Глава 6

– Дашка, нам надо поговорить.

– Чего? Это вообще кто?

После вчерашнего боя Далина отсыпалась и отъедалась. Приступ прошел, оставив после себя кое-какие внешние признаки. И не только их.

Далина радовалась, как ребенок.

– Костя, это у наших детей так бывает, когда они еще маленькие. У сильных – быстрее. Смотри!

Из тонких пальцев показывались и снова исчезали когти. Точнее, призраки когтей.

Костя попробовал пальцем один из них.

– Как туман.

– А так?

Далина посмотрела, выбирая, что ей не жалко, потом взяла буханку хлеба и провела по ней когтями.

На доске оказались ровно нарезанные ломтики.

– Охренеть!

– Не выражайся!

– А драконы как в таких случаях говорят?

– Очешуеть, – созналась Далина. Хотя и похлеще выражались.

– Вот, очешуеть!

– Они есть, Костя! Главное, что они есть!

– Это как называется-то?

– Так и называется: когти. Я не буду сейчас вдаваться в теорию, ладно? Дракон – это не просто плоть, это еще и магия. В истинной форме сначала строится каркас, потом он частично заполняется плотью, а большую часть восполняет магия. Ну, сам подумай, в моей истинной форме длины было метров тридцать, по-вашему.

– Это без хвоста или с хвостом?

– С хвостом. И с мордой.

– Все равно нехило.

Далина гордо расправила плечи.

– Масса соответствует. А теперь представь, сколько весит человек, а сколько дракон?

– Ну… да! А откуда оно берется?

– Наши ученые вывели кучу формул, я их особо не учила, если честно. Просто дракон – на две третьих магическое существо. И в истинной форме магия формирует наш каркас, магия его заполняет, и на остаток идет человеческое тело.

– Чем вы крупнее людьми, тем больше дракон?

– Нет, зависимость не такая. Чем чище кровь, тем сильнее дракон, в любой форме… – Далина вспомнила Клауса, с его низким лбом человека и коротким хвостом дракона, кривыми лапами, неровными зубами, и брезгливо поморщилась. Как есть – недоделок.

Но ведь и силы хватает, и злобы, а вот вышло такое… одно слово – выродок. Порченная кровь.

– Ну… допустим. Все равно это как-то странно.

– Костя, я ваши сказки полистала, – Далина кивнула в сторону полки с книгами. Телефон и интернет были ей пока не слишком привычны, а вот книги, которые оставила хозяйка квартиры, – дело другое. – У вас же все это есть. «Будь же, князь, ты комаром»[15]. Ты не думал, куда там масса девается?

– Так сказка же.

– Сказка ложь, да в ней намек…

– Добрым молодцам урок, – вздохнул Костя. – Даль, я и правда не думал. Ну, может, и были у нас такие, как ты.

– Почему нет?

– Ну да. Я тут разные странные места поискал. Только вот как мы поступим? Ты ездить будешь?

Далина покачала головой:

– Нет. Ты мне для начала прочти описание места и его странности.

– Угу. Слушай. Я выбирал те, которые к нам поближе, хотя сейчас и в Карелию можно, и на Чукотку, но там смотреть надо. А более-менее в теме Куршская коса, озеро Светлояр, Невьянская башня… Ну и там разное… Ямантау, Аркаим…[16]

Далина внимательно слушала. Думала.

– Костя, а вот это место где?

– Змеиное урочище? А почему именно оно?

– Там точно место силы, – кивнула Далина. – Только не слишком популярное. И наверняка калиточка есть, а уж открыть ее в нужную сторону я смогу.

– А почему ты так решила?

– Да сам почитай. Ты же все это собирал!

– Ну…

Собирал. Но после десятой ссылки уже не то что не читал, даже не сильно вглядывался. Вот кто бы знал, какое дикое количество загадочных мест в России! Под каждым кустиком по две загадки! Так и хочется сказать – всю страну обзагадили![17]

– Ладно, – сжалилась Далина. – Смотри, в среднем раз в сорок-пятьдесят лет на несчастную местность кто-то нападает. Чаще всего – змеи. Большие. Обычно их в это время еще не видят. Климат там весной холодный. А тут вдруг здрасте вам! Наблюдается массовый выполз, причем первые сведения относятся еще к временам царствования Александра Второго. А если они выползали, должны бы расползтись и потомство дать. А люди уверяют, что обычно змеи там встречаются крайне редко. Аномалия раз в полвека – и все! Считай, при каждом императоре такое было и при советской власти тоже, даже два раза – в тридцатые и в восьмидесятые годы. Красота?

Костя сообразил быстро.

– Ты хочешь сказать, что примерно раз в полвека там чего-то накапливается и открывается? И пропускает этих самых змеюк?

– То ли на нерест, то ли еще для чего, не знаю. Но – да. И очень удачно получается, что до полувека еще лет десять-пятнадцать. Как раз энергия есть. Если немного добавить, сможем пройти. А добавить я смогу, я сама – магия!

– А куда добавлять-то будешь?

– Не знаю. Надо побывать на месте, там я почувствую.

– Полетим на самолете?

Далина подумала немного.

– Нет. Подождем чуток, когда моя энергетическая форма проявится и я смогу летать сама. Слетаю одна, так будет надежнее. А уж потом, когда я буду уверена, поедем вместе. Чего вас с малышкой по стране таскать?

– Ну, тоже верно. Даль, а покажи когти еще разок?

Далина показала с удовольствием. Костя снова потрогал их пальцем. Забавное ощущение: вроде бы и есть, а вроде бы и нет. Обычные когти Далина тоже уже могла отращивать, на пару секунд, и чешуя бежала полосками, но держать ее не получалось. Она то появлялась, то пропадала, неконтролируемо. А вот туманные когти она могла уже держать сколько захочет, она сама так сказала. И Косте было немного завидно!

– Как ты думаешь, а я так смогу? Или еще как-то?

– Не знаю, Костя. Надо смотреть. Может, не так или не сразу, но у тебя могут быть способности.

– Но я же не дракон.

– Я и не говорю, что ты сможешь подниматься в небо или превращаться в дракона. Даже если я постараюсь помочь, это нереально. Но какая-то магия у тебя может быть.

– Магия…

Суя по лицу Кости, он сейчас представлял что-то внушительное. Волну огня, или управление волнами, или молнии, или вообще простенькое: «Гора, иди отсюда». Пришлось разочаровать.

– У вас очень бедный мир.

– Бедный?

– О магии вы знаете достаточно мало. – Далина взяла лист бумаги и карандаш и принялась чертить. – Я не знаю формул и закономерностей, объясню на пальцах. Есть планета. Есть мир. Условно то, что называется «сердце мира».

– У нас оно тоже есть?

– У каждой планеты. Если она живая.

– Ага…

– От сердца идут артерии, вены, короче, сосуды, которые окутывают всю планету. У вас они достаточно редкие и незаметные. Они пересекаются между собой, и в точках пересечения магена становится более концентрированной.

– Магена?

– МАГическая ЭНергия.

– У нас говорят – мана.

– Вполне вероятно. Вот в таких точках пересечения и располагаются ваши странные и удивительные места. На Ардейле схема сосудов одна, у вас – другая. Это исследовать надо, изучать, в своем мире я старалась, а у вас все надо начинать с нуля.

– Так…

– Магена течет более-менее ровно. Но есть закономерность. Чем больше ей пользуются, тем интенсивнее ток.

