Глава 21
Катер вошел в воздушное пространство Сорга, сильно сократив расстояние до него тем, что сошел с официально-охраняемой межгалактической трассы еще в первый день пути после побега с Чилай-ве. Гипер-ускоритель промчал маленький кораблик на огромное расстояние за считанные дни, и теперь мы зависли над планетой, где должна была состояться передача меня любимой неведомому нанимателю группы Ястреба.
Я сидела в рубке управления, поглядывая в большой иллюминатор, пока Терри разговаривал с планетарными службами для получения разрешения на посадку. Где-то за моей спиной застыл Брато. Он прилип к переборке еще на подходе к Соргу и так и застыл там, словно молчаливое изваяние. Его взгляд сверлил мне затылок, но стоило мне обернуться, как бывший делал вид, что ему нет до меня никакого дела.
- Цель пребывания, - допрашивал офицер Терри.
- Пополнение запасов провианта, - отвечал аривеец.
Я перестала его слушать и перевела взгляд на панель управления, отразившую страховидлу, то есть меня. Я с интересом рассматривала свой нынешний облик. Если честно, мной сейчас можно было пугать детей. Волосы постепенно возвращали свой природный рыжевато-каштановый цвет, но выглядело это так, словно мне на голову плеснули краски, и она, не успев растечься по волосам, застыла там, куда успела попасть. Один глаз сейчас имел блекло-зеленый цвет, второй светло-серый. Груди заметно уменьшились, и комбинезон, второй комбинезон Сол, еще вчера натянутый на пышные округлости, сейчас печально повис, обрисовав контуры моей настоящей груди. Бедра пока оставались шире, чем на самом деле, и оттого я выглядела грушей. В общем, жуть и кошмар наяву.
- Надо укоротить волосы, - решила я вслух, продолжая разглядывать себя. Неожиданная мысль заставила хмыкнуть. Я развернулась к Брато, теперь смотревшему на меня, не скрываясь. – Представляю лицо Лаитерро, если бы он все-таки опоил меня глеммом. Засыпает мужик рядом с пышным женским телом, просыпается – рядом ни груди, ни задницы.
Терри хохотнул рядом, Егор фыркнул и, наконец, отлепился от переборки. Он приблизился, уперся ладонями в спинку моего кресла, и я, задрав голову, посмотрела на него снизу вверх.
- Он хотел тебя опоить? – спросил бывший. – Зачем?
- Хотел устроить мне амнезию, - ответила я и снова перевела взгляд на свое отражение, констатировав: – Ну и чучело.
- Симпатичная, - вклинился Терри. – Необычная такая, экзотическая.
- Следи за приборами, - оборвал его Егор.
- Только за ними и слежу, - расплылся в широкой ухмылке аривеец, возвращаясь к управлению.
Катер опускался к поверхности Сорга, и вскоре добродушному наемнику было уже не до меня и своего командира. Брато еще некоторое время смотрел на него, это я видела через панель.
- Я заметил, - наконец проворчал бывший. Затем взял в руку мою разноцветную прядь, пропустил ее между пальцами и встретился со мной взглядом в отражении приборной панели. – Да, состричь светлую часть волос не помешает, иначе будешь привлекать внимание.
- Можешь замотать меня в адажарри и выдать за уроженку Айкана, - усмехнулась я, вновь задирая голову. – В любом случае, мне недолго осталось вас компрометировать. Если только, конечно, ты не хочешь травмировать тонкую психику своего нанимателя…
- Ни слова без подтекста, - закатил глаза Брато, вдруг обхватил мое лицо ладонями и склонился к нему, вопросив: - Откуда в такой маленькой Лисе набралось столько яда?
- Догадайся, - с вызовом ответила я.
- Посадка через три минуты, - объявил Терри, обернулся в нашу сторону и хмыкнул: - Гармоничное соотношение красоты и силы.
Брато отпрянул от меня и с невозмутимым видом заметил:
- Не такая уж она и сильная.
Аривеец закашлялся, глядя на деловитую физиономию своего командира, после перевел взгляд на меня и развел руками:
- Прости, но красивый у нас, оказывается, Ястреб.
- Угу, у него вообще извращенное чувство прекрасного, - кивнула я, принимая извинения. – Так что ничего удивительного.
Аривеец снова хохотнул. Брато пнул его кресло и указал подбородком на приборы.
- Грозен и прекрасен, - с преувеличенным восхищением произнес Терри.
- Бог космоса, - поддержала я.
- Никогда не забывайте об этом, - высокомерно заявил мой бывший, одарил нас с аривейцем надменным взглядом и вернулся к облюбованной переборке, вновь превращаясь в молчаливое изваяние.
Терри усмехнулся, продолжая посадку. Я снова полюбовалась на свое отражение. Страхолюдина, но… экзотичная. После перевела взгляд в иллюминатор, и чем ближе была земля Сорга, тем больше портилось мое настроение. За прошедшие дни планы наемников не изменились, меня по-прежнему везли в руки неизвестного нанимателя. Толком информации о нем мне не дали, и что меня ожидает впереди, оставалось покрыто мраком. В конце концов, я успокоила себя привычным – разберемся на месте и думать о новых переменах в своей жизни перестала.
За эти дни МП не давал о себе знать. И, наверное, в этом была заслуга наемников даже больше, чем моя. Официант Дэв и Иван почти не общались со мной, но и не лезли с упреками или обвинениями. Кивали при встрече, пару раз ответили на мои вопросы, но никакой враждебности не проявляли. Я для них оставалась чужаком и проблемой, но врагом точно не была. Это уже было легче.
Больше всего со мной сблизился Терри. Он даже чаще Брато скрашивал мое одиночество, развлекая пустым трепом. Иногда о чем-нибудь спрашивал, но под кожу не лез, и за это я была ему благодарна. О нашем прошлом с его командиром аривеец спросил только однажды, но, заметив мое нежелание развивать эту тему, отстал и разговоров больше не заводил. Зато я все-таки решилась и спросила у него об отношениях Сол и Егора. Правда, начала не с того, что меня интересовало, решив полюбопытствовать о причинах болезненного отношения Ярого к покойной наемнице. Терри, в отличие от меня, не стал увиливать, охотно рассказав:
- Она ему жизнь спасла. Два года назад это было. Он, Дэв и Солли от погони уходили, Ярый прикрывал. Его ранили, он уже думал, что конец пришел. Сол назад рванула, Дэв не успел среагировать. Ястреб и я с другой стороны шли, ребята на себя внимание отвлекали. Иван нас на катере ждал, мы его вообще редко к активной части операции привлекаем, он у нас мозг. – Это я и так уже поняла. Его комплекция сильно отличалась от крепкого сложения остальных. Даже Дэв, несмотря на видимую худобу, был жилистым. Да и умные глаза тщедушного выдавали, что его череп хранит в себе множество знаний, и главное, он умеет ими пользоваться. Тем временем Терри продолжал: - В общем, Сол взвалила на себя Ярого и перла. Отстреливалась, его уговаривала потерпеть. Чуть позже к ним подбежал Дэв, перехватил Ярого, но спасла его все-таки Сол. Ее тогда тоже ранили, пока она тащила. Девчонка стиснула зубы и упрямо шла дальше. После этого они очень сблизились. Ярый к ней прикипел, опекал, как родную сестру, на нас рычал, если кто-то с ней спорил. Даже свахой заделался, - аривеец усмехнулся. – Но это уже другая история.
