Глава 23
Кораблик наемников завис на орбите Ниреи, ожидая разрешения на посадку. Планета, в отличие от своей соседки – Латуве - была закрытая и достаточно воинственная. Сейчас знакомый Ивана в спешном порядке оформлял нам приглашение и разрешение на посещение Ниреи. Цели нашего визита он еще не знал, но с Иваном их, похоже, связывала давняя и крепкая дружба, несмотря на время и расстояние. Впрочем, наш умник успел поманить приятеля «примечательным случаем». Возможно, это сыграло основную роль в суете, которую наводил Лойфер Трамс, как звали очередного маньяка-ученого, встретившегося на моем замысловатом жизненном пути.
- Лишь бы голову не отрезал для изучения, - нервно усмехнулась я, поглядывая в иллюминатор в рубке управления.
- Лойф – милый парень, - уверил Иван.
- Но одного с Лисой его лучше не оставлять, - подвел итог нашей беседе Егор.
- Разумно, - невозмутимо кивнул умник, чем подтвердил мои подозрения о степени «маньячности» Лойфера Трамса.
Я обернулась к Брато, он ободряюще улыбнулся и продолжил общение с Планетарной Службой. Не найдя, чем пока занять себя, я приблизилась к Терри, сжала пальцами спинку кресла, на котором он сидел, и вновь устремила рассеянный взгляд в сторону Ниреи, улавливая краем уха голос Ястреба.
- На борту шесть представителей гуманоидных рас. Карантина нет, больных нет. Опасных веществ, животных и продуктов не везем. В «саркофаге» труп в режиме заморозки… Нет, не болезнь… Нет, не эпидемия… Нет, не инфекция… Нет, послушайте, вы одно понятие называете разными словами. Я вам уже сказал, причина смерти не в заболевании. Несчастный случай. Член моего экипажа сорвалась в горах, множественные переломы… Это причина смерти… Нет, тело останется в «саркофаге»… Да, он герметичен… Нет, эпидемия не начнется… Мы не можем отстаиваться в карантинной зоне. Срок нашего пребывания на Ниреи короче стандартного срока прохождения через карантин. Мы прилетели не для того, чтобы полюбоваться видами карантинного ангара изнутри корабля… Да, мы готовы пройти медицинский осмотр… Вы можете осмотреть тело… Нет, мы не с Раваара… Нет, мы не слышали об их эпидемии. Мы находились в другой части космоса… Последняя остановка на Сорге… Да, запись в бортовом журнале имеется… Да, вы можете просмотреть наш бортовой журнал…
Егор повернулся в мою сторону и резко провел большим пальцем по горлу, закатил глаза и одними губами послал Планетарную Службу… далеко, в общем, послал. Я усмехнулась и опять отвернулась к иллюминатору. Терри задрал голову.
- Грустишь, принцесса? – спросил он.
- Опасаюсь, - ответила я.
- Мы тебя защитим, - заверил аривеец и потерся затылком о мои пальцы.
- Чесотка замучила? – не глядя на нас полюбопытствовал Брато, и тут же выругался: - Черт! Нет, у нас на борту нет чесотки. Это образное выражение… Нет, инфекции нет… Это была шутка, офицер!.. Хорошо, вы можете осмотреть того, кому была адресована шутка… Менсаро Элистерро, уроженец Аривеи.
- Эй, Ястреб! – возмущенно воскликнул Терри. – Я чист!
- Я знаю, - буркнул Егор. – Нирейцы тоже жаждут в этом убедиться. Осмотрят и отпустят.
- Не хочу я!
- Да, он согласен добровольно пройти медицинский осмотр… При посадке можете его забрать.
- Ты просто ревнуешь, Ястреб, - нахохлился аривеец и обиженно посмотрел на меня. – Он ревнует.
- Глупости, - отмахнулся Брато. – Просто забочусь о сохранении твоего здоровья.
- Лицемер, - обличил командира пилот и отодвинулся от спинки кресла на самый край.
Я потрепала аривейца по голове, взлохматив ему волосы, и отошла к переборке. Иван был занят общением со своим приятелем, так что мне досталось немного одиночества и возможность подумать. Взгляд сам собой нашел затылок Егора. Прислушалась к себе, пытаясь понять, какие эмоции вызывает у меня командир наемников, но не нашла точного определения. Самым ярким чувством была горечь. О несбывшемся, о потерянном времени, о ледяной пустоте, начинкой которой столько лет была обида.
Все-таки время – самый страшный наш недруг. Оно может быть милостиво и исцелить раны, а может оказаться зверем, который выгрызет нутро, превращая кровь в отраву. В отраву одиночества и недоверия. Время может воскресить, а может уничтожить. Может подарить отдохновение, а может разметать вдребезги устоявшийся мир. Так рухнул мой мир… уже второй раз.
В первый – это был мир сверкающего счастья и веры в будущее. Во второй – мир не был радостным и светлым, но он был прочным, как броня. В нем я была сильной и уверенной. Знала, что было и остается главной ценностью – я. Считала себя хищником, который может перегрызть любые кости. А сейчас зубы хищника сыпались трухой, сползала шкура, а под ней оказалась прежняя перепуганная Ильса, растерянная и обнаженная, как в минуту своего рождения. Перед этой Ильсой лежало два пути: сделать шаг назад и склеить осколки второй своей жизни, или же шагнуть вперед и начать всё с нуля рядом с тем, в кого верила еще в своей самой первой жизни. И, казалось, душа отзывается, тянет вперед… Но страх перемен толкал назад. Я была на распутье.
Впрочем, Егор тоже не спешил. С той вспышки в релаксаторе и разговора после, мы не избегали друг друга, но и не спешили продолжить сближения. Главные слова уже были сказаны, дальше предстоял выбор – последовать им, или отказаться от этой затеи. Все-таки, как бы оно ни было, но прошло тринадцать лет, и от влюбленных мальчика и девочки мало что осталось. Память – она была самым крепким из звеньев цепи, соединявшей нас. Тогда нам было хорошо рядом, мы были юны и полны надежд. Сейчас стали взрослыми, обросли опытом, стали умней, но весь этот багаж давил на плечи, пригибая к земле. Слишком много всего было в жизни каждого за эти тринадцать лет. Такое множество событий, встреч, побед и разочарований. Было всё… Только не было нас. Меня у него, его у меня. И, несмотря на то, что внутри что-то еще теплилось, начинать путь навстречу друг другу заново было сложно. Так-то.
Словно почувствовав, что я думаю о нем, Егор обернулся и некоторое время смотрел на меня. Взгляд был, скорей, испытующим. Но вот губы его тронула улыбка, и я улыбнулась в ответ. Наверное, вышло неуверенно, потому что Брато нахмурился и поманил меня к себе. Отлепившись от переборки, я подошла и вложила ладонь в протянутую руку. Он притянул меня ближе, впрочем, ни усаживать на колени, ни обнимать не стал. Только чуть сильней сжал мою ладонь и скользнул большим пальцем по запястью.
- Как ты? – негромко спросил Егор.
- Хорошо, - ответила я, пожав в ответ его ладонь.
- Ничего не изменилось?
- Нет, - улыбнулась я. – Правда, всё хорошо.