– Ага, – сообразил Костя, – у вас ей пользуются, и она активная. Это как динамо-машина, мы на физике что-то такое видели. Крутишь быстрее – лампочка горит ярче.

Далина пожала плечами. Динамо ей ни о чем не говорило. Но почему нет?

– Наверное. Чем больше пользуешься, тем интенсивнее разгоняется по артериям магена. Вы тут почти не пользуетесь.

– Да что там – почти! Вообще не пользуемся, считай. Если и есть какие настоящие, то их раз-два по темным углам – и обчелся.

– Не представляю, как вы можете жить без магов?

– Зато у нас интернет есть.

Далина пожала плечами. Может, он тоже полезен. К чему спорить о том, в чем она до сих пор нормально не разобралась?

– В результате получается замкнутый круг. Магену не разгоняют – она застаивается, ее меньше – магов меньше, и двигать ее просто некому.

– Понятно. То есть в этом мире у меня шансов нет? Даже если я очень захочу стать магом.

– Почему? Если поселиться в подходящем месте, то будут. Но лучше… – Далина ненадолго заколебалась: рано или в самый раз? А потом все же решилась: – Костя, а ты не хочешь отправиться со мной в мой мир?

Костя аж головой замотал.

– С тобой? В туда? То есть… ну…

– Ардейл. Мой мир называется Ардейл. Как раз месяца нам хватит, от полнолуния до полнолуния, и ты сможешь раскрыть свой потенциал, я для тебя лично ритуалы проведу, обещаю. И я смогу забрать своего малыша. С тобой это будет проще. Я же Василиску тут не оставлю, Даша мне ее доверила, считай, это теперь тоже моя дочь.

Костя замотал головой.

– Ты погоди. Ты мне объяснить можешь, зачем я тебе там нужен? Только за Васькой приглядеть? Это я и тут могу, дело нехитрое, а здесь привычнее.

– Костя, ты не прав. Если бы ты мне нужен был только для этого… я могу и няньку нанять, у вас это реально. Заплачу побольше, вот и все.

– Я понимаю. И насчет себя тоже. Ты ведь не Дашка, а так со мной возиться собираешься. Зачем? Это долго, дорого, муторно, но ты все это делаешь. А бесплатный сыр… Зачем, Далина?

Драконица потерла лоб.

Вот как объяснить то, что в природе драконов? Вы как дышите? Да легко! А если весь механизм дыхания разобрать? Вот то-то же! И попробуй, объясни это доступным языком!

– Костя, это долго и муторно, так что ты переспрашивай, если не поймешь. Про разные рода драконов я тебе уже говорила.

– Да.

– Вот я из рода алых драконов. Потому и глаза такие, и волосы алыми станут со временем. Когда в силу войду.

– Допустим.

– Алые драконы, Костя, хранители Клятв и Крови.

– Че-го?

– Вы, люди, свободнее нас. Да, не удивляйся, я могу летать и дышать огнем, а ты нет. Но ты свободен. Ты можешь спокойно солгать, ты можешь развернуться и уйти, ты можешь многое… Вы предаете, продаете, обманываете, хитрите, даже просто недоговариваете. А мы, драконы, так не можем. Для нас каждое слово на вес золота. Буквально.

– Это чего не то ляпнешь и очешуеешь?

– Или лишишься чешуи. Такое тоже бывало. За свои слова мы отвечаем кровью, плотью и магией. Мы и есть магия, Костя, больше, чем на девять десятых, мы обязаны ее слушать. А она уважает тех, кто отвечает за свои слова.

– Чисто конкретно, в натуре.

– Не поняла?

– И за базар ответишь, – фыркнул Костя. – Не обращай внимания, это у нас так раньше было, да.

– Допустим. Я не знаю, поэтому промолчу. А у нас если ты дал слово, ты обязан его сдержать. Или последствия могут быть самые печальные. Для тебя, для твоего рода. Привожу пример. Есть дракон… Вова. Пусть. Он делает предложение драконице Даше, они сплетают хвосты, у них рождается дитя. Потом он отрекается от своего слова и от своей плоти и крови.

– И чего?

– У вас – ничего. А в моем мире он бы не смог поменять ипостась, к примеру. Застрял посредине, или потерял бы магию, или случилось бы что-то еще…

– Ага. У нас говорят – судьба наказала.

– Человеческая судьба, наверное, забегалась, вас слишком много. А драконов не так много, и она быстро добирается до каждого. Или он бы не смог иметь других детей. Как вариант.

– Ага. Вы огребаете быстро и конкретно.

– Ну да. За пренебрежение своим словом, своим долгом и своим родом. Такие вот пироги. Я уже назвала тебя своим братом, я сказала слово, и моя кровь его услышала. Можешь верить в это или не верить, но я его нарушить не смогу.

– Допустим.

– Это правда. Мы зависимы от своего слова, и я за это уже поплатилась.

– Расскажешь?

– Слушай дальше. Черные драконы – наша сила. Синие – вода, золотые – богатство, зеленые – жизнь, природа. А алые от века работали как раз с кровью и клятвами. В крови драконов копится много всякой дряни, ее надо чистить от последствий.

– И?

– Так и было. Какое-то время. А потом, сам понимаешь, стали накапливаться разногласия, проблемы, всякие неурядицы…

– Нет, не понимаю.

Далина потерла лицо руками.

Как все объяснить этому человеческому мальчику? Как впихнуть в несколько слов то, что длилось веками? Она даже не представляла, но решила попробовать.

– Костя, у вас, у людей, тоже бывает, рождается всякое, которое и на голову не натянешь.

– Ну, бывает.

– Я тоже была не в курсе, это началось даже не пару-тройку веков назад, намного раньше. Мой прадед решил жениться. А девушка была против, взяла и сбежала к золотому дракону. Чуть ли не в день свадьбы.

– И такое бывает. И чего он? Убил обоих?

– Ага, там убьешь! Золотые драконы сами кого хочешь в блинчик раскатают. Хвостом прихлопнут! На тот момент их клан был самым богатым, самым сильным…

– Самым крутым.

– Пусть так. Не знаю, что перемкнуло у прадеда, только он почему-то решил, что все из-за денег.

– Денег?

– Если б он был богаче, невеста бы его не бросила. Но я читала его дневники. Замкнутая озлобленная сволочь, корыстная и подлая, вот какой он был. Я б его тоже бросила.

– Ага.

– И после броска он сосредоточился на зарабатывании денег. Сам понимаешь, за исправление проклятий столько не заплатят, да и проклятия разные бывают.

– А это все красные могут? Ну, с проклятиями и с кровью.

– Условно – все. А так… Вот смотри, есть клан красных драконов. Внутри его несколько сотен родов. Разных. Кто сильнее, кто слабее, Ланидиры – главные. Нам подчиняется родовой алтарь, нас он слушается и признает. У каждого рода есть свой алтарь, но наш среди них главный. Первый. Центральный… как еще это назвать?

– А что это вообще такое – алтарь? Из чего его сделали?

– Родовой алтарь? Магия в чистом виде, концентрированная до материальной формы. Изначально была материальная форма, которую напитали магией и кровью, потом прошли века… и материи уже не осталось, одна магия, но настолько плотная, что ей убить можно. Это место, где заключаются все важные сделки, где подтверждаются клятвы, место, в которое приносят при рождении детей, чтобы их признал род. Пока я жива, у меня право крови. У меня, потом у моего сына. А больше уже никого и нет. Но я расскажу по порядку. Проклятия бывают разной силы. Разной направленности. Что-то несложное может снять глава любого слабого клана. Серьезное – тут надо смотреть. Сколько усилий приложит дракон, чем пожертвует, да и сила снимающего тоже важна…

– Я понял. Если болезнь типа простуды, ее и сельский фельдшер вылечит. А с онкологией, к примеру, не подергаешься.