- Так я не против и другую историю послушать, - я подперла щеку кулаком. – Рассказывай про сватовство.
Терри хмыкнул, бросил на меня ироничный взгляд и продолжил:
- Да это всё Сол. Она в Ястреба была влюблена по уши.
- А Ястреб?
- Что – Ястреб? Он вообще отношений ни с кем не заводит. Если надо, снимет себе кого-нибудь, ну на пару-тройку ночей может удовольствие растянуть, на этом всё. Ни разу не видел, чтобы он кем-то всерьез увлекся. Однажды только сказал, что уже пережил эти сопли и ему на всю жизнь хватило. Сол мечтала, что растопит сердце командира. Она его только что не облизывала, Ястреб делал вид, что не замечает ее пируэтов. Вроде даже разговаривал с ней, просил дурь из головы выкинуть. Кажется, грозил, что уберет из нашей группы. Она тогда затихла, уже не душила его своим вниманием. Но дико бесилась, если видела его с какой-нибудь куклой. Страдала, конечно.
- Так у них совсем ничего не было?
- Пару раз было, хотя точно не скажу. Ястреб в свою постель зрителей не приглашает, - Терри усмехнулся. – Просто мордочка Сол была слишком счастливой, чтобы не понять, что у нее были ночные приключения. У нас тогда долгий простой был. Командир сильно навеселе вернулся. Я дежурил как раз, а ребята отдыхали. Кроме нас троих - меня, Сол и Ястреба – никого не было. Она тогда со мной попрощалась, когда он пришел, добрых снов пожелала и ушла. А утром сияла, как звезда на небе. Но через день-два ходила мрачней тучи. Ясное дело, дальше у них ничего не пошло. Второй раз примерно такой же был, но девчонка уже держалась невозмутимой. Может, решила, что так сможет сблизиться. А потом вмешался Ярый. Не знаю, чего он Ястребу наговорил, но они потом несколько дней не разговаривали. Я слышал, как Солли ворчала на Ярого за то, что влез. Он ответил, что она сама этого хотела. Но эти быстро помирились, а на Ястреба Сол еще какое-то время заискивающим взглядом посматривала. Он делал вид, что ничего не случилось, но в стороне удерживал.
- Какие у вас тут страсти кипят, - с фальшивой насмешкой фыркнула я.
- Там, где есть женщина, страсти закономерны, - с улыбкой ответил Терри.
Теперь было ясно, отчего взбесилась Сол. Должно быть, она еще никогда не видела, чтобы их Ястреб, как там сказал Ярый: «Пялился каждый раз, как она оказывалась на виду…». Откуда же им было знать, что их командира обуревают, отнюдь, не нежные чувства. Сол была бы счастлива, узнай она, что ее обожаемый Ястреб мысленно расправляется со мной. Наверное, каждый раз об этом думал…
«Иногда ты бываешь невыносимой дурой».
Неожиданно прозвучавший в голове голос Брато, я решительно отогнала. Да и с чего ему испытывать иные чувства, если в его приговоре я сыграла свою роль? И пусть это было короткое свидетельство, но оно легло в копилку к остальным обвинениям. Конечно, он не ожидал, что наивная дура, верившая каждому его слову подтвердит, что он неоднократно нарушал устав академии и отлучался для участия в запрещенных законом гонках. Впрочем, сама я смутно помню этот допрос. Единственное, что осталось четким воспоминанием – это твердый голос отца, чеканящий: «Говори. Не смей жалеть ублюдка». И я говорила, больше слушаясь генерала, чем своих желаний. У меня их тогда попросту не было, кроме одного – залезть в какую-нибудь щель и там умереть. Да и мое свидетельство выражалось лишь в слове – да. Следователь спрашивал, я слушала приказ отца и подтверждала. В суде предоставили протокол допроса, так мне тогда говорили следователь и папа, успокаивая, что покидать дом мне не придется. Вряд ли я тогда смогла бы выдержать встречу с Егором…
Так что Сол ревновала и бесилась зря. Чтобы не двигало сейчас бывшим курсантом, сомневаюсь, что это были хоть сколько-нибудь добрые чувства. И его обвинения, уже не раз мне высказанные, это подтверждали. Впрочем, за это я не винила бывшего, винила за другое. И вот это другое мне совершенно не хотелось вспомнить. Начиная от слов: «Это дочка ректора. Да, мы поигрались с ней, так, ничего серьезного. Толка никакого, одни проблемы от ее папаши», - до отцовского срывающегося шепота: «Всё будет хорошо, малыш. Я достану ублюдка». Всё, что пережила маленькая глупая девочка, умерло вместе с этой девочкой тринадцать лет назад…
- Сорг, командир, - голос Терри выдернул меня из мыслей.
- Уже? – голос Брато прозвучал неожиданно глухо и растерянно. – Хорошо… Сорг.
Терри и я обернулись в его сторону. Взгляд бывшего был устремлен в пространство, кажется, его сейчас вообще не было в рубке управления. Аривеец поджал губы, словно на что-то решался, затем кашлянул и произнес:
- Мы можем убраться отсюда.
- Что?
Егор мотнул головой, сфокусировал взгляд на пилоте, затем перевел его на меня и тяжело сглотнул.
- Ястреб, мы можем стартовать прямо сейчас, - повторил Терри. – Нас ничего не…
- Нет, - Брато покачал головой. – Нет. Решение принято и одобрено всей группой.
- Не всей, - мрачновато отозвался аривеец. – Я был против. Голос Ярого учитывать нельзя, он еще проходит восстановительное лечение. Иван и Дэв, ты и я. Первые «за», я «против». Что скажешь ты, Ястреб?
Егор, смотревший в это время себе под ноги, поднял голову и взглянул на меня. Затем его взгляд метнулся к Терри, Брато открыл, было, рот, но вдруг поджал губы, отрицательно качнул головой и произнес зло и жестко:
- Решение принято группой.
Развернулся, с силой ударил кулаком по переборке и покинул рубку. Терри как-то виновато улыбнулся и развел руками.
- Иногда его упертость просто бесит, - досадливо поморщился аривеец.
Я хмыкнула, попыталась сдержаться, но злой издевательский смех все-таки вырвался из горла. Я хохотала, откинув голову назад, до истерики, до слез. Смеялась и никак не могла остановиться.
- Всё… - выдавила я сквозь смех, - всё как… раньше… Он не… меня… не меняется…
- Лиса, - Терри поднялся с места, взял меня за плечи и слегка встряхнул.
Я замотала головой:
- Я в… в порядке, Те… Терри, всё хо… хорошо… Твою ма… мать…
Хлесткая пощечина оборвала истерику. Аривеец возвышался надомной. Взгляд его был хмурым.
- Я в порядке, - ответила я, поднимаясь с места.
- Что между вами произошло? – вопрос Элистерро нагнал меня уже на выходе из рубки.
Пожав плечами, я ответила:
- Крах выдуманной реальности, только и всего.
Возле трапа стоял Брато. Он заступил мне дорогу, кажется, собрался что-то сказать, но не сказал. Посторонился, пропуская, и направился следом. Я полуобернулась, удивленно взглянув на бывшего.
- Ты хотела обрезать волосы, - пояснил он, глядя в сторону. – Я помогу.
- А, да, - усмехнулась я. – Придадим товарный вид, чтобы не испугать нанимателя.
- Катись ты к черту, - неожиданно рассердился наемник. Развернулся, собираясь уйти, но я накрыла его плечо ладонью, останавливая.
