Глава 8

Неизвестная

Сила, что придавливает меня к полу, ослабевает, но не исчезает полностью. А невидимые путы по-прежнему сковывают ноги, не давая подняться. Но внутри меня зарождается протест. Я не знаю, кто я, где оказалась и кто передо мной. Какой силой обладает этот человек и человек ли он вовсе? Я не знаю…

Голова раскалывается от попыток понять или вспомнить хоть что-то, но в голове вакуум, там пустота, которая не приносит облегчения, а лишь сильнее причиняет боль. И вместе с этой болью, чувство, что я не хочу подчиняться, растёт с геометрической прогрессией. Поэтому, преодолев сопротивление, вскакиваю на ноги.

Я просто не могу позволить себе прогнуться перед этим мужчиной. Почему? Не знаю. Просто знаю, что не могу. Не знаю, зачем он держит меня у себя, но я сбегу. Обязательно сбегу.

— Жемчужина, — вкрадчиво говорит мужчина. — Сядь на место.

Этот голос заставляет все мои волоски встать дыбом. Он не повышает голос, не становится серьезным. Но несмотря на это, его улыбка зловеща, голос словно шёлк, который опутывает меня.

— Нет! — кричу так громко, что закладывает уши. — Ты… Вы не можете мне приказывать.

Дикий страх сковывает внутренности, но вместе с тем, внутри буквально всё кипит от злости. Пусть я и не помню, кто я и откуда, каким человеком была, но чувствую, что не привыкла сдаваться.

— Я могу всё, — лениво отвечает мужчина. — Могу превратить тебя в пепел и развеять, никто даже имени твоего не вспомнит. Могу щёлкнуть пальцами, и твоё тело разорвётся от боли. Могу пытать, могу помиловать. Только от тебя самой зависит, какой будет твоё существование здесь.

Очередная порция стонов заставляет замереть. Они настолько ужасные, что я буквально кожей ощущаю боль тех, кто кричит.

— Да прекратите издеваться над людьми, — топаю босой ногой о каменный пол. — Разве вы не слышите, как они мучаются? Как им больно?

— Я ничем не могу им помочь.

— Вы же можете всё. Сами хвастались всего минуту назад.

— Подловила, — улыбается он. От этой улыбки его лицо становится жутким. — Не хочу. Пускай страдают.

Он делает легкий взмах рукой в сторону, и в ту же секунду из-за стены слышится новая порция криков. Но на этот раз они настолько чудовищно звучат, что я даже не могу представить, что испытывают те люди.

Оборачиваюсь и смотрю на мучителя. Он продолжает улыбаться, облокотившись на тыльную сторону ладони. В его кровавых глазах полыхает огонь.

— Вы чудовище, — шепчу пораженно.

— Мне казалось, я вполне хорош собой. Знала бы ты, сколько женщин предлагали своё тело ради сделки со мной, очень удивилась бы. Кстати, не хочешь предложить своё? — прищурившись, спрашивает незнакомец.

— Я лучше сдохну, чем позволю вам прикоснуться к себе, — выплёвываю презрительно.

— Как скучно, — вздыхает мучитель.

Он поднимается на ноги, разминает затекшую шею, при этом глядя мне в глаза. Делает несколько шагов в мою сторону, и замерев, говорит, слегка склонив голову:

— Жемчужина, тебе не справиться со мной. Может, среди тебе подобных ты сильна, здесь же — просто пыль у моих ног. Так что смирись — ты будешь делать всё, как я скажу.

— Никогда, — выдыхаю возмущенно, опасно приблизившись к нему.

Он тяжело вздыхает, щёлкает пальцами, и невидимая сила, подобная вихрю, подхватывает меня, подкидывая вверх. Цепь, которая, оказывается, была приделана к моим кандалам на ногах, натягивается и тормозит меня, прекращая движение.

Не могу пошевелиться. Тело словно уснуло, даже пальцы на ногах не слушаются. Единственное, что могу — смотреть на этого страшного мужчину.

— У меня дела, — говорит он и идёт к дверям.

— Отпусти меня вниз! — кричу ему.

— Не хочу, а будешь кричать, мы поиграем с тобой в торнадо.