– Очень близко к истине. Что-то могут снять быстро, для чего-то нужно реально много заплатить. И иногда речь идет не о деньгах. Платят и землями, и детьми…

– Но достаточно редко?

– Драконы осторожны. Нарываться никто не хочет, сам понимаешь, а два раза одно проклятие не снимешь. И два раза не заплатят.

– Эх, вам бы в наши медцентры на обучение. Мигом бы сообразили, как один насморк три года лечить.

– С проклятием так не получится. Оно или есть, или нет, тут не покрутишь и таблеточки не посоветуешь.

– Ладно, суть я понял. Твой прадед решил, что так много не заработаешь, да?

– И начал вкладываться в разработку шахт. Вот коммерческий талант у него был, дело пошло, денег стало очень много, но…

– Но?

– Сам он умалчивал, я так и не поняла, в чем суть. Но с проклятиями у него возникла проблема. Лично он практически ничего не снимал. Не знаю почему. Я читала дневники, среди глав рода это принято – оставлять записи. Что было, как было, как справились… надо же молодняк учить? Допустим, погиб отец, а сын еще молод. Где набираться опыта? На свой хвост шишек насажать? Или в библиотеку и послушать, о чем поведают предки?

– Смысл я понял.

– Вот о шахтах прадед писал много, о своих страданиях, о том, какие бабы стервы… гхм.

– Ладно, я понял. По специальности он почти не работал.

– А правил долго. И сын его тоже не особенно этим занимался, и внук, мой отец. Вместо того чтобы наращивать родовую мощь, мы вкладывались в шахты, в деньги, словно мы из золотого клана…

– Ага.

– Так пошло. И мои братья тоже такими были.

– А ты?

Далина неловко развела руками.

– А я в семье выродок. Так получилось, что, когда была маленькой, сильно болела. На меня махнули рукой. Если сестер заставляли заниматься танцами, изучать изящные искусства, то я лежала в своей комнате. Голова кружилась, все тело ломило…

– Тебя не лечили?

– Пытались.

– Но не от того?

– Кто б там разобрался, – вздохнула Далина. – Ланидиры – самые сильные в клане, никто просто не понял, что меня убивает моя же кровь. Пренебрежение долгом в течение трех поколений, вот и получили… проблемы. А проконсультироваться с кем-то отец даже не думал, он же по определению главный, как ему куда-то идти? Никак нельзя!

– А почему с тебя началось?

– Потому что я была самой слабой в семье.

– Серьезно?

– В детстве – да. Проклятие же начинает разрушать с самого слабого. Изведя меня, оно пошло бы на другую сестру, третью, на брата…

– Не извело?

– Нет. У меня был друг. Норберт. Берт. Сын библиотекаря. Случайно подружились, вот он единственный, кто меня навещал, таскал мне книги, читал вслух…

– Влюбился, что ли?

Далина пожала плечами.

– Может, по-детски. Мне сложно сказать… если и было, я не замечала.

– Женщины! – с таким выражением выдал Костя, что Далина невольно фыркнула. «Ну точно! И у него кто-то есть, и, может быть, его тоже не видят. Ничего, потихоньку поправим дело».

– Он мне и дневники прадедов таскал, и родовые записи…

– Они были в библиотеке?

– А где им еще быть?

– Ну… семейные секреты все же?

Далина фыркнула:

– Какие там секреты? По секрету всему свету, как у вас тут поется.

– Тс, это страшная тайна, все остальные уже знают.

– Вот именно. Можно имена заказчиков не писать. Или записывать их в отдельный дневник, а так – смысла нет таиться. Норберт таскал мне дневники, и в какой-то момент я поняла, в чем суть. Такое же было один раз у зеленых, только давно. Теперь у алых…

– И что ты сделала?

– Дождалась, пока отец улетит, пошла к родовому алтарю и провела ритуал.

– Упс. Тебе сколько лет-то было?

– Двенадцать.

– А драконьи двенадцать равны нашим?

– Примерно да. Только живем мы подольше, примерно до трехсот лет.

– А тебе сколько было, когда ты умерла?

– Еще и сотни не было.

– Почти малолетка?

– Практически. Иногда мне кажется, что драконы свое короткое детство компенсируют длинной юностью, нашей склонностью к авантюрам и приключениям, войне и путешествиям… мы часто гибнем. Это компенсация долгой жизни, иначе бы драконы заполонили мир.

– И вымерли бы, как динозавры, сожрав всю кормовую базу.

Далина пожала плечами. Кто его знает, от чего вымерли местные динозавры?

– Я провела ритуал. И ослабила свою связь с родовым алтарем.

– А так тоже можно?

– Да. Я обещала соблюдать все законы и правила рода, но взамен просила отпустить меня и дать расправить крылья.

– Как-то сложно.

– Это первый раз сложно услышать, а когда ты в этом живешь и варишься, все кажется простым и логичным. Магия рода убивала меня за грехи родителей, но осознание и принятие – это первый шаг к исправлению. Пусть родители этого не осознают, достаточно того, что пойму и сделаю я. Я не отвечала за них, они старше, я могла отвечать только за себя. Мне дали шанс, хотя и небольшой, и я начала отчаянно учиться. Я поняла, что изящные искусства и остальное… это путь в бездну. Мне нужно было знать как можно больше о родовом алтаре, свойствах, ритуалах. Параллельно я занялась собой. На конюшне у нас работал дедушка Фредо. Он начал учить меня. Он был наемником, прошел несколько кампаний. У нас же не совсем так, как у вас. У нас есть клановые гвардии, это только драконы. Но везде их не пошлешь, да и не одни драконы обитают на Ардейле. Так что есть отряды наемников, есть люди, сирены… да много кто туда идет.

– Иностранный легион?

– Это что?

Костя объяснил. Далина подумала пару минут и кивнула:

– Да, пожалуй. У наемников есть свои города, своя территория. Гражданства, правда, нет. Но с ними стараются не связываться. За обиду одного будут мстить все, иначе не выжить.

– Примерно я понял.

– Фредо был из очень слабых алых, именно поэтому ему в молодости отказала любимая, он плюнул на все, ушел в наемники, помотался по свету, женился, кстати, на человечке, детей завел…

– А вы так можете?

– Мы совместимы, – поджала губы Далина. – Но в таком браке чаще рождаются люди, а не драконы. Сам понимаешь, дракон – магия. Чтобы такое выдержать, человек должен быть очень сильным магом, ну или если дракон слабый, тогда тоже проще… У Фредо получились обычные люди. Может, с каплей драконьей крови, но полыхнет в них что-то или нет, я не знаю. Он дал им денег, когда его жена умерла, дал возможность жить человеческой жизнью и ушел к своим. Он учил меня как наемницу. А в двадцать два я сбежала из дома.

– Ага…

– Двадцать пять – возраст первого драконьего совершеннолетия. Магия сформирована, дракониц можно выдавать замуж. До этого возраста не рекомендуют, мы можем не выносить яйцо…

– И тебе приглядели жениха?

– А то ж! Раз я не сдохла, то надо найти породистого, ну и договор заключить. И тут такое дело. Я просила алтарь отрезать меня, ну он и выполнил. Считай, я не имею права на помощь рода, а он не имеет надо мной власти. Так, в очень ограниченных рамках. Торговаться можно, а приказывать нельзя.