Брато еще пару секунд всматривался мне в глаза, после кивнул и отпустил руку, возвращаясь к панели управления. Разрешение на посадку было, наконец, получено. Я не вернулась к переборке, осталась стоять рядом с его креслом, накрыла спинку ладонью и сама не заметила, как рука перебралась на плечо наемника. Поняла это только тогда, когда он потерся об нее щекой, не отвлекаясь от своего занятия. Я невольно улыбнулась и умиротворенно вздохнула.
Неожиданно на душе стало спокойно. Пусть так, пусть без прежнего бурления. Просто хорошо и уютно. Мне до крика не хватало этого ощущения. И вдруг пришла в голову аналогия с возвращением домой. Да, именно так. Словно я долго-долго блуждала по разным дорогам, искала лучшей доли, а оказалось, что всё самое лучшее ждало у родного порога.
- Всё хорошо, - шепотом повторила я, и ощущение легкости исчезло.
Не было всё хорошо. Не в возрождающейся близости с бывшим парнем, превратившимся в сильного мужчину. Нет. Нехорошо было со мной. Я солгала Егору. Сегодня, когда я проснулась и открыла глаза, целых пять минут не могла понять, где я нахожусь, и как сюда попала. Сидела на койке, вертела головой и чувствовала, как по спине бегают противные мурашки. Попыталась вспомнить, что со мной произошло, но обнаружила только черную дыру в голове. В панике искала последнее воспоминание, но так и не смогла его отыскать. Пустота. Абсолютная. Потом встала и прошлась по каюте на дрожащих ногах, вытирая со лба холодный пот. Это было страшно! По-настоящему, страшно. А затем всё прошло. Вот так вдруг, словно кто-то щелкнул перед моим носом пальцами, и я осознала себя.
Конечно, нужно было рассказать. Кто его знает, когда случится новый провал, и к чему он приведет. Но язык не поворачивался признать очередную свою уязвимость. Как там сказал Егор? Упертая дура? Да, наверное, это так. У меня характер отца, и сейчас он играл со мной не лучшую шутку. В конце концов, я решила, что расскажу о новом витке активности МП, если Лойфер Трамс не придумает, как уничтожить мерзкую дрянь. А пока я в себе, пусть у меня останется маленькая тайна. Не хочу, чтобы парни поджимали губы и снова думали, что я их головная боль, а Брато начал опекать, как калеку.
- До приземления три минуты, - сообщил Терри, и я отмерла.
- Наконец-то, - деловито констатировала я.
- Еще будет досмотр, Лисеныш, - ответил Егор. – Спешить некуда. Проглочу-ка я таблеточку от нервов. Совет для всех. Ильса, - он вывернул голову и посмотрел на меня, - у тебя там что-нибудь осталось?
- Так всё сложно? – с любопытством спросила я.
Терри и Ястреб одновременно закатили глаза. Иван как-то очень философски вздохнул и произнес:
- Мне тоже пилюльку, пожалуйста.
- Вы преувеличиваете, - не поверила я.
Мужчины переглянулись и молча протянули ко мне руки. Я покачала головой и с ворчанием закоренелого скареды достала из кармана бутылочку с препаратом:
- Попрошайки...
- Это, кстати, наши пилюльки, - заметил Терри.
- Кто присвоил, того и пилюльки, - парировала я.
- И нам с Ярым, - из-за спины высунулась рука Дэва. – Ярому две. В прошлый раз он чуть таможенника не сломал.
- Разорители, - припечатала я наемников с тонкой душевной организацией, раздала таблетки и спрятала бутылочку в карман.
Немного подумала и, на всякий случай, тоже сжевала спасительную пилюлю. Всё, к встрече с таможенной службой мы были готовы. И они грянули. Именно так – грянули. В борт замолотили сразу несколькими кулаками, не успел наш катер коснуться поверхности Ниреи. Егор с каменным выражением на лице открыл люк, и нутро маленького кораблика заполнилось суровыми дяденьками в красно-синей форме таможенного подразделения Планетарной Службы Ниреи.
Их было десять. Зачем так много, я поняла, когда нас расхватали поштучно на каждого таможенника, остальные четверо ринулись изучать внутренности катера. Один сразу направился к медотсеку.
- Требую без моего присутствия не начинать досмотр! – успел крикнуть Брато прежде, чем его развернули к переборке, ударили по ногам, вынуждая расставить их.
Егор послушно уложил ладони на стену и обернулся, отыскивая меня взглядом. Под ошеломительным напором ниреанца я уже приняла такую же позу, и меня деловито ощупывали, не особо заботясь о том, нравится ли мне, что таможенник уже по третьему разу пытается что-то найти в моей груди. Я отнеслась к делу философски, да и успокоительное уже успело начать действовать. И когда ладони ниреанца все-таки перебрались мне на спину, я попросила с кокетливой улыбкой:
- Почешите мне, пожалуйста, спинку.
- Где? – как-то даже и не отказал суровый таможенник.
- Под правой лопаткой.
- У вас там сыпь? – тут же заинтересовался служака.
Я удивленно обернулась и увидела, как Брато строит мне страшные рожи. Потом вспомнила допрос, учиненный планетарной службой, этого хватило, чтобы, наконец, понять – наемники не шутили.
- Как давно вы чувствуете зуд? – продолжал ниреанец, впрочем, услужливо почесав под лопаткой.
- Это мурашки, - попыталась отнекаться я. Кокетливо стрельнула глазками и уведомила таинственным полушепотом: – Вы так возбуждающе ощупывали мою грудь.
- Вы легко возбуждаетесь? – даже не думая снизить тон, задал неожиданный вопрос таможенник. И вот знаете, это была совсем не та заинтересованность, которую должен был вызвать мой ответ. И смущения в нем тоже не наблюдалось. – Это связано с каким-либо заболеванием? У вас психическое расстройство?
- Э-э-э… - растерялась я и вдруг вспомнила Аривею-матушку. И такая тоска меня взяла по кобелям и сластолюбцам.
- Вы затрудняетесь ответить? Не поняли вопрос? У вас проблемы с восприятием речи?
- Какого черта?! – возмутилась я.
- У вас повышенная агрессивность? На руках есть справки от специалистов? Когда вы проходили обследование в последний раз?
- Что с вашим лицом? – донеслось до меня. – У вас нервный тик? Мышечные спазмы? Вы подвержены приступам эпилепсии?
- Нет, младший офицер, у меня проблем со здоровьем нет, - невозмутимо ответил Егор. – Я могу пройти при вас обследование. В нашем медотсеке имеется всё необходимое. Документы на оборудование, подтверждающие исправное состояние в наличии.
- Тогда почему вы гримасничали?
- Почему вы все время оборачиваетесь? – это уже прилетело со стороны Терри. – Вы подвержены тревожным состояниям? Мания преследования?
- Нет, старший офицер, - ровно ответил аривеец. – Ваш человек слишком ретиво исполняет свои обязанности.
- Что же вам не понравилось в действиях нашего сослуживца?
- Он уже в пятый раз ее грудь лапает, - долетело от Брато. – Еще бы я не гримасничал.
- У вас близкие отношения? – три пары ниреанских глаз сошлись на Ястребе, после перекачивали ко мне и, наконец, остановились на Терри. – Вы сожительствуете втроем?
- Вы с ума сошли? – возмутилась я. – Вы еще скажите, что я тут для утех экипажа.
Неприязненно передернув плечами, я отвернулась к переборке и гордо задрала подбородок.
- На Нирее не приветствуются нестандартные взаимоотношения, как между разными полами, так и однополые, - уведомил нас старший офицер. – У вас на борту присутствуют однополые пары?
