Глава 5
Россия, наши дни
– Дашка, ты как?
Костя.
Далина едва разлепила глаза.
Что-то такое было этой ночью… Ах, да! Вспомнила!
Ох, дракон-первопредок!
Конечно же! Она этой ночью убила. А потом у нее произошла спонтанная инициация! Кровь решила, что это тело достаточно перестроено «под дракона» и можно добавлять силу.
Да-да.
Магия, оборот… Далина же – дракон!
Человек в дракона обернуться не способен, без магии это просто не получится. И вот…
Ночью Далина принимала свою силу. А для алых это сложно. У черных инициация идет через бой, у синих – через воду, зеленые в лесу днюют и ночуют, а они, алые, всегда идут через кровь, смерть и огонь. Этой ночью были соблюдены все условия. Кровь Далины, смерть врага и огонь ее силы.
«Тут дом-то еще стоит? Или я все сожгла к хвостатой матери?»
– Костя?
– Ты в порядке?
– Паршиво, но жить буду.
– На, пей.
Далина припала к стакану с холодной водой, в которой плавали кусочки льда. Ум! Вкуснотища!
И еще такой же большой стакан, и еще один… Кусочки льда Далина сначала глотала, потом стала разгрызать и глотать уже медленнее. Как же хорошо, дракон-первопредок! Как же чудесно!
– Холодильник тут старый, но работает как зверь. Сунул воду – через час достал лед, – кивнул Костя. – Считай, всю ночь тебя им посыпал и поливал. Ты мне ничего рассказать не хочешь? Нет?
Далина подумала. Недолго.
– Костя, надо бы, но я не знаю… я не рехнулась, честно.
– Это я и так понимаю. Ты знаешь, что у тебя зубы другие стали? И волосы порозовели?
– Зеркало дашь?
Дал, конечно.
Нельзя сказать, что Далина стала похожа на себя, прежнюю, но волосы у нее и правда напоминали розовое облако. И глаза темно-карие.
Она прикрыла их. Сосредоточилась. Открыла.
Костя выругался.
А кто бы сказал иначе, видя алое марево с золотыми зрачками? То-то и оно!
Далина опять прикрыла глаза – и снова открыла. Уже обыкновенные, человеческие.
– Зато теперь ты мне точно поверишь.
Захныкала в коляске Васька, и Костя протянул малышку Далине:
– Ты корми и рассказывай, а то сейчас как завизжит… И так ночь чудом проспали! То есть ты проспала.
Под глазами у Кости были синие круги. Да, эту ночь он не спал и имел право на объяснения. Далина приложила малышку к груди, Василиса привычно впиявилась и замолчала, а драконица наконец собралась с духом.
– Костя… я не Даша.
– Да? А так похожа!
– Даша умерла… тогда. Когда пришли те трое, у нее или сердце не выдержало, или еще что с ней случилось, я не знаю точно. Только она умерла тогда. А я… я умерла в своем мире.
– Чем дальше, тем интереснее. В своем мире – это где?
– Это – Ардейл.
– Ардейл?
Далина вздохнула.
– Ваш мир называется Земля. Наш – Ардейл. Ар-дейл, колыбель жизни, если хочешь. Я тебе потом расскажу о нем подробно, это долго, сам понимаешь. Я жила там, и звали меня… зовут – Далина.
– До́лина?
– Да́лина. Далина Ланидир, из рода алых драконов Ланидир, к вашим услугам, юный эл.
– Эл?
– К драконам обращаются – драк или драка. А к людям – эл или эла.
– Интересно… А как вас можно отличить?
– По глазам. По зубам. Ну и по движениям, по пластике, драконы вообще другие, это надо видеть, – пожала плечами Далина.
– Вам что, зубы разглядывают?
– Не совсем. Просто у нас два ряда зубов, – честно сказала Далина. – У меня теперь, наверное, тоже вырастут. Я же силу приняла, изменения пойдут быстрее.
Костя сжал голову так, словно боялся, что она вот-вот треснет.
– Дашка, давай помедленнее, а? Я так просто не могу…
Далина кивнула.
– Я пока не буду много говорить о своем мире, постепенно расскажу. У нас была война, нас победили, ну и меня убили. Только вот я из рода алых драконов.
– Вы бессмертные?
– Нет, конечно. Но мы… – Далина заколебалась. Все же такое и самым близким не рассказывают. Но Костя – семья, считай, гнездо. – У нас очень многое завязано на магии крови. Я не имела права умирать и нашла способ сохранить свою жизнь и душу.
– Переселение души?
– Да. Только тут есть свои особенности. В своем мире я умерла. Окончательно. Мне туда надолго просто нельзя. И выжить моя душа может только в другом мире. Например, в вашем.
– У нас драконы не водятся.
– Зато динозавры водились. Так что неважно.
– Думаешь, были, а потом вымерли? – поймал идею Костя. – Вообще, человек – тварь такая, кого угодно выморит!
Далина пожала плечами:
– Может быть. Не знаю. Душе легче всего пройти между мирами. Я добровольно отдавала свою жизнь, свое тело, и… у нас с Дашей было кое-что общее. Она хотела спасти своего ребенка. Я – своего. У нее не было сил бороться, она сдалась окончательно. Не знаю почему. А я… я не сдаюсь. Никогда. Убить меня можно, а победить… Наверное, сдохну – и тогда драться буду.
– А, ну тогда ты по адресу, – кивнул Костя. И вдруг хихикнул почти истерически. – Про нас всегда говорят: «Русского человека можно убить, но не победить»[10].
Далина тоже хихикнула. А что – реветь, что ли? Да она всю жизнь истерики терпеть не могла, она воин, а не баба тупая!
– Мне нравится это высказывание.
– Зато всяким там сэшэашникам и европцам как не нравится, – фыркнул Костя. – Да и плевать на них три раза! Значит, в родном мире тебя убили.
– Да. А тут убили Дашу. И я смогла занять ее тело и позаботиться о вас. Она не хотела оставлять тебя, Василису…
– Она обо мне думала?
Если честно, то не очень. Но разве можно о таком сказать мальчишке? Далина решительно кивнула:
– О вас обоих. И когда я заняла ее место, слово дала о вас позаботиться. А вот это… Я же дракон, и мое тело перестраивается под дракона.
– И ты потом летать будешь? И огнем плеваться?
– Буду.
– Круто! И в пещере жить?
– Не-а. В доме уютнее. Заработаем денег побольше, купим дом и заживем вчетвером.
– Вчетвером?
– Ты, я, Василиса и мой сын. Леонидас.
– Леонидас? Ленька, значит?
– По-вашему да.
– Он сейчас в твоем мире остался?
Далина кивнула:
– Да. С отцом…
И невольно сжала клыки.
– Кажется, ты его не сильно любишь.
– Костя, в моем мире есть магия. А магия – это как физика, у нее свои законы, и от них не открутишься. Понимаешь?
– Да.
– Меня поймали с помощью такого закона, и сделал это как раз мой муж. Никакой любви или приязни я к нему не испытываю, он подонок и мразь, я бы его своими руками убила. Но – не могла. Подловили, понимаешь?
– Вполне.
– Смерть стирает клятвы, наш с ним брак практически расторгнут, тем более он сам убил меня. Но сына я ему не оставлю!
– Но тебе же туда нельзя? Или я чего-то не понял?
Далина кивнула:
– Нельзя. Надолго – никак. На одну луну от полнолуния до полнолуния, и то я буду слабеть, мне будет плохо, больно, я буду терять силы, а потом умру.
– То есть надо там появиться, забрать сына – и драпать. Понял. Дашк… ничего, если я так буду обращаться?
– Обращайся как привык. Сам понимаешь, жить я тут буду долго и тебя еще усыновлю и воспитаю…
– Нашлась тут… воспитательница! Сама сначала хвост подбери, – огрызнулся Костя и только потом понял, что его дразнят. Фыркнул, словно ежик. – Ладно, посмотрим. А твой муженек сюда не пройдет? Бывший. Он ведь тоже дракон?
– Дракон. Черный. И нет, не пройдет. Ардейл – закрытый мир, даже не так. Односторонне проницаемый. В него пройти можно, а из него – уже нет. Только душа может вырваться. Мои предки это давно узнали, но помалкивали. Зачем кому-то такие секреты?
– Угу, и без них проживут. А помрут – не ваша забота.
– Именно. Моя забота – мой род. Здесь – моя семья. Ты, Василиса, Ле… нька. Когда я его сюда заберу.
– А тебе его отдадут?
Далина потерла лицо руками.
– Нет. Добром – нет. И там столько всего надо предусмотреть… рехнешься!
– Э-э, вот этого не надо. У меня и так крыша едет, а два сумасшедших на квартиру – перебор. Дашка, давай так. Ты сейчас малявку корми, затем топай переодевайся, тебе еще сегодня на работу… Ты поэтому так драться умеешь?
– В своем мире я была капитаном наемников. А это звание не за красивые глаза дается.
– И много ты убила?
– Может, сотню. Может, две или еще больше. После первого десятка я уже не считала, – отмахнулась Далина. – Это своими руками. А своими людьми… там вообще счет на тысячи. На Ардейле часто воюют, и нас нанимали тоже часто.
– Драконы воюют?
– И драконы, и люди, и морские жители. Да много кто!
Костя закрыл глаза, потом открыл их и махнул рукой:
– Так! Ты мне потом все расскажешь, а пока поднимай хвост. У тебя не так много времени осталось, а за опоздание твой начальник и дракону хвост оторвет.
Далина фыркнула, но спорить не стала.
От Кости она ожидала любой реакции, вплоть до истерики, а тут… спокойно так. Драконица из другого мира, и что? Не до миров, выжить бы!
Так что покормить малышку – и вперед, вкалывать на благо семьи. А уж вечером посидеть, спокойно поговорить с Костей, начать рассказывать о своем мире…
Именно начать!