– И замуж выдать – тоже?

– Если я сама соглашусь – можно. А если нет, то нет. А я соглашаться не хотела, и так едва не померла.

Костя задумчиво почесал нос. Драконица явно что-то недоговаривала, но чутье подсказывало, что это не из-за него. Просто личное. И он бы тоже все карты сразу не открыл. Нормально!

– Дай я скажу, как понял, а ты поправь. Значит, три поколения твоих предков косячили, и это отразилось на тебе. Увернуться ты успела, но если бы продолжила идти той же дорогой, ваша магия расценила бы это как предательство? Так?

– И влепила бы мне так, что чешуя облетела бы.

– Ну, с этим понятно. А то, что ты сбежала? Это типа не считается предательством?

– Нет. Отрезала – вот и держись подальше от рода, наращивай мощность, восстанавливай силу, работай над собой, изучай практики и теорию, это засчитывается. Если получится – работай по специальности.

– И получалось подработать?

– Конечно. Мы с Бертом много чего скопировали для меня. Я читала, училась, несколько раз снимала проклятия, когда ко мне обращались. Магия рода это засчитывает. А вот у моей семьи дела шли не так радужно.

– Породистый жених обиделся?

– В том числе. Но от него отец деньгами откупился. А вот у сестер и братьев начались проблемы. Братья женились, а детей не было и не было. Сестры повыходили замуж в другие рода, там малыши хоть и были, но только слабосилки. Конечно, и ритуалы проводили, и старались, но не получалось ничего. Меня нашли, но я уже на тот момент была капитаном наемников, меня никто не выдал бы. Я долго скрывалась, почти десять лет, это реально много.

– Всяко много. По нашим меркам вообще…

– Люди живут меньше. Я наотрез отказалась возвращаться домой, мы поскандалили, и меня достаточно долго не трогали.

– А потом отец позвал?

– Нет. Клаус Дубдраган.

– Дуб – чего?

– Черный дракон. Да не простой, а глава клана черных. Он вообще ублюдок и чуть ли не полукровка, с примесью, но жестокости и подлости у него хватило на весь клан. Меня это не сильно касалось, а зря. Надо было думать. Но кто мог такое предугадать? Он решил, что сможет объединить кланы черных и красных под своей рукой, и принялся это осуществлять. Для начала вторгся в наши земли. Вызвал отца на поединок, убил его. Мою мать разорвали в клочья. Мои братья тоже были убиты. Сестер Клаус заставил перейти в род мужей. Насильно. Может, это для них и было благом, по крайней мере, их отсекли от нашего алтаря, теперь дети у них могут стать сильнее, но одна из сестер не выдержала. Погибла. Я осталась последней из Ланидиров.

– И та от алтаря отвязана.

– Клаус об этом не знал. Иначе… я бы не смогла извернуться. Все и так было достаточно плохо. Как последняя из рода я обязана была отомстить за семью. И продолжить свой род. Обязательно. Этого требовал алтарь, давил, ведь магия не знает пощады. Но я была отвязана от алтаря, и на меня он не мог давить практически никак.

– Ты могла послать Клауса ему же под хвост?

– Не могла. Я все равно оставалась красной и из рода Ланидир. Если бы отказалась – мне пришлось бы вообще уходить в другой род. А это большая потеря сил, и все равно пришлось бы кому-то подчиняться. В родовом кодексе много оговорок. Я, кстати, его читала.

Костя припомнил Трудовой кодекс, Налоговый… Вряд ли у драконов там три строчки нацарапано. А ведь это не только пролистать как роман, это еще осмыслить, запомнить и применить.

– Очешуеть можно.

– У меня была определенная свобода действий, но очень небольшая. И… алые драконы – мой клан. Может, и не самый лучший, но рыба гниет с головы. Что я могла требовать от них, если моя – моя – семья уже столько лет пренебрегала своей кровью и магией? Заботилась лишь о выгоде… Что спрашивать с остальных?

– А что, твои красные так легко прогнулись?

Далина опустила глаза.

– В чем-то… Я не буду оправдывать отца. Я его не любила, и не только меня он обидел. А еще он рассчитывал справиться сам. Алые могут взывать к чужой крови. Но отец предполагал, что легко победит Дубдрагана, вот и отнесся легкомысленно. Если бы он приказал клану защищаться, если бы хоть попробовал воззвать к родовой магии, а он просто вышел на поединок. И я так полагаю, что недооценил противника. Я за Клаусом почти год наблюдала, он страшный враг. Отец же был самонадеян… Все закономерно. Алые просто получили другого правителя, а распределение осталось тем же самым. Те же доходы, те же долги, те же родовые способности, а если все то же самое – зачем бунтовать?

– Ну так-то да.

Далина пожала плечами. Конечно, она многое недоговаривала, это была общепринятая версия, но Косте пока и так сойдет.

– Я рядом с Клаусом была примерно год. Приглядывалась… И как наемник скажу тебе прямо. Он неглупый, но ограниченный. Очень злой, очень обиженный на своих же, и это сыграет с ним плохую шутку. Он страшный враг и ужасен в бою, но как политик «на троечку», как у вас говорят. Его достаточно легко прогнуть в нужном направлении – при желании.

– У тебя такого желания не было?

– Нет. У его любовницы было. Но это другой разговор.

– А тот – это который?

– У меня была плохая вилка. Я обязана была отомстить за отца, но мне это было не под силу. Я почти не связана с алтарем, сил он мне бы много не дал. А Клаус – один из сильнейших. Это был бы не бой, это убийство.

– Тебе бы гранатомет под крыло.

– Не было у меня ни гранатомета, ни возможности. Хотя идея мне нравится. Я как раз думала, когда мне привезли письмо. Клаус предлагал встретиться и поговорить. Я согласилась.

– И чего он сказал?

– Он предложил хотя бы частично удовлетворить желание алтаря.

– Это как?

– Выйти за него замуж и родить ему сына. Ланидира, который сможет объединить два клана.

– Очешуеть! – У Кости чуть пузыри носом не пошли. – А что, и так можно?

– Нет.

– Но он же предложил?

– И я даже согласилась!

Костя едва окончательно не подавился воздухом. Пришлось стучать по спине и откачивать.

– Что-то я ни хвоста не понимаю. Объяснишь?

– Алые это знают, остальные тоже, но как сказку, что ли. У людей же иначе: было одно королевство, стало три, через сто лет – два. Людям не все равно, но и с магией их ничего не будет. А драконы строго разделены по кланам. Есть черные, есть красные, черно-красных не будет. Так – нельзя.

– А Дуб этого не знал?

– А кто бы ему основы родовой магии объяснял? Если б я сама не училась, дурой была бы. А его кому учить было? Воевать он умеет, не поспоришь, да и традиционно черные в магии слабее, в бою сильнее.

– Сила есть, ума не надо.

– Есть там ум. Они стратеги, тактики, боевики, но не политики. Да и для магии крови другое нужно.

– Допустим. Получается, он поставил нереальную цель?

– Да. Мой сын родился алым, он не сможет командовать черными. Магия черных ему будет чужда.

– И Дуб этого не поймет?

– А как? К алтарю алых я сына принесла, мой род продолжен – условно. К алтарю черных его пока нельзя, только через год, не раньше, и до того мне надо забрать Леонидаса.

– Придешь и попросишь?

Далина пожала плечами.

