роуз — никогда.

Так может, это моё больное воображение таким образом пытается защититься и спастись? Предлагает мне во снах образ человека, к которому я могу тянуться, рядом с которым чувствую безопасность и трепет внутри. Иногда мне кажется, что только из-за этих снов я не сошла с ума. Только поэтому ещё держусь за призрачную надежду выбраться отсюда.

Освальд усмехается, будто слышит мои мысли. Непроизвольно передёргиваю плечами, словно по мне бегает рой маленьких насекомых. Его улыбка… Я видела, как множество демониц стараются привлечь внимание этого мужчины к себе. Видела, как смотрят на него, как смотрят на меня. И всегда удивлялась, почему он не берёт то, что ему так открыто предлагают.

Когда я ощущаю возбуждение в его присутствии, всегда напрягаюсь, хаотично гоняю в голове мысли. А что, если он делает это со мной, пока я не помню? Почему я не могу вспомнить? Это его чары или просто мой мозг услужливо «отключается», чтобы я окончательно не поехала крышей?

Прикрываю веки, откидываясь затылком на стену, и пытаюсь собрать в голове все кусочки пазла, которые так упрямо от меня ускользают. Я очутилась здесь непонятно как и непонятно откуда попала. Этот мужчина явно главный, никуда меня не выпускает, наслаждается моим беспамятством и упивается тем, когда я подчиняюсь ему.

Но я не могу даже сыграть роль, что повинуюсь, потому это претит всему моему существу. В моей груди клокочет ярость и сопротивление, и в моменты, когда я впадаю в беспамятство, мне кажется, я подчиняюсь этому чудовищу. Ощущение, что, если я буду делать так постоянно, он замурчит от удовольствия. Но я не могу, не хочу, не буду!

Единственное, чего я желаю — сбежать. Неважно как и куда, главное освободиться. Потому что где-то там меня ждут. Я не знаю этого наверняка, но я уверена, что так и есть. И тот мужчина, что приходит в моих снах, тому подтверждение. Я постоянно вижу его глаза в своём воображении. Они лучатся теплом и обожанием, совершенно не похожими на то, что излучает мужчина, у которого я нахожусь. Неизвестный кажется мне смутно знакомым. Где-то там глубоко в подсознании мелькает мысль, что мы были близки. Что я была дорога ему, словно самая важная драгоценность в этом мире.

Освальд сказал, что это мой новый дом, но я не согласна. Мой дом где-то не здесь, и я обязательно его отыщу, чего бы мне это не стоило.

В голове почему-то всплывает картинка счастливой семьи. Мужчина с женщиной и, видимо, их дочь. Они сидят за огромным обеденным столом и машут мне рукой. Теряюсь на мгновение. Не знаю этих людей, или просто не помню, но чувствую, что мы не чужие. Как только они возникли в моём сознании, по телу разлилось такое тепло, что захотелось укутаться в него, словно в огромное пушистое одеяло.

Странно, что оно так неожиданно всплыло в моей голове. Может, это мои воспоминания? Не знаю…

А ещё в последнее время меня накрывает каким-то непонятным предчувствием. Словно понимаю, что что-то должно произойти, случиться. Чувствую чьё-то присутствие, которого не ощущала раньше. И это предчувствие дарит состояние покоя и защищенности, в отличие от той тоски и пустоты, что я испытываю ежедневно находясь здесь.

Иногда, в моменты, когда я «ухожу в себя», на грани меркнущего сознания я ощущаю, хоть и всего несколько жалких мгновений, что он здесь. Тот мужчина из моих снов. Конечно, это глупость — откуда ему здесь взяться, но мне действительно мерещится, что он здесь. Нет, я не вижу его, но моё нутро кричит, говоря о том, что он во владениях Освальда, что он здесь. И как бы мне хотелось, чтобы он пришёл именно за мной… Но, наверное, это полный бред: и предчувствие пришествия этого мужчины, и то, что он идёт за мной.

— Жемчужина, — слышу бархатный, обманчиво мягкий голос.

По телу проходит дрожь, волоски поднимаются от страха, который я заталкиваю глубоко внутрь себя, но который есть. Этот мужчина вызывает во мне непонятные реакции, какой-то коктейль из эмоций, который я никак не могу разложить на ингредиенты. Улавливаю только основные, самые сильные эмоции, но остальное мне так и не удалось разобрать.

Открываю глаза, сталкиваясь взглядом с Освальдом. Он, как и всегда, сидит на своём любимом троне, широко разведя ноги. Подпирает голову одной рукой, немного съехав в кресле. На губах играет улыбка, а вот в глазах… Эти глаза противоположность незнакомцу из обрывков моих видений — там тепло, которым можно согреться, глаза Освальда другие. В них плещется желание покарать, насытиться страданиями других, я вижу там невероятную жажду крови. И самое унизительное и отвратительное для меня, что как только я распахнула глаза — ощутила желание.

Что он со мной делает?

