9

Грета

Я не могла уснуть. Беспокойство поселилось в моих костях, как глубокая боль. В течение двух недель я спала не более двух часов за раз. Все мои мысли крутились вокруг Амо. Он женится через четыре недели. Я никогда не обращала внимания на браки по расчету в нашем мире. Светские мероприятия я по возможности избегала, но обратный отсчет до дня свадьбы Амо громко звучал в моей голове.

Я соскользнула с кровати и схватила свой любимый купальник, материал которого поредел от частого ношения. С моих губ сорвался вздох, тело приняло привычную одежду, как старого друга. В моем гардеробе было много купальников, по одному почти на каждый день в году, подаренные семьей или людьми, которые хотели попасть в папино расположение.

Я редко надевала любой из них, всегда возвращаясь к двум своим любимым вещам.

Медведь смотрел на меня сонными глазами, свернувшись калачиком у изножья моей кровати.

Когда я открыла дверь, он спрыгнул с кровати, но Момо остался лежать, что, наверное, было к лучшему, учитывая его склонность к побегам. Как только Медведь вышел со мной в коридор, я закрыла дверь.

В особняке было тихо в это время ночи, так что я не стала включать свет. Мои органы чувств были настроены на каждый уголок моего дома. Даже с закрытыми глазами я бы нашла дорогу вниз по лестнице. На верхней площадке лестницы я, как всегда, потрогала небольшой бугорок на перилах и провела по нему большим пальцем медленными кругами, прежде чем спуститься по лестнице. Мои родители, братья и я жили в восточном крыле особняка, в то время как мои дяди и их семьи занимали другие части дома. Только Адамо, его жена и их сын жили в собственном доме.

Я вышла на обширный задний двор, мой взгляд скользнул к небольшому домику, приютившемуся справа от здания, в котором располагалась моя балетная студия. Папа построил ее для меня вскоре после того, как я начала заниматься танцами в детстве.

В окнах мерцали маленькие огоньки. Сегодня я была не одна. После короткого мгновения разочарования от того, что у меня не было возможности танцевать в одиночестве, я пошла в сторону своей балетной студии. Им было еще рано возвращаться. Они часто задерживались в моей балетной студии, когда возвращались с вечерних занятий, чтобы успокоиться перед сном.

Через стеклянную дверь я увидела Алессио, Невио и Массимо, сидящих в темноте на полу в моей балетной комнате. Я открыла дверь и потянулась к выключателю, но потом опустила пальцы, не включив его. В такие ночи лучше было не включать свет. Я знала, что это такое, но было проще не видеть этого.

Сияние сигарет отбрасывало тени на их лица, превращая их красивые черты в пугающие гримасы, отражающие их истинную сущность. Я часто лежала без сна, беспокоясь о них, когда они уходили в ночь — больше того, я беспокоился о людях, которые их встретят.

Невио повернул голову в мою сторону, и на мгновение в его глазах мелькнул взгляд, который он обращал только на других. Лунный свет сегодня был жесток, открывая правду, которую я предпочла бы не видеть. Медведь издал низкий рык позади меня и мурашки пробежали по моей коже.

На лице Невио появилась улыбка. Это была не совсем та улыбка, которую он носил днем, но она была достаточно близка, чтобы я расслабилась.

— Опять балет допоздна?

Я кивнула и на цыпочках направился к ним. Медведь шел позади меня, его когти щелкали по деревянному полу.

Массимо лежал, растянувшись на полу, сигарета свисала из уголка его рта, а его глаза следили за моей собакой.

— Ты еще не избавилась от этого психованного зверя?

Я опустилась между ног Невио, и он обхватил меня рукой. Клыки Медведя сверкнули.

— В один прекрасный день эта собака разорвет тебе лицо, — пробормотал Массимо.

Невио наклонился вперед и посмотрел прямо в глаза Медведю. Сначала рычание Медведя стало громче, но потом он остановился, зажал хвост между задними лапами и рысью побежал в угол комнаты.

Алессио мрачно усмехнулся и глубоко затянулся сигаретой. Под ароматом дыма чувствовалась едва уловимая нотка крови. Окна были открыты, поэтому я знала, что это должно быть плохо.

Невио усмехнулся.

— Хороший выбор, пес. Я снял больше лиц, чем ты.

— Это не смешно, — тихо сказал я.

— Он не шутил, — сказал Алессио.

Невио положил свой подбородок мне на макушку.

— Почему ты спасаешь этих ненормальных существ?

— По той же причине, по которой она беспокоится о нас, — сказал Массимо, протягивая мне сигарету, но я покачала головой.

— В один прекрасный день мы переманим тебя на темную сторону, — сказал он, пожав плечами.

Алессио опустил голову на мои голени.

