Глава 5

Роуз

72 часа назад

Конечно, я понимаю, что просто пропасть у меня не выйдет. Потому что, хочу я этого или нет, меня начнут искать. Родители не поверят, что я просто сбежала, оставив их без какой-либо весточки и сообщения.

Однако, помимо своего «побега», мне нужно решить вопрос с Габриэлем. Хорошо, что теперь он сможет жить, нокакон будет жить — большой вопрос.

По сути, у него здесь нет никого. И не будет… По крайней мере первое время.

Зажмуриваюсь, сдерживая слёзы и дрожь в руках. Это ужасно несправедливо, но другого выхода нет и не предвидится. А учитывая то, что он уже стал исчезать, когда это произойдёт безвозвратно — неизвестно. Поэтому нужно действовать быстро, но обдуманно.

Для жизни в этом мире Габриэлю потребуется как минимум личность, которой у него нет. Вряд ли он сможет заявиться в департамент со словами «Здравствуйте, я Габриэль Смитт, и я очнулся ото сна, длившегося сто с лишним лет. Паспорт сделаете?».

М-да… Тру лоб, нахмурившись. Очень много дел, которые я не то что не успею сделать, но и не смогу выполнить самостоятельно. А это значит, что помочь мне может только один человек…

— Помнишь нашу договорённость? — говорю сразу же после того, как слышу сонный голос на том конце провода.

— Роуз, ты время видела? Три часа ночи… — бурчит Алекс.

Однажды мы разговорились о наших увлечениях, и я узнала, что Алекс коллекционирует карточки супергероев, выпускавшиеся в восьмидесятых годах.

Удивительно, но у меня имелась одна из таких карточек, причём досталась мне совершенно случайно, когда мы играли с друзьями. Мне было тогда лет десять, и карточка привлекла тем, что переливалась, а на ней была изображена невероятно красивая девушка.

Мы играли в какую-то детскую игру, и карточка шла как выигрыш. Стоит ли говорить, что я лезла вон из кожи, чтобы заполучить её? Как оказалось позже, эту карточку друг получил от старшего брата. Но он не стал забирать её обратно.

Так у меня появилась коллекционная карточка, которую я хранила у себя просто как одно из воспоминаний детства, а Алекс, узнав о том, что она у меня есть, решил во что бы то ни стало заполучить её.

Тогда мы долго торговались. Ну как мы, он. Что он только не предлагал, но я была непреклонна. Но Алекс тогда сказал, что если я всё же решусь её продать, то первый, кому я об этом сообщу, будет он. На этом и закончили.

Как чувствовала, что однажды эта карточка сработает как туз в карточной игре. И вот этот день настал.

— Ты всё ещё хочешь ту карточку?

В трубке повисает напряжённое молчание, Алекс на какое-то время даже задерживает дыхание. А затем шумно выдыхает, спрашивая:

— Что ты уже натворила?

Смеюсь, не сдерживаясь. Как же хорошо этот парень знает меня. Удивительно, что у нас действительно не было никаких чувств и привязанности к друг другу. Никто не переходит черту, не пересекал невидимую грань, которую мы установили как само собой разумеющееся.

Не знаю, какие предпочтения у Алекса в девушках, но мои стали ясны после появления в жизни Габриэля. Сейчас я чётко осознаю, что не смогла бы полюбить кого-то нормального.

— Мне нужна помощь, — признаюсь честно.

— В три часа ночи люди обычно просят спрятать труп. Надеюсь, ты не с этой просьбой?

С губ снова срывается нервный смешок.

— Нет.

— Обнадёживает, — усмехается Алекс.

Господи, во что я его втягиваю?..

— Нам… — горло в миг пересыхает, но я беру себя в руки. — Нам нужно встретиться, Алекс.

— Сейчас?

— Как можно скорее.

— Хорошо, — отвечает он. — Допустим, я согласен. Что ты хочешь?

Как хорошо, что я уже взрослая девочка и могу без спроса родителей уезжать куда хочу и когда хочу.

Возможно, это потому, что они доверяют мне, ведь, несмотря на свой характер, я ни разу не влипала в серьезные неприятности, последствия которых приходилось разгребать моим родителям. Если я куда-то и встревала, то решала все вопросы сама.