Поднимаюсь на ноги, стараясь изо всех сил бороться с соблазном тела, которое так и хочет кошкой подойти к этому мужчине, которое так и жаждет ощутить его прикосновения, сесть к нему на колени.

Рисую в голове образ того незнакомца. Он всегда помогает мне. Ненадолго, но он всё же даёт мне передышку перед тем, как я почувствую ненавистные сердцем, но желанные телом прикосновения. А ещё образ этого мужчины дарит мне какой-то небывалый покой и уверенность. Уверенность в том, что всё будет хорошо.

Расправляю плечи, поднимаю выше подбородок и делаю шаг вперёд. Украшения на моём одеянии (если его можно так назвать) начинают звенеть, привлекая ко мне внимание. Быстро осматриваю взглядом, замечая нескольких приспешниц Освальда, которые высокомерно и презрительно смотрят на меня. Они редкие гостьи в покоях своего господина. Он не любит, когда нарушают наше уединение. Но сегодня им позволено быть здесь. Они очень красивы, и, наверное, ни один мужчина не смог бы устоять от этой красоты. Но от одного их взгляда хочется исчезнуть.

Меня эти особы презирают и ненавидят и был бы у них шанс, меня бы уже здесь не было. Но если честно, мне плевать, меня не пугают психованные демоницы. Хуже, чем мужчина напротив, сделать мне не может никто.

Подхожу ближе, но оставаясь на довольно большом расстоянии от трона. Бросаю высокомерный взгляд на дьяволиц и, фыркнув, возвращаю внимание Освальду. Он улыбается ещё шире, явно забавляясь ситуацией. И я цепенею от этой улыбки, словно внутри меня растекается ледяная вода, способная заморозить всё вокруг. Мне плевать на этих жаждущих внимания своего господина демониц, но показывать им свой страх или слабость я не намерена. Поэтому расправляю плечи подобно величайшей королеве и задрав подбородок, смотрю прямо в ледяные глаза чудовища.

— Мне тут донесли, что кое-кто вторгся в мои владения, — говорит медленно, растягивая слова, бросая взгляд на своих прислужниц, которые тут же отвечают ему глупым хихиканьем.

От его голоса и интонаций по спине бежит мороз. Никак не могу совладать с собой и научиться не реагировать на него подобным образом. Отвратительный представитель мужского пола, хоть в нём есть и все качества, которые понравятся любой женщине. У него есть сила, власть, стать, он прекрасен, его улыбка обворожительна. Но это всего лишь внешняя оболочка, внутри же… Он словно хищный зверь, который может напасть в любую секунду, вгрызться в горло и обезглавить.

— Ты случайно не знаешь, кто бы это мог быть? — он приподнимает брови.

Конечно, я не знаю, и ему это прекрасно известно. Потому что я элементарно даже не знаю, кто я сама, не то, что какой-то незнакомый мужчина. Но почему-то от вопроса мне становится не по себе. Хочется обнять себя руками и спрятаться от взгляда Освальда и его приспешниц.

— Ты же знаешь, что это мне неведомо, — наконец-то подаю голос, стараясь звучать как можно спокойнее.

— Неужели? — оскаливается Освальд.

И тут внутри меня всё сжимается. Голову пронзает дикая боль, словно в неё вонзили тысячу игл. Сжимаю кулаки и свожу челюсть, чётко понимая, что происходит — я начинаю терять себя. Если не смогу удержать сознание, то меня ждёт очередной провал в памяти. Чёрт!

Рисую в голове образ мужчины, который всегда удерживает меня на плаву, но в этот раз что-то идёт не так. Я словно ощущаю его кожей, чувствую его присутствие рядом с собой. По инерции поворачиваю голову в сторону, будто он стоит там. Но, естественно, там никого не оказывается.

Тело начинает предавать меня, я снова поворачиваюсь к Освальду, встречаясь с ним взглядом. В его глазах горит пламя похоти, я вижу её, ощущаю, она распространяется по моему телу, заряжая его. Образ мужчины в моей голове смазывается, как и всё вокруг. А вот облик сидящего напротив, наоборот, вырисовывается ещё чётче.

Но ощущение чьего-то присутствия не покидает меня. А я, поддаваясь инстинктам, делаю шаг вперёд. Моё сознание меркнет также быстро и неожиданно, как потом возвращается. И я уже не осознаю, что начинаю улыбаться, соблазнительно покачивая бёдрами. Не понимаю, что иду в лапы к зверю, демонстрируя своё тело, которое он и так пожирает глазами. Не слышу, как он отсылает демониц, не замечаю, как те злобно оскаливаются, не осознаю, как он подхватывает меня под ягодицы. Не ощущаю пульсации между бёдер, когда обвиваю его талию ногами и притягиваю его лицо для поцелуя.

Всё это остаётся за гранью моей личности, за гранью сознания. Как и глаза незнакомца, которые смотрят на меня с надеждой, верой и любовью.