Наемники поперхнулись, включая Ивана, которого осматривали за пределами рубки. Таможенники слаженным движением что-то вытащили из-за правого уха, растянули и зацепили за левое. Оказалось, защитные маски.
- Групповой кашель, - констатировал младший офицер. – Инфекционный фон на борту в норме.
- Вы хотели сказать, что инфекционного фона у нас нет? – ехидно спросила я и не выдержала, нашлепала по лапам своего таможенника, в седьмой раз помявшего мою грудь. – Любезный, вы мне массаж груди делаете, или используете, как тренажер для пальцев? А может вы из этих, однополых, и вас мучает любопытство, какова женская грудь на ощупь? Так я могу показать.
- Нас невозможно подкупить, - гордо изрек старший офицер, и его команда слаженно кивнула. – Продолжаем досмотр.
И продолжили. Мой таможенник, наконец, оставил переднюю часть меня в покое, но зато со всем тщанием ощупал зад… три раза… четыре. Четвертый, наверное, был контрольный, потому что случился после доклада старшему:
- Тактильный осмотр закончен.
- Оставьте в покое мою задницу! – раздраженно воскликнул из коридорчика Иван. – Закончили? Спасибо.
- Похоже, однополые у вас есть, - усмехнулся Терри.
- Почему вы спросили? Ищите партнера?
- Нет!
- Тогда почему заинтересовались?
- Из познавательного любопытства, - буркнул аривеец. – Без личного интереса!
Похоже, успокоительное парням помогло мало, потому что из глубины катера донесся рев Ярого:
- Это поганый прыщ! Это не гнойная язва! Тупой придурок!
- Женщину нужно проверить на наличие сыпи, - заявил мой неугомонный, не забывший о правой лопатке.
- Вы можете это сделать в нашем медотсеке, в моем присутствии, - живо откликнулся Брато.
- Почему вы настаиваете на личном присутствии при осмотре члена вашего экипажа?
- Покажите документы об исправности оборудования.
- Вы также обещали пройти обследование.
- У вас на борту присутствуют препараты из тех, что вошли в список запрещенных на Нирее?
Все это одновременно посыпалось на багровеющего ястреба. Впрочем, физиономию он сохранял каменную.
- На борту найдено оружие, - примешался к общей массе один из тех, кто осматривал катер. – На каком основании вы перевозите оружие в таких количествах? Но нормам нашей планеты вы не можете всё это хранить на борту. Вам придется сдать арсенал в таможенное хранилище на время пребывания на Нирее.
Желваки на скулах Егора заходили так отчетливо, что все ниреанцы дружно замолчали и с подозрением уставились на него. А я вдруг поняла, кого они мне напомнили. Саранча! Самая настоящая, только выедающая мозг и нервы прилетевших идиотов вроде нас.
- Я не могу ответить всем разом, - безэмоционально произнес Брато. – Начнем по порядку. Какой был первый вопрос?
- У вас проблемы с памятью? – живо заинтересовался старший.
- Когда задают разом несколько вопросов? Случается. И тут дело не в рассеянном внимании, или его отсутствии. Дело в тех, кто задает вопросы.
- То есть вы намекаете…
- Прямо говорю, - капля раздражения прорвалась сквозь защитный заслон командира наемников. – Уважайте тех, кого досматриваете, и вы получите вразумительные ответы намного быстрей, чем сбивая с ног напором. Приступим к ответам, или будет дальше раскручивать клубок, почему я считаю ваше отношение неуважением?
- Почему вы считаете… - начал один из младших офицеров, но старший его прервал:
- Приступим к ответам. Первый касался вашей заинтересованности в присутствии при обследовании этой женщины.
- Почему-почему, - проворчала я из-за спины своего таможенника, - потому что… - и тут мне подумалось, скажу – муж, потребуют подтверждающие документы, тогда пойдем на новый виток вопросов и объяснений. А эти на ходу вопросы придумывают.
- Потому что она моя невеста, - опередил меня Брато, быстрей меня составивший верную формулировку. – И как будущий муж, я хочу присутствовать при обследовании своей невесты посторонними мужчинами. Среди вас ведь нет врачей?
Таможенники дружно кивнули. Егор развел руками:
- Ну вот. Что там дальше? Документы на исправность оборудования? Находятся в медотсеке. Дальше? Мое согласие на обследование? Оно в силе. При необходимости вы можете обследовать весь мой экипаж.
- Да! – с неожиданной горячностью закивал Терри.
Старший таможенник заглянул в свой карманный коммуникатор.
- Кто из вас менсаро Элистерро?
- Он, - сдал товарища Ястреб, не глядя тыкнув в сторону аривейца.
- Но я могу здесь… - начал Терри.
- Вам предписано проследовать с нами для полного осмотра. У вас стоит подозрение на… чесотка? – священный ужас отразился в глазах всех ниреанцев.
- Да я здоро…
Воскликнул аривеец и закашлялся от ливня обеззараживающего раствора, полившегося на него из плоских баллончиков.
- Твою мать! – взвыл Терри, и ближайший к нему таможенник резво вколол ему что-то в плечо. Пилот округлил глаза, облизал губы и изрек: - Ка-а-ако-ого че-орта ту-ут происхо-о-одит.
Говорил он так, словно в рот бедолаги налили клея. Терри лениво взмахнул рукой и протянул:
- Я-а те-ебе-е при-ипо-омню, Я-а-ас… - снова махнул рукой и поник головой.
- Слюну хоть не пускает? – с исследовательским интересом спросил Брато.
- Сухость во рту, слюны нет, - уведомил его таможенник.
- Только верните мне его, хороший пилот, - озаботился о сохранности наемника его командир.
- Обследуем и вернем, - успокоил Ястреба старший офицер. После указал на выход из рубки. – Не будем медлить.
- Согласен, - кивнул Егор, уже собрался проследовать, когда в спину ему полетел обиженный и возмущенный возглас:
- А оружие?!
- Спасибо, у нас свое, - съязвил Ястреб, но быстро взял себя в руки и заверил, что сдаст арсенал в хранилище, как только досмотр будет закончен.
В то, что это глумление над нашими нервами, будет когда-нибудь закончено, уже верилось слабо, потому что таможенники, окрыленные добровольным содействием командиром катера, уже загоняли наемников в медотсек. Мне даже показалось, что их глаза горят потусторонним светом, словно демоны поднялись на свет из Преисподней, чтобы извести смертных и собрать их души.
- Что еще? – сдержанно рычал Ярый. – Что тебе от меня еще надо, чудило?
Брато поднял руки и скомандовал:
- Рты закрыли!
Замолчали даже таможенники, фонтанировавшие новой порцией вопросов. Даже я невольно втянула голову в плечи, настолько явственно звякнул металл в голосе Егор.
- Когда я говорил о личном присутствии, - повернулся он к старшему офицеру, - я не имел в виду присутствие всей команды во время осмотра госпожи Джонсон.
Я удивленно взглянула на Брато, потом на таможенников. Они отреагировали спокойно. Значит, в их документах я прошла под фамилией, под которой летела на Аривею, и в списках команды уже значилась именно, как Джонсон. Интересно, имя-то у меня хоть какое?
- Гери, - обратился ко мне Егор, отвечая на невысказанный вопрос.
Ну и правильно, снова побуду Гериаттой.