— Ты переоцениваешь наши силы.

Невио с усмешкой покачал головой.

— Не слушай этих засранцев. Оставайся там, где ты есть. Ты принадлежишь свету.

Мои пальцы скользнули по моей пачке.

— Мое место с людьми, которых я люблю. Я не боюсь темноты.

Многие люди думали, что я многого не умею, потому что была маленькой и тихой. Действительно, в некоторых ситуациях я легко подавлялась, особенно если меня окружали незнакомые люди, но темнота моей семьи не была одной из тех вещей, которые вызывали мою тревогу.

И Амо тоже.

Я изгнала из головы любые воспоминания о нем, опасаясь, что Невио уловит мои предательские мысли.

— Кстати, с днем рождения, — пробормотал Невио.

— И тебя с днем рождения, — ответила я с небольшой улыбкой. — Твой подарок в моей комнате. Не думала, что увижу тебя сегодня. Тебе еще рано возвращаться.

Алессио толкнул меня в голень.

— Все вышло из-под контроля для именинника. С днем рождения, Грета.

— С днем рождения, — сказал Массимо.

Невио указал на простую картонную коробку в углу, которую я раньше не заметила.

— Вот твой подарок на день рождения от всех нас.

Я искала в их лицах намек на то, что там находится. Медведь подошел к коробке и с любопытством принюхивался к ней, что усилило мою настороженность. Я поднялась на ноги и осторожно подошла к коробке. Я бросил на них взгляд.

— Там нет отрезанной конечности, верно?

Они захихикали, но они уже разыгрывали подобным образом маму и Киару. Это не очень хорошо прошло. Обычно они вели себя более тактично рядом со мной, но я все равно считала, что осторожность не была неоправданной.

Невио тоже поднялся на ноги и подошел ко мне.

— Никаких частей тела, обещаю.

Я присела на корточки и открыла коробку, мои глаза расширились от того, что было внутри. Два кролика. Один из них был вислоухим, а у другого была более длинная шерсть, которая в основном свалялась. Они трусились в коробке, прижавшись друг к другу, их носы быстро двигались и были влажными из-за стресса.

— Где вы их взяли?

— Это было совпадение, — сказал Алессио, садясь. — Они были у парня, которого мы навестили сегодня вечером. Очевидно, они предназначались в качестве корма для змей. Тот, с висячими ушами, сидел в змеином террариуме. Другой был в крошечной клетке, в которой он даже не мог лежать.

Мое сердце сжалось, когда я посмотрела вниз на брошенных животных. Медведь принюхивался к ним.

— Назад, — приказала я. Я не хотела усугублять их стресс, поэтому и не пыталась их погладить. Они бы этого не оценили.

— Невио спас коричневого кролика из змеиной ямы.

Я улыбнулся своему брату. Он пожал плечами.

— Ты не хочешь покупные подарки, так что это лучшее, что мы могли сделать.

— Это прекрасно, — сказала я и коротко обняла его.

Затем я закрыла крышку и взяла коробку.

— Я заберу их к себе в комнату, пока ветеринар не разрешит держать их на улице.

— Не позволяй папе видеть их в твоей комнате, — сказал Невио с ухмылкой.

— Это только до тех пор, пока они не будут готовы к переезду, — я помахала им рукой и оставила их на ночные беседы, а сама вернулась в свою комнату, прихватив из подвала мешок сена, смешанного с сушеными дикими травами. Одна из комнат внизу была посвящена исключительно животным, которых я спасла, и там была еда почти для всех питомцев, которые могли встретиться на моем пути.

Медведь шел за мной по пятам, возбужденно принюхиваясь. У меня был большой свободный вольер в задней стенке моей балетной студии, где я держала двух спасенных кроликов до начала этого года, пока они не умерли. Новые кролики могли бы поселиться здесь.

Я отнесла кроликов в ванную и закрыла дверь, чтобы ни Медведь, ни Момо не могли последовать за ними и еще больше напугать бедных существ. Расстелив полотенца по всему полу, я снова открыла крышку коробки. Положила щедрое количество сена, чтобы они могли поесть, и маленькую миску с водой, а затем поставила остатки сена и еще одну миску с водой на полотенце. Кролики выглядели слишком напуганными, чтобы выходить. Я приглушила свет и вернулась в спальню, чтобы переодеться в пижаму, затем взяла одеяло и проскользнула обратно в ванную. Я устроилась на полу напротив двери, не сводя глаз с коробки при тусклом свете. Если бы что-то случилось с кроликами, я была бы рядом, чтобы помочь или позвать Нино. Хотя это и не было его специальностью, за годы работы он научился оказывать первую помощь домашним животным, пока не приходит ветеринар.