– У меня есть план. Давай я расскажу тебе пока, что было дальше. Я заключила с Дубдраганом договор. В общем-то у меня не было выбора. Или я соглашаюсь на его условия, рожаю ребенка и умираю, или не соглашаюсь – и умираю сразу же.

– А он бы остался без бэбика?

– Нет. Была возможность… Если пресекается наш род, следующие по силе – Тандилары. Можно было повторить с ними тот же фокус. Дать им алтарь, и когда они возьмут его под контроль, опять вырезать род, опять оставить кого-то из девчонок, получить от нее сына – не одна, так другая, была бы чешуя алая.

– Погано как-то.

– Не то слово. А самое паршивое, я бы все равно померла. В первом случае у меня был шанс. Плохой, но был. Во втором – меня бы сразу убили.

– Ты согласилась на брак.

– Да. У нас был полноценный брак, только без возможности причинить подонку вред. С моей стороны. Клаус-то как раз мог навредить, но мы оговорили это. Без битья, без телесных повреждений, брачный контракт у нас был достаточно строгий. Таскай в постель хоть три раза на дню, но кулаки чесать не смей. Убить можешь, но сам. А прихвостни – мимо.

– Я понял. Что могла, ты оговорила.

– Торговались мы долго, как два барышника на конской ярмарке. Главное я сделала, брак мы заключили, мой отрыв от алтаря он увидел, но тут я отговорилась. Мол, слабая связь, все такое, родовая травма…

– Поверил?

– Влегкую. Такое бывает – плохой доступ к родовой магии. Вот Клаус и не запретил мне проводить ритуалы, ему просто в голову такое не пришло.

– А ты их проводила?

– Всю беременность. Я старалась, делала для малыша все возможное, привязывала его к алтарю, напитывала силой рода. Сейчас мой сын намного сильнее меня связан с алтарем, да он и просто сильнее. Я видела его потенциал… не зря старалась! Следовало совершить кучу ритуалов, под разные фазы Луны… я чуть не рехнулась. Спасибо Берту, он мне помог в свое время, я это знала! Если б пришлось в спешке искать, в жизни бы половину не нашла.

– Ты ему нравилась, наверное.

– Да нет, я ж говорю, друзья с детства, – отмахнулась Далина. – Ну и ему выгоднее без Клауса.

– Ну-ну.

– Пф… Потом ребенок родился – и через три дня, после первого ритуала у алтаря, меня не стало. Клаус лично убил меня. Он меня тоже ненавидел, понимаешь? Я – его, он – меня. Отношение не скроешь, мы друг к другу едва не в перчатках прикасались. Высчитали ночь, подходящую для зачатия, ну и… гадость, чтоб его!

– Ладно, убил тебя любимый муженек, а потом что?

– Я почти не привязана к алтарю, но я привязана к своему малышу, а малыш – к алтарю. Несколько капель крови – и моя душа смогла отправиться не на перерождение, а на поиски тела. Такое бывает, знаешь?

– Киношку видел. Там в мужика демон вселялся, и прочее…

– Я не демон. Но бывает так, как у Даши. Она не справилась, она умирала и просила защиты и помощи для своего ребенка. Я справилась, но мне нужно было продолжать. И я… В нашем мире бывало такое, что дух алого дракона находил себе новое тело, пока не закончены его дела на земле. Но это верно для Ардейла. А вот в другом мире свои законы.

– Какие?

– Уф! Дракон-первопредок, как же сложно объяснять то, что всем известно!

– Тренируйся. Потом мелкому объяснять придется, будет весело.

– Я тебя в няньки позову, не отвертишься.

– В армию удеру.

Далина фыркнула и принялась объяснять:

– Душа через сорок дней должна уйти. Это – закон.

– А, у нас это тоже есть. И что? Ты скоро загнешься?

– Если вернусь в свой мир – то через сорок дней. Если останусь здесь, то буду жить столько, сколько и обычные драконы. Еще лет двести мне отпущено, крови и магии хватит. Сына успею выучить, на крыло поставить, дочь выращу, тебя человеком сделаю.

– Ну-ну. Так тебе что, на Ардейл возвращаться нельзя?

– Можно. Но на тридцать дней, к примеру. Чтобы запас был. Лучше даже быстрее, забрать сына – и смыться.

– А тебе его так и отдадут?

– Ты что? Дубдраган сопротивляться будет, как сможет! Поэтому лучший вариант – забрать малыша и сразу же сюда. Худший… хотя нет, не худший. Можно убить Дубдрагана.

– Давай убьем, в чем вопрос?

– В оружии.

– Интересно, а дракона можно дроном завалить? Или гранатомет нужен? Или ракетная установка?

– Притормози. Ваше оружие у нас не сработает, у нас слишком большая насыщенность магией. Порох – еще куда ни шло, это простая химия, и на коленке смешать можно, а вот остальное никак. Электроника при проходе через портал погорит, как свечка.

– Неужели у нас нет шанса?

– Боюсь, что нет. Но отчаиваться мы не будем. Если все сложится хорошо, Клауса свои же разорвут. Я пока весь план четко не вижу, я пока думаю, но шансы у нас есть. И подставить, и забрать малыша… и жить здесь.

– А ничего, что вы драконы?

– Ничего. Переедем поближе к местам, насыщенным магией, а остальное детали. И вообще, мой сын потом наверняка захочет вернуться на Ардейл. А я останусь тут.

– М-да. Знаешь, я примерно половину не понял, а вторую половину не осознал, но одно ясно. Срочно надо зарабатывать. А то с двумя бэбиками на съеме – повесишься. Скажи, а у вас есть такое – компенсация за моральный ущерб?

– Чего? – не поняла уже Далина.

Послушала Костины пояснения и кивнула:

– Отличная идея. Я на это дело половину родового запаса выгребу. У черных.

– Вот и правильно. И свяжись с этими своими… как их? Ланами? Танами?

– Тандиларами.

– Долго на скороговорках тренировалась?

– Годами.

– Вот, с ними надо будет связаться. Если ты этого Дуба пришьешь, кто-то же должен будет взять власть в свои лапки?

– Тогда они ее моему сыну не отдадут. Нет, нужен кто-то другой. Я подумаю.

– Блин, как все сложно!

Далина развела руками. Жизнь вообще штука сложная и противная. И с этим ничего не поделаешь.

Ардейл, замок Ланидиров

– Долго ты еще валяться будешь?

Клаус смотрел на своего капитана с возмущением. С его точки зрения, через неделю после порки дракон уже обязан встать и мухой летать по замку! А он валялся, словно так и надо!

Беннет мог бы встать. И магией мог бы все ускорить, и дорогими лекарствами мазаться, но… не хотелось. Драконы не знают слова «депрессия», но у Беннета была именно она.

Далины нет.

И он связан клятвой.

И все темно, и пусто, и тоскливо… Можно жить без крыльев, но как выжить, когда нет надежды?

– Что-то не так?

– Ты мне нужен!

– Зачем?

Клаус аж поперхнулся.

– Зачем?! Да ты… ты что – с ума сошел?

Беннет посмотрел на своего… да что уж там! Хозяина! Посмотрел тоскливо и с явным отвращением, так что Клаус едва удержался, чтобы не добавить раненому. Остановило лишь одно соображение – выздоравливать будет дольше.

– Мне нужна твоя работа!

– Понимаю. Вот как встану, так сразу, – согласился Беннет. Он даже не издевался, просто потерял интерес к жизни. Тоска накатывала, аж дышать не хотелось. Мог бы и не дышать, драконы и так могут.