- Гери остается, остальные на выход, - скомандовал Ястреб. – Следующим зайдет тот, кого позову. Господа, - он обернулся к таможенной службе, - вас это тоже касается. Для осмотра достаточно одного вашего представителя.
Старший офицер посверлил ревнивым взглядом разошедшегося наемника, перехватившего бразды правления, но все-таки согласился и коротко бросил своим:
- На выход.
Егор указал мне взглядом на смотровое кресло, после занял старшего таможенника документами на оборудование и сам запустил программу полного осмотра, пропархав пальцами по клавиатуре. Я благодарно улыбнулась ему и закрыла глаза, полностью расслабляясь. Брато не просто так рвался лично присутствовать при быстрой и безопасной процедуре. Пока таможенник всматривался в документы, наемник корректировал данные, которые выдавала аппаратура.
Ладони я разместила в специальных выемках, там происходил забор крови, измерение пульса и давления. Сканер показывал состояние костей, внутренних органов и кожного покрова. Подголовник снимал поверхностные показания мозговой активности. И, судя по невозмутимой и наглой физиономии моего «жениха» он успел уже кое-что подправить, но один тревожный взгляд я все-таки уловила после просмотра очередных полученных данных.
К этому времени таможенник уже закончил просматривать документы, и я, чтобы он не заметил манипуляций Ястреба, отвлекла на себя внимание.
- Старший офицер, - позвала я.
- Да, госпожа Джонсон, - он перевел на меня взгляд.
- Почему ваш сотрудник так дотошно щупал меня?
- Что вы имеете в виду?
- Он столько внимания уделил моей груди, потом зад щупал, - я возмущенно взмахнула ресницами. – Это же неприлично, в конце концов.
- Да-да, - подал голос «жених».
- Такая работа, - вздохнул старший офицер. – Если бы вы знали, какие только тайники не придумывают. И женские округлости одни из самых популярных. Вшивают, знаете ли, импланты с носителями, а в них всякая дрянь, визуальный осмотр ничего не дает, даже на ощупь не всегда обнаружишь. Вот и перепроверяем по нескольку раз. Чем больше объемы, тем дольше прощупываем. Если есть подозрение, ведем в управление на подробный досмотр.
Мы с Егором переглянулись, кажется, подумав одновременно об одном и том же. Как же хорошо, что мы аривейскую подставу убрали! Если бы мой офицер нащупал импланты, я бы в управлении сгнила, вместо осмотра у Лойфа Трамса.
- Вот данные прибора по состоянию здоровья госпожи Джонсон, - Брато протянул распечатку таможеннику.
Тот придирчиво вчитался в показатели, после вздохнул и кивнул:
- Можете идти в свою каюту, сейчас ваши вещи досмотрят. Пусть заходит следующий.
Только через два часа таможенных измывательств мы смогли покинуть борт. Правда, сначала отправились в управление Планетарной Службы. Чтобы сдать оружие, чтобы оставить свои данные, чтобы получить временные документы и с ними браслет-маячок. Так ниреанцы отслеживали перемещения чужаков по своей земле. В общем, всех нас взяли на строгий контроль. Кроме Терри. Этот аривейский овощ торжественно транспортировали на осмотр в медицинское подразделение Планетарной Службы. Ястреб проводил перевозку протяжным вздохом и ехидным «хе-хе».
- Ты же сознательно подставил его! Ты не забылся, когда сказал про чесотку, это было намерено! – наконец, уверилась я в том, что казалось простой случайностью. И ведь натурально разыграл досаду паршивец…
- Какая несусветная чушь! – патетично и фальшиво возмутился Брато.
- За что ты с ним так?
- Ястреб зачистил территорию, - усмехнулся Дэв.
Судя по хмыканью остальных, командира никто не осуждал, даже находили его выходку забавной. Ну а раз группа отнеслась к происшествию спокойно, то и я лезть в дебри не стала. Нас ждала важная, а, возможно, и судьбоносная встреча, и мне осталось только посочувствовать Терри, потому что основная моя забота была все-таки о собственном благополучии.
- Кстати, почему ты назвал его настоящим именем? – полюбопытствовала я.
- Это желание самого Терри. Да и без имени рода оно пустой звук, - ответил Егор, подходя к конторе по найму транспортников.
И вскоре мы уже направлялись к цели своего визита на Нирею. Неожиданно навалилась усталость. И виной ей был не таможенный досмотр. После того, как мы вышли из управления Планетарной Службы, раздражение, уже готовое прорваться наружу, сменилось облегчением и даже эйфорией, от которой хотелось закричать: «Свобода!». Сейчас же не осталось ни раздражения, ни эйфории, ни даже чувства облегчения, что издевательство, которому нас подвергли после посадки на Нирее. Хотелось вернуться на катер, где сейчас находился Ярый, свернуться клубочком на койке в своей каюте и велеть, чтобы все убирались к черту.
- Попытаться стоит, - произнес Иван, заметивший мое подавленное состояние.
- Угу, - откликнулась я и отвернулась к окошку.
Город на странной планете оказался скучным и однообразным. Унылые дома без излишеств, почти все одинакового серого цвета. Стерильно-чистые улицы, островки зелени, огороженные силовыми барьерами, чтобы не топтали ровно-подстриженную траву. Готова поспорить, если взглянуть на город сверху, то он будет иметь строгую геометрию. Я бы с тоски сдохла в этом правильном городе. Наверняка, здесь и жизнь течет так же ровно, без всплесков, шума и гама, присущего множеству других планет.
- Сколько раз вы были здесь? – спросила я, впрочем, без особого интереса.
- Это третий раз, - ответил Дэв, откинувшийся на спинку сиденья и заложивший руки за голову. – Первые два еще до появления у нас Сол. После второго раза, когда Ярый просидел в карцере Планетарной Службы после драки с таможенником, мы сюда носа не совали, и не совали бы еще сто лет.
- Не ной, - одернул его Брато, сидевший на водительском месте. – Главную нервотрепку уже прошли, дальше проще.
- Только перед вылетом еще крови выпьют, отыскивая на борту великие ценности Ниреи, упыри проклятые. А потом, да, уже ничего не страшно, - усмехнулся Дэв.
- Чего мы только не терпели, - пожал плечами Иван. – Таможня Ниреи не самое страшное.
- С этим не поспоришь, - согласился Дэв.
Мы снова замолчали. Я бросила взгляд на затылок Егора и пожалела, что не села рядом с ним. Транспортник Ниреи, как и Сорга, это позволял. Можно было бы положить ему голову на плечо, или ладонь на коленку, и почувствовать себя немного спокойней и уверенней. Но возможности перебраться в водительскую часть сейчас не было. Пришлось собрать себя воедино, тряхнуть головой и вспомнить, что где-то внутри у меня все-таки завалялся стержень, и он даже из прочного металла. Потому, когда мы входили в дом еще неведомого Лойфера Трамса, я шагала твердо и уверенно, надеясь на лучший исход дела для себя.
Хозяин дома первое впечатление произвел положительное. Был он опрятен, гладко причесан, глаза светились интеллектом, без искр маниакальной любви к своей профессии, на губах играла вежливая улыбка. Я позволила себе немного расслабиться, решив, что с головой Трамс все-таки дружит, и ненужной инициативы от него ждать не стоит. Иван приблизился к нему, несильно сжал плечи и чуть встряхнул, обозначая радость от встречи. Трамс улыбнулся чуть теплей, а затем произнес первое слово:
- Где?