О мире нельзя рассказать в двух словах, это просто нереально! География, история, расы, много всего… А знать Костя должен. Далина еще не сказала ему, но… сама она не справится. Ей будут нужны помощники, и один уже есть. Так что Костя обязательно увидит Ардейл. Никуда он не денется.
Японский зал, в котором занималась Далина, неожиданно оказался занят. Там с шумом и топотом разминался здоровущий мужик, похожий на йети. Только черного цвета.
Волосы густой гривой падали на плечи, торчали из-под майки, махрились на густо татуированных руках и ногах.
На Далину он внимания не обращал. С хэканьем и ревом поднимал тяжелую штангу, потом опускал ее на стойку.
Далина глянула на часы. Она пришла чуть раньше, чтобы успеть сделать растяжку и разогреться, но хорошо бы это представление заканчивать. Сунула в рот два пальца и звонко свистнула.
Мужчина едва на себя штангу не уронил.
– Ты…
– Рот закрой и дверь с той стороны тоже, – оборвала его Далина. – У меня тут группа сейчас заниматься будет, так что покинь помещение.
Церемониться она ни с кем не собиралась. Будь тут хоть лично король английский – пошел вон! И быстро.
Мужчина сделал шаг вперед.
– Я тебя сейчас…
Далина вздохнула и поманила его левой рукой. Мышцы потом болеть будут, эх! Чтоб тебе после разминки появиться?
Шаг. Потом второй. Мужчина протянул к ней руку и попытался сгрести за волосы, в то же время ударив ногой под колени. Если бы Далина не ждала подвоха – постоянно, от всех, – она бы точно получила сильный удар, упала, а дальше… Добивай, не стесняйся!
Вместо этого девушка просто подпрыгнула, пропуская удар, приземлилась уже чуть в стороне и перехватила толстую кисть. Словно за меховую перчатку взялась.
– Ш-шу-у!
Шипение само вырвалось через стиснутые зубы. Даже согласно закону рычага попробуй поворочай такую тушу! А она не собиралась уклоняться. Удар ногой слегка развернул мужчину, ее нажим довершил дело, и Далина оказалась за спиной у противника. И положила пальцы второй руки ему на шею, надавила на несколько точек.
Нервы, нервы, господа.
Если правильно попасть в нервный узел, человеку будет не до сопротивления. Боль адская, а вот следов не остается. И последствий… Ладно, последствия будут, если пережать или передержать. Но Далина могла рассчитать и силу, и длительность воздействия. Не в первый раз.
Мужчина взвыл, падая носом на маты.
Драконица тут же отошла и отряхнула руки.
Сейчас оклемается и выползет наружу. Сам. Не ей же такую тушу тащить? Он в три раза больше весит! Ага, переворачивается. Отлично, значит, не пережала. В самый раз.
Далина-то знала, каково это – когда все тело простреливает острой болью по нервным окончаниям. И выть хочется, и корчиться от боли… Потом все проходит, и только словно иголками покалывает кое-где. Ничего, поделом!
Вперся без спроса, еще и хамить начал, явный перебор!
– Ты… как это?
– Еще раз показать? – поинтересовалась Далина.
– Да я с первого раза понимаю.
– Вот и отлично.
В зал вошел Хусейн.
– Хабиб?… – Дальше он продолжил на своем наречии, которое драконица не понимала.
Волосатик встал с пола. Тоже что-то ответил. Мужчины обменялись рукопожатиями и разошлись. Далина посмотрела на оставшегося в зале Хусейна:
– И что это было?
– Это Хабиб. Они с братом друзья. Наверное, он залом ошибся.
– А, ну-ну.
«А за вранье ты у меня еще постоишь в стойке. Значит, друг хозяина. И чего ж на мою голову свалилось вот это человекообразное волосатое? Точно, надо ждать подвоха».
– Что скажешь?
Хабиб поморщился, потер руку.
– Ты уже кому-то что-то обещал?
– Ну…
Не обещал. Намекал, да. Но намек – дело такое, его можно и в шутку перевести. Думал – гроза, оказалась коза, дело житейское.
– Отыграй назад, сколько можешь.
Умар аж воздухом подавился от неожиданности.
– Кха… пха… Ты серьезно?
Хабиб плеснул в стакан воды, протянул его другу.
– Более чем. Ты меня сколько лет знаешь?
– Ну… давно. В браке столько не живут, – хохотнул Умар.
– Если ты мне доверяешь, то лучше не трогай эту девку.
Умар медленно кивнул.
– Я ее на один бой уже записал, но это один бой. И такой… лайт-версия. Все почти легально, кроме ставок.
– Вот и хорошо. И закончи на этом.
– Почему?
Хабиб немного помолчал.
А как сформулировать то, что он чувствовал? То неприятное, что было у него внутри, что сидело в подсознании, выглядывало опасливо из дальнего уголка души и грозило пальцем? Хабиб много где бывал, воевал, сам стрелял и в него стреляли, и убивать случалось, и добивать, что еще неприятнее. В девушке, с которой он сейчас сцепился всерьез (себе-то можно не врать, сначала он играл, а потом дрался уже серьезно), он чувствовал равную. Так, двое людей, которые воевали по-настоящему, не протирали штаны в штабе, а убивали чужих и хоронили своих, сталкиваются на одной дорожке и оценивают друг друга. Как два волка…
Ты хищник и я хищник. И можно подраться. Но если незачем, то и не стоит начинать.
Есть вещи, которые понимающему человеку видны.
Умар не бывал там, где Хабиб, он жил более-менее мирной жизнью, вот и не почувствовал ничего. Да и остальные…
Бои ММА – это красиво, круто, опасно, но это не настоящая война. А Хабиб был на войне. И девушка Даша – тоже. Наверняка. Чувствовался в ней такой же зверь, способный и убить, и умереть, не сомневаясь, если это надо будет для победы, и держаться до последнего патрона, и добить беспомощного врага, не сомневаясь в своих действиях. А то, как она двигалась, добавляло угольков в костер.
Такому не научишься в мирное время. Этому учит только бой.
– У тебя есть досье на нее?
– Держи. – Умар проглядывал его не так давно. Да и чего там того досье? Пять строчек. Родилась, училась, переспала, родила! Читать – и то скучно.
Хабибу точно было неинтересно. Пробежал глазами по строчкам, покачал головой:
– Вранье все.
– Почему?
– Откуда у девчонки такой уровень владения своим телом? Это ж все не просто так, этому надо учиться и учиться, на такое мастерство годы уходят. А Даша – вот она. И ей чуть за двадцать… Я в свои тридцать шесть на такое не способен!
– Ты серьезно?
– Она меня сделает. Может, минут десять я продержусь против нее с голыми руками, но потом она меня достанет. Она слишком хорошо выучена, слишком быстро двигается, много знает, и она… она не сомневается. Если бы она могла убивать – убила бы.
– Тебя?
– Любого. Сам понимаешь, баба, да еще молодая… Откуда у нее такое? В досье ничего нет, а на деле – это чудовище. Не связывайся с ней, не хочу тебя оплакивать.
– Меня?
– Да. Я уверен: она любого уничтожит и не задумается. Я ее глаза видел. Лучше отступи.
Умар потер лоб.
– М-да… озадачил ты меня.
– Если моему чутью доверяешь, не трогай ее.
– Жаль. Такие деньги мимо пойдут.
– Поверь, трупам деньги ни к чему.
Умар кивнул:
– Ладно. В одном бою она поучаствует, а во что-то более серьезное я ее не вовлеку. А жаль. Мне кажется, деньги ей нужны, и драться она умеет.
– Слишком хорошо для своего возраста. Так не научишься самоучкой.
– Она говорила, мать работала в клубе, таком же, как мой, и ее с собой брала.
– Нет. Не тот уровень. Такому надо учить всерьез, и мне кажется, что ее учили лет десять.
– Да ей самой-то сколько!
– Да. С детства. И кто знает, чему еще?
Почему-то, стоило вспомнить хрупкую девушку Дашу, Хабибу на ум приходили слова: «монстр», «чудовище», «прирожденный убийца». Он был недалек от истины, но правда была слишком невероятна. Вот он и думал о том, что могло быть в реальном мире.
Тайные школы. Спецслужбы. Дети шпионов и убийц. Что, от того идиотского фильма что-то поменяется? Если есть спецслужбы, будет и все остальное. И женщин будут использовать в своих интересах, и детей, даже не сомневайтесь. И всеми конвенциями сразу утрутся. Потому что о таких делах лишний раз никто не скажет и не узнает[11].
– Ну, если ты уверен…
– Мирные люди так не смотрят. Так смотрят хищники, у которых руки по локоть в крови.
Может быть.
Умар не собирался спорить с другом, не для того он просил об услуге. Он просто принял информацию к сведению и кивнул.
Один бой.
И этого достаточно.
Ардейл, замок Ланидиров
Двое мужчин совершенно не ожидали, что столкнутся на могиле. И оскалились друг на друга почти одинаково. Здоровущий черный дракон и достаточно мелкий алый – оба показали клыки, зашипели и только потом соизволили приглядеться.
– Капитан!
– Библиотекарь! Какая встреча!
Норберт совершенно случайно застал Беннета врасплох. Если бы он подкрадывался, такого никогда бы не случилось. А Норберт просто шел не с той стороны, не по тропинке, розы рвал… На тропинке гравий, он поскрипывает, идущих слышно. А трава хорошо звуки скрадывает.
Мужчины смотрели друг на друга без всякой приязни. И глупых вопросов не задавали. Чего воздух сотрясать? На могиле лежал букет белых роз. Второй, из разноцветных роз, был в руках Норберта. Наломал, пока шел.
И не подметать им могилу библиотекарь собирался.
Беннет мог бы скрутить Норберта в два движения, мог бы оскорбить, и ничего бы Норберт ему не противопоставил – куда там библиотекарю! Но вместо этого достал флягу из-за пояса.
