Глава 6

«Её глаза на звезды не похожи.

В них бьётся мотыльком живой огонь»

(«БИ-2»–«Её глаза»)

– Ксю поссорилась с Костей, – со знающим видом шепнула Лиза, когда блондинка, плотно сжав губы, размашистой походкой пролетела мимо нас к машине соседей.

Они ехали на шубный рынок – так назывался торговый комплекс, который пользовался у курортников неизменной популярностью – и позвали Оксану с собой.

«Одежда из меха на любой вкус по цене производителя», – зазывали рекламные буклеты на журнальном столике нашей гостиницы.

Я передёрнула плечами. За желание модниц покрасоваться в меховых шубах пушистые зверьки расплачивались своими жизнями. Хотя те же куртки и пуховики из современных искусственных материалов выглядели модно и отлично согревали в морозы.

Оксану такие вопросы не беспокоили. Вот только она не ожидала, что Костя откажется её сопровождать.

– Он терпеть не может ходить по магазинам, – делилась Лиза. – Даже денег ей дал, но сказал, что не хочет весь день проторчать в бутиках.

Я подозрительно посмотрела на подругу:

– Ты что, подслушивала?

– Вот ещё, больно надо! – оскорбилась она. Но увидев моё скептическое выражение лица, пояснила: – Я мимо проходила, у них дверь была приоткрыта.

Как и следовало ожидать, Ксю во всём винила меня. Заявила, что Костя изменился, что её отпуск испорчен, потому что он носится со мной, как нянька, а на неё ему плевать.

Я усмехнулась и поправила рюкзак за спиной. После того неудачного утра я сумела взять себя в руки. О Косте старалась не думать. Только кровь приливала к щекам и в груди давило ноющей болью, когда наши взгляды случайно пересекались.

С Оксаной мы сохраняли вежливый нейтралитет. Тем более мне было странно слышать о её тирадах в свой адрес.

Ксю задержалась, прежде чем сесть в машину, словно надеялась, что Новицкий передумает. Посмотрела на входную дверь, затем на окна их с Костей номера. Но в итоге нервно уселась в салон, и автомобиль тронулся с места.

Вскоре из здания гостиницы вышел Новицкий.

– Выдвигаемся, – скомандовал он.

Хозяйка снабдила нас небольшими плетёными лукошками, а Костя обещал показать места, где можно собирать землянику, сейчас как раз был сезон.

Дорога занимала около часа и пролегала мимо озера, у которого я так неудачно застала Новицкого с его девушкой. Память тут же подкинула картинку, где Костя в одних узких плавках выходит из воды. Я украдкой посмотрела на шедшего впереди виновника моих жарких грёз. Словно почувствовав, Костя обернулся, перехватил мой взгляд и весело подмигнул. Я вспыхнула и уже привычно сбежала в созерцание пейзажа.

Вскоре мы углубились в лес на склоне горы. В городе привыкаешь к постоянному гулу машин. Здесь же тишина была фоном, который не могло нарушить ни щебетание птиц, ни хруст сухих веток под ногами, ни тихий шелест деревьев.

– Мирок, медведя встретить не боишься? – подколол меня Игнат.

– Если они здесь и бродили, ты своими хохмами их всех уже распугал, – фыркнула я.

Мы условились далеко друг от друга не разбегаться и подавать сигнал голосом – «аукать». Кто первый найдёт землянику, зовёт остальных.

Я все время держала в поле зрения серую футболку Новицкого, когда он сам позвал меня:

– Мира, иди сюда!

Деревья расступились, и я оказалась на залитой солнечными лучами лесной поляне, над которой витал терпко-сладкий аромат.

– Вот бы сейчас волшебную дудочку, – мечтательно произнесла я, оглядывая густые низкие кусты, за широкими листьями которых прятались алые бусины.

– Дудочку? – переспросил Костя.

Он стоял посреди поляны, а у меня вдруг гулко забилось сердце от осознания, что мы с ним остались одни.

Где-то «аукали» Лиза, Ромка и Игнат. Выстукивал барабанную дробь дятел. Кукушка размеренно отсчитывала годы, то замолкая, то начиная новый счёт.

А я смотрела на мужественное лицо, обтянутые футболкой широкие плечи, крепкий живот и перевитые венами сильные руки и больше всего на свете желала оказаться в этих руках.

– «Дудочка и кувшинчик», сказка такая, – не в силах отвести от парня глаз, принялась лепетать, словно ребёнок. – Если поиграть на ней, ягоды поднимутся вверх над листьями, и их можно будет легко собрать.

Закусила губу, коря себя за глупость. Стоило оказаться рядом с Новицким, как мой хвалёный дар красноречия неизбежно давал сбой.

Костя по-доброму усмехнулся:

– Держи, мечтательница.

Протянул мне ладонь, на которой алела горсть душистых бусин.

Я сбросила рюкзак и, стараясь не вытаптывать кусты, медленно подошла к нему. От его близости перехватывало дыхание. Все запреты, которые я себе установила, твердя, что он лишь старший брат лучшей подруги, вдруг перестали действовать. Он был рядом, и я желала, чтобы он стал ещё ближе.

Поддавшись порыву, обхватила руками его ладонь, наклонилась и взяла ароматные ягоды губами, коснувшись его кожи.

Выпрямилась и зажмурилась, пробуя на вкус. И тут же широко распахнула глаза, когда ощутила лёгкое прикосновение мужских пальцев – Костя заправил мне за ухо выбившуюся прядь волос.

– Сумасшедшая девчонка, – хрипло пробормотал он.

В аквамариновых радужках бушевал шторм, но я безумно желала оказаться сейчас в его эпицентре.

«Пожалуйста, пусть он меня поцелует, пожалуйста, пожалуйста!» – повторяла про себя, как заклинание.

Я целовалась с парнями с девятого класса. Мне нравилось целоваться, нравилось разливающееся по телу приятное тепло.

Но я не знала, что поцелуй может быть таким. Что от осторожного прикосновения мужских губ слабеют колени, кружится голова, и миллионы светлячков зажигают пожар на коже. Что уплывающее в сладкую грёзу сознание будет биться одной чёткой мыслью: это – мой – мужчина. Что я буду страстно желать, чтобы этот поцелуй длился как можно дольше…

– Вот вы где! Ой! – Лиза зажала рот ладонью и уставилась на нас в немом шоке.

Рядом стояли оторопевшие Ромка и Игнат. Костя отпустил меня и теперь хмуро взирал на подошедших. Мои щёки пылали огнём.

Первым пришёл в себя Игнат.

– Старший брат, да, Костян? Друг семьи? – выплюнул он, кривя лицо в презрительной гримасе. – Ты поэтому не позволял мне добиваться её? Себе её захотел? Я же сказал, у меня к ней серьёзно! А ты! А как же Ксю? Гад ты, Костян! А я считал тебя своим другом!

Новицкий молчал. Рыжий махнул рукой:

– Да пошёл ты!

Развернулся и направился прочь. За ним поплелись Лиза и Ромка. Подруга всё оглядывалась и, словно не веря увиденному, качала головой.

Я робко посмотрела на Костю и задохнулась от читавшегося на его лице сожаления.

«Нет-нет-нет! Пожалуйста, не отказывайся от меня! Ты же тоже это чувствовал! Чувствовал, что это не просто поцелуй! Признай!» – умоляла в немой просьбе.

– Прости. Я не должен был. Это больше не повторится, – тихо произнёс он.

– Но… – попыталась ему возразить.

Только он не стал слушать. Подхватил моё пустое лукошко и кивнул в ту сторону, куда ушли Лиза с Ромкой:

– Идём.