И первое впечатление вдруг дало трещину. Ни приветствия, ни предложения отдохнуть с дороги, ни вопросов о жизни, ничего, только короткое и пугающее: «Где?». Скажу честно, мой прочный стержень дрогнул, и я шагнула за спину Брато. Дэв сместился вперед, встав плечом к плечу с командиром, и я почувствовала себя за надежным щитом. Только после этого рискнула высунуть нос и с подозрением взглянуть на Лойфа.
- Вижу, - тут же выцепил меня взглядом ученый, так и не дождавшись ответа от опешившего Ивана. – Будем изучать.
Он протянул в мою сторону руку, и улыбка стала искренней и даже по-детски счастливой. Егор отвел руку Трамса в сторону.
- Потерпите немного, сначала мы вам кое-что расскажем.
- Конечно-конечно, - согласно кивнул ученый, - мы можем всё совместить. Я пока осмотрю, вы расскажете.
Он вновь протянул ко мне руку, но Дэв вдруг резко склонился вперед и щелкнул зубами:
- Ам!
- Ой, - Лойфер дернулся назад.
- Лойф, имей терпение, - не без раздражения заговорил Иван. – Дело серьезное и любое неосторожное движение может привести к фатальным последствиям. Сначала выслушай, потом думай, а затем начинай действовать. Что за ребячество?
- Как интере-есно, - потер ладони Трамс.
- Может, уже пригласишь нас пройти дальше порога? – начал сердиться Иван.
- Или вы соберетесь с мыслями, или мы уходим, - отчеканил Брато.
Лойф обвел наемников недовольным взглядом, остановил его на мне, выглядывающей из-за плеча Ястреба, и скривился:
- Ну, хорошо! Идемте.
- Иван, - наш умник обернулся к командиру и развел руками.
- Если кто и может разобраться, то только Лойф, - ответил он на невысказанный вопрос. – Он прекрасный ученый.
- Идете или нет? – раздраженно спросил Трамс, успевший скрыться в недрах своего жилья. – Что хоть смотреть будем?
- Сейчас всё узнаешь, - заверил друга Иван и первым направился за ним.
Мы оказались в небольшой комнате, обставленной строго и без излишеств. Трамс уже восседал в кресле, бросая колючие взгляды на… Дэва. Тот ухмыльнулся и снова щелкнул зубами.
- Латентный каннибализм на лицо, - заявил Лойфер. – Переведите его на вегетарианскую пищу. Возможно, это скорей спровоцирует срыв, и будет возможность изучить предпосылки…
- Э-э… - недоуменно протянул Ястреб.
- И тем не менее, - упрямо произнес ученый. – Почему вы отвели мою руку, а он произвел имитацию укуса? Это психологическая предрасположенность. Уж поверьте, я знаю, о чем говорю…
- Не соберешь мозги в кучу, я тебя съем, будешь моим первым, - невозмутимо прервал его Дэв.
Трамс поежился, еще с полминуты следил за наемником, пока Ястреб не хлопнул в ладоши. Подпрыгнули все, кроме Дэва, он лишь лениво почесал подбородок и подмигнул ученому.
- Лойф, вы готовы нас слушать, или вас оставить наедине с моим парнем, чтобы ваша мозговая активность стабилизировалась? – спросил Брато.
- Моя мозговая активность превышает показатели любого…
- Отлично, - Егор откинулся на спинку дивана, который занял, усевшись рядом со мной. – Тогда первый вопрос – вы готовы влезть в секретную разработку чужой планеты? И осознаете ли в полной мере, чем это может грозить вам?
- Наука не терпит границ и запретов, - отмахнулся Трамс, но глаза его полыхнули тем самым опасным огоньком, который дремал всё это время. Я напомнила себе, что выбора у меня нет. И сколько осталось времени, никому неизвестно. – Дальше.
Дальше говорить пришлось мне. Кто знал про МП больше, чем я? Поэтому, по возможности, сухо, без долгих рассуждений, я изложила всё, что знала по разработке Хейтарро. Взгляд ученого стал рассеянным, пока он слушал, но мне подумалось, что он не упустил ни одной детали из моего рассказа. Вдруг остановил жестом и вытащил карманный коммуникатор. Дальше следовали вопросы Трамса, мои ответы и его пометки.
- Теперь-то я могу осмотреть пациента? – спросил он, когда я закончила.
- Есть соображения? – осторожно спросил Иван.
- Дайте сначала произвести осмотр, - раздраженно воскликнул Лойф. – Идемте…
- Гери, - подсказала я.
- Идемте, Гери.
- Я побуду с вами, - Егор поднялся на ноги. – Иван.
- Иду, - с готовностью кивнул умник.
- Зачем столько? – Трамс нервно передернул плечами.
- От меня защитят, дурашка, - хмыкнул Дэв. – Чем больше смотрю на твой зад, тем сильней текут слюни.
- Угомонись! – рявкнул Брато своему наемнику и повернулся к ученому: – Мы просто хотим быть в курсе, Лойф.
- Тогда не лезьте под руку, - всё также недовольно ответил Трамс.
- Вы нас даже не заметите, - заверил его Егор, и хозяин дома провел нас в кабинет.
Вот тут, в отличие от жилых комнат, было изобилие. Аппаратура, по большей части, мне неизвестная занимала почти всё свободное пространство.
- Гери, пройдите на смотровое кресло, - велел мне Трамс.
Он скрылся за одним из своих агрегатов, но вскоре вернулся в стерильном комбинезоне и кинул такие же Ивану и Ястребу. Меня пока оставили в моей одежде, но было понятно, что ученый приготовился к подробным исследованиям, и скоро я окажусь в обеззараживающей камере. Это напугало, если честно. Если Лойф меня засунет в камеру, значит, будет резать, а я как-то не особо ему доверяла. Однако присутствие Егора немного успокаивало.
Тем временем Трамс щелкнул тумблером на стене, и освещение сменилось. Это тоже была стерилизация, убивающая всю микрофлору, которую мы притащили на себе. Лойфер запустил все функции смотрового кресла и замер изваянием, просматривая данные. Он хмыкал, иногда тер подбородок и, наконец, произнес:
- Как любопытно…
- Что? – первым не выдержал Брато. – Что вы видите, Лойф?
- Этот ваш МП просто чудо! – с нескрываемым восторгом воскликнул ученый.
- Лойф, - сдержано одернул его Иван. – Что ты видишь? Нам нужны подробности.
Трамс поднял на наемников рассеянный взгляд, после перевел его на меня и попросил:
- Гери, перечислите еще раз, что с вами происходило. Меня интересует всё, без утайки. Это важно, Гери.
Я досадливо скривилась, теперь жалея о присутствии наемников. Не хотелось, чтобы Брато знал о том, что я скрываю изменения своего состояния. Он мог воспринять это, как признак недоверия, а я всего лишь не хотела, чтобы он видел во мне инвалида…
- Итак, Гери…
- Головокружение, - начала я, старательно не смотря в сторону наемников, - головные боли, дезориентация в пространстве, нарушение координации движений… провал в памяти. Всё это проявляется периодически, носит кратковременный характер. Потеря памяти была впервые сегодня утром.
Вот теперь я бросила быстрый взгляд на Егора и тут же отвернулась, его взгляд мне не понравился. Он просто-таки кричал: «Мы еще поговорим, детка».
- И что ты обо всем этом скажешь? – вновь встрял Иван.