– Выпьем? Так, символически?
Норберт даже символически не пил, не нравилось ему. Но раз такое дело…
– А давай! По глотку!
– Ты мне о ней расскажешь?
– О чем?
– Я знаю только то, что в досье. Как она наемничала, в каких переделках бывала, какие отношения с родом. А вот что-то более личное для меня так тайной и осталось. Далина не откровенничала, поэтому и досье неполное. Что она любила, что ей не нравилось…
– Неужели этого узнать не удалось?
– Так наемница же. В той среде, сам понимаешь, открываться не принято. Сегодня вы друзья, а завтра сражаетесь на разных сторонах, всякое бывает. Она и помалкивала о себе.
– Она с детства привыкла все внутри держать. Старый Ланидир… Знаешь, почему Дубдрагану так легко удалось клан подмять?
– Почему?
– Потому что старый Ланидир сволочью был! Равнодушной, жестокой, расчетливой тварью! Своих дочерей как товар использовал, сыновей выгодно женить собирался, кого получше подбирал, ну и в семье у него теплоты не было. Он жену не любил, она – его, это был союз по расчету. Какие там тепло-любовь-доверие? Далька с детства молчать привыкла. Понимала: стоит ей душу открыть, родственнички в нее тут же плюнут.
– Даже так?
– Ты сам собирал данные. Видел, за кого Ланидир дочек выдавал. Есть там счастье?
Беннет только фыркнул.
– В чешуйке с моего хвоста счастья больше, чем во всех тех браках.
– Вот. И друг друга девки тоже ненавидели. Только потому, что одной плохо, она и другим зла желала. А уж Дальку-то!.. Когда она сбежала, тут такое было!
– А что было?
– Потеха, – хмыкнул чуточку запьяневший Норберт. – Старый Ланидир пытался к ней через алтарь воззвать, она же часть рода, а отклика не было. Он на жену орал, думал, та девчонку нагуляла. Жена на него орала, какие там гулянки, когда всех девок он к алтарю лично носил!
– Да уж…
– Сам понимаешь, в таком случае алтарь просто Дальку сжег бы на месте. И получается, что она есть, а воздействовать на нее никак.
– Почему?
– Я точно не знал, она мне не говорила. А потом сам догадался.
– О чем?
Чуточку захмелевший Норберт улыбнулся, гордясь собой.
– Я понял: она сама с алтарем связи разрывала. Вот отец и не мог ее заставить!
Беннет, ожидавший каких-то важных откровений, пожал плечами.
– И так бывает. Обычно глава рода отлучает, но всякое случается. Я, к примеру… ладно! Что в этом такого-то?
– Ты! Сравнил хвост с носом! Ты мужик! А она девочка, дочь главы клана, и такое…
Беннет особой разницы не видел. Когда перед тобой тридцатиметровая рептилия, становится все равно, мальчик она или девочка. Тебе в любом случае хватит!
– Она была настоящим бойцом.
– Я ее любил, – вздохнул Норберт. Беднягу развезло окончательно. – Она меня никогда, а вот я ее любил по-настоящему. А она… как она могла выйти замуж за этого урода? Зачем соглашалась? Он же не мог заставить…
Беннет сощурился.
А правда, почему?
Полюбила Клауса? Не смешите мою чешую, а то выпадет! Далина к нему прикоснуться-то не могла без гримасы отвращения, не то что любить! И она не играла, так не играют! Тогда зачем?
Наверное, что-то он произнес вслух. Самогон оказался коварный. Что дракон думал, то с языка и посыпалось.
– Не знаю. Я спрашивал, а она не сказ-зала!
Норберт развел руками, и Беннет вдруг ощутил жгучую ревность.
Ему – сказала. Вот этому хлюпику, которого соплей перешибешь! А Беннет… он – враг. И от этого становилось еще больнее.
Беннет стиснул зубы, оставил Норберту флягу и отправился в замок. Потянуло…
К единственной частице Далины Ланидир, которая осталась в этом проклятом богами и драконами замке. К ее сыну.
– Спи, дракончик мой крылатый, спи, мой мальчик аленький. Пусть тебе приснится небо, мой сыночек маленький…
Тихая колыбельная заполняла собой пространство фамильной спальни Ланидиров. Старая драка Ридола Гарм покачивала колыбельку и убаюкивала малыша. Обычно эту песню пели матери, но Далины не было рядом. Что ж, Ридола споет, ей несложно.
Резко хлопнула дверь.
Рассина.
– Уйди. Хочу побыть с сыном.
Ридола аж подобралась от возмущения. Какой он тебе сын, шлюха дешевая? Она и так-то не ушла бы, а уж сейчас и подавно.
И мальчик передумал спать. Пока не скандалил, но алые глазки приоткрыл. Это еще что такое? Все было тихо-мирно-спокойно, а тут пожалуйте!
– Пусть драк Дубдраган прикажет. Он тут господин.
– А я тебе не госпожа? – сощурилась драка.
– Нет. Ты его любовница.
– Да как ты смеешь, гнусная старая ящерица? – мгновенно взвилась Рассина. К своему статусу она была весьма чувствительна. Так раз спустишь с рук, второй, а на третий тебя просто сожрут с потрохами.
Недовольно завозился и захныкал в кроватке малыш.
– С удовольствием, – отчеканила Ридола. – Есть сомнения?
– Ах ты ж…
Рассина занесла руку и точно отвесила бы старухе пощечину, но одновременно произошло две вещи.
Хлопнула дверь.
– Что тут происходит?!
Шевельнулся в колыбели маленький Леонидас. Да-да, Леонидас Ланидир, а никакой не Карл, так-то! Полыхнуло красным под полуприкрытыми веками. И Рассину снесло к двери, где она кое-как извернулась и вцепилась в стоящего на пороге человека.
– Беннет! Капитан, я требую! Накажи эту старую гадину, она меня оскорбила!
Может, не будь Беннет так пьян, он промолчал бы. Или сгладил конфликт. Но алкоголь бродил в крови, а потому Беннет перехватил Рассину, отдирая от себя.
– А что – правду сказать у нас теперь оскорбление? Ты и есть шлюха! Дешевая…
– Что?!
Рассина аж взвилась. Раньше Беннет никогда так не говорил. Молчал, смотрел, но… Он правда так думает?
– Что слышала. Шлюха ты, и место тебе на скотном дворе. До настоящей хозяйки замка ты никогда не дотянешься. Ты против Далины Ланидир как червяк против дракона. Куда тебе хвост топорщить?
Пощечина не получилась. Даже в пьяном состоянии Беннет не позволил бы себя бить.
Ридола наблюдала за происходящим с откровенной тревогой. Она услышала кое-что другое; то, что прозевали занятые спором драконы.
– Далина мертва!
– А это ничего не меняет! Клаус просто идиот, ему надо было тебя прибить, а ее оставить.
– Вот даже как?
Дубдраган воздвигся в дверях, словно воплощенное возмездие. Ридола прикусила губу.
Беннет развернулся. Что уж, сто слов – один ответ.
– Она была настоящая. Воин, дракон, дочь главы клана. Она была как драконий огонь, а теперь ее нет. А эта дешевка… за деньги ее кто хочешь на спину завалит.
Рассина взвизгнула и кинулась к Клаусу, залилась горючими слезами. Ненатуральными, это даже Клаус понял. Беннет был прав, и с этим сложно было спорить. Далину ненавидел и Клаус. Ненавидел, убил, только вот уважение осталось. Сам бы он так, как Далина Ланидир, не смог.
Но это не повод спускать Беннету наглость. Волю почуял?
Клаус сделал такое движение, словно сжимал что-то в кулаке, – и Беннет побледнел, медленно опустился на колени, поднес руки к горлу, словно ему стало тяжелее дышать.
– Ты будешь наказан за самоуправство!
Ридола сделала шаг вперед:
– Драк Дубдраган! Прошу милости!
Черные глаза блеснули ядом безумия, впились в Ридолу двумя шильями.
– Что?!
– Драк, – старуха не дрогнула, и не таких видала за свою жизнь, – ваш человек виноват. Только вот эта, – узловатый палец ткнул в Рассину, – сама на нем повисла. И к сыну вашему лезла зачем-то!
Клаус так удивился, что даже Беннета отпустил – ненадолго.
– Рассина?
Драка посмотрела снизу вверх. Обычно такой взгляд ей очень хорошо удавался. Нежная красавица с громадными голубыми глазами, полными слез, кто сможет устоять?
– Я просто хотела поглядеть на нашего сына, Клаус. Он так похож на тебя…
У Клауса челюсть отвисла. Да и Беннет тоже не удержался, даром что едва воздуха глотнул.
– Ага, сразу видно…
Если кому что и было видно, то Ридоле. Малыш был копия Далины, но это и так все видели.
– Вы бы, драк, прямо сказали. Любовь-то вашу к сыночку допускать можно? Она его подушкой не придавит, нет?
Клаус задумался. Черные глаза начало заполнять привычное безумие.
– Рассина, больше ты одна к моему сыну не подходишь. Чтобы с тобой всегда трое драконов были! Беннет – во двор! Сто плетей! А ты, старуха, стереги.
Ридола молча кивнула. Рассина вылетела вон, хлопнув дверью так, что с потолка штукатурка посыпалась. Беннет кое-как поднялся на ноги и сделал шаг к двери.
– Быстрее, – хлестнул голос Клауса.
Ридола сочувственно посмотрела на дракона. Сто плетей.
Для человека это верная смерть! Да что там, пары жестоких ударов хватит, чтобы перебить позвоночник, а если по почкам попасть, то и вообще…
Черный дракон не стал ни возражать, ни спорить. Просто вышел вон. Клаус подошел к колыбельке.
– Спит.
– Да.
– На мать он больше похож.