Именно благодаря этому, спустя пять часов мы встречаемся с Алексом лично в каком-то неизвестном мне круглосуточном заведении. Здесь пахнет свежеиспечёнными булочками и кофе. Любимый запах по утрам, от которого в данную минуту меня тошнит.

Видимо, я выгляжу совсем неважно, потому что Алекс не отводит от меня глаз. Он так пристально разглядывает моё лицо, что я неосознанно начинаю ёрзать на стуле. Мне неловко от такого внимания, хоть и на лице Алекса по-прежнему не отражается ни одной эмоции.

Не знаю, где он этому учился и учился ли — возможно, это врождённое, — но эта функция, которая из всех знакомых присуща только ему, пугает.

Понимаю, что молчу, перебирая в пальцах салфетку, которую схватила, как только села за столик. Алекс тоже не произносит ни слова, видимо, потому что ждёт, что я заговорю первая.

Но на удивление тишину между нами нарушает именно Алекс:

— Роуз, если честно, ты пугаешь меня…

Вскидываю на него взгляд. Что я могу ему на это ответить?

— Я никогда тебя такой не видел: бледная, какая-то замученная. Но твой взгляд… В нём дикая решительность, граничащая с безумием. Мне стоит бояться?

— Нет, — качаю головой. — Но моя просьба… Она может тебя напугать, но ты же знаешь, что я никогда не делаю ничего просто так. Верно?

Помедлив, Алекс кивает, и, выдохнув, я ему говорю, что от него требуется.

— Мне нужна помощь. Услуга для одного человека.

— Какого человека?

Алекс прищуривается, ощутимо напрягаясь. Ничего не меняется в его позе, но атмосфера, которая до этого была просто настороженной, моментально становится напряжённой. Вязкой. Я понимаю, что моя просьба покажется ему бредом, но у меня нет людей, которые могут помочь. Никто, кроме Алекса, из моего окружения не сможет сделать то, что мне нужно.

Открываю сумку, выкладывая на стол увесистую папку, в которой находятся ключи от машины, фотография, деньги и флешка. Продвигаю её ближе к Алексу, дожидаясь, пока он возьмёт её в руки и заглянет внутрь.

Светлая бровь взлетает вверх, когда Алекс одной рукой приоткрывает край папки.

— Что это?

— То, что понадобиться человеку, которого ты должен найти. Габриэль Смитт.

Молчу, ожидая реакции. А то, что она последует, у меня нет никаких сомнений. Потому что Алекс хорош. Вся информация, которую он когда-либо добывал, оседает у него на подкорке.

Не знаю, плохо ли это или хорошо, но для Алекса это имеет двойной эффект: с одной стороны, люди, с которыми он работает, вряд ли бы хотели, чтобы это всё оставалось в его голове. С другой стороны, если бы было не так, он бы не имел ценности в тех кругах, где вертится.

Алекс стучит пальцами по столу, задумавшись. Переводит взгляд в окно и с минуту просто молчит, видимо, перебирая мысленные папки с информацией в голове.

И вот когда он добирается до нужной, его пальцы замирают, а глаза на мгновение округляются. Он быстро берёт себя в руки и встречается со мной взглядом.

— Прошу, не задавай вопросы. Я не спрашиваю, как ты находишь информацию и делаешь то, за что тебе платят. А ты не спрашивай, зачем мне нужно то, что я сейчас озвучу.

Алекс прикрывает на мгновение глаза, а затем кивает:

— Роуз Сатерли, с каждым словом ты пугаешь меня всё больше. Но так уж и быть, малышка, это равноценный обмен. Хоть я и ненавижу, когда ты так делаешь.

Грустно усмехаюсь, но быстро беру себя в руки и говорю то, что мне от него требуется:

— Запасные ключи от моей машины, — указываю на папку. — Она будет стоять в штате Мэн, в лесу. Координаты, где ты сможешь обнаружить, указаны на флешке. Твоя задача сделать так, чтобы её не нашли. Там же, на носителе ты найдёшь фотографию, её я также распечатала. Это Габриэль Смитт, и ему нужны документы. Как бы выразиться правильно… — на мгновение я задумываюсь, как бы сказать Алексу то, что нужно, при этом не перейдя черту и не сболтнув лишнего. — Он не убийца, не вор, не преступник. Просто получилось так, что у него никогда не было документов, и сейчас нужно создать личность с нуля. На флешке также указаны его данные, которые могут потребоваться для того, чтобы сделать его личность цельной.