Ученый потер руки и оглядел всех по очереди сияющим взглядом.
- Это просто невероятно! Восхитительно! Все симптомы посттравматического дежавю на лицо. Гери, у вас были черепно-мозговые травмы? До того, как вам подсадили этот чудесный МП?
- Вам бы это чудо в голову, - ядовито ответила я. – Нет, не было. Случалось по голове получать, но обследование не выявляло нарушений, да и профилактика сразу блокировала возможные последствия.
- И тем не менее! – воскликнул Трамс. – Сейчас вы переживаете последствия травмы головы. Похоже, МП заставляет ваш мозг верить в то, что он травмирован. Вот, - он поманил к себе наемников. – Видите?
- Что видим? – спросил Егор.
- Прибор зафиксировал сдавливание стволовых образований в области мозжечка. А это регуляция и координация движений, - пояснил Иван.
- Точно, - кивнул Лойф. – Дальше. По описанным симптомам я бы мог сказать, что имеет место и сотрясение, и ушиб, и сдавливание головного мозга. МП воздействует на полушария и диктует им информацию, которую ваш мозг, Гери, принимает за правду, отзываясь внутренними процессами и изменениями, которые отражаются на его структуре, на сосудах и нервных образованиях. Ну и по цепочке начинает реагировать весь организм. Судя по нарастанию симптомов, состояние будет продолжать ухудшаться, пока…
- Что будет, Лойф? – перебил его Брато.
- От комы до летального исхода, или же кома, а после летальный исход, - пожал плечами Трамс. – Инсульт, кровоизлияние в мозг, да всё что угодно. Ах, какое чудо!
- Лойф, - вновь оборвал восторг ученого Иван. – Что показал анализ крови?
- Ничего особо интересного. В общем, картина ожидаемая, организм Гери «верит», что он болен и реагирует соответствующе. Но мне бы хотелось взять на анализ ликвор, - Лойфер снова потер руки. – Любопытно, он чистый, или же соответствует общему состоянию организма. Гери, - обратился он ко мне, - мне ненадолго нужен ваш позвоночник.
- Э-э-э, - протянула я.
- Это для пункции, - пояснил Иван. – Тот анализ, о котором говорит Лойф.
- Х-хорошо, - неуверенно произнесла я, и Егор ободряюще мне подмигнул:
- Я рядом, Лисеныш.
Стало как-то спокойней. Я поднялась с кресла, ожидая дальнейших указаний. Трамс махнул рукой себе за спину:
- Там стерилизационная камера. Знаете, как ею пользоваться? Там же и стерильную рубашку найдете.
- Лойф, что ты намереваешься делать? – Иван придержал меня. – Мы хотим знать о каждом твоем шаге.
- Да уж, будьте добры оговаривать свои действия, - поддержал Брато, а я согласно кивнула.
- Возьмем на анализ ликвор, - терпеливо заговорил ученый. – Потом трепанация…
- Нет, - остановил его Ястреб. – Никакой трепанации. Пока, по крайней мере. Берите ликвор, изучите, дайте заключение. Никакой поспешности. Любая ошибка, и для Гери всё может закончиться намного раньше. Нас этот исход не устраивает.
Трамс потер подбородок, затем просиял и вопросил, глядя с затаенной надеждой на Ивана:
- Если подопытная умрет, могу ли я оставить себе ее мозг и МП? Образец должен быть изучен! – поспешил он привести довод в пользу науки. – Подумайте сами, если я буду знать, с чем мы имеем дело, в следующий раз я смогу помочь со стопроцентной гарантией.
- Какой, к черту, следующий раз?! – взорвалась я. – Лойф, включите голову! Если вы еще не забыли, та дрянь, которая так умиляет вас – секретная разработка чужой планеты. Секретная! Если станет известно, что вы обладаете даже начальными знаниями об МП, вас ликвидируют, и плевать им будет на ваши благие изыскания. Это то, что касается вашей безопасности. Теперь то, что касается меня. Чтоб вас задрал строннский ашвах, но я хочу жить, Лойф. Жить! Здоровой, а не с головой, которая уверена, что ее пробили. Я хочу избавиться от поганого паразита, пройти реабилитацию и забыть об этой гадости, как о кошмарном сне. И пока я в своем уме, я вас близко не подпущу к своей голове, пока вы не усвоите – МНЕ ПЛЕВАТЬ НА НАУКУ!
Наемники одарили Трамса, чье лицо перекосилось после моих слов, тяжелыми взглядами.
- Варвары! – воскликнул ученый. – Мракобесы!
- Осмотр будете продолжать? – оборвал его причитания Брато.
- Буду! – рявкнул Лойф. – Гери спустите верх комбинезона, мне нужен доступ к вашему телу.
- Что-нибудь почувствую? – спросила я. Это была для меня новая процедура.
- Какая ерунда, - фыркнул Трамс. – Совершенно безболезненная процедура. Древнее варварство, хвала Вселенной, осталось в древности. Раздевайтесь и на стол.
Под пристальным взглядом двух наемников, заметно нервировавших Трамса, он сделал мне пункцию и ушел к своей аппаратуре, перестав дуться. На короткое время у него появилась новая игрушка. Иван последовал за приятелем. Он встал за плечом Трамса и следил за манипуляциями ученого.
- Мы справимся, Лисеныш, - прошептал Егор, помогая мне застегнуть комбинезон. После привлек к себе, и я не увидела повода отталкивать наемника. Сжала руки вокруг его талии и затихла, уткнувшись носом в грудь. – Страшно?
Я кивнула. Врать смысла не было. Мне было страшно до жути. Осознать, что мы с организмом больше не единое целое, оказалось нелегко. Пока я ищу пути к спасению, он ведет меня к краю пропасти, послушный провокациям мозгового подселенца, размер которого такой, что я наступлю на него и даже не замечу. Какая-то биокибернетическая вша выгрызает меня изнутри, вынуждая отлаженную систему здоровых внутренних органов поверить в то, что они больны. К черту! Это мой мозг! Но я превратилась в бесправную жертву, которую предало собственное тело и теперь само себя ведет к гибели. Не хочу!
Егор приподнял мою голову за подбородок и коротко поцеловал.
- Больше не замалчивай изменения в своем состоянии, - негромко попросил он.
- Думаешь, Трамс не справится? – спросила я, но ответ был уже понятен.
Ученый мог расшифровать мое состояние, но он не понимал, что делать с МП. Можно было рискнуть и умереть после первого же неудачного эксперимента, а можно было…
- Нам нужен создатель паразита, - произнес Брато то, о чем я как раз думала. – Сейчас выслушаем, что скажет Трамс и будем думать, как вытащить Хейтарро с Аривеи.
- Опасно…
- Не опасней, чем всё, что сейчас с нами происходит. И не более опасно, чем позволить Лойфу влезть тебе в голову, - ответил Егор. Затем отстранился, поймал мою ладонь и потянул за собой к умнику и его другу. – Что там?
Иван обернулся первым. Он вздохнул, дав понять, что порадовать нечем.
- Ликвор подтверждает наличие травмы. Больше похоже на сотрясение или ушиб головного мозга средней тяжести. Сам ликвор прозрачный, что уже неплохо, - поспешил успокоить меня Иван, заметив, как я нахмурилась. – Но отмечается умеренный плеоцетоз, белок…
- Вряд ли я много в этом пойму, - чуть хрипловато перебила я. – Значит, пока всё не так плохо?