Ридола пожала плечами.
– Маленькие дети чаще всего похожи сами на себя, драк.
Малыш прикрыл глаза, так что алого цвета было не видно, а пушок на голове… может, просто свет такой, что красным отливает. Клаус кивнул.
– Занимайся им, драка. А я в долгу не останусь.
– Да, драк.
Клаус вышел. Ридола покачала колыбель. Задумалась.
Рассина винила Беннета, черный дракон списал все на Ридолу, и только старая драконица знала, что малыш защищал себя. Неосознанно пока, по-младенчески, но твердо осознавая, кто желает причинить ему вред. Какая же у него должна быть сила?
И что держит Беннета рядом с Клаусом? Почему черный дракон это терпит? Плети, издевательства… Почему?!
Пока у Ридолы не было ответа. Лишь подозрения. Только вот проверить их никак было нельзя. Она хоть и алая, да только сил у нее кот наплакал и возраст уже не тот.
«Ах, Далина!
Детка, как так получилось? Мы с тобой, конечно, кое о чем говорили, но так мало! Невероятно мало! И сказать ты толком ничего не могла…
Бедная моя девочка».
Россия, наши дни
Умар нажал на клавишу селектора, отдал приказание секретарше и стал ждать.
Далина пришла достаточно быстро. Вошла, улыбнулась, на предложение чай-кофе ответила отказом – дело к ночи, да ей еще и тренироваться, а потом домой. Нет, в другой раз.
Умар спорить не стал.
– Даша, а как ты к боям относишься?
– Зависит от условий и расценок, – обрадовала его девушка.
И правда, услышал бы он что-то бабское вроде: «Фу, какая гадость!» – было бы сложнее.
– Условия – стандартные. Вот прочитай. Расценки тут же. Если захочешь ставочку сделать, я тебе даже помогу.
Далина принялась внимательно читать.
– Так… ну, это нормально. Без оружия, в пах не бить, глаза не трогать, расценки мне тоже нравятся. Это вопрос теоретический?
– Сугубо практический. Хочешь принять участие от клуба? Оформление за мной.
– Гонорар?
– Вычитать за свои хлопоты не стану, весь тебе пойдет.
Далина посмотрела на сумму, прикинула.
Маловато, конечно, но им с Костей хватит на полгода снять квартиру. Но это если она выиграет. Делать ставки она пока не собиралась. Местные бойцы ее не впечатлили, но вдруг? Здесь же любители, а там будут профессионалы.
И она первый раз. Кто ей больше предложит?
– Согласна. Когда?
– Послезавтра. Успеешь подготовиться?
– Пф… а что именно еще надо?
– Если доверишь – костюм тебе организую, от клуба. И кличку какую-нибудь придумаю. Барби там или Зайка.
Далина подумала немного. Что такое Барби, она не знала, а Зайка… нет, это точно не она.
– А Драконом можно?
– С розовыми волосами?
Далина пожала плечами, делая вид, что так и надо. Ну розовые. И что? Ей так нравится.
– Что-то такое я видел или слышал. – Умар припомнил омерзительно-розовое существо, которое притащила как-то раз его секретарша, и ткнул селектор: – Наташка!
Примерно через десять минут выяснилось, что это и правда был розовый дракон. Звали его Кэсси и дети были от него без ума[12].
Далина пожала плечами. Против Кэсси она не возражала, пусть будет. Хотя розовый дракон… но не ждать же, пока она вся покраснеет? А она постепенно будет окрашиваться в родовые цвета, и волосы станут ярко-алыми… И пусть! Костя сказал, что здесь и не в такие цвета красятся. Еще и модно будет. И стильно!
– Так и решим, – согласился Умар. – Послезавтра чтобы с обеда была здесь, и не опаздывай.
– У меня ребенок. Мы долго будем отсутствовать?
– До полуночи, наверное. Возьмешь с собой, за ребенком Наташа присмотрит.
Судя по глазам секретарши, лучше бы у Далины был ядовитый скорпион. Но – куда деваться?
С утра и Костя, и Далина проспали. Сами виноваты. Костя дорвался до источника информации и жадно расспрашивал о новом мире. Далина отвечала. А когда хватились, было уже далеко за полночь.
Проснулись ближе к обеду. Далина рассказала про бой, и Костя тут же насторожился.
– Пойду с тобой.
– Нет. Останешься с Василисой.
– А если чего не так?
– Защитить себя мне будет проще, чем нас всех. Я уже начала изменяться, меня даже ваше огнестрельное оружие не убьет. По крайней мере, не сразу.
– А гранатомет?
– Вряд ли кто-то его возьмет для меня. Цель не та, – отмахнулась Далина. А вот она не отказалась бы. Для Клауса! Как не порадовать бывшего мужа?
Но вроде эти полезные вещи в свободной продаже не водятся. Ах, как обидно! Может, удастся договориться?
– Ладно, только ты сразу позвони, как и чего. Я волноваться буду.
Далина кивнула.
– Я сейчас пойду прогуляюсь. Заберу твой альбом и вернусь.
– Хорошо. А потом я в магазин.
– Ты мне список напиши, я куплю.
– Ты пока не так хорошо разбираешься, что у нас можно брать, а чего нельзя. Накупишь гадости по цене вертолета, потом не отплюемся. Кстати, я не подумал! А тебе малявку-то кормить можно? Ты не ядовитая?
Далина качнула головой:
– Нет. Ей только лучше будет. Может, еще какие свойства от меня переймет.
– Это и так передается?
– Генетически – Василиса моя дочь, а наша магия действует от крови к крови. Моя кровь сейчас меняется, а она связана со мной и тоже может меняться… до года. На тебя не подействует, если что.
– Обидно.
И это Далина еще не озвучивала кучу разных приятных плюшек для драконов. Кому ж не захочется жить по триста лет, летать, менять ипостась, плеваться огнем и еще много всего приятного? Ей еще и сотни лет не исполнилось, хотя в этом мире она может прожить и поменьше. Да еще в чужом теле… Ладно, это она еще будет смотреть и считать! О! Про подсчеты!
– Костя, а у вас есть места силы?
– Чего?
– Так я и предполагала. Скажи, ты можешь собрать мне информацию по магам, колдунам…
– Да они все жулики и шарлатаны!
– И ни одного нормального?
– Не-а. Снимаю сглаз, вешаю на уши.
– Чего? – не поняла шутки Далина. Но даже когда Костя все объяснил, помотала головой. – Слушай, ну не может ведь так быть, что все они жулики?
– Может.
– Не верю!
– А ты поверь. Лучше скажи, для чего тебе эти экстракексы нужны?
– А мне не они. Мне бы накопители нормальные и место силы. Из одного мира в другой легко только душам путешествовать, а когда ты человек – это совсем другой расклад. Столько всего надо!
Костя пожал плечами.
– Я в интернете покопаюсь, но на многое не рассчитывай. И о переезде нам бы правда подумать.
– Куда?
– Ну, если ты точно здесь жить будешь, в этом мире…
– У меня другого выхода нет.
– Тогда нам надо перебираться куда-то поближе к тайге. Там слона можно потерять, не то что дракона. И летать ты там сможешь. Даже если со спутника кто заметит, сами себе не поверят. А то и придумают типа «таежной Несси».
– Чего?
– Да сказка такая, шотландская. Бред, между нами говоря. Куда б там это чучело в озере ныряло? Давно б всю рыбу сожрало да и издохло! Или хоть бы тушки нашли?
Далина выслушала внимательно и замотала головой:
– Костя, ты не прав. Вот ищи мне такие места рядом, а не в другой стране. Чтобы доехать удобно было. Понял?
– Поищу. А зачем?
– Это могут быть точки силы. И чудовище это может существовать. Только оно не постоянно в озере живет, а через разрыв заплывает, понимаешь?
– Типа портал?
– Портал – это постоянно, надежно, а это разрыв или прокол. Надолго не хватит и активен, только когда силу накопит. Но если он ее копит…
– Там и есть место силы?
– Точно!
– Я поищу. У нас по России таких небось и побольше будет. Страна огромная, у нас таких Шотландий штук сто в рядок уложить можно…[13]
– Ищи. А я поехала.
Издали барачные дома показались Далине еще более жалкими. Она в такие даже свинью не поселила бы – зачем животинку мучить? А люди живут… все же драконы – это высшая форма разумных. Драконы в таком жить не стали бы. И вот не надо про пещеры, это была необходимость. В пещере проще хранить самое ценное. И опять не угадали. Неразумные драконы собирали не просто золото и драгоценности. Как существа, остро чувствующие магию, они искали то, что могло бы стать накопителем. А это именно драгоценные и полудрагоценные камни. А золото… Так зачем люди оправляют в него полезные вещи?
Ладно, она сюда не ворчать приехала. И если эта холера, которая Нина Викторовна, ей помешает… право слово, Далина ее в нужник воткнет! И костылем притопит! Не пачкать же об нее свои руки?
Толком она даже до дома дойти не успела.
– Дашка, радость-то какая! Вовка твой вернулся!
– Че-го? – повернулась Далина.
Тетка, имени которой она не помнила, такая объемная и со странными металлическими приспособлениями на крашеных в рыжий цвет волосах, аж шарахнулась.
– Ну, Вовка твой! Из армии!
Далина с трудом вспомнила, что так звали сына Нины Викторовны и отца ее дочери Василисы. Ах да, тот дурак, от которого родила Даша. Но ей-то он зачем?
– Да и фиг с ним, – коротко высказалась она и направилась за альбомом.
Повезло.
Все обитатели барака были на гулянке по случаю «возвращения государя», и альбом она успела забрать. И даже к себе в комнату заглянула.
Она точно ничего не забыла? Какие-то Дашины фотографии, памятные мелочи? Документы?
– Дашуля! Какая встреча!