- Или помоги, как собирался, или отдай ножницы. Я сама всё сделаю.
- Помогу, - отозвался Брато, и мы все-таки дошли до каюты.
Я уселась на стул, попыталась казаться разнузданной, даже вульгарной, но показная бравада так и растаяла в воздухе, когда ладонь Егора легла мне на голову, скользнула по волосам и застыла в основании шеи, чуть сдавив ее.
- Что замер? – вместо насмешки вышел шепот.
- Ильса… Мне… жаль.
- Да режь ты уже эти чертовы волосы! – нервно вскрикнула я. – Режь, и я, наконец, уберусь от тебя подальше.
Вместо ответа прозвучал щелчок, и первая прядь упала на пол. Второй щелчок, третий. Я закрыла глаза, изо всех сил стараясь не думать, не искать аналогий в происходящем. Но воспоминания все-таки прорвались сквозь воздвигнутый мной заслон, всё стремительней унося к черной безысходности прошлого…
Флайдер останавливается у большого частного дома. Мы проскочили город, выехали за его пределы и теперь ждем, пока откроются ворота.
- Где мы? – я начинаю нервничать, ерзаю на сиденье, но мой спутник совершенно спокоен. – Где Егор?
- Там, - курсант кивает на открывающиеся ворота. – Сейчас увидишь.
Я верю и не верю. Мне уже не кажется, что я поступаю правильно, но тревога за Егора всё еще сильна, и мое волнение притупляет сомнения. Флайдер въезжает в ворота, створы закрываются, и для сомнений не остается места. Я выбираюсь из транспортника и послушно иду за курсантом к большой прозрачной двери. Они открываются, беспрепятственно впуская нас с моим провожатым.
Мы поднимаемся на второй этаж. Я озираюсь по сторонам, с опаской рассматривая шикарную обстановку.
- Вас ждут, - без эмоций сообщает робот-дворецкий. Это всего лишь небольшой летающий аппарат, но он управляет всем в доме. Огромная память, множество функций. Дорогущее удовольствие.
Об этом я успеваю подумать, пока «дворецкий» бесшумно летит впереди нас с моим спутником. Он зависает перед новой дверью, она послушно открывается, и мы входим в небольшую комнату, уютную, несмотря на кричаще-богатую отделку. Возможно, уют придает горящий камин. Я растерянно взираю на мужчину вольготно расположившегося в большом глубоком кресле. А через мгновение забываю обо всем на свете, потому что вижу Егора. Он стоит, привалившись плечом к стене. Полумрак окутывает его фигуру, но мне не надо приглядываться, чтобы узнать своего парня.
Хочу подбежать к нему, но рука курсанта, который привел меня сюда, хватает за локоть, не позволяя сдвинуться с места. Я возмущенно дергаюсь, пытаюсь вырваться, но он не отпускает, и Егор не спешит мне на помощь. Беспомощно всхлипываю и оборачиваюсь к нему. Курсант Брато спокоен, глаза его остаются карими, ни единого всполоха. Значит, не злится и не волнуется.
- Егор, - зову я.
Он смотрит не на меня, взгляд моего парня устремлен на мужчину в кресле.
- И зачем? – спокойно, даже как-то равнодушно спрашивает Брато.
- Ты совсем не рад встрече со своей невестой? – вскидывает брови неизвестный.
Егор усмехается, бросает на меня короткий взгляд и пожимает плечами:
- С чего ей быть моей невестой?
- Разве она не твоя девушка? – в голосе мужчины нескрываемое любопытство и ирония. Ее он тоже не прячет.
Я не отрываю взгляда от Егора, но он вновь всего лишь скользит по мне равнодушным взглядом.
- Это дочка ректора, - говорит мой парень. - Да, мы поигрались с ней. Так… ничего серьезного. Толка никакого, одни проблемы от ее папаши.
- Егор… - мой голос срывается.
Мне кажется, я ослышалась. Но никто не спешит подтвердить мои подозрения и высмеять за то, что я могла вообразить такую гадость.
- Значит, ты не будешь слишком расстроен тем, что мои мальчики немного поиграют с девчонкой? – мужчина лукаво улыбается, не сводя взгляда с Брато. Курсант, который привез меня сюда, хмыкает и по-хозяйски притягивает к себе. Его ладонь сжимает мою ягодицу.
Вскрикиваю, снова пытаюсь вырваться, лишь мельком замечая, что мужчина даже не смотрит в нашу сторону, он наблюдает за Егором. Тот отталкивается от стены, подходит к небольшому круглому столику и наливает себе выпить в широкий стакан.
- Дело ваше, - произносит он, сделав глоток, - но ее папаша не мелкая сошка. Он за дочь порвет любого. Хотите с ним связаться, пускайте по кругу.
Он по-прежнему не кажется ни взволнованным, ни раздосадованным. Голос звучит ровно, эмоций почти нет. Я застываю на месте, хватаю ртом воздух, и когда курсант, который привез меня сюда, больно хватает меня за волосы и грубо впивается в губы, у меня нет сил на сопротивление.
- Чижик, ты бы так не усердствовал, - теперь в голосе Брато насмешка. – Если она расскажет отцу, что ты сейчас выделывал, лететь тебе не на учения, а вон из академии.
- Ты ведь и сам вылетишь после сегодняшнего, - добродушно смеется мужчина. – Думаешь, о тебе промолчит? Так, может, свернем ей шею, и проблем не останется?
- Ошибаетесь, - усмехается Брато, - они у вас только начнутся. Какие силы может привлечь генерал космического флота? Это не местная полиция.
- И генерала уберем, - деловито отвечает незнакомец, и я вскрикиваю от ужаса, парализующего всё тело. Убить моего папу? Убить?!
- Героя Траорской войны, чьи заслуги признаны лично императором? Любимца всего космического флота? Друга генерала СБГ? – и снова насмешка. – Дерзайте.
- Ты так дорожил академией…
- И что? После сегодняшнего я уже отчислен, так что плевать мне на академию, на ректора и его дочурку. Больше меня с ними ничего не связывает.
Чижик всё еще лапает меня, только я ничего не замечаю. Я окружена вязким туманом, через который плохо пробиваются голоса, уже почти не долетая до сознания. И резкий окрик:
- Оставь девчонку! - лишь слегка приводит меня в чувство.
Окрик принадлежит мужчине. Егор теперь стоит у камина, помешивая кочергой угли. Его лица я не вижу, только огонь вдруг вспыхивает ярче. Брато чертыхается и ставит опустевший стакан на каминную полку. Это первая эмоция с тех пор, как я увидела его в этом доме, но она не относится ко мне, всего лишь к коньяку, неосторожно выплеснутому в огонь. Я жду, что он сейчас обернется и подмигнет, показывая, что всё это лишь игра, и я не должна бояться. Но Брато отходит от камина и в мою сторону не смотрит.
- Так ты возьмешься за мое поручение? – голос мужчины вновь лучится добродушием.
- А вы мне оставили выбор? – усмехается Егор. – Я хотел без проблем закончить академию, но после того, как вы притащили сюда папину дочку, о том будущем, о котором я мечтал, я могу забыть. Ты, Чижик, кстати, тоже. Так хоть денег заработаю.
Смешок второго курсанта заставляет меня вздрогнуть. Он обхватывает пальцами мой подбородок и задирает голову вверх.