- Если считать, что организм, будучи совершенно здоровым, выдает показатели травмированного, то, да, всё не так плохо, - не без иронии сказал Трамс. – Но если сравнивать с тем, что ликвор мог оказаться с примесью крови, что означало бы более тяжелую степень травмы головного мозга, то все-таки можно сказать, пока живете. Ну что, теперь трепанация?
Он потер руки, но Иван надавил на плечо ученого, вынуждая сесть уже приподнявшегося ниреанца.
- Не будем спешить, - ответил Брато. – Будем думать.
- Да что тут думать? Надо же изучить, так сказать, изнутри…
- Доктор Трамс, к вам посетитель, - произнес безэмоциональный голос входного оповещателя.
- Кто там? – нервно спросил Лойфер.
- Курьер, - последовал ответ.
Хозяин дома и лаборатории что-то проворчал себе под нос и вышел из кабинета. Он вернулся быстро, неся в руке конверт. На лице его была написана крайняя степень удивления. Ученый протянул ко мне руку с конвертом и произнес:
- Это вам, Гери.
- Мне? – изумилась я, опустила взгляд на пакет и закашлялась, прочитав: «От твоего счастья, милая». – Гротер. Тварь! Нашел.
Егор забрал у меня конверт, прощупал его и открыл. Он вытащил самый заурядный сендер и усмехнулся, когда тот сыграл вызов. Вместо того чтобы отдать контактор мне, Брато надел его себе на ухо, приказав ответить. Я следила за физиономией наемника, всё более принимавшей глумливое выражение. Наконец, перевел взгляд на меня, осклабился и произнес глубоким басом:
- Я тоже скучала без тебя, сладкий. – После выслушал ответ и с укоризной ответил: - Фу, как это некрасиво, а еще секретный агент самой Аривеи… Прямо туда? А когда идти?.. Сейчас?.. Кого?.. А она не может ответить… Ну, если ты меня хорошо попросишь, сладкий, я может даже и передам сендер адресату… Погоди, ты мне уже дал другое направление. Передумал?.. – Егор перевел на меня взгляд. – Однако какая богатая фантазия, я столько новых слов узнал за последнюю минуту. – Я усмехнулась, и Брато снова вернул свое внимание Гротеру. – Если ты закончил, мы можем перейти к делу… Отлично. Какого черта тебе от нее надо?.. Я не могу передать ей контактор, я тебе не доверяю… Причина имеется…
Устав ждать, я потянула руку и стащила сендер с уха Брато. Он перехватил мою руку, но я упрямо мотнула головой. Однако Егор выбил из моей руки сендер и отрезал:
- Нет.
- Лаитерро говорил, что сендер дает искажение, и МП не примет команду, - зашипела я.
- Это предположение, - ответил наемник, подобрав контактор. – Еще есть излучение сендера и его влияние на МП.
- Гротер это знает, прошлый его сендер не причинял мне дискомфорта, - я попыталась отнять контактор.
- Но это уже другой сендер, - возразил Брато, собираясь вернуть контактор себе на ухо и продолжить переговоры.
Я чертыхнулась про себя, играть с Егором не хотелось, но иного способа заполучить контактор я не видела. Дураку было ясно, что Гротер только разозлится еще больше, если не поговорит со мной. Да и услышать, что он хочет сказать, было не лишним. Я подалась к Брато, положила ладони ему на грудь и заглянула в глаза доверчивым взглядом.
- Пожалуйста, - прошептала я, протянула руку и провела ею по колючей от свежей щетины щеке. – Позволь мне поговорить с ним. Вы рядом, у Лойфа целая лаборатория под боком. Или… - я отстранилась и отдернула руку от его лица, - ты мне не доверяешь? Ждешь, что предам? Значит, все-таки я нужна тебе, как прикрытие? Боишься потерять свой щит?
- Что за глупость? – скривился Ястреб.
- Но ты мне не доверяешь, - я сделала еще шаг назад и скрестила на груди руки, включая стерву. – Конечно, как можно мне доверять? Я же только о своей шкуре забочусь. Сейчас милашка Гротер предложит мне вариант повыгодней, и я свалю. Ты ведь так думаешь? Да? Что я понимаю в работе с командой? Только о своей шкуре пекусь, разве не так, Птенчик?
- Ты сейчас говоришь лишнее, - предупреждающе произнес Егор.
- Да что ты? – я усмехнулась. – А что мне думать? Лично я вижу только одно – ты подстраховываешься. Пока я с вами…
- Держи, - он сунул мне в руки сендер.
Лицо Ястреба стало каменным. Неприятно. Понимаю. Я у тебя потом попрошу прощения, а сейчас нужно узнать, что скажет подонок Гротер. Надев на ухо сендер, я дала команду:
- Последний вызов.
- Слушаю, - раздался голос офицера СБА.
- Как поживаешь, счастье мое, - медовым голоском спросила я.
- Тоскую по тебе безумно, милая, - в тон мне ответил бывший напарник. – Вспоминаю наш перелет, твой вкус на моем языке…
- Гротер, у тебя член не дорос, утри слюни и давай по существу, - насмешливо оборвала я. Обернулась вполоборота, Егор следил за мной.
- Ты все-таки еще помнишь о нем, - с умилением произнес аривеец. – Такое не забывается, да, милая?
- Ты сейчас о чем, малыш? – с издевкой спросила я.
- О моем члене, конечно, - продолжал развлекаться придурок.
- Ты про те десять вялых сантиметров, которыми тряс передо мной в душе?
- Сучий норов не меняется, да, Ильса?
- Да… Димитар, - я с наслаждением произнесла его настоящее имя. Вскроем пару карт, теперь можно.
Сендер замолчал, а через мгновение и вовсе отключился. Кажется, я кое-кого сумела сильно удивить. Однако прошло не больше пары минут, и контактор разразился новым вызовом.
- Связь прервалась, малыш? – полюбопытствовала я.
- Помехи, - невозмутимо ответил аривеец. – Итак, продолжим?
- Как вам будет угодно, господин Славчев, - я была сама любезность.
- Что за имя ты решила мне прилепить? – и вроде в голосе ирония, но легкое напряжение улавливается. Задела я тебя, скотина, ох, задела.
- Знаешь, Димитар, в твоей семье бирюзовые глаза такая редкость, - я прошлась по кабинету и уселась на хирургический стол. После покосилась на Брато и жестом указала ему на свои плечи. Он усмехнулся, но встал за моей спиной, и пальцы наемника умело сжали немного напряженные мышцы. – Намного чаще они встречаются на Тавее.
- Твою мать, Лиса, - Гротер хохотнул. – Как?! Как ты это отрыла? И когда?
- А ты думал, я буду послушно сидеть у тебя под задницей, малыш? – насмешливо спросила я, прикрывая глаза и прислушиваясь к ловким пальцам наемника. Не выдержала и тихо застонала: - М-м-м, как же хорошо.
В сендере снова стало тихо, но вскоре аривеец заговорил:
- Чем ты там занята? Изменяешь мне?
- Придурок ты все-таки, малыш Гротти. Так чего ты хотел?
- Что еще разнюхала? – вместо ответа на мой вопрос спросил господин Славчев.
- Да мало ли… - таинственно произнесла я.
- И все-таки?
- Я сейчас отключу сендер, - предупредила я.
- Тебе же хуже, - и вроде бы равнодушно это сказал, но я не поверила его безразличию.