Далина обернулась и присвистнула. В дверях комнаты стоял красотун! Или красавчик. Да как ни назови, все одно – хорош, гад!
Высокий, стройный, с идеальной фигурой, да и лицо дорогого стоит. Этакая смазливая красота киногероя или модели. Высокий лоб, тонкий нос, правильные черты лица, и в довершение всего – копна золотых волос и громадные голубые глаза.
Даша была реабилитирована. Далина и сама не устояла бы перед таким «бобром-молодцом». Не факт, что надолго, но на пару ночей – со всем нашим удовольствием. Хорош же! Если Василиса в отца пойдет, она сердца будет разбивать одной улыбкой.
Вот и этот улыбался, отлично понимая, какое впечатление производит.
– Дашуля, ты без меня скучала? Я вот очень соскучился!
Движение чуть пониже пояса отчетливо показывало, по чему именно соскучился красавчик. Может, Даша и упала бы ему в руки, и растаяла, но Далина, которая сейчас расхлебывала лужу, оставшуюся после предыдущего «потепления», только брови подняла.
– Дверь закрыл с той стороны.
– Что?! – откровенно опешил красавчик.
– Развернулся на сто восемьдесят градусов, сделал два шага, закрыл дверь и пошел дракону под хвост, – вежливо пояснила Далина. А могла бы и невежливо.
И надо бы. Два шага красавчик сделал, но внутрь комнаты и дверь прикрыл.
– Даша, я только что приехал, а ты меня так встречаешь! Ты кого-то себе нашла? Ты мне изменяла? Мама мне говорила, но я не хотел верить…
И с таким пафосом это было сказано, что Далине оставалось только лечь и помереть. Лечь – у ног красотуна и помереть от стыда. К ней такое сокровище снизошло… ага, щаз!
Если бы у мальчишки была хоть капля настоящих чувств к Даше, Далина бы еще подумала. Но обманывать дракона? Человеку?
Смешно даже. У дракона и слух, и нюх, и зрение острее человеческого, а когда человек врет, он себя выдает. Не цветом, так запахом. Тут и магии не нужно, обоняния хватит. Вот запах стал резче. Похоть плюс гнев, но ни о какой любви тут и речи не шло.
– Вовочка, – вкрадчиво пропела Далина и заметила, как красавчик дернулся от этого имени. – Ты чего пришел-то? А? Мама твоя все давно уж сказала, между нами все кончено, чего тебе еще надо?
– Даша, ну как между нами все может быть кончено? – До мальчика опять не дошло. – Я тебя люблю, ты меня любишь…
– И посему нам следует отлюбиться прямо сейчас? Штаны снимешь – или расстегнуть хватит? – ехидно уточнила драконица.
Кажется, дошло. Даша так точно не говорила.
– Дашуля?
Даже остановился, жаль, ненадолго.
– Я тебе непонятно сказала – отвали!
– Даша, ты на меня сердишься?
Нет, дебил. Даша на тебя уже не может сердиться. Она из-за тебя умерла. Именно потому, что тебя не оказалось рядом, когда ты был нужен. А вот где ты был – вопрос.
Будь Далина драконом, она бы недоумка уже пришибла хвостом. Но сейчас она была человеком. И разбираться с этим типом решила иначе. Сначала следовало выяснить, виноват он или нет, в чем и насколько. А уж потом и пришибить можно. Хвоста нет, так чем придется.
– Ты не получал моих писем?
– Нет.
Врет. Получал.
– Ты не мог позвонить?
– Не мог, Даш. Прости.
И еще шаг вперед. И снова врет. Он дурак – или как?
– И про ребенка ты тоже не знал?
– Откуда бы?
Далина зло сощурилась. Все он знал. Просто ничего не делал. А зачем?
– Теперь знаешь. Ты на мне женишься?
– Конечно!
И снова врет. Ну и кто тут идиот?
– Хорошо. Поехали подавать заявление в загс. Или сейчас это онлайн можно? Ладно, мы просто так доедем, – решила Далина. А что? Пусть подергается, гад!
Красавчик заулыбался.
– Я так и знал, что ты не сердишься. Иди ко мне…
Это и есть план? Он такого высокого мнения о своих способностях? Или просто Дашка, бедолажка, таяла от него и возразить не могла?
– Только после свадьбы, – ухмыльнулась Далина.
Вовочка сдвинул брови.
– Дашка, ну чего ты ломаешься? Я же внятно сказал – не знал! Иди сюда!
Далина ухмыльнулась – и сделала ровно один шаг вперед. А чего напрягаться?
В следующий миг Владимир Любавин ощутил что-то неладное. А именно – боль.
Нет, это была не пощечина или удар между ног, на которые так горазды обиженные бабы. Это было уверенное движение, какой-то прием типа айкидо. Его схватили за кисть, скрутили в бараний рог, согнули и теперь за руку, превращенную в сплошной сгусток боли, уверенно вели к двери.
– Ай! Дашка!!!
Вырываться? Изворачиваться?
Для этого Володя себя слишком сильно любил. А Далина, не задумываясь, вывернула бы ему пару пальцев из суставов. Подумаешь, мелочи какие. Не сломала же. Вправить – секунда!
Открыть дверь на щеколде – одно движение. А потом поточнее направить туда красавчика и дать пенделя. Такого, с протяжечкой.
– Пошел вон!
К чести Вовочки, он оказался достаточно сообразителен, чтобы не ломиться в закрытую дверь.
Если его еще раз так выкинут, поднимется шум-гам, позора не оберешься да и сплетен. Одно дело – побаловаться по-тихому, второе – вот так пролететь.
И это возвращало еще к одному вопросу, который следовало прояснить. И побыстрее.
Нет, ну что на Дашку нашло? Всегда же таяла и млела, и вдруг такое!
Нет, не понять. Так что надо возвращаться к маме, и пусть уже она с Дашкой разбирается. А что? Баба другую бабу всегда лучше поймет.
Бегство?
Да нет. Далина спокойно вышла, спокойно пошла домой… А чего ей? Тут сидеть? Скоро малышка проголодается, пищать начнет. А так она придет, Костя освободится, в магазин сходит, или где тут еда продается.
Звонок телефона даже застал ее врасплох. Как-то никто ей и не звонил особо.
– Да?
– Ты что себе позволяешь, мерзавка?!
Визг был такой, что смартфон аж нагрелся в ладони. Далина не сразу и поняла, кто верещит. Уточнить решила:
– Нина Викторовна?
– Ты что с моим сыном сделала?!
Э-э? А что именно она с ним сделала?
– Когда уходила – был жив и здоров. Если его кто другой пристукнул – сами и разбирайтесь, – не поняла Далина.
Ответом ей было сдавленное кваканье. Она послушала еще с полминуты, а потом отключила телефон.
Зря. Минут через пять он затрезвонил снова.
– Да?
– Володя мне все рассказал!
– Так он живой?
– Ты издеваешься, дрянь такая?!
Далина даже головой помотала. А в чем она издевается? Спросить, жив ли он, теперь плохо? Какие странные люди! Вот на Ардейле нормальные были, а эти какие-то не такие!
– Нина Викторовна, чего-то я вас не понимаю. Сын ваш жив и здоров, находится рядом с вами, от меня чего надо?
Пауза.
– Как ты смела поднять на него руку?!
Далина пожала плечами.
– Да я и не поднимала.
Ногой пнула. Но к ногам же претензий не было, верно?
– Вовочка мне не соврет!
– Правда?
– Как ты только посмела! Мальчик пришел к тебе поговорить…
– Ах, так это теперь так называется? – удивилась Далина. – Хорошо, мы поговорили, он ушел. Что вас не устраивает?
Судя по сопению на том конце связи, в предках у дамы были мопсы. Или кто-то еще такого же типа.
– Володя сказал, что вы не смогли найти общий язык.
– И что?
– Мне надо будет с тобой поговорить.
– Ну, говорите.
– Не так. С глазу на глаз! Приезжай ко мне завтра!
Далина представила, как перед боем она будет трепать себе нервы из-за этой паразитки. Вот еще не хватало!
– Или вы говорите сейчас, что вам надо, или я вас заблокирую. Ясно?
– Не надо. – Женщина явно выдохнула, собралась, сопение стало потише. – Даша, я тебя с детства знаю, и ты всегда была милой и умненькой девочкой…
Ну точно, хотят кинуть. Или как-то еще поиметь. Это Далина точно усвоила: как только начинаются воспоминания о возвышенном – все, ищи подвох!
Оборвать? Так ведь не заткнется… И слушать все это неохота, и добраться до смысла тоже нереально.
– …ты не могла бы подписать пару бумажек?
– Каких?
Неужели добрались до сути?
– Ну… Володя же официально не является отцом твоей дочери.
– Только фактически.
– Ну… ты пойми, ему надо ипотеку брать, обживаться, а у него ребенок… в банке могут не понять. Мы сейчас подпишем пару бумаг, что детей у него нет, он ипотеку возьмет, а там уж вы и пожениться сможете, и вместе жить в своей квартирке.
Тут и нормальная женщина поняла бы – дурят. А уж драконица-то…
– Нина Викторовна, я что – похожа на дуру?
Опять кваканье. Да что ж ты делать будешь? Бедные жабы!
– Ничего подписывать не буду. Сыночка вашего видеть не хочу, сволочь он и мерзавец. Подойдет ко мне – получит по заслугам! И нечего меня беспокоить! Без вас проблем хватает! Будет время – разберусь.
– Даша, ты не понимаешь…
– Все я отлично понимаю. А чего не пойму, разберусь вместе с адвокатом. Еще вопросы есть? Нет? Тогда шла бы ты на…
Невежливо, конечно, но некоторые люди просто не понимают простых русских слов. А ведь это еще не дракен! Там одних родов восемнадцать штук! Тут все намного проще…
И все равно не понимают! Наверное, надо прикладывать усилия, к примеру, руки или ноги. Вот Вовочка сегодня как хорошо все понял. Надо бы при случае повторить.