– Скоро ты встанешь?

– Не знаю.

– Что лекарь говорит? – пока еще спокойно поинтересовался Клаус.

– Не спрашивал, – отозвался Беннет.

Клаус рыкнул вовсе уж зло и пошел срывать гнев на лекаре. Ридола Гарм, которая об этом визите знала, дождалась, пока Дубдраган ушел, а лекарь уполз лечить свои синяки и ссадины, и встала у кровати Беннета.

– Хватит разлеживаться.

Беннет не удостоил ее даже взглядом. Ридола покачала головой.

– Вот так и уйдешь? И бросишь ее сына?

Ответом стал тоскливый взгляд. Мужчины! У женщины инстинкт требует защитить вот это маленькое-слабенькое, а мужчины частенько к детям равнодушны. К чужим детям.

И то, что Далина – мать маленького Леонидаса, особо ничего не меняло. Отец-то Клаус!

– Что ты от меня хочешь? – шевельнулись бледные губы.

– Приходи в себя. Тогда расскажу.

– Не хочу.

Ридола притопнула ногой.

– Хочешь, чтобы последнюю ее памятку убили?

– Не убьют, Клаус позаботится.

– О чем? Он своей бабе доверяет, а у той глаза как у кошки. И сало сожрать, и тряпкой не получить! Дорвется она до малыша, ничего хорошего не будет!

– Не дорвется.

Звучало это вроде бы безжизненно, но… Ридола усилила нажим:

– Я старая. Ты мне помоги, сынок, а потом хоть крылья складывай! Я тебе даже яд достану, если захочешь!

– В чем помочь?

Самоубийство Беннету клятва запрещала, но ведь ее и обойти можно. Если эта драка понимает, насколько ему плохо… он ей поможет выжить, а она ему – умереть. И неплохо получится!

– Мне мальчишку нужно до третьего посвящения довести, а там уж он сам разберется. Это лет пятнадцать, но куда торопиться?

– Пятнадцать?

Драконов к алтарю представляли трижды. Первый раз – как можно скорее после родов отец и мать. Второй раз глава рода, примерно лет в десять-двенадцать, как начиналось взросление, третий раз – когда дракон обретал свой второй облик. Или первый?

Дракон делился кровью, алтарь делился силой.

Далина, кстати, и второе и третье представление алтарю прошла сама. Родители ее со счета списали, это уж потом, когда жениха нашли, хотели дочь к алтарю привести. Только Далине уже не нужно было…

– Пятнадцать лет – это рано.

– Далина даже раньше второй облик приняла, ей четырнадцать было.

Беннет вспомнил рассказ библиотекаря и кивнул:

– Понимаю…

– Ты вот во сколько перекинулся?

– В двадцать шесть.

– А Клаус?

– В двадцать два.

Беннет помрачнел, вспоминая кое-что, и Ридола выругала себя. Рано сказала… попробуем повернуть.

– Далина сына любила. И понимала, что планы Клауса – это химера. Такого быть не может.

– Почему? Ну, будет он править двумя кланами, что такого?

Ридола качнула головой:

– Где ж вы растете-то, такие незнающие? А?

Беннет вздохнул.

– И так бывает.

– Расскажи, хоть знать буду – как?

Беннет пожал плечами.

Рассказать? А что тут рассказывать? Среди драконов, как ни странно, самые плодовитые синие, а самые любвеобильные – черные. И плевать чернышам, кого под себя грести. После боя, в горячке, они кого угодно вылюбят. И частенько после такого появляется потомство.

Только вот не все дети нужны родителям.

Печально? Но факт. Очень часто дракончик, когда рождается, забирает жизнь матери. Если она человек, если обычная, не слишком одаренная… дракон же магический, он просто высасывает несчастную. И получается, что одного родителя у дракончика сразу нет, а второй… да хорошо, если он вспомнит, с кем спал!

Проявится ли у ребенка дракон?

Этого никто не знает сразу. Считается, что если лет до пятидесяти не проявился, то дальше точно его не будет. Но на младенце-то не узнаешь! И даже подростки находятся в подвешенном состоянии.

В то же время драконов не так много. Разбрасываться ценными хищниками никто не хочет, и черные – тоже. А потому… детей, которые вот так остаются без родителей, они собирают на своих землях в несколько детских домов. Учат их там, кормят, воспитывают в верности клану, дважды представляют к алтарю, в младенчестве и когда дети начнут созревать, мальчики осознают себя мужчинами, девочки уронят первую кровь…

Алтарю от этого ни жарко ни холодно, не-драконов он просто не воспринимает. Кстати, часто матери сами в эти дома приходят, знают, если умрешь во время родов, ребенок хоть жив останется. Если есть вероятность, что папа драконом был… не всегда женщина точно знает, кто отец.

Потом мальчики получают профессию, девочки тоже учатся чему-то полезному в жизни, замуж выходят, им даже маленькое приданое дают…

Красиво звучит? Благородно даже.

Только вот нравы в таких приютах не драконьи, а волчьи. Старшие вытирают ноги о младших, те сбиваются в шайки, иначе не выжить…

Клаус был полукровкой.

Беннет – чистокровным драконом, только родившимся вне брака. У матери уже был другой жених, и ей случайный ребенок нужен не был. У отца тоже была своя семья, вот и получилось ни туда ни сюда. То есть – в приют.

А там стало еще хуже. У маленького дракончика рано проявились признаки второй ипостаси, уже после второго прихода к алтарю у него начали расти зубы, тот самый, второй ряд, начали время от времени появляться чешуйки…

Тут и началась травля. Детская, а значит, вдвойне жестокая и бессмысленная.

И пропасть бы Беннету, но рядом оказался Клаус.

Клаусу на тот момент уже семнадцать было, и прикрыть мальчишку он мог. Связываться с ним никто лишний раз не хотел, а Клаус уже и сам демонстрировал те же признаки. И зубы у него росли, хотя и плохо…

Сначала мальчишки держались вместе. Потом постепенно подружились. А потом Клаус просто подставил Беннета.

Ну кто там, в приютах, будет мальчишкам про родовые особенности рассказывать? Про клятвы, про кровь? Это уж потом, когда мальчишки вторую ипостась получат, какой-то род их к себе примет, вот там пусть и объясняют сколько захотят. А в приюте…

Зачем всем подряд такое знать?

Беннет и не знал.

Этим Клаус и воспользовался.

Кто в детских играх не клянется другу в верности? Играли же в рыцарей? Было? И короля выбирали, и присягу ему приносили, вроде бы понарошку, до конца игры…

Только вот однажды в огонь полетели волосы и кровь Беннета. А в остальном…

Текст клятвы тоже составлял Клаус.

Огонь, волосы, кровь, клятва – все оказалось настоящим. Тогда-то Беннет и не понял, уже потом, когда Клаус затянул поводок на шее друга.

Ридола внимательно слушала.

– И тебе оставалось только следовать за ним.

– Да.

Первое-то время плохо не было, Клаус рвался к власти над черными… и что? Беннету они – кто? Спасибо, не дали помереть с голода? Ай, благодетели!

Им бы такое детство, с постоянной травлей, в лохмотьях, впроголодь, с вороватыми воспитателями и «темными» по ночам. Уже не нравится? А почему?

Так что Беннет поддерживал друга.

А вот когда затосковал… Да вот, когда увидел Далину Ланидир.

Наверное, для Беннета она стала идеалом драконицы.