В конце концов я задремала, и мне приснился Амо, как почти каждую ночь за последние две недели, но не это меня разбудило. Мне понадобилось несколько ударов сердца, чтобы понять, что звонит мой телефон. Я приподнялась и увидела голову кролика, которая ненадолго выглянула из-за коробки, а затем снова спряталась. Я нащупала под одеялом свой телефон и нахмурилась, увидев, что это Аврора. Она никогда не звонила мне. Иногда мы переписывались, но и это было редкостью. Я не особенно любила переписываться, особенно меня пугали эмодзи.

Люди использовали их для тонкого разговора, которого я не понимала.

— Алло? — спросила я, слыша, как неловко прозвучало даже это слово из моих уст.

Аврора прочистила горло.

— Привет, извини, надеюсь, я тебя не разбудила?

— Вообще-то, разбудила.

— О. Прости. Просто… Можно я приду к тебе? Я не могу объяснить по телефону. Я знаю, что сейчас рано и у тебя день рождения. Кстати, с днем рождения. Так что… э-э-э…

Я моргнула и посмотрела на свои наручные часы. Было 7:48. Не очень рано.

— Ты можешь зайти. Я в своей ванной, — я повесила трубку.

Вислоухий кролик снова выглянул, и на этот раз он поставил лапы на край коробки. Он попытался выпрыгнуть, но не смог, и коробка упала, и оба кролика вывалились наружу.

После минутного ужаса они оба бросились под раковину. Их мышцы не были хорошо развиты. Кролик должен быть в состоянии выпрыгнуть из коробки такой высоты без проблем.

Я написала ветеринару, с которым проработала почти пять лет, и попросила его приехать как можно скорее.

В дверь моей спальни постучали, и я быстро встала. Я забыла о Медведе и Момо. Им нравилась Аврора, но я все же предпочитала присутствовать при ее появлении в моей комнате.

Когда я выглянула, Аврора уже была внутри, поглаживая Медведя. Момо не потрудилась встать с кровати, но Аврора подошла к ней и тоже быстро обняла.

— Привет, Грета.

— Ты можешь зайти в ванную? Я хочу присмотреть за новыми кроликами.

Аврора последовала за мной в ванную и подняла брови на мою обстановку.

— Невио подарил мне двух кроликов, которых спас.

— Это так мило с его стороны, — сказала Аврора, ее щеки раскраснелись.

Я пожала плечами.

— Он знает, что мне не нужны покупные подарки.

Я опустилась обратно, прислонившись спиной к стене, и Аврора сделала то же самое.

Мне было интересно, почему она здесь.

Она неловко улыбнулась мне.

— Это может показаться странным, но я здесь не из-за себя. Я здесь, потому что кое-кто попросил меня об этом.

Я подняла брови.

— Амо? — сказала она, как будто не была уверена, знаю ли я это имя.

Я ничего не сказала, но мое сердце начало колотиться.

— Амо Витиелло, ты знаешь его?

Я улыбнулся.

— Знаю его, да.

— Он получил мой номер от тети Арии и позвонил мне пятнадцать минут назад. Все это было очень странно. Ну, он попросил меня пойти к тебе и позвонить ему еще раз. Это нормально?

Я кивнула.

Аврора взяла телефон, затем подождала, пока Амо возьмет трубку.

— Да, она рядом со мной. Не за что.

Она протянула мне телефон, и мой пульс участился еще больше. Во рту стало ужасно сухо.

— Эй?

Аврора внимательно смотрела на меня.

— С днем рождения, Грета.

Голос Амо был глубоким, низким и густым от сна, и мой живот неожиданно потеплел.

Я сглотнула, не зная, что сказать.

— Знаю, что это может показаться преследованием, но я просто обязан поздравить тебя с днем рождения.

— Ты помнишь?

— Я не могу забыть, — пробормотал он, и я была уверена, что в любой момент могу сгореть от жара.

— Разве твоя мама не была озадачена тем, что ты хотел позвонить мне?

— Я солгал. Я сказал ей, что мне нужен номер Авроры по поводу свадьбы, — последнее слово прозвучало тише, чем остальные. Свадьба. Его свадьба.

— О, это имеет смысл.

Амо вздохнул, и я представила, как он проводит сильными пальцами по своим темным волосам.

— Знаю, что не должен этого говорить, но я хочу увидеть тебя снова.

Я уставилась вниз на свои бедра, нахмурившись. Я должна сказать «нет». Я не знала, к чему это приведет, но была уверенна, что это туннель без света в конце.

— Через неделю у меня репетиция танцев в Нью-Йорке, которую я хотела отменить, но я могу поехать.

— Приезжай.

— Хорошо.

— Я хочу сказать еще кое-что, но не могу сделать это по телефону. Одна неделя.

— Одна неделя.