— Какого чёрта?! — шипит Алекс.

Обрываю его, подняв руку. Мне и так тошно, страшно и безумно тревожно, так ещё и Алекс не даёт расслабиться и погрузиться в дело. Если так пойдёт и дальше, я не выдержу и просто позорно разревусь, жалея себя.

— Найди дом в лесу, и чем дальше от людей, тем лучше. Естественно, там вряд ли будут все условия. Но сейчас холодает, и ему нужно первое время где-то укрываться. К тому же, желательно, чтобы он не попался никому на глаза, хотя бы первое время. Ты должен ввести его в курс дела. И умоляю, давай без цифровых технологий.

— Не понял…

— Если ты не захочешь с ним говорить, вести светские беседы и длинные диалоги, просто предоставь информацию на бумаге… Не знаю. Распечатай все тонкости и нюансы, которые он должен знать, на листе. Никаких носителей по типу флешек, облака и так далее.

— Роуз, ты меня пугаешь.

— Я пугаю сама себя, Алекс, — искренне расплываюсь в улыбке. — Что мне твоя боязнь?

— Скажи, что происходит.

Я только открыла рот, чтобы продолжить накидывать ему задачи, как этот вопрос выбил из лёгких весь воздух.

Молча смотря на свои ладони, лежащие на столе. Что мне тебе сказать, Алекс? Я люблю призрака и готова пожертвовать ради него жизнью? Помоги мне забрать мою в обмен на его?

Поднимаю затравленный взгляд и спрашиваю первое, что приходит на ум:

— Ты когда-нибудь любил настолько сильно, что был готов пожертвовать всем?

— Не начинай, — отмахивается мужчина.

— Ответь!

Алекс молча сверлит меня взглядом, из глаз буквально летят молнии, которые хотят испепелить меня, лишь бы не отвечать на вопрос и не выполнять всё то, что я требую.

Но его молчание лучше любого ответа, поэтому я пожимаю плечами и, грустно улыбнувшись, говорю:

— Именно поэтому ты должен меня понять.

Алекс отворачивается, сжимая руку в кулак. Прости, парень, но сейчас мне некогда разбирать ситуацию на атомы, делиться всеми подробностями происходящего. Мне нужно дать тебе чёткую инструкцию, которую ты выполнишь и сможешь улучшить и скорректировать по ходу.

— В машине будет лежать сумка, — продолжаю, не дожидаясь, когда Алекс повернётся ко мне лицом. Я знаю, что сейчас он сфокусирован только на нашем разговоре. — Там я оставила вещи для него, тоже на первое время. Деньги, что лежат в конверте, оставь ему. Я не стала хранить их на карте, потому что эта карта на моё имя. Либо сам положи их на его именную карту, как только личность будет создана, либо оставь как есть. Я даже не знаю, как лучше…

Этот момент я не учла. Но Габриэль ведь не маленький ребёнок, верно? Он должен разобраться с этим.

— Дальше: так же на носители есть отдельная папка со всеми материалами, которые тебе понадобятся для поддержания легенды, что я отправилась в кругосветное путешествие.

Дальше я посвящаю его в план с «отъездом». Каждое моё слово заставляет Алекса нервничать всё больше. Конечно, это выглядит как бред сумасшедшей, но я не могу поступить иначе!

Я стараюсь учесть все детали, спокойно и последовательно рассказывая, зачем, как и почему нам стоит сделать то или иное действие. Алекс слушает внимательно, следя за мной, не отрывая глаз. Он больше не старается меня переубедить, и я понимаю, читаю в его взгляде, что он понял, что я приняла окончательное решение. И ни одно его слово не сможет меня переубедить.

— Господи, Роуз… — последнее, что он говорит мне после того, как мы полностью обсудили все детали.

— Алекс, пожалуйста, — умоляюще смотрю на него.

— Он тебе настолько дорог?

У меня перехватывает дыхание от его вопроса. Сердце сбоит, а в глазах собираются предательские слёзы. Не давая им выйти наружу, шепчу, едва разлепляя губы:

— Больше жизни.

Он кивает. Этого ответа для него оказывается больше, чем достаточно.