- Ты ведь будешь хорошей девочкой, да, Ильса? Ты же ничего не расскажешь папочке, да? Или я доберусь до тебя, и тебе будет очень больно и обидно.
- Оставь на ней синяки, и даже ее молчание тебе не поможет, - очередная насмешка Брато заставляет Чижика досадливо поморщиться.
- Ну, хватит, - мужчина поднимается с места.
Я впервые рассматриваю его. Он высок, худощав, наверное, ровесник моего отца, импозантен. Незнакомец больше не выглядит добродушным, он собран и деловит.
- Внизу тебя ждет флайдер, - говорит он Егору. – Отвезешь то, что лежит в нем, по маршруту, на который настроен навигатор. Чижик за тобой приглядит, а чтобы помнил о том, что может сделать с тобой герой Траорской войны, малышка погостит у меня в доме. Помни, твоя глупость обернется проблемами для нее, и месть папочки ляжет не только на наши плечи.
В это мгновение звучит вызов моего сендера. Он все еще надет мне на ухо и из-за распущенных волос остается незамеченным. Это отец, и я истерично выкрикиваю:
- Папа! Папочка!
- Где ты? – сосредоточенно спрашивает отец, и сендер срывают с моего уха.
- А ведь он может отследить дочь по сигналу, - задумчиво произносит хозяин дома и бросает тяжелый взгляд на Чижика.
- Я не думал…
- Задницы думать не умеют, - рявкает мужчина. – Пошли вон!
- Так может лучше отпустить ее, - замечает Егор. – Сигнал уже могли отследить.
- У меня глушилка, - отмахивается мужчина. – Остальное не твоя забота. Убирайтесь.
Повторяет он, и оба курсанта направляются прочь. Я делаю шаг следом, но хозяин дома перехватывает меня за локоть.
- Егор! – выкрикиваю я. – Егор!
Он не оборачивается. Двери за спинами курсантов закрываются, и я остаюсь наедине с неизвестным мужчиной. Он бросает на меня взгляд и кривится:
- Только без слез. Посидишь, пока твой дружок не сделает то, что я ему поручил, потом поедешь домой.
- Папа меня найдет, - дрожащим голосом говорю я. – Если со мной…
- Хоть ты не утомляй, - отмахивается мужчина и зовет кого-то.
В комнату входят двое новых мужчин. Хозяин кивает им на меня:
- Присмотрите за девчонкой. Не трогать.
Он уходит, а я, испуганно сжавшись, остаюсь стоять посреди комнаты. Перевожу затравленный взгляд с одного мужчины на другого. Они молчат. Один, черноволосый, с интересом рассматривает меня. Второй, рыжеватый, зевает и устало трет лицо ладонью. Рыжий кивает мне на кресло и коротко велит:
- Сядь. Не съедим.
Брюнет усмехается и падает в другое кресло. Он держит в руках яблоко, подмигивает мне и с громким хрустом откусывает большой кусок. В комнате воцаряется тишина, нарушаемая лишь хрустом яблока. Это нервирует. Я сжимаюсь в кресле, стараясь не смотреть ни на своих охранников, ни по сторонам. В голове всё еще звучат слова Егора. Холодные, жестокие, циничные, но я пытаюсь себя уговорить, что так было надо, что он защищал меня. Он ведь и раньше не хотел никому показывать меня и то, что есть между нами. А потом приходит другая мысль. Вспоминаются слова механика с гонок про неведомую невесту, и теперь слова Егора кажутся подтверждением того, что я была для него лишь средством получить выгоду от ректора. Он ведь и добился, в результате, своего! Папа начал доверять курсанту Брато, поставил звеньевым на время учений. Он даже особо не мешал нам встречаться последних пару недель.
Еще Егор говорил, что со свадьбой нельзя спешить. Потому что есть настоящая невеста, а я всего лишь способ достичь покровительства ректора и получить в будущем выгодное место? Почему нет? Это же так просто и удобно! Обида, ревность, горечь захлестывают меня. Слезы текут по щекам, и вскоре редкие всхлипы переходят в отчаянное рыдание. И даже его защита мне теперь кажется возможностью сохранить с генералом добрые отношения.
- Твою мать, - негромко ругается рыжий, пряча зевок.
Он лежит на коротком диване, уместив ноги на валик. Мужчина кривится, слушая мои надрывные всхлипы, и поднимается на ноги.
- Чез, я едва держусь на ногах, - говорит он, снова зевая. – Зови если что, я пока вздремну в кабинете.
- Ладно, - пожимает плечами брюнет Чез.
Рыжий почти уже вышел, но оборачивается и с подозрением смотрит на черноволосого.
- Только без твоих игр. Хозяин голову снимет. Он предупредил.
- Я слышал, - усмехается Чез. – Не волнуйся. Для моих игр у меня есть пара куколок.
Рыжий кивает, и дверь за ним закрывается. Я вытираю слезы и испугано смотрю на оставшегося охранника, но ему, кажется, нет до меня дела. Вновь ухожу в свои переживания, а выдергивает меня из них стакан с коньяком, который мне протягивает Чез.
- Выпей, легче будет, - говорит он.
- Не… ет, - судорожно всхлипывая, мотаю головой.
- Я же тебе не предлагаются надраться. Глоток сделай, будет легче, - брюнет добродушно усмехается.
Все-таки беру из его рук стакан, он подрагивает в моих пальцах и сделать глоток не получается с первого раза. Чез подставляет палец под донышко, удерживая его, и коньяк проливается мне в горло, обжигает, заставляет поморщиться. Брюнет смеется, глядя на меня. Его ладонь лежит на моей коленке.
- Спасибо, - шепчу я, возвращая ему стакан.
Чез ставит его на пол возле моих ног. Он поглаживает мое колено, продвигая ладонь чуть выше, потом еще, пока не задевает подол платья. Моя голова плывет от крепкого напитка, слез и переживаний, и я не сразу замечаю, что делает охранник.
- Так всё плохо? – спрашивает он, и мужские пальцы сдвигают край подола.
Я вздрагиваю, опускаю взгляд на руку Чеза и отталкиваю ее. Он снова смеется, но поднимается с корточек и отходит от меня. Я настороженно наблюдаю за ним. Слезы высыхают, но тяжесть в голове мешает сосредоточиться.
- Ты ведь подружка Ястреба? – спрашивает брюнет, делая глоток из горлышка бутылки.
Не знаю, что ответить. Еще час назад я бы сказала – да. А теперь не понимаю. Запуталась в своих мыслях. Словам я еще могу дать объяснение, все-таки защищал, когда запугивал моим отцом, но глаза… Они всегда показывают чувства Егора, а сегодня он остался спокойным, таким же равнодушным, как его голос и слова. И вновь меня терзают подозрения о том, что чувства моего парня одна сплошная фальшь. Он никогда не любил меня, просто использовал. Я снова начинаю плакать.
Чез возвращается, присаживается на подлокотник кресла и поглаживает меня по спине.
- Не стоит из-за него убиваться. Он не лучший из тех, с кем ты могла бы связаться. Успокойся.
Я не успокаиваюсь, теперь я снова плачу навзрыд. Брюнет перехватывает меня за подбородок, вынуждая посмотреть на него. Достает платок и осторожно промакивает слезы:
- Хорошенькая девушка не должна плакать из-за придурка, который обманывает ее, - с улыбкой говорит Чез. – Хорошенькая девушка должна смеяться от радости. Ты любишь смеяться?
Его воркование немного успокаивает, и я киваю.
