Глава 26

Химсвар

Веру поразила судьба попаданца и жестокие эксперименты двух безумцев, а я знал, что в те времена нравы царили достаточно мрачные, и в принципе ничего хорошего от дневника не ожидал. Поэтому меня больше заинтересовали более позднее откровения Лайкоса о последствиях его деяний.

Они с приятелем додумались вылить кофе в источник барона — и опять экспериментировали с дозами. Именно это (по мнению безумцев) и привело к тому, что магия рода ушла в тяжелый откат, а оба ребенка Лайкоса родились без способностей.

А вот у Айкоса дочь родилась одаренной, потому что он стал отцом еще до махинаций с безумницей. Лайкос с тех пор считал, что друг ему должен.

Но Айкос в какой-то период вдруг одумался и попробовал отойти от дел и прекратить общение с сообщником. Но не тут-то было — барон Лайкос такого допустить не мог и потому отправил Айкоса к праотцам, а сам при помощи дара иллюзиониста явился к нему в дом, чтобы втянуть его дочь в сомнительную историю. Он, имея весьма изощренный ум, придумал многоходовку. В образе Айкоса он сначала рассказал девушке о кофе, а потом заявил, что отправляется к драконам заключать мир и добьётся его, преподнеся ящерам лекарство от безумницы. А Донателле строго-настрого наказал после его отъезда следующим утром взять бутылку с кофе и отнести в посольство Дрегона с пояснительной запиской в которой написано, что всё только ради мира на Олуме, процветания и пожизненной благодарности драконов роду Айкоса.

И Донателла, как послушная дочь, наказ отца пошла выполнять.

Но Лайкос перехватил её у посольства, разбил бутылку, отобрал записку и до смерти запугал девушку обвинениями в предательстве короны и пособничестве врагам. Барон пообещал разоблачить Донателлу и её отца, если она не сделает то, что он скажет. А потребовал он ни много ни мало — родить ребенка от молодого герцога Арканера, который еще не был женат.

И вот тут весь замысел Лайкоса для меня и раскрылся: старый интриган хотел не просто получить потенциально сильную, но не активную невестку, а сделать её единственной одаренной дочерью Арканера. Потому что он, снова с помощью дара иллюзиониста, смог добраться до источника герцога и влить в него убойную дозу кофе.

Выходило, что с тех пор в роду Арканеров маги не рождались, а значит дети у главы службы безопасности способностями не одарены? И только Вера смогла пробудить родовой источник? Лайкос планировал за счет этого возвыситься при дворе, но судьба его наказала, и он даже до свадьбы сына не дожил.

— Я догадываюсь, почему Пруфы не легализовали кофе — не хотели делать подарок драконам. Но я никак не могу понять, — протянула Вера, — если Клотильда все о волшебном напитке и его свойствах знала, почему она не поила им сына? Ведь он мог становиться сильнее каждое утро.

Записи Лайкоса не сообщали, что именно он рассказал своим детям, а что утаил. Я потер подбородок и скривился.

— Возможно, мы всё же ошибаемся, и Пруфы не имеют отношения к соревнованиям, — вынужден был признать, что теория с усилением спортсменов через источник при помощи кофе не единственная на сто процентов верная.

— Знаешь что, Вар? — спросила Вера, вдруг сев прямо и твердо заглянув мне в глаза.

— Что?

Я тоже весь подобрался. Понял, что у моей истинной родился какой-то план и я просто обязан уделить ему максимум внимания.

— Я считаю, что мы должны вызвать Арканера и показать ему бумаги. Я с ним не так много общалась, но мне показалось, что он адекватный мужчина и правильный, что ли… Если так можно сказать о главе службы безопасности государства.

Я ненадолго задумался, потом решительно кивнул.

— Знаешь, Вера, а ты права. Только мы должны подготовиться к встрече.

— Как?

— Пройти ритуал объединения в пару. Я не хочу рисковать.

Вера улыбнулась.

— Думаешь он не отдаст за тебя свою единственную магически одаренную дочь?

— Даже проверять это не хочу, — отрезал я.

— Я согласна. А как он проходит? Ритуал этот.

— В часовне у Древа родов. Давай поедем туда прямо сейчас? У меня как раз есть разрешение для посещения Священного плато.

Его раздобыл Шаридан якобы для Веры, но я уже тогда знал, для чего именно бумага мне понадобится.

— Можно пожениться в любое время и не надо готовиться? — удивилась Вера.

— Да, хоть ночью. Главное, быть истинными. Возьмём с собой Виласку, тетю и Дана, а феев попросим приготовить праздничный ужин.

— На него герцога и позовем?

— Отличная идея! — одобрил я и, встав с дивана, подал Вере руку.

Пожалуй, я никогда в жизни не испытывал такого предвкушения, ликования и триумфа. Чувствовал, что приближается новая эра не только в моей жизни, но и в жизни двух наших с будущей женой стран.