Он уходит, двери за ним захлопываются, и я остаюсь одна. Вишу между потолком и полом без возможности пошевелить хоть какой-нибудь частью тела. Всё, что могу — переводить взгляд, но от этого только хуже. Не знаю, сколько времени проходит, по ощущениям целая вечность, и в какой-то момент я начинаю отключаться.

Веки словно наливаются свинцом и опускаются. Сначала я пытаюсь бороться: моргаю, крепко зажмуриваюсь, но всё бесполезно. Глаза всё равно закрываются, а мир вокруг погружается во тьму.

Мне снится сон? Я нахожусь в каком-то доме, старом особняке, похожем на этот. Но там царит атмосфера уюта и тепла. Мне нравится.

Я иду по длинному коридору и спускаюсь по лестнице вниз, меня обгоняет девочка с косичками и, обернувшись, возмущенно ворчит:

— Всю лестницу заняла. Не пройти, не проехать.

И бежит дальше.

Почему мне кажется, что я знаю эту девчонку? Хочу окликнуть её, но слова застревают в горле. Пытаюсь что-то сказать, но не могу выдавить ни звука. В панике хватаюсь за горло.

А потом понимаю, что куда-то лечу. Мне не за что ухватиться, под ногами чёрная глубокая бездна. И мне от неё не спастись.

Тело пронзает острая боль, и, открыв глаза, я обнаруживаю себя на полу в том же чёрном зале, где была, а рядом снова находится мучитель.

Он подходит ближе, присаживается на корточки. Хватает меня за подбородок и заставляет посмотреть на него.

— Долго спишь, жемчужина.

Пытаюсь вырваться из захвата его цепких пальцев, но он лишь сильнее сжимает их на моём подбородке. Морщусь от болезненного ощущения, но не прекращаю попытки освободиться.

— О, так ты из тех, кто никогда не сдаётся? Идёшь до конца, чего бы это тебе ни стоило?

Его лицо приближается ко мне, и губы опаляет огненное дыхание. Смотрю на них, губы, и облизываю свои. В голове крутится шальная мысль: «Если сейчас он приблизится ещё на миллиметр, я смогу его хотя бы укусить». Он наклоняет голову, а я замираю, готовясь напасть.

— Ты действительно думаешь, что я куплюсь на этот дешёвый трюк? — смеётся мне в лицо мужчина, а потом, словно что-то рассмотрев в моих глазах, резко становится серьёзным. — Так, так, так. Тебе снился сон.

Открываю рот, чтобы спросить, как он узнал об этом. Но мужчина не даёт мне такой возможности, продолжая:

— О, малышка Аманда. Такая милая, — в голосе ни капли теплоты, хоть он и делает вид, словно искренне умиляется. От его тона бегут мурашки. — Надеюсь, что мы с ней когда-нибудь встретимся и она дополнит мою коллекцию трофеев.

Аманда. Пробую на вкус это имя. Оно идёт той девочке из сна. Но откуда он знает его? Он знаком с этой девочкой? И кто она?

— Оставь её в покое! Она же просто маленькая девочка и ничего не сделала!

— Но когда-нибудь сделает, — с уверенностью заявляет мучитель, приподнимая брови.

Он отпускает моё лицо и, выпрямившись, отходит. Смотрит на меня, словно я гадкое насекомое под его ботинками. Хочу встать, но не могу. Я всё ещё парализована.

— Знаешь, как можно лишить человека воли?

Упрямо молчу. Не хочу отвечать на его вопросы и хоть как-то контактировать с ним.

— Нужно лишить его того, что ему дорого. На этот раз попрощайся с крошкой Амандой. Больше ты её не увидишь даже во сне.

На этот раз?

Не успеваю обдумать как следует его слова, как он щёлкает пальцами и… ничего не происходит. Но я уверена на сто процентов, что его угроза стала реальностью. Больше мне никогда не увидеть эту девочку и не узнать, кто она и почему была мне дорога. Она же была мне дорога?

— Ты чудовище, — шепчу сухими губами.

— А ты повторяешься. Все мы не без греха, — усмехается он и, расправив плащ, усаживается в своё кресло.

Знакомьтесь, наш Демон