Но что вообще нужно этой сиропной гадине?
Документы?
Надо расспросить у Кости. Мальчишка намного лучше ориентировался в этом мире, чем она, он точно подскажет. Или хотя бы разберется, где надо посмотреть.
– Говоришь, документы подписать?
– Ну да… что детей у него нет.
– А свидетельство о рождении Василисы у тебя?
– Да.
– Тащи сюда, смотреть будем.
– Может, сходить к законнику? – вслух подумала Далина.
Костя только фыркнул.
– Если б у тебя что определенное было, дело другое. А у тебя одни подозрения, понимаешь? И вообще, сколько эти сволочи дерут! Лучше мы онлайн посмотрим!
Далина вздохнула. Ладно, в этом мире она правда не разбиралась в законах. Попробуем сначала так, как предложил Костя.
В свидетельстве о рождении матерью маленькой Василисы была записана Даша. Отцом – Володя. Вот как он есть, целиком и полностью.
– Так, – задумался Костя, – когда Дашка рожала, этот перец был в армии, девчонку признать не мог. Но у нас же демократия, могут хоть Абдулгамида Мухаммеджановича в свидетельство вписать, если заплатишь. Даже и бесплатно впишут.
Далина помотала головой.
– Зачем?
– Вот смотри. – Костя принялся что-то читать в телефоне. – Имя отца пишется со слов матери. Дашка вписала этого кренделя. Но она и правда родила от него, понимаешь?
– Нет.
– Ты можешь подать на алименты.
– Алименты?
– Идешь в суд, устанавливаешь через суд отцовство, и будет тебе Вовка платить как миленький, до совершеннолетия малявки.
– И много заплатит?
– Копейки. Но хвост этот за ним надолго потянется, да. И на наследство Василиса сможет претендовать, и статус все же другой, не безотцовщина.
– А платить, наверное, не хочется.
– Этой старой жабе? Точно!
– Думаешь, она из-за денег?
– А все в мире из-за денег. И из-за власти еще. Остальное – лохам рассказывают.
Далина вздохнула.
Когда такой вывод делает битая-перебитая жизнью наемница, это нормально. А когда мальчишка, которому жить бы да радоваться, смотрит тоскливыми глазами, в его жизни точно что-то не в порядке.
Будем исправлять. Не до солнечной наивности, но хоть иногда надо верить в хорошее. Иначе так всю жизнь и проживешь, никому не веря и никого не любя. Нельзя так.
– Ладно. Я поняла. Всех посылаем и ничего не подписываем.
– Примерно так. А я еще теть Маше позвоню и Клавдии Игоревне. Они обе эту жабу терпеть не могут. Если что можно разведать – обязательно мне расскажут.
Далина кивнула:
– Так и сделаем. И пошли кушать, нечего тут размышлять на голодный желудок.
С этим Костя был совершенно согласен. Даже если очень паршиво – следует поесть. И сразу станет лучше. И в аптеку надо сходить. За детским питанием.
Спустя полчаса, в аптеке, Далина в ужасе читала слова на симпатичной коробке.
В состав входят: деминерализованная молочная сыворотка, растительные масла (подсолнечное, кокосовое, соевое), сухое цельное молоко, мальтодекстрин, минеральные вещества, витамины, олигосахариды, рыбий жир, эмульгатор, антиокислитель…
– Костя – это что?
В такой священный ужас драконицу даже Клаус не повергал.
– Ну… этим детей кормят. Разводят в воде и кормят.
– За что?!
– Даль, я не понимаю, что не так?
– Костя, я через коробку чувствую, как воняет. Тут же ничего натурального нет! Вообще!
– Ну дети же едят?
– Девушка, – провизор церемониться не собиралась, – не нравится вам эта смесь, возьмите ту, что подороже! Если средства́ позволяют!
– Дайте почитаю, – сухо сказала Далина, поставив коробку на прилавок.
Вторая банка была намного красивее. А вот состав указан практически не был.
Перечень того, что есть в смеси, и перечень того, чего нет. А вот из чего она состоит и как сделана?[14]
– Костя, я этим ребенка кормить не буду.
– Ну и нечего ходить тут, коробки лапать, – проворчала провизор. – Небось не у всех молоко есть и средствов хватает!
Далина развернулась.
– Ты…
Костя цапнул ее за рукав.
– Далька, она не виновата! Ей что дали, то она и продает!
Далина не отрывала от провизора внезапно покрасневших и засветившихся недобрыми огнями глаз.
– Ты… з-з-апомни! Не у всех есть деньги или молоко, но если не будешь вежлива, я вернусь!
И оскалилась, закрепляя эффект.
Провизор хрюкнула и сползла под прилавок. Костя схватил Далину за руку и потащил на улицу.
– Ты что творишь?!
– Костя, этим нельзя детей кормить! Оно ядовито! Дети потом болеть будут постоянно!
– Ну а я что сделаю? Я ж не президент!
– Нет. У вас молоко продают? Коровье, а лучше козье.
– На рынке, наверное.
– Идем туда.
– Зачем?
– Куплю молоко, разведу, кашку на нем сварю, процежу и буду кормить ребенка.
– А если аллергия откроется?
– Я хорошее молоко выберу. На него не откроется.
Костя не стал спорить. Он в этом не разбирается, пусть Далина делает как решила. Ему главное что? Чтобы малявку накормить! А остальное не так важно.
Ардейл, замок Ланидиров
Беннету было плохо.
Болела спина, болело… да все болело! И жар еще добавился, и тошнота, и бред. И виделась ему почему-то Далина. Та стояла, улыбалась грустно. А потом по голове его погладила, ласково так…
– Как же ты так вляпался, мальчик?
– Дурак был. – Беннет и не сознавал, что говорит вслух. Ему-то казалось, что все происходит в его сне, волшебном прекрасном сне. – Мы с Клаусом мальчишками были, кровь смешали, я только не учел, что он потом сделает.
– А что он сделал?
– А он мою кровь на платок – и сохранил. А с кровью, сама знаешь, многое провернуть можно.
Ридола знала. Драконы – гордые и беспощадные повелители огня и небес, такие опасные и такие уязвимые. Кровь, их собственная кровь была и подмогой, и главным предателем.
– Как же ты так встрял, бедолага?
– Дурак я. И сам попал, и тебе помочь не смог.
– Ну, потерпи немного, хороший мой. Завтра будет новый день, глядишь, чего и поменяется.
– Нет, Далина. Не поменяется. Не хочу без тебя, не могу…
– Сможешь. Ради моего сына.
– Да… я постараюсь. Хотя бы какое-то время.
Капитан стражи Беннет Драган
Беннет окончательно уплыл в забытье, а Ридола горестно вздохнула. Да, и вот так бывает. У драконов кровь – вообще больная тема. Кровь смешивают, на крови клянутся, кровью и магией заключаются самые серьезные сделки, кровь меняется, когда дракон переходит из рода в род…
Кровь чувствует самого подходящего для тебя партнера, кровь зовет и поет, кровь тянет. Может, потому Беннет и не мог забыть красную драконицу?
Когда-то алых весьма уважительно называли хранителями крови.
Это уж потом все стало мирно и спокойно, драконы забыли, как воевали между собой кланы, как кровь лилась с неба потоками, как рвали друг другу глотки золотые и синие…
Ах, много всего тогда было.
И именно алые, принимая клятвы и строго следя за их соблюдением, смогли остановить боевое безумие. А потом все ушло, все забылось. Кто помнит? Такие старухи, как она.
И Далина помнила. Ридола сама ей рассказывала.
Няня примерно представляла, что могла сделать девочка, которую поймали как раз силой ее рода. Только вот лучше про это молчать. Хорошо молчать, крепко. Потому что некоторые вещи спугнуть можно, даже если дышать не в ту сторону. А уж поганый язык…
Прикусить!
На то дракону и даны два ряда зубов! Если один вдруг не справится!
Россия, наши дни
После тренировки Далина решила ехать домой на такси. Надо же осваиваться в этом мире? Надо! Вот у нее и телефон, и приложение, и такси она может отлично вызвать, и машину определить. Мелочи? Кому как. Для Далины все это было настоящим прорывом.
Так просто. Так удобно.
«Вас ожидает серая „Лада Калина“, номер…»
Из клуба Далина вышла заранее и машину увидела сразу. Вот она, темно-серая, светит в темноте фарами… и номер тот же.
Женщина шагнула вперед, открыла переднюю дверь. Она уже знала, что в такси принято ездить на заднем сиденье, но ей такое было не по вкусу. Ей нравилось смотреть в окно, ощущать скорость машины, видеть, как летит вперед дорога. Она решила, что обязательно научится водить и машина у нее будет скоростная. Может, даже в гонках будет участвовать, ей нравилось само ощущение. Драконов тут нет, но полет – есть.
– Добрый вечер.
– Добрый вэчэр, – поздоровался мужчина за рулем.
Далина уселась, даже не особо его разглядывая. Темненький, смуглый… В темноте все драконы – черные.
– Прыстэгнысь, красавыца.
Далина опять спорить не стала. Правила такие.
Мужчина помог, его рука на секунду скользнула по ее ладони – и что? Темно же, не все видят, где крепление.
– Спасибо, – кивнула она и откинулась на спинку сиденья.
Таксист нажал на педаль, машина взревела и прыгнула вперед. Из-под колес во все стороны брызнула лужа.
– Такая красывая и вэчэром адна?
– Работа, – коротко отозвалась Далина.
– Навэрное, дома муж ждет? Нэ встрэчает…
Далина пожала плечами, глядя в окно. Кольца у нее не было. И ответа не было.
– Хочэшь что пакажу?
Машина летела по темным улицам.
– Мы скоро приедем?
– Да, скоро, – согласился мужчина и притормозил.