Алые волосы, алые глаза, алые губы, мощная, красивая, яркая… она сразу привлекала к себе внимание. Но не внешность была самым интересным. Беннет же собирал о ней информацию… как могла больная дракошка стать капитаном наемников? Как прошла такой путь? Участвовала в войнах, поединках, была лучшим клинком отряда…

Сколько ей пришлось приложить труда?

Уважение, восхищение, а потом еще и влюбленность… и все сложилось и ударило в самое сердце.

А когда Клаус поставил такое условие, когда потребовал от женщины пожертвовать собой, Далина и тогда вела себя более чем достойно! Это Клаус потерял лицо! А она…

Она была королевой! И ради клана сложила крылья, ради всех алых и ради своего рода… Беннет сам не понял, когда по уши влюбился. Он привык просто пользоваться женщинами, просто брать, бросать, идти дальше, только вот…

Далина.

Прекрасная. Алая.

Как вообще можно было смотреть на какую-то Рассину, когда рядом такое сокровище? Целовать жабу, если рядом королева? Даже смешно!

Ридола слушала. Внимательно, чутко, а потом… потом погладила дракона по черным волосам.

– Ты выздоравливай, мальчик. А я тебе вот что скажу. Я посмотрю по архивам. Если кто и мог бы разорвать твою клятву, то только алые.

– Разорвать?

– Хочешь небось отомстить?

Глаза Беннета сверкнули черными бриллиантами.

– Я не могу. Клятва.

– Я поищу, как ее можно разорвать. Но ты не сдавайся.

– Так не бывает.

– Алые – могли. Просто не говорили об этом, но шансы у тебя есть, если все так, как ты рассказываешь. А если не получится, так что же? Помоги мне, чтобы отомстить за нее, а потом уйдешь, если захочешь. Яда на твой век достанет! Только помоги! Я ж Далину с яйца растила, думаешь, мне сейчас легче? Она меня незадолго до родов просила сына поберечь, я и сделаю, она мне как родная дочка была!

Беннет медленно положил руку на ладонь Ридолы.

– Крепись.

– Сам видишь. Не складываю крылья. И ты не смей – пока! Понял?

Беннет понял. И опустил ресницы.

Он продержится. Какое-то время еще он продержится. Если есть надежда отомстить…

Ради такого стоит еще немного пожить! Определенно стоит!

Россия, наши дни

– Далька, как идет перестройка в дракона?

– Полным ходом, – потянулась Далина. – Энергетический каркас почти завершен, начинают проявляться драконьи черты. Да ты сам можешь увидеть. Чем ярче волосы и глаза, тем активнее процесс.

– Они у тебя уже достаточно яркие.

– И все остальное идет потихоньку. Вот и когти, и клыки, и сила…

– Сила?

– Иди сюда.

Костя себя легким не считал. Достаточно рослый мальчишка, хотя и худой, но… чтобы вот так?

Далина вспрыгнула на стул и вытянула вперед руки.

– Держись за мои ладони. Жестко.

– Ну… держусь.

И все равно было неожиданностью, когда Костю вдруг резко подняли.

– Ух ты!

– Да. Я уже могу поднять больше, чем вешу сама. Не так чтобы намного, но могу.

– Отлично!

– Возрастает сила, ловкость, гибкость, формируется энергетический каркас, потом я летать смогу, пусть и в энергетическом виде, но это лучше, чем ничего!

– Покатаешь?

– Не смогу. Сам подумай, какая моя масса, а какая тридцатиметрового дракона? У меня будет консистенция… киселя, если хочешь. Ты просто упадешь через меня.

– А ты не можешь сделать отдельные части поплотнее?

– Могу. Но это не сразу, и ненадолго, может, минут на пять-десять. Как чешую или когти. Магии у вас тут недостаточно!

Костя печально вздохнул.

А как было бы здорово! Вот он, на спине дракона, рассекает облака…

– На Ардейле покатаю. Обещаю.

– Здорово!

Не было печали, явился знакомый. На боях он был, но там подойти не успел, да и ни к чему солидному мужчине в очереди толкаться. Можно в клуб подъехать и словно бы издали завести разговор о том, что у тебя товар, а мне он приглянулся. Вот та, розовенькая, она и в постели такая же гибкая?

Умару такой друг и рядом не нужен был, но с Фаридом приходилось считаться. Потому он и старался переубеждать знакомого словами. Не надо, ни к чему, найди кого другого… Фарид не убеждался и активно требовал розовенькую Кэсси, и лучше в полное владение. Да-да, с бабой он договорится. Главное, чтобы друг Умар претензии не выставил!

Кэсси может не согласиться? Так баба же! Кто ее спрашивать будет?

– Умар, да что там эта сопля может?

– Что надо, то и может. Тебе запись с тренировки показать?

– Э, нет! Мне это неинтересно! Давай я сам попробую!

– Хабиб попробовал. Больше не хочет.

– А, это его трудности! Ну не может баба быть сильнее мужика!

– Она не сильнее, она опаснее, – попытался объяснить Умар, но Фарид махнул рукой:

– Не верю в такое!

Умар закатил глаза.

Да, в бизнесе иногда и такое случается. Фарид приметил Далину еще на боях, и ему стало интересно. Только он думал, что все подстроено, и пришел выяснять, через кого Умар все провернул.

Ну не могла ж она сама… там же немочь бледная, дунешь – улетит! Какие там победы? И волосы еще эти розовые – даже подумать смешно!

– Фато, ты ее положить сможешь?

– Если прикажешь, – отозвался телохранитель.

– Вот, пусть с Фато попробует.

Умар скрипнул зубами.

– Ладно. Я ее попрошу.

– Ее еще и просить надо? Прикажи, и все. – Фарид даже удивился.

Вот ведь идиот! Но куда деваться? Он может быть трижды идиотом, но у него свой бизнес и обороты хорошие, и Умару не надо бы с ним ссориться. А вот это может случиться, если Даша что-нибудь выкинет.

Или сам Фарид.

Они оба могут, и не знаешь, кто хуже.

В любом случае…

– Пошли в японский зал. Сразу и поговорите.

«Заодно и кабинет целее будет. А то вы его разнесете, если не договоритесь. Запросто».

Далина как раз тянулась. Ногу на перекладину, да повыше, самой телом наклониться к ноге, потом другую… лучше разогреть мышцы до занятия. Да-да, у тренера на занятии времени нет. Ему надо за всеми посмотреть, поправить тех, кто косячит, показать, как правильно, так что тренироваться получается или до, или после занятия. Лучше – до. Если показывать приемы, то на разогретые мышцы.

– Даша!

– Что случилось?

Голос Умара она узнала, но оборачиваться не стала, вот еще. Растянется – тогда. И вообще, в зеркале все видно. И самого Умара, и толстяка рядом с ним, и глыбу в дорогом костюме, которая стоит за толстяком. Телохранитель? Ха, бараны!

Кто ж телохранителя так одевает? Ему нужно свободно двигаться, легко доставать оружие, а тут костюм! Он в нем, бедный, как шкаф в чехле, не шевельнуться, не повернуться. А галстук чего стоит?

Кто придумал нацеплять на телохранителей эти удавки?

– Ты не могла бы повернуться?

– Секунду. – Далина сложилась еще раз, чувствуя, как приятно начинает тянуть сустав, потом сняла ногу с перекладины, развернулась и выпрямилась. – Слушаю?

– Вот мой друг, Фарид.

Далина посмотрела на квадрат в дорогом костюме. Точнее – куб.

– Рада знакомству.

– Он считает, что твой бой был подставным.