- А что еще ты любишь? – интонация в голосе охранника немного меняется. – Любишь сладкое? Все девушки любят сладкое.
- Да, - тихо отвечаю я.
- А что еще любишь? – его лицо становится ближе. – Любишь, когда тебя ласкают?
- Что? – я изумленно распахиваю глаза.
- Любишь, когда тебя ласкают… там? – его ладонь накрывает мой живот и скользит ниже, пытаясь раздвинуть ноги.
Страх уничтожает тревогу, переживания, жалость к себе. Я отталкиваю Чеза и вскакиваю на ноги.
- Горячая девочка? – улыбается брюнет. Он больше не кажется мне добродушным, теперь он становится хищным, неприятным, опасным.
- Не трогайте меня, - дрожащим голосом требую я.
- А если приятно потрогаю?
Он приближается, я пячусь, но потом мой взгляд падает на дверь, и я делаю отчаянный рывок, пытаясь выбежать из комнаты. Чез наготове, он словно огромный кот, всё это время игравший с глупой мышью, перехватывает меня, рывком разворачивает к креслу и нагибает через подлокотник. Я кричу, но шершавая ладонь накрывает мой рот, заглушая мольбу о помощи. Я чувствую, как пальцы брюнета хозяйничают у меня под юбкой, сдвигают полоску трусиков…
Не плачу, на слезы уже нет сил, только до крови искусала губы. Даже не вырываюсь, вырываться уже поздно. Лишь вяло реагирую, пытаясь оттолкнуть своего мучителя, когда он поднимает мое растерзанное тело с пола, куда успел перетащить с кресла.
- Тс-с, куколка, - говорит он. – Если будешь кричать, я снова возьму тебя туда, куда тебе не понравилось.
Молчу. Не хочу новой боли, хочу умереть здесь и сейчас. Бороться сил нет. Чез тащит меня куда-то вниз, кажется в подвал. По пути мы никого не встречаем, только откуда-то слышен негромкий женский смех и музыка. Я трепыхаюсь, но затихаю, когда мучитель несильно встряхивает меня, намекая:
- У тебя аппетитная попка.
- Не надо, - хриплю я. – Пожалуйста.
- Хорошо, - соглашается Чез. – Туда больше не буду. Мы развлечемся по-другому.
Как он собирается развлекаться, меня не интересует. И я даже уже не жду, что в дом ворвется Егор и спасет меня, как ждала, еще полчаса назад. Кажется, мне сейчас все равно. На всё и на всех. Умереть – больше ничего не хочу.
- Постой немного, - говорит мучитель, прислоняя меня к стене.
Я поворачиваю голову и обнаруживаю, что за моей спиной косой крест. Интереса к этому открытию не возникает. Я сползаю на пол, и вернувшийся Чез журит меня за непослушание. Он вновь ставит меня на ноги, вытягивает руку к правой планке, и прижимает своим телом к стене, не давая ей соскользнуть с планки вниз. К моей ладони прикасается что-то холодное и острое, Чез размахивается...
- А-а-а!!! – мой крик оглушает даже меня, когда ладонь пропарывает гвоздь.
Садист снова бьет молотком, вгоняя гвоздь в крест. После поворачивается ко мне и с голодной жадностью следит за моей болью.
- Какая же ты сладкая, - хрипло шепчет мучитель, слизывая мои слезы.
Он переходит ко второй руке и пытка возобновляется. И когда я оказываюсь распята, Чез срезает с меня остатки одежды. Он смотрит на мои ноги, но милостиво решает просто привязать их. Собственный вес, тянущий тело вниз, оказывается для меня благодетелем. От боли в ладонях я теряю сознание, уже не замечая, что дальше вытворяет мой палач. Кажется, он вырывал меня из омута беспамятства, но я красная пелена боли снова погружала меня обратно…
- Ильса!
Знакомый голос, в котором слышны незнакомые истеричные нотки, возвращает меня из забытья. Папа. Он пришел за мной. Я уже лежу на полу, завернутая в одеяло. Ладони перевязаны. Тело тоже успели обработать. Поворачиваю голову, недалеко от меня лежит Чез. Из распоротого брюха вывалились внутренности, его член всунут в рот хозяину. Лицо – месиво.
- Уже всё, малышка, - дрожащим голосом говорит папа. – Всё закончилось.
Никогда не видела его таким беспомощным.
- Папочка, - сиплю я, протягивая к нему руки.
Отец порывисто обнимает меня, прижимает к себе, и тело его вздрагивает. Сильный и жесткий генерал Романов плачет. Он поднимает меня на руки и несет наверх. Какие-то люди, как бесшумные тени скользят по дому, негромко докладывая папе:
- Живых не осталось. Полная ликвидация.
Генерал кивает и выносит меня на улицу. Губы папы дрожат, это пугает даже больше, чем Чез, когда кинул меня на кресло.
- Папочка, - шепчу я, обнимая его.
- Это он, - говорит папа. – Это Брато притащил тебя сюда. Я отследил последний вызов. Это ведь он?
- Егор, - эхом повторяю я и начинаю плакать, не в силах произнести хоть слово.
- Всё будет хорошо, малыш. Я достану ублюдка, - срывающимся шепотом произносит отец. – Он будет подыхать не так, как его дружки. Брато будет умирать мучительно и долго, в этом я могу тебе поклясться.
- Егор, - только и повторяю я.
Отец усаживает меня в свой флайдер и вкалывает снотворное.
- Тебе нужно поспать, малыш. Мы и с этим справимся. Романовы могут пережить всё. Переломаем себя, соберем заново и будем цепляться за жизнь дальше.
- Да, папа, - отвечаю я, и сознание уплывает в сон. Полное пробуждение произойдет только через два года, когда я буду готова снова смотреть в будущее…
- Ильса! Ильса!
Я забилась в сжимающих мои плечи руках, забыв обо всех навыках самозащиты, о прожитых годах, о толстой броне, в который заковала себя. Я вновь чувствовала себя семнадцатилетней девчонкой, над которой издевался паскуда Чез.
- Нет! Не надо! – заорала я, распахивая глаза.
Не было Чеза, не было страшного дома. Время вновь ускорило бег, возвращая обратно минувшие с тех пор тринадцать лет. Я осознала, кто удерживает меня, пытаясь докричаться.
- Да что происходит? – нервно-подрагивающим голосом спросил Брато, как только я обвисла в его руках. – У тебя была истерика. Сидела спокойно, и вдруг заорала…
- Всё… в порядке, - тяжело сглотнув, ответила я и попросила: - Отпусти.
Егор, продолжая поддерживать меня, поддел ногой перевернутый стул, ставя его на прежнее место, усадил меня и сам присел на корточки, вглядываясь в глаза. В это мгновение я порадовалась, что он седой. Темный цвет волос я бы сейчас не вынесла. Чез так же сидел передо мной, вглядываясь в заплаканное лицо… Но ублюдка нет в живых уже больше десяти лет, его казнил мой отец, когда пробился ко мне с группой сослуживцев, которых успел выдернуть во время моих поисков.
- Что случилось? Опять имплант? – уже более спокойно спросил наемник.
- Да, - соврала я, вытирая подрагивающей рукой пот, обильно выступивший на лбу.
- Почему? Я же всё сделал, чтобы у тебя не было стрессов, - это было произнесено, скорей, как размышление, чем вопрос, обращенный ко мне.
- От воспоминаний защитить невозможно, - криво усмехнулась я.