Далина выхватила взглядом знакомые очертания. Ага, это детская площадка. Метров триста – и она дома. И чего не едем?
– Что-то случилось?
– Да, случылас.
– Машина сломалась?
Далина решила, что триста метров она и пешком пройдет, и отстегнула ремень.
– Нэт. Рычаг…
И когда только успел? Пока Далина осматривала окрестности и пыталась понять, где она, таксист расстегнул штаны. Это что – чувство юмора такое?
– Прыласкаэшь? Я тэбя бэсплатно довэзу…
Далина чуть из машины не выпала. Ее что, считают настолько дешевой? Видимо, кому-то жить надоело.
Рука мужчины легла на ее колено.
Ну все… сам нарвался – сам и молись!
Далина развернулась к таксисту.
Медленно, очень медленно перед его лицом раскрылась нежная девичья ладошка, только вот на каждом пальце коготь был сантиметров десять. Длинный, черный, острый…
– Прыласкаю, – исковеркала она русский язык. – Запросто.
И улыбнулась.
Зубы тоже выползли соответствующие. Полосками пробежала по лицу чешуя, проклюнулись гребни, идущие к вискам, сверкнули свежей кровью глаза, медленно облизнул чешуйки на месте губ раздвоенный язык…
– А-а-а!!!
Инстинкт самосохранения у таксиста был. И подсказывал он, что надо бежать. Далеко, быстро, а потом еще дальше и быстрее. Не то сожрут.
Дверь машины грустно качнулась. Она-то выдержала, и замок тоже, а вот старая проржавевшая петля – уже нет. Напор просто снес ее, и таксист умчался в неизвестном направлении. Далина пожала плечами. В машине плохо пахло, так что оплату за проезд она оставила на сиденье. Ровно такую, какую ей назвал диспетчер.
Ее привезли, она все оплатила, а что там показалось идиоту?..
Костя хохотал минут пятнадцать.
– Думаешь, не придет? – чуточку беспокоилась Далина. Она бы и с десятком таких справилась, но в этом ужасном мире совершенно нельзя убивать врагов! Как с таким жить?
– Уверен. Решит, что накурился или нажевался, ну и померещилось. Запросто. А если его полиция примет, то еще лучше.
Далина пожала плечами. Костя посмотрел строго:
– А что, если на твоем месте оказалась бы другая симпатичная девчонка? Не дракон. Которая не может себя защитить.
– Пусть побегает, – согласилась Далина и потянулась к Василисе, которая улыбалась матери. – Чем больше проходит времени, тем мне легче управлять своим телом и форма становится стабильнее. Когда закрепится и установится, можно будет двигаться дальше.
Костя не спорил.
Дальше так дальше. Ему в любом случае по пути с Далиной. Это всяко лучше, чем помойка, детдом или какая-нибудь банда.
Ардейл, замок Тандиларов
Томрой Тандилар поднялся со своего места.
– Уважаемые драки, я собрал вас не просто так. У нас сложилась весьма неприятная ситуация, и ее надо как-то решать. Власть над алыми не может принадлежать черному.
– Так она и принадлежит красному, – фыркнул старый Истанар. – Сыну Далины Ланидир, последнему Ланидиру.
– Условно это не власть. Пока младенец подрастет, пройдет много времени. И даже потом он будет внешне красным, но по натуре своей черным. Его воспитывают черные, лепят под себя… Он будет соблюдать их интересы, не наши.
– А ты чьи интересы соблюдать будешь?
Томрой подумал, что зря он этого типа сюда пригласил.
– Драк Истанар, я думаю не только о себе, но и обо всех алых.
– Оно и понятно, Дубдраган с тебя и начнет. А предлагаешь ты что? И давай без вензелей, у меня не так много времени осталось.
Ага, времени! Прибедняется как может, почти триста лет скрипит и еще полетает, у него младшему сыну лет пятнадцать. Плодовитый, гад!
Томрой вообще Истанару завидовал, ему такое и не снилось. И жена у того моложе супруга чуть не вдвое, и от первой супруги шесть детей, и от второй уже восемь, и породниться с ними стремятся…
Разве что Истанар небогат. Но деньги – это дело наживное. А авторитет у него среди драконов огромный, потому и приглашен.
– Я предлагаю устранить Дубдрагана и забрать малыша. И воспитывать его как настоящего алого.
– В твоей семье. А потом и женить… У тебя младшей дочери сколько? Лет десять?
Томрой сдвинул брови.
– А хоть бы и в моей, что такого? Можно и в вашей, мне не жалко. Можно и круг драконов создать. Тут главное не у кого хвост длиннее, а чтобы алый был таким и по крови, и по духу.
– Оно понятно. А Дубдраган будет лежать и ждать, пока ты его пришибешь. Ага.
Томрой потупился.
Это была самая неудачная часть плана. Если честно, Ланидир был сильнее Томроя. И алтарь у него был мощнее, и ресурсов больше, но ничего ему не помогло, все равно порвали. Тандилар отлично понимал, что атаковать Дубдрагана в лоб – это самоубийство. Просто названо будет вежливо.
– Я пока не уверен в своем плане.
– Даже так?
– Один я не справлюсь, иначе не собирал бы вас тут, драки.
В этом никто и не сомневался. Мог бы Тандилар – так подгреб бы все под себя и не поделился. Дракон же! Порода такая!
– Что ты предлагаешь? – не дал уйти в сторону от темы Истанар.
– Я думал над этим. Хотел активировать охранные системы Ланидиров, но это бесполезно. Дубдраган трижды в своем праве – как победитель старого Ланидира и его сыновей, как супруг Далины и как отец наследника. Но мы можем составить круг крови.
Драконы замолчали разом. Только Истанар побарабанил пальцами по столу.
– Ишь ты…
Круг крови.
Как легко догадаться из названия, это было оружие алых. И применялось оно не слишком часто. Двенадцать драконов творили заклинание против тринадцатого, и не от хорошей жизни. Применялось такое считаные разы, и тому были причины.
Когда творят круг крови, алые взывают именно что к крови дракона. Кровь предает своего хозяина, вскипает в венах, кровь становится худшим ядом… Это реально сделать. И так убить можно любого дракона.
Сложности начинаются дальше. Круг – это оружие невиновных.
Если дракон совершил преступление, ты знаешь об этом, но доказать не можешь или он стоит так высоко, что осудить его просто нельзя, тогда собирай круг.
Только тогда…
А вот если ты солгал и дракон не виноват, то откат получишь именно ты. И помрешь, понятно.
Дубдраган был виновен перед Ланидирами. Но перед ними же! А вот про присутствующих такого нельзя было сказать, перед ними никакой вины у него было. Спрашивать за чужое горе?
Магия таких тонкостей не понимает, в ней все должно быть четко. Есть обвинитель, есть обвиняемый, есть весы – виновен, невиновен…
Это – закон!
– Перед нами у него вины нет, – все же неохотно сказал Истанар. – Сами помрем и дела не сделаем.
– Ланидиры были первыми, а сейчас их нет. Мы можем мстить.
– Неубедительно.
– Другого варианта у нас не будет.
– И это не вариант. Ты подумай, Томрой, но на круг я не соглашусь.
– Тебя Дубдраган купил, что ли?
– Ты, мальчишка, думай, что говоришь! Я не потому до своих лет дожил, что в каждую авантюру совался. Извинись!
Сила вскипела, и Томрой невольно отвел глаза.
– Я не хотел оскорбить. Но если мы ничего не сделаем, он всех нас по одному подомнет.
– И снова ты прав, – кивнул Истанар. – Но сейчас… Драки, давайте думать. Я согласен с Томроем, Дубдраган нам не нужен. Но убирать его таким способом – значит искать себе бед и проблем. Это уж от безнадеги, да, Томрой?
Тандилар кивнул. Ничего лучшего ему в голову пока просто не приходило. Но что-то делать надо. Не просто же так смерти ждать!
Истанар смотрел с пониманием.
– Драки, давайте думать все вместе, и соберемся, скажем, через месяц. Как раз будет время и хроники родовые почитать, и кое-какие умения освежить в памяти.
– Долго, – вздохнул Томрой.
– Долго, тяжко, – Истанар смотрел строго. – Ланидиры быстро погибли, тебе тоже мучиться неохота?
Томрой оскалился.
– За меня первого возьмутся, но потом за вас!
Драконы это понимали. Это была их база, их основа: один за всех, все за одного против внешней угрозы. Между собой можно скалиться и грызться, но если приходит чужак, объединяться велит инстинкт. Только с умом, а не подставляться!
– Мы будем думать…
– Читать…
– Искать способ, – зашелестело по кругу.
Колесо стронулось с места, пошло вращаться, драконы решили сопротивляться Дубдрагану. Это было больше того, на что рассчитывал Томрой, но меньше, чем хотелось. Истанар прав: с налета такое не решается, обдумать надо, обговорить, прикинуть, кто и чем сможет помочь.
– Уважаемые драки, через месяц?
Драконы были согласны.
Месяц – это совсем недолго для тех, кто живет столетия. Они подождут.
Россия, наши дни
– На ринг приглашается наша обожаемая, несравненная Анджелина! Вы все знаете ее талант, вы ее видели не раз и не два – поприветствуем нашу звезду!
Аплодисменты, вой, свист. Кажется, эта Анджелина тут популярна.
– И первая ее противница – Кэсси!
Далина посмотрелась в зеркало.
М-да.
За такое ноги бы вырвать и под хвост засунуть! Называется – все за мной! Сволочь!
Нет, придраться-то нельзя: спортивная форма в наличии, все качественное и удобное, только цвет – розовый. Будто поросенок в атаке. Да еще стразики где можно!
Хотя с розовыми волосами сочеталось неплохо. Далина пожала плечами и вышла на ринг.