— Не бери с собой Невио.

Я поджала губы. Мой брат не согласился бы остаться в Вегасе, когда я летела в Нью-Йорк, что бы я ни говорила.

— Я постараюсь.

— Аврора умеет хранить секреты?

— Разве ты не должен был побеспокоиться об этом, прежде чем звонить ей? — спросила я с оттенком веселья.

— Да, но мое желание позвонить тебе было сильнее осторожности.

Я закрыла глаза.

— Она может.

По крайней мере, почти от всех, кроме Невио. По какой-то причине она, казалось, не могла солгать ему.

— Хорошо. Увидимся через неделю.

— Хорошо, — я повесила трубку и сделала глубокий вдох, задаваясь вопросом, что только что произошло. Что это было?

Когда я открыла глаза, Аврора смотрела на меня с открытым ртом.

— Что происходит? — ее голос был тихим, шокированным.

— Я не знаю.

Она покачала головой, как будто не могла в это поверить.

— Амо собирается жениться через несколько недель.

— Никому не говори об этом, хорошо?

Она подмигнула мне.

— Хорошо, — Я услышала неуверенность в ее голосе.

— Даже Карлотте или твоим родителям, и уж точно не Невио. Поклянись в этом.

— Грета… — раздался рык, за которым последовало резкое «шшшш».

Дверь ванной распахнулась, и вошел Невио, с грязными волосами и в одних боксерах. Он прижал чашку с кофе к губам, глаза сузились, когда он увидел Аврору рядом со мной.

— Девичьи разговоры?

Он протянул мне еще одну чашку кофе, и когда он наклонился надо мной, я увидел, как Аврора рассматривает его с таким выражением в глазах, что я наконец-то поняла. Это никогда не имело для меня смысла, но с тех пор, как я встретила Амо, я чувствовала это глубоко в животе. Наши взгляды на мгновение встретились, она вскочила на ноги и чуть не выбила чашку Невио из рук. Часть горячей жидкости пролилась на его обнаженную грудь и боксеры, заставив его шипеть.

— Мне не нравятся игры с огнем, — прорычал он. Я не понимала, и Аврора, судя по всему, тоже. Она схватила полотенце с пола и неловко похлопала Невио по груди, затем, похоже, подумала об этом получше и бросила его в него, ее голова стала темно-красной. Он поймал его, нахмурив брови.

Аврора выглядела так, будто у нее вот-вот случится нервный срыв. Беспокойство — это то, с чем я была близко знакома, поэтому я сразу же узнала ее.

— Ты можешь оставить нас наедине? — спросила я брата.

Он выглядел ошеломленным. Я никогда не разговаривала с девочками. Он пожал плечами.

— Конечно. Вернусь позже.

Бросив еще один скептический взгляд на Аврору, он повернулся к двери.

— С днем рождения! — Аврора практически крикнула ему вслед.

Один уголок его рта приподнялся в сомнительной улыбке.

— Спасибо, Рори, — он протянул руку и взъерошил ее светлые волосы, а затем ушел.

Аврора уставилась на закрытую дверь, ее нижняя губа дрожала.

— Ты в порядке? — осторожно спросила я, хотя видела, что она не в порядке.

— Нет, — жалобно сказала она и опустилась рядом со мной. Она закрыла лицо, и я боялась, что она начнет плакать. Тогда я не знала бы, что делать. Может, позвонить Киаре? Вместо того чтобы заплакать, она издала приглушенный крик, ударившись ладонями о ладони, а затем посмотрела на меня сквозь щели между пальцами. Ее голубые глаза были влажными, но она не плакала.

— Почему я веду себя так глупо рядом с ним?

У меня не было ответа на ее вопрос. Она определенно вела себя очень любопытно.

— Может быть, потому что ты влюблена в него? — предположила я.

Цвет исчез с лица Авроры.

— Ш-ш-ш. Я не хочу, чтобы он знал!

Я бы не удивилась, если бы он знал. Невио умел читать людей лучше, чем я. Даже если его не волновали их эмоции, он хранил их в памяти на случай, если они ему понадобятся. Возможно, он просто решил игнорировать влюбленность Авроры, потому что она его не интересовала по разным причинам и из уважения к Фабиано.

Я никогда не говорила с ним об Авроре.

— Не говори ему, хорошо? Я клянусь, что никому не скажу об Амо, но, пожалуйста, никому не говори ничего о Невио.

— Хорошо, — я бы все равно никому не сказала. Эмоциональное состояние Авроры было ее личным делом, а не чьим-то бизнесом. Ее чувства к Невио никого не трогали.

Мои чувства к Амо? Они могли оставить после себя руины. И все же через неделю я бы поехала в Нью-Йорк, чтобы увидеть его.