Глава 66

Весь следующий день старалась не думать о Давиде. Я не думала о нём, когда завтракала. Не думала о нём, когда лежала на капельнице. Не думала, когда смотрела в окно. Не думала, когда разговаривала с родителями и они спрашивали почему я не в настроении, хотя усиленно делала вид, что всё прекрасно.

— Леночка, у нас замечательная новость! Мы приедем чуть раньше, чем думали изначально! Меньше чем через месяц! — воскликнула мама.

Моя радость резко сменилась паникой. Разведённая, беременная и безработная Лена скоро предстанет перед своими родителями.

— Буду ждать. Сообщите, когда будете знать точную дату, и я встречу вас в аэропорту, — ответила, улыбаясь.

Поговорив ещё около часа, попрощались. Если они любят, то примут меня и ребёнка. К тому же эта болезнь помогла моим родителям переосмыслить некоторые жизненные устои. Да и я больше не та, что прежде. Одно знаю точно — больше никто не будет руководить моей судьбой. Выбор теперь всегда за мной.

Когда в палату зашла Вера, то первым делом попросила её забрать мои вещи из бара Горы.

— Не гони лошадей, успеется… — туманно ответила подруга.

— А чего ждать? — спросила с надрывом.

Вера взяла меня за руку.

— Не верю, что Давид просто взял и ушёл. Может, были причины. Не думала об этом?

— Тебе что-то известно? — я соскочила с места, вцепившись в Веру.

Она замотала головой.

— Думаешь, мне легче? Гром и Череп тоже пропали. Ни на звонки, ни на сообщения не отвечают, — грустно сказала подруга.

— Может, что-то случилось?!

Вера замотала головой.

— Не думай, что я с ума сошла, но, проходя мимо бара, видела, как они спокойно стояли и курили…

— Где пряталась? — спросила, улыбаясь.

— В соседнем кафе, в котором есть летняя веранда…

— Но оно же далеко!

— Я очень напрягала зрение!

Мы засмеялись.

— Просто обидно. Я-то не беременная! Почему они от меня бегают? — спросила Вера, надув губу.

Я стукнула подругу, но она ей удалось немного помочь мне справиться с хандрой.

После обеда навестила Магу, который уже выглядел намного лучше. Мы сошлись во мнении, что ему катастрофически не везёт.

— Уверен, что если в толпу людей кто — то сверху кинет кирпич, то моя макушка станет для него посадочной площадкой, — улыбаясь, сказал Мага.

Рассказала ему о своей беременности. Он поздравил меня, осторожно спросив, знает ли Гора. Я кивнула, отведя глаза. Мага, поняв всё по выражению моего лица, воздержался от дальнейших вопросов на эту тему.

— Он просто ушёл…

— Когда это было?

— Вчера… — ответила, чувствуя подступающие слёзы.

Мага взял меня за руку.

— Лен, я может и не имею права это говорить, но, видя в каком ты состоянии…

— В чём дело?7d423c

— Думаю, у Горы были причины уйти, но это не значит, что он не вернётся… — туманно ответил Мага.

Я тряхнула головой.

— Подожди. Что ты имеешь в ввиду? С ним что-то случилось?

— Нет… скорее, ему пришлось разобраться со своим прошлым.

— Мага, пожалуйста, не мучай меня туманными фразами… — плача попросила я.

Тот глубоко вздохнул, не зная, как поступить. Мой несчастный вид победил, и Мага начал говорить:

— У Давида была сестра, которую убили одиннадцать лет назад. До недавнего времени он не знал кто это сделал.

Я закрыла рот рукой, боясь представить через что пришлось пройти Давиду.

— Убийцей оказался его близкий друг…

В этот момент в палату зашёл Азат. Увидев меня, вздрогнул.

— Как дела? — спросила он бодро.

Мы переглянулись с Магой. Я кивнула, что не раскрою то, что он поведал мне.

— Обсуждаем дальнейшие планы на жизнь, — быстро нашлась я, выдавив из себя улыбку.

— А-а-а, ясно… Тебя там врач, кстати, искал… — сказал Азат, не смотря мне в глаза.

— Правда? — спросила, бросив взгляд на часы.

— Да! — быстро ответил Азат.

— Хорошо.

Попрощавшись с братьями, вышла из палаты. Поняла, что мне тактично указали на дверь. Мало того, что Азат в лицо не видел моего врача, да ещё к тому же моё отделение на третьем этаже, а это второй. Я хотела обидеться на него, но осадила себя.

Что со мной такое? Почему веду себя словно истеричка, готовая сердиться на всех подряд? Наверное, гормоны играют свою роль. Я стала слишком чувствительная, эмоциональная, слезливая и обидчивая. Нужно прекращать так себя вести, иначе люди начнут разбегаться от меня подальше. С этими мыслями толкнула дверь своей палаты и замерла на входе. Там сидел Давид, погружённый в свои мысли.

Увидев меня, встал и сделал шаг навстречу. Дыхание перехватило, а по телу прошла дрожь. Все мои не высказанные ему слова застряли в горле. К тому же после услышанного от Маги язык не поворачивался начать ругаться.

Поняла, что безумно рада тому, что он пришёл. Хотя, может, Давид решил окончательно расставить все точки и бросить меня? Пусть так. У меня хотя бы есть некоторое время побыть рядом с ним. К тому же часть его теперь навсегда со мной. И это уже не изменить.

Он молчал, и я молчала. Смотрели друг на друга неотрывно. Отметила, что он выглядел уставшим и измученным. Под его глазами залегли глубокие тени.

Сразу вспомнила тот день, когда мы впервые встретились. Один его вид вселял в меня страх и ужас. До сих пор не могу поверить, что сейчас, смотря на него, испытываю совершенно иные чувства. Сумасшедшая страсть дала толчок к более тонкому чувству.

Наша любовь, моя и Давида, началась совершенно неправильно и даже возмутительно. Но кто придумывает правила, по которым следует жить? Может, никаких правил нет и нужно следовать велению сердца?

— Я пришёл за тобой, — сказал Давид с серьёзным выражением лица и подошёл ко мне вплотную. Резко взял мою правую руку и притянул к себе. Я вздрогнула, когда он полез в карман. Достав оттуда кольцо, надел его на мой безымянный палец.

— Ты моя, Лена, и всегда будешь моей, — произнёс он, увлекая меня в объятия.

— Но… — сердце забилось, как ненормальное, не веря в происходящее.

— Никаких но. Даже не спрашиваю твоего согласия, потому что никогда не отпущу тебя, — Гора замялся, а затем положил свою руку на мой живот, погладив.

Из глаз покатились слёзы. Давид целовал меня, вытирая их. У меня так и не нашлось слов. Просто поняла, что он не врёт и всегда будет рядом.

Не знаю сколько мы так простояли, не выпуская друг друга из объятий. Чувствовала, что он открыл своё сердце, впустив в него меня и нашего будущего ребёнка. Только подумала об этом, как Давид наклонился и поцеловал меня в живот.

— Привет, бандит.