Проницательный взгляд впился мне в лицо.
- Что это за воспоминания? – спросил Брато. – Что с тобой произошло такого, что ты заходишься в крике?
Я открыла рот, собираясь ответить, что эти воспоминания подарил мне он, но вместо этого снова усмехнулась и буркнула:
- Вспомнила вкус строннских червяков. До крика захотелось повторить. Мясо, знаешь, такое нежное…
- Хватит врать, - сухо прервал меня Егор. – Почему закрываешься? Почему не хочешь рассказать?
Я насмешливо изломила бровь:
- А кто ты мне? Муж, брат, отец, двоюродный дядя? С какой стати я должна перед тобой открываться? Что ты сделал для меня такого, чтобы я доверяла тебе?
- К черту! – Брато поднялся на ноги. – Не хочешь рассказывать, держи в себе, если тебе так легче. Только почему-то я могу плюнуть на твое предательство…
- Твою мать, Брато! – я вскочила со стула и подступила к нему, ударив кулаком в плечо. – То, что ты участвовал в подпольных гонках, следствие и без меня знало прекрасно! И не в том состоянии, в котором я тогда оказалась, мне было думать, как прикрыть твой зад! Да, я подтвердила, что ты покидал академию вне увольнительных! Да, я подтвердила, что ты был пилотом аэрокарта, и то, что работал на Хмурого! Да, я кивала на все эти вопросы. В чем ты меня обвиняешь, что мои показания стали кирпичиком в фундаменте твоей тюрьмы? Хорошо, обвиняй. Ты бедный и несчастный, я зажравшаяся тварь, которая приятно и весело провела время взаперти у Хмурого и его… милых парней, пока ты зарабатывал себе деньги на будущее…
Я вновь и вновь била его кулаком в плечо, выплескивая горечь воспоминаний. Брато чуть отклонялся с каждым новым ударом, слушал мои выкрики, но на последних словах перехватил мою руку.
- О чем ты говоришь, папина дочка? – изумленно переспросил он. – Какие гонки? Какая академия? Если бы это было так, я бы еще смог понять. Могла обидеться на то, что я отказался от тебя, не понять, почему я это сделал. Ты тогда была слишком наивна и впечатлительна. Но даже из-за этой обиды наговорить то, что…
- Ястреб.
Мы одновременно обернулись на голос. В проеме открытого люка стоял Иван. Он недолго изучал нас с Егором внимательным взглядом умных глаз, после кивнул мне и обратился к командиру:
- Ястреб, время. Нас уже ждут.
- Чтоб вас, - выругался Брато и стремительно отвернулся, запуская пальцы себе в волосы.
- Ястреб.
- Сейчас, - глухо ответил Егор, всё еще не спеша покинуть мое временное пристанище.
Я скользнула взглядом по обрезанным прядям, провела ладонью по голове, нащупывая новую длину волос, она едва достигала плеч. После усмехнулась и обратилась к бывшему:
- Птенчик, ты долго будешь изображать дерево? Я уже хочу убраться отсюда. Сдай меня, наконец, своему нанимателю.
- Мы не поговорили, - отозвался он, не оборачиваясь.
- А кто тебе сказал, что я хочу с тобой разговаривать?
- Время, Ястреб. Лиса права, нужно уже закончить с этим делом и свалить отсюда, - к Ивану присоединился Дэв. – Мы в этой игре лишь пешки, и наша партия закончена. Пусть ферзь сам разбирается со своими проблемами. Мне, лично, дорог свой собственный зад.
- Как мы похожи, мальчики, - усмехнулась я и первой направилась прочь из каюты.
- Ильса!
Я обернулась. На щеках Егора играл лихорадочный румянец, глаза казались шальными, и мне вдруг подумалось, что так он выглядел всегда, когда в голове курсанта Брато появлялась новая идея.
- МЫ приняли решение, - Дэв надавил на «мы», напоминая, что голосовала вся группа.
- Ястреб, не знаю, что ты задумал, но будущий геморрой никуда не делся, - заметил Иван. – Скоро у нас будет висеть на хвосте еще и наниматель. Не понимаю твоих колебаний. В любом случае, мы не сможем долго поддерживать имплант Лисы в спокойном состоянии, ей нужна более квалифицированная помощь, чем наша.
- Она орала так, что весь Сорг слышал, - согласно кивнул Дэв. – Как бы мы не поддерживали ровную атмосферу, и сколько бы не держали Ярого в изоляции, ей это не помогло.
- Где Терри? – вопрос Брато был нелогичен.
- Он ушел за транспортником, - усмехнулся недавний официант.
- Черт, - выругался Ястреб.
- Командир, мы всё еще с тобой, - негромко проговорил Иван. – Если ты хочешь пустить нас в расход…
- Не хочу, - рублено произнес Егор. Он перевел взгляд на меня, с минуту смотрел, играя желваками, затем шумно выдохнул и зло отчеканил: - К черту всё. Выходим.
Я усмехнулась и продолжила движение на выход. Ничего. Разберусь. Надо будет, воспользуюсь всем своим арсеналом чар. Этот наниматель будет у моих ног верным псом лежать, главное, разобраться, что он из себя представляет. Романовы из любой задницы выберутся, правда, папа? К черту! Я дочь своего отца, с его упрямым характером. Справлюсь.
Справлюсь… Если поганый МП не взорвет мою голову раньше. Если не отупею, если не загнусь от нового приступа, если… Чувство безысходности навалилось на меня тяжким грузом. Желание умереть прямо сейчас оказалось почти нестерпимым. Сколько можно трепыхаться? Сколько можно цепляться за жизнь? Сколько можно собирать себя заново? Кто я? Птица Феникс, чтобы раз за разом возрождаться из пепла? Устала…
Устала от беготни, от кратковременных связей, не несущих в себе ничего, кроме периодического удовлетворения похоти. Устала изображать стерву. Устала быть сукой, которую ненавидят все, кто встретится на пути. Устала защищаться. Устала просчитывать ходы и возможности выкарабкаться. Устала от одиночества. Просто дико устала жить в своем панцире, уверяя себя, что это то, что мне надо. Надоело.
Выдохнув, я забралась в транспортник. Терри занял место водителя, Брато расположился рядом с ним. Я, Иван и Дэв и сидели в салоне. Последним вышел из корабля Ярый. Решили взять с собой? Это чтобы точно не передумать? Я ощетинилась, готовая встретить злой взгляд, новую порцию обвинений, но наемник забрался в салон, хмуро взглянул на меня и неожиданно буркнул:
- Извини.
- Чего? – опешила я.
Ответа не последовало. Я даже прочистила пальцем ухом, усомнившись в том, что поняла верно.
- Извини, - повторил Ярый, не глядя на меня. – Я был не в себе.
- Э-э, - протянула я. – Ну, ладно.
На этом короткий разговор закончился. За всю дорогу никто не произнес ни слова. Иван сидел, прикрыв глаза. Дэв смотрел в окошко, Ярый любовался собственными руками, ни разу не подняв глаз. Егор сидел ко мне спиной, и его лица я не видела, как не видела лица Терри. Моя недавняя апатия схлынула, оставляя после себя слабый отзвук в виде головной боли, но в этот раз терпеть было легко. Лишь бы на месте не усугубилось. Достав из кармана бутылочку с таблетками, я сунула одну из них под язык.
- Болит? – тут же послышался вопрос Брато.