- Тогда пусть мне будет хуже, - в тон ему ответила я, после добавила: - Считаю до трех. Один… Два… Т…
- Ладно-ладно, - усмехнулся Гротер. – Ты смелая девочка и терять тебе нечего, кроме своей головы… - секунда мне на обдумывание и дальше: - Но я могу предложить тебе сделку. Ты ведь уже знаешь о…
- Об импланте в моей голове? Да, счастье мое, я в курсе. Еще с туристического лайнера в курсе. И твоя демонстрация его возможностей была красноречива.
- Проныра, - хмыкнул аривеец. – Он тебя тревожит?
- Так… по мелочи.
- Ты прости, должно быть, я забыл дезактивировать его, еще там, на Чилай-ве. Но могу вырубить, для тебя всё, что угодно, Лисенок. А ты мне расскажешь, где находится работа Лаитерро.
Он замолчал, давая мне время подумать. Я думала. Думала над его словами. Не над предложением, но что-то дернуло меня, и хотелось понять, что именно. И вдруг поняла. Это оказалось так ясно – Гротер не контролировал МП! Он активировал его всего два раза, но между ними паразит работал. То есть на голосовые команды отозвался, но работал самостоятельно и во время перелета, и на Чилай-ве.
- Тебя мучают головные боли? – словно подтверждая мою догадку, спросил аривеец.
Головные боли? Не-ет, Гротер, если бы только боли… Значит, он думает, что МП застыл в той стадии, в которой он в последний раз использовал его. То есть допускает, что голосовая команда не сработала, потому что знает - это опытный образец.
- Милая…
- Интересное предложение, - протянула я. – Значит, вырубишь имплант?
- Вырублю.
Вот интересно, он меня совсем за дуру держит? Отключенный имплант и изъятый имплант – это две разные вещи. Даже если бы я поверила, то что бы мне дала эта сделка? Отключил, получил свои сведения, и устранил, вновь активировав МП? Да даже пообещай мне Гротер избавить меня от паразита, я бы к нему и на километр не приблизилась.
- А потом? – спросила я, глядя, как Иван активировал свой браслет. Ищет, откуда идет сигнал вызова? Похоже. Значит, еще потянем время.
- А потом свобода, Лисичка, как только скажешь, где находится работа Лаитерро.
- Где ты сейчас?
- Недалеко, милая. Так что ответишь?
- У меня нет сыворотки, я отдала ее наемникам, они отвезли своему нанимателю. Вот такое разочарование, счастье мое.
Егор вдруг наклонился ко второму уху и коротко шепнул:
- Бесишь.
Он несильно, но достаточно чувствительно прикусил мочку, и от возмущенного вскрика я едва удержалась. Брато, одарив меня многозначительным взглядом, выпрямился и снова пробежался пальцами по моим плечам. Немного подумав, я решилась на эксперимент.
- Счастье мое… с-с-с, - зашипела я, когда пальцы наемника ткнулись мне под ребра.
- Ильса, ты мне врешь, - кажется, Гротер прислушивался к нашей возне, потому что заговорил только сейчас. – Разработка всё еще у тебя, и я хочу ее получить.
- С чего ты взял, что я вру?
- Я был на Сорге, - ответил аривеец. – Кстати, ты знаешь, что на вас объявлена охота? Тебе безопасней довериться мне. Мы же друзья, милая, хорошо ладим. И ты мне даже нравишься. Отдай мне сыворотку, и я сумею тебя отблагодарить.
Я вновь посмотрела на Ивана. Его взгляд устремился поверх моей головы. Умник кивнул, и браслет Брато мигнул, принимая передачу данных. Он развернул послание Ивана, и я вытянула шею, рассматривая карту города и ярко-красную точку в полукилометре от нас. Егор поджал губы, затем показал знак, чтобы заканчивала разговор.
- Мне сложно тебе довериться, Гротер, - я кивнула, показывая, что поняла. – Какие у меня гарантии?
- Сообщение от контакта Милый, - сообщил сендер. Поддавшись нездоровому любопытству, я велела его открыть. Это была копия моего счета, пополнившегося на значительную сумму.
- Покойникам не переводят такие суммы, Ильса. Твое решение.
Угу, зачем покойникам деньги? А вот что покойник перед смертью продался, очень даже доказательство. И устранению деньги не помеха, даже наоборот.
- Хорошо, - протянула я. – Куда мне идти?
- Выходи из дома Трамса, тебя встретят.
- Скоро буду, - заверила я и скомандовала отбой. Затем подошла к наемникам, о чем-то говорившим с ученым. – Он не один.
- Естественно, - кивнул Егор. – С ним прикрытие. Идем.
Он взял меня за руку и вывел из кабинета, следом вышел Иван. Лойфер покинул кабинет последним.
- Что происходит?
- Мы уходим, - ответил Ястреб. – Мы с Лисой уходим первыми. Уведем их. Иван и Дэв, забираете Терри, осмотр уже должен закончиться. Возвращаетесь на корабль и валите отсюда.
- А вы? – спросил Дэв.
- Скорей всего, они будут вылавливать Лису, поэтому мы уберемся отсюда иначе. Встречаемся на нашем месте.
- Может я с вами?
- Дэв, - Егор сжал плечо наемника, - мы справимся. Возможно, к кораблю придется пробиваться, Ивану будет тяжело.
- Но послушайте… - начал Трамс, но в шею ему вонзилась игла, и ученый обмяк в руках своего приятеля.
- Прости, Лойф, но тебе пока лучше поспать, - произнес умник, и они с Дэвом уложили хозяина дома на диван.
Ястреб ударил по подставленным ладоням своих парней, приобнял меня за плечи и повел к подземной стоянке, как подсказывал недвусмысленный указатель, словно Трамс опасался забыть, что находится за этой дверью. Впрочем, я особо не рассматривала другие двери, возможно, подобные указатели были и там. Махнув рукой на странности ученого, я последовала за Брато. На стоянке стоял один местный транспортник.
- Нужно будет избавиться от следилок, - заметил Егор, усаживаясь на водительское место. – Только уберемся отсюда.
- Они пойдут по сигналу МП, - ответила я, устраиваясь рядом.
Наемник кивнул, показывая, что помнит об этом. Уже сидя в транспортнике, Брато вдруг развернулся ко мне, сжал в кулак волосы на затылке и рывком притянул к себе, коротко и жестко впиваясь в губы.
- На удачу, - произнес он, выпустил меня и широко улыбнулся.
- Животное, - усмехнулась я, чувствуя неожиданный прилив возбуждения. Очень к месту.
- Пристегнись, Лисеныш, поедем быстро, - велел Егор, не глядя на меня.
Я активировала систему безопасности, и транспортник тронулся с места. Мы неспешно выкатились наверх, нос машины показался на улице, губы Ястреба приоткрылись в хищной ухмылке, и транспортник рванул с места, мастерски вписываясь между другими машинами. Поворот, и мы переходим на воздушную трассу. Всё произошло за пару секунд, я даже не успела выдохнуть после рывка.
- К стенке жался верзила с Чилай-ве, - сказал Егор, уходя выше. – Я его успел увидеть.
- Ты рвешься в третий эшелон? – несколько встревожилась я.
- Детка, ты забыла, кто я? – не без самодовольства спросил Брато.
- Встретимся позже, - произнесла я и зажмурилась. Егор весело рассмеялся. Гонка началась.