Далина пожала плечами:

– И что я должна сказать по этому поводу?

– А ты не говори, ты попробуй с Фато справиться? – предложил Фарид, азартно блестя глазами из складок сала.

Далина подняла брови.

– И что мне за это будет? – Толстяк даже опешил. Не ожидал? А зря. – Что мне будет, если я справлюсь с вашим человеком?

– Э-э… денег хочешь?

– Хочу. Я дерусь не ради удовольствия, а ради заработка, – не стала оправдываться Далина.

Умар хмыкнул, понимая, что может уесть «друга Фарида».

– Десять тысяч на Дашу.

– Отвечаю десятью тысячами.

– И выигрыш заберет победитель.

– Всего десять тысяч? – возмутилась Далина. – Меня так низко ценят?

Умар пожал плечами и увеличил ставку вдвое. А потом и еще вдвое, когда Даша сморщила нос. Фарид даже не засомневался, увеличивая ставку. Он-то рассчитывает, что платить не придется.

– Ладно. За эти деньги я согласна поработать. Фато – это он? – Далина невежливо ткнула пальцем в телохранителя.

– Да.

– Когда?

– Здесь и сейчас. Нас не заденете?

– Нет. Уважаемый, вас не затруднит подойти? – Далина отступила подальше от начальства и поманила к себе груду мышц.

Фато медленно снял пиджак. Наверное, мужчина рассчитывал произвести впечатление, но Далина даже бровью не повела. Перекачанная гора мышц с проработанным рельефом – это, конечно, красиво. Но сразу видно, что ноги у телохранителя слабее. А рельеф… кому он вообще нужен? Ты воевать собираешься или перед бабами в салонах красоваться? Во втором случае и рельеф можно. А в первом…

Наемники кубиками и ямочками похвастаться вообще не могут, у них другие задачи. Ладно, сам пришел, сам и напросился. И галстук не снял, баран.

Еще и пальцем ее манит.

Вот наивный человек!

Далина улыбнулась и сделала шаг вперед, покачивая бедрами. И еще один. И еще… Она рассчитывала шаги так, чтобы оказаться ровно в полутора шагах от Фато. И тот не выдержал. Потянулся вперед. Сейчас он достанет эту девицу и скрутит ее… ладно, не причиняя особенного вреда!

Он и правда был достаточно быстр – для человека. Только вот драконы другие. И Далина размазалась в воздухе, скользя под вытянутую руку. Галстук словно сам собой лег в ладонь, перекрутился, затянулся и дернулся вниз. А за ним и телохранитель.

– Ух!

Большой шкаф и падает громко, а Далина жалеть не стала. Если бы она весила побольше, смягчила бы падение Фато, а так… грохнулся несчастный всей тушкой да об маты. Аж зал вздрогнул. Плавно, как лепесток сакуры, слетел со стены расписанный японскими красотками веер.

Далина пожала плечами. Она понимала, что удар, пусть даже сильный, телохранителя так просто не остановит. Взгляд на Умара.

– До трех раз?

– Да.

Фато поднялся на колено. В этот раз он смотрел внимательно, настороженно, и уже Далина поманила его пальцем:

– Твоя очередь подходить.

Мужчина двинулся вперед. Галстук полетел в сторону. А хорошее качество – такую тушу свалил и не порвался! Фирма!

Теперь он был внимательным и сосредоточенным. Вот сейчас, ему только схватить… Он даже ощутил под своими пальцами теплое девичье плечо. А потом его закрутил какой-то неумолимый вихрь, размазал в пространстве, заставил пошатнуться…

– Ух!

– Два, – прокомментировала Далина.

В третий раз Фато был еще более осторожным, но ему опять не повезло. Оружие применять он не мог, а в рукопашной… У него был опыт! Да, безусловно, целых десять лет или даже пятнадцать. А у Далины – более полувека. И за это время она и в войнах участвовала, и в поединках, а уж сколько у нее было потасовок по тавернам, сколько поножовщины, сколько драк… Счет шел не на сотни – на тысячи и десятки тысяч.

Далина и не собиралась драться с теми, кто сильнее ее, лоб в лоб. Она позволила себя схватить – и нажала на одну из болевых точек. Секунды хватило.

Последствий практически не остается, но, когда нажимаешь, ощущение такое, словно тебя пробило током. Любая концентрация собьется, руки дрогнут. Они и дернулись, и Далина ударила уже всерьез, подсечкой сваливая противника, добивая…

– Ух!

– Еще надо или хватит?

– Думаю, достаточно, – кивнул Умар. Потом сгреб со стола деньги (не свои, понятно) и протянул Далине: – Свободна.

– Э, постой! – опомнился Фарид. – Слушай, я такой еще не встречал! Не хочешь у меня поработать?

Взгляд мужчины скользил по тонкой фигурке. И явно не со спортивным интересом. Далина даже опешила. Хотя… Мало ли извращенцев? Может, нравится ему, когда его баба тряпкой по стене гоняет?

– Нет.

– Я заплачу. Хорошо.

– С меня и этого довольно.

– Я в пять раз больше заплачу. И премии будут.

Масляные глаза блеснули, Далина поморщилась.

Что уж там, и в бытность ее наемницей бывали клиенты, которые путали воина с продажной девкой. Только тогда она была на две головы выше, и объемы соответствующие, и голос… Одного взгляда хватало, чтобы самые упертые понимали: нет – это когда нет. А если не доходило, Далина могла просто сесть сверху и раздавить самомнение.

– Значение слова «нет» посмотрите в толковом словаре, – сухо сказала драконица. – У меня скоро занятие начнется.

Может, Фарид и сказал бы что-то еще, но Умар оценил и стойку женщины, и нехорошие искры в глазах, и сжатые кулаки… и кое-как уволок приятеля. Далина выдохнула и стала ждать учеников.

Ну что за тупые люди?

Хотя не только люди. Ей встречались и тупые сирены, и тупые драконы… Идиот – понятие вне рас и национальностей. Но здесь идиоты хотя бы магией не владеют.

Здоровущий черный кадиллак Далину больше разозлил, чем испугал. Хотя и затормозил буквально в полуметре от ее кроссовок.

Стекла поползли вниз. Кто бы сомневался? Тот самый навязчивый идиот и его невезучий телохранитель. Почему невезучий? Потому что любой идиот рано или поздно нарвется, это закон мироздания. Может, позже, может, раньше, но это обязательно случится. А телохранители в таких ситуациях мигом становятся козлами отпущения, если вообще выживают.

– Садись, подвезу.

Далина качнула головой:

– Нет.

– Поговорим. Я тебя отвезу, куда скажешь.

– Нет.

– Фато…

– Мало получил? Добавлю.

Да, с этим вопросом была небольшая недоработка. Но Фарид подстраховался, и из машины вышло уже два «шкафа».

– Мы просто поговорим, да?

– Нет, – отрезала Далина.

В этот раз речь уже не шла о спорте, и потому она не стала ничего ждать. Упала, перекатилась, какой-то камешек больно впился в ладонь, но это была ерунда. Главное то, что оба телохранителя сбитыми кеглями полетели на асфальт. Далина буквально в метре от них извернулась и ударила своим телом, ногами, как варан – хвостом. Прямо по их ногам.

Кость Далина, конечно, не сломала, да и не каждый варан это сможет. Но мужчины повалились на тротуар. Фато, как более опытный и уже «летавший», сполз по джипу, но успел в последнюю минуту слегка сгруппироваться, а второй рухнул