- На всякий случай, - почти не соврала я.
Это было единственное, что прервало затянувшуюся тишину. Решив последовать примеру местного гения, я откинула голову на спинку кресла и закрыла глаза. Сорг был для меня темным лесом. Про него я не знала ничего. Он даже не вошел в перечень тех планет, с которыми я знакомилась на всякий случай заочно. В эту часть космоса меня никогда не заносило, я работала в ином, так сказать, секторе. Поэтому следить, куда меня везут, не имело смысла. Это мне ничего не давало.
А вот наемники ориентировались хорошо. Это было заметно по вождению Терри и отсутствию хоть какого-то любопытства у остальных членов команды. В любой группе находится хотя бы один, кто начинает озираться по сторонам, проявляя интерес. Впрочем, этим любопытным в группе Ястреба могла быть Сол.
- Подъезжаем, - негромко произнес Терри.
Я открыла глаза и взглянула на ворота большого частного дома и не удержалась от смешка.
- Как на тринадцать лет назад вернулась, - вырвалось следом за смешком. – Я с тех пор ненавижу частные дома за большими воротами.
Мой взгляд сам собой нашел затылок бывшего. Он не обернулся, никак не отреагировал на мои слова. Ну и плевать. Выжила один раз, выживу снова. Да и Чеза там нет… наверное. Передернув плечами, я стиснула ладони между колен, невольно опять возвращаясь к детской привычке. Ворота открылись, и транспортник въехал внутрь.
- Тут и живет наниматель? – полюбопытствовала я.
- Да, - ответил мне Иван. Я скосила на него взгляд. – Одного только не пойму, зачем ему вся группа?
- Такое условие, - пожал плечами Дэв.
- Когда его выдвинули? – не отстал умник.
- Когда я связался с ними перед подлетом к Соргу, - ответил Брато.
- Странное условие, - Иван потер подбородок.
Я обвела взглядом своих спутников… или конвоиров, плевать. Егор, словно невзначай, оправил комбинезон, пробежавшись пальцами по потайным карманам. Терри отдернул рукава. Ярый и Дэв обменялись взглядами. Иван как бы невзначай просматривал территорию, прикрыв рот ладонью, и что-то шептал. Единственная, кто казался совершенно безучастным, оставалась я.
- Не расслабляться, - коротко велел Ястреб, подозвал меня кивком головы и, дождавшись, когда встану рядом, повел свою команду к дому. Дверь открылась при нашем приближении, вызвав в памяти еще одну аналогию с домом Хмурого. Я покосилась на видневшееся окно подвала, поджала губы и заставила себя сосредоточиться. Сопли потом, сейчас не до этого.
Нас встретил очередной робот, в этот раз человекообразный. Он склонил голову и первым направился к лестнице.
- Черт, - вырвалось у меня. – Словно возвращение в ад.
Егор скосил на меня глаза, но вновь промолчал. Робот провел нас к высоким деревянным дверям с искусной резьбой. В доме Хмурого все двери были прозрачными. Это немного успокоило и позволило отвлечься от аналогий, несмотря ни на что, лезших мне в голову. И вошли мы не в небольшую комнатку, а в большой зал, больше похожий на бальные залы из истории Земли.
Тут же включились навыки наемника. Я скользнула взглядом по сторонам, оценивая колонны, портьеры, скрывавшие два выхода. Высокие окна с тяжелыми занавесями, за которым можно было незаметно спрятаться. Подняла взгляд на Брато, но он смотрел прямо перед собой, о чем-то напряженно думая. Опять на его скулах ходили желваки, выдавая недоброе расположение духа. Остальные наемники встали спинами друг к другу, беря под контроль возможные места укрытия противника.
- Проверить, - коротко велел Брато, казалось, совсем не обращавший внимания на происходившее вокруг него.
- Чисто, - отозвался Терри, глядя на датчик, улавливающий тепловое излучение, закрепленный на его руке.
- Чисто.
- Чисто.
- Чисто, - один за другим отозвались наемники.
- Один, - закончил перекличку сам Ястреб. – Двадцать метров, пятнадцать, десять, пять…
Дверь напротив нас с Брато открылась, и в зал вошел крепко сложенный мужчина с сосредоточенным лицом. Он прошел три из остававшихся до нас пяти метров, остановился и спросил без предисловий:
- Принесли?
Егор промолчал. Он стоял и смотрел на своего нанимателя, чуть сузив глаза. Я подняла на него вопросительный взгляд. Смысла тянуть не было. Тогда что? Просчитывал варианты дальнейшего развития событий? Подбирал слова? Устав гадать и ожидать решения своей участи, я сделала шаг вперед, добровольно сдаваясь в руки все еще незнакомого мужчины.
Дойти до него не успела, пальцы Брато сжали мое плечо. Он притянул меня обратно, и я вывернулась, удивленно глядя на своего бывшего. Егор впервые с момента приземления расслабился, и губы его тронула чуть насмешливая ухмылка.
- Знаешь поговорку, Лисеныш, что в одну и ту же реку нельзя войти дважды? – с какой-то бесшабашной веселостью спросил наемник. Правда, ухмылка быстро исчезла, и на меня взглянул совсем другой человек. Сосредоточенный, серьезный… Ястреб. – Повторения прошлого не будет. – Он задвинул меня себе за спину и полуобернулся к своим людям, отрывисто бросив: - Уходим.
- Ты что творишь, Ястреб? - послышался осторожный голос Дэва.
- Исправляю ошибки прошлого, - буркнул Брато и снова перевел взгляд на нанимателя. – Мы сообщим, где находится сыворотка, когда уберемся отсюда.
Мужчина склонил голову к плечу, наблюдая за отступлением наемников. Круг сжался, и теперь я оказалась в центре, отступая вместе с пятью мужчинами к дверям, через которые мы вошли.
- Ну, ладно. Между вами что-то произошло. Чья была вина – неважно. Но ошибку ты решил исправить, не согласовав с нами, попер против общего решения…
- Я был против, - отозвался Терри.
- Хорошо, против решения большинства…
- Ярый не в счет, он не делал свои уколы, потому был не в адеквате, - вновь вмешался аривеец.
- Не лучшее время для споров, - вклинился Иван. - Справа пятеро. Десять метров.
- И все-таки, - приглушенно продолжал Дэв, не забыв произнести: - Слева трое. Пятнадцать метров. И все-таки, почему мы должны платить по чужим счетам?
- Прямо трое. За дверями. Не движутся, - мрачно констатировал Ярый.
- Итого, пятнадцать. – Констатировал Егор. - Четверо, десять метров. Иван.
- Сканировал, схема уже у вас, - ответил тот.
- Да какого черта?! – вдруг рявкнул Ярый.
Он развернулся, дернул меня на себя и приставил к голове шотер, скакнувший ему в руку из потайного кармана. Красный блик, означавший готовность к выстрелу, я успела заметить. Терри крутанулся, вскидывая свой шотер и наводя его на Ярого.
- Парни, - отрывисто бросил Дэв. – С ума сошли?
Его взгляд заметался между собратьями по оружию. Иван молчал, продолжая наблюдать за датчиками. Брато сделал шаг к нам с Ярым.
- Не вздумай, - тихо и угрожающе произнес он.