Напротив нее стояла женщина, весьма похожая на саму Далину. Ту, прежнюю. Только волосы не красные. А так – мощная, жилистая, по весу, может, килограмм на двадцать больше, чем Даша. И все это мышцы. Мощные такие, серьезные.
Да-да, у женщин в этих боях нет весового деления. У мужчин – есть, а вот у женщин нет.
Или полулегкий вес, или минимальный, наилегчайший… Только вот разница в категориях килограмм десять. Не больше.
А тут все двадцать – двадцать пять.
Надо полагать, местная фаворитка или знаменитость. А Далину ей подсунули для разогрева. Вон она какая серьезная, вся в черном, стильная и мрачная. Надо, наверное, бояться. Волосы были собраны в пучок, лицо как у древнего дракона – вот кинусь и сожру.
И напротив Далина. Совершенно несерьезная в своем розовом, с улыбочкой и длинными ресницами. Розовые волосы собраны в два хвостика, так помощница посоветовала. Да еще бантики на хвостиках, кто бы сомневался, розовые. Смотрится она – как кошечка против танка.
В этом и была идея?
Мужчины!
Презрительный свист был ей вместо аплодисментов. Далина милейшим образом улыбнулась, приветствуя соперницу. Вместе прослушали правила боя, вместе вышли, поклонились друг другу – презрение от женщины било аж фонтаном. И…
Наверное, идея была такая: Анджелина кинется, растопчет копытами эту девчонку, как сахарную вату на палочке…
Бросок был безукоризненным. И каким образом Анджелина влетела в ограждение, не поняла даже она сама. А розовая дрянь оказалась за ее спиной. И ждала, улыбаясь…
Еще один бросок! И опять мимо!
Далина улыбалась – и изо всех сил кусала изнутри щеку. Да что ж такое! Ей нельзя подпускать к себе соперницу, нельзя… «Успокаивайся, ну же, успокаивайся!»
Когда она вышла на ринг, все было хорошо. И первые несколько минут – тоже. А потом рев зала, атмосфера боя, заведенные до предела люди – и дракон отозвался! Далина не могла атаковать – на руках пытались вылезти когти. Да она противницу просто на лоскутки распустит! Она едва успевала уворачиваться – чешуя стремилась поползти по лицу!
И как на это отреагируют зрители?
Далина уже до крови прокусила щеку, но это не помогло. Боль – это хорошо, но вкус крови во рту только больше заводил дракона. Зверь рычал, ярился, требовал добычи – свеженькой… Ее тут столько!
Ну же!
Ему много не надо: один-два человека, пара смертей, чтобы он вспомнил, как это – чтобы кровь по когтям алыми каплями, чтобы дымящаяся требуха наружу… Это дракон!
Анджелина кинулась еще раз, и Далине пришлось снова увернуться.
«Да успокойся же ты! Я тут главная, я командую!»
Но пока зверь еще не слушался, и приходилось танцевать по рингу и уворачиваться, уворачиваться, к удивлению зрителей и негодованию противницы.
Первые три раза проходили под молчаливое недоумение зала. Следующие пять промахов – под хохот и свист. Анджелина нервничала все сильнее, кидалась агрессивнее… дайте ей только дотянуться до этой пакости! Она ж ее по уши в ринг вобьет… Тут уже речь не шла ни о чем! Была только чистая ярость! Разорвать, раскромсать, уничтожить…
Каким-то образом противница поняла, что игры закончились. И в следующий раз Анжделину жестоко ударили в спину. Нет, не по почкам и не по легким, покалечить таким образом сложно. Но боль так резко прострелила спину, что женщина потеряла равновесие и тряпкой повисла на ограждении.
Ей тут же заломили руку. Жестоко и безжалостно. Из такого захвата не вырвешься, на нем висишь, как на веревочке.
– Сдаешься?
Далина едва выдавила это слово.
Запах противницы бил по ноздрям, и хотелось сначала полоснуть когтями, раздирая ее в клочья, а потом откусить голову и взреветь, объявляя всем о своей победе! Она дракон!!! Кто смеет поднимать на нее хвост?!
«Ну, скорее же! Сдавайся, дура, я же не выдержу. Сейчас когти полезут… Ну!!!»
Анджелина скорее язык бы себе откусила, чем сдалась. Еще и пахло от этой дряни чем-то фруктово-конфетным! Да что ж такое?
Но все решили за нее. Пять минут уже истекали, она даже пальцем до соперницы не дотронулась, а та держала ее крепко и уверено и отпускать не собиралась. Калечить – тоже. Анджелина попробовала дернуться, но куда там! Только от боли взвыла.
При этом все видели, что вреда Анджелине не причинили. Даже нос не расквасили! Вообще ничего такого. Да что ж за чудовище на арену вышло?!
Тренер решительно швырнул в октагон полотенце.
– Все! Сдаемся!
Анджелина заорала матом, но пришлось посмотреть правде в глаза. Ее просто сделали как малолетку, которая ничего не знает и не умеет. Раскатали по матам. И до пяти минут ее продержат спокойно.
Ы-ы-ы!
Розовая дрянь отпустила ее и отошла. Вскинула руку вверх, в ответ на аплодисменты.
И тут Анджелину переклинило.
Выиграла?! Так ты, дрянь, сейчас нарвешься! Ярость рванула, захлестнула, поволокла за собой… Анджелина кинулась вперед, Далина едва не взвыла. «Что ты творишь, идиотка?! Я же тебя убью сейчас!»
Полезли когти, вокруг пальцев заклубился алый туман, она уже почти не контролировала себя и не могла даже рукой к бабе прикоснуться. Решение пришло мгновенно, и Далина выставила ногу в элементарной подножке.
Анджелина могла бы ее заметить, но в такой ярости… нет! Не тот случай! Она с размаху запнулась о выставленную вперед ногу, и сила инерции повлекла ее вперед, на канаты. Те оскорбленно спружинили и отбросили свою жертву обратно. Аккурат на ее же тренера.
Маты отозвались глухим эхом на мощный удар.
Зал секунду молчал, а потом грянул дикий хохот.
Так Далина и удрала, пока окончательно себя не разоблачила.
Уф, повезло! И пронесло.
Когда Умар зашел в гримерку, Далина стирала с лица краску влажными салфетками. Переоделась она в первую очередь, чтобы никто не видел то проступающей, то исчезающей чешуи на руках, и теперь убирала грим.
Воняло, раздражало, а дракон и так рвался наружу.
– Как ты?
– Плохо, – честно созналась Далина.
– Не похоже, – так же честно сказал Умар. – Не блюешь, в обморок не падаешь. Или еще что есть?
Версию Далина уже продумала, так что ответила со всей искренностью:
– Мне на бои нельзя. Простите, я себя переоценила. Вы вправе меня уволить.
– Почему? – заинтересовался мужчина.
– Потому что я не справляюсь. Я ее убить могла.
И снова ни слова неправды.
– Не убила же?
– Могла, если бы увлеклась. Если бы потеряла над собой контроль. У меня это на инстинктах, понимаете? В подсознание вбито: врага надо убить! А тут нельзя… Я дура! Так я могла вас подставить, да и себя тоже!
Умар не знал, что ответить. Понятно, баба – дура. И Хабиб советовал с ней не связываться, а он не дурак. Она и правда могла убить?
Умар еще раз осмотрел женщину, такую хрупкую и несерьезную. И волосы эти розовые. И глаза…
Далина честно старалась не смотреть на него впрямую, глаза в глаза, и сами глаза прятала за цветными контактными линзами, как Костя посоветовал, но…
Ровно на долю секунды их взгляды встретились – и Умар едва со стула не упал. Таким ледяным холодом его пробрало, такой ужас обуял, едва стул не намок. С детства он так не боялся, когда едва в омут не затянуло. Вот и сейчас что-то похожее: то же ледяное дыхание смерти, и сразу веришь в ее слова. Далина опустила глаза.
Умар замотал головой, сбрасывая наваждение.
– Так… гхм! Я понял. Бои больше не предлагаю. Но ты стала популярна. А если кто захочет с тобой познакомиться или поговорить?
– Им же хуже, – машинально ответила драконица.
Умар к словам цепляться не стал.
– Я твои контакты никому не дам, но ты учти, люди бывают настойчивы.
Далина вздохнула и снова потянулась за салфетками.
– Я виновата. Переоценила себя. Увольняйте.
– Работай пока. Там видно будет. Водитель тебя ждет за дверью, домой довезет, чтобы никто не прицепился. А я пока тут останусь.
– Спасибо.
– Не за что. Кстати, твои деньги. И я ставку на тебя сделал, вот твоя доля.
– Спасибо.
А что еще могла сказать драконица? Среди людей были те, кто разделял ее принципы? Право же, это очень приятно. А сейчас ей пора домой, пока дракон не вырвался из-под контроля окончательно. А ведь может, если рядом кого-нибудь убьют. Почует кровь, и она не удержит зверя. Пока еще это клубок инстинктов. Какая самонадеянная дура!
Ведь читала же, знала… решила, что справится.
Ах, идиотка!
Ночью у драконицы опять подскочила температура. Только уже не так сильно.
И зубы болели, и волосы стали ярче, и глаза.
И все тело тоже.
Костя, который деньги горячо одобрил («немного, но раньше ты за эту сумму полгода не разгибалась»), полночи поливал Далину водой, для чего драконица кое-как перебралась в ванну прямо в одежде.
Перестройка тела шла полным ходом. И подхлестывал ее адреналин.
Бой, ярость, азарт, кипящая кровь дракона… и получите состоявшуюся рептилию. Некрупную, всего метров тридцать длиной, и это с хвостом. Жаль, перестройка шла медленно. Далине остро не хватало магии, но где ее возьмешь в этом мире? Хотя Костя что-то накопал в интернете и обещал показать.
Ох, как же горячо!
Недоработали в этом мире. Нужны три крана! Горячая вода, холодная вода и лед! Обязательно нужен лед!