- Я хочу выбраться из этой задницы, - тихо отчеканил коренастый. Затем шагнул назад, увлекая меня за собой. Остановился так, чтобы его видел наниматель: - Разработки аривейца у нас нет. Но она есть вот у этой стервы, с которой мы должны были наладить контакт. Она успела спрятать сыворотку. И только она знает, где находится наша цель. Если ты не отзовешь своих людей, я снесу ей башку, и тогда о разработке можно будет забыть, потому что, даже вычислив, где ее схрон, кроме хитрой бабы забрать наш заказ никто не сможет.
- Блефуешь, - наниматель впервые за всё время проявил эмоции. И как он не пытался скрыть свою настороженность, она все-таки промелькнула в его глазах.
- Не блефует, - хрипловато рассмеялась я. – Сыворотка в хранилище «Галактики». Я, действительно, одна могу ее оттуда забрать. Умру, сыворотка навсегда останется в хранилище.
Иван бросил взгляд на датчик и негромко сообщил:
- Движение прекратилось.
- Отдайте девку, - велел наниматель.
- Черта с два, - усмехнулся Брато. – Мы беспрепятственно выходим отсюда, только тогда поговорим о передаче девчонки.
- Вам не выйти…
- Значит, и ей не жить, - с холодной решимостью ответил Ярый, вдавливая шотер мне в висок. - Отзови шавок.
- Как я узнаю, что это не блеф? – прищурившись, спросил наниматель.
- Проверь, - снова заговорила я. – Банк «Галактика». Клиент «Лисеныш». Личный доступ: три ноля, восемь, пять, один, восемь. Последняя оказанная услуга.
Мужчина поджал губы, теперь его взгляд исподлобья буравил меня. Я иронично изломила бровь, отвечая ему. Губы нанимателя вновь шевельнулись, и дверь справа открылась. На шотерах наемников замигали красные огоньки.
- Спокойно! – воскликнул мужчина.
В зал вошел мужик в черном комбинезоне. Он стремительно приблизился к нанимателю, передал ему коммуникатор, бросил на группу Ястреба быстрый взгляд и вышел, закрыв за собой дверь.
- Твою ж мать, Лиса, - выругался мужчина. – Какого хрена ты сотворила?
Я осклабилась и не без гордости произнесла:
- Я становлюсь популярна. Придурок, откуда ты меня знаешь? Я тебя впервые вижу, откуда ты знаешь обо мне?
- Отзывай! – рявкнул Ярый.
- Правда, убьешь? – наниматель снова прищурился. Теперь блефовал он.
Он-то блефовал, а Ярый нет. Едва слышно вжикнул шотер, и я, громко охнув, схватилась за предплечье, обожженное выстрелом. Мигнул красный индикатор, шотер снова был готов к использованию.
- Отзывай, - повторил Ярый. – Хочешь еще проверить? Тогда второй выстрел будет уже не такой безобидный. Третий разнесет ей голову. Отзывай, твою мать!
- А ведь и вправду выстрелит, - задумчиво произнес Терри.
Дэв шагнул к нам с Ярым, встал с левой от меня стороны, и приставил шотер к спине на уровне сердца.
- Снимут его, добью ее я, - доверительно сообщил он.
Благодетели, чтоб их… Когда я призывала смерть, я как-то не думала, что мои молитвы будут услышаны так быстро. Перспектива меня не вдохновила, но выход из положения, действительно, был более удачный, чем драка с пятнадцатью, с нанимателем – шестнадцатью, противниками. А сколько их еще может быть – неизвестно. Да и команда Ястреба была мне… роднее что ли, чем неприятная рожа незнакомца, так что дергаться я не стала, даже не возразила. Только возмущенно округлила глаза, когда Иван, поддаваясь дурному влиянию, нацелил шотер мне в грудь. Терри и Брато продолжали удерживать под наблюдением двери и самого главного урода в этой драме, всё еще медлившего с приказом своим людям.
- Мое терпение заканчивается, - сообщил Ярый, и шотер Ивана, переместился к моему животу.
Мужчина еще некоторое время сверлил взглядом Ярого, после губы его шевельнулись, и Иван, бросивший взгляд на свой браслет с развернутым голографическим экраном, сообщил:
- Отходят.
Четверо наемников окружили нас с Ярым, и наша предприимчивая группа возобновила отступление. Рука болела, но я терпела, стиснув зубы. Только когда мы вышли из дверей, и крепыш слишком резко развернул меня в сторону лестницы, я зашипела, и он буркнул:
- Извини.
- Ты скотина, Ярый, - ответила я. – Но я тебя прощаю.
- Выберемся и займемся твоей рукой, - донесся до меня приглушенный голос Брато.
- Если выберемся, - проворчал Дэв.
- У нас пропуск, - весомо заметил Иван, следя за своими датчиками.
- Вездеход, - хмыкнул Терри.
- Какие вы милые, ребята, - ядовито ответила я.
- Кто бы мог подумать, что ты своей выходкой спасешь наши задницы, - усмехнулся над моей головой Ярый.
- Меньше слов, - оборвал разговоры Ястреб. – Мы еще не вышли за ворота.
За нами наблюдали. На первом этаже обнаружилось еще пятеро человек с оружием. Двое у нашего транспортника, и у ворот четверо. Возможно, были еще, но мы их не видели. Наемники продолжали удерживать засаду на прицеле, Ярый не отпускал меня. Шотер Брато недвусмысленно качнулся в сторону, указывая людям нанимателя отойти от транспортника. Тут же тихо вжикнуло, и один из охранников подскочил на месте, из-за комьев земли, взрытой выстрелом. Вжикнуло второй раз, и охранники все-таки отошли в сторону.
Терри нырнул на водительское место. Следом Иван и Дэв. Мы с Ярым и Егором остались стоять перед транспортником.
- Открыть ворота, - велел Брато.
Из дома вышел наниматель. Даже с расстояния я рассмотрела красные пятна на его щеках. Мужчина был в ярости. Ярый снова выстрелил, на этот раз просто мне под ноги. Предупреждение сработало. Створы приоткрылись, этого оказалось достаточно, и транспортник с тремя наемниками рванул на улицу. Мы попятились вслед за ним. Дошли до линии ворот. Наниматель провожал нас пристальным взглядом.
- Живо, - негромко приказал Брато, заступая перед нами с Ярым.
Тот подхватил меня под локоть здоровой руки и дернул за собой к ожидавшему транспортнику. За спиной глухо бухнуло, и Ястреб догнал нас, прочищая ухо. Он одарил меня знакомой шальной улыбкой и выкрикнул:
- Глушанул! Зацепило!
- Теперь он еще и глухой, - усмехнулся Терри, когда мы упали на сиденья.
- Я всё слышу! – слишком громко ответил Брато.
- Но невероятно красивый, - добавил аривеец, весело рассмеявшись.
- Да, - кивнул Егор и гаркнул. – Гони!
Транспортник мчался по улицам города, спеша обратно к космодрому. От въезда мы уже просто бежали, бросив машину, чтобы не терять времени на досмотре. Терри бросился в рубку, запустил двигатели, Егор упал во второе кресло, колдуя над чем-то на панели управления. Иван кивнул мне, и мы направились в медицинский отсек. Уже отойдя от рубки, я услышала насмешливый голос Дэва:
- Она все-таки втянула нас в свою игру.
- Она наш иммунитет, - ответил Ярый.
- Коварная Лиса, - хохотнул Тэрри.
- Дел ни у кого нет? – голос временно оглохшего Ястреба прозвучал громко, перекрыв голоса наемников. Их ответ я уже не слышала, потому что дверь за нами с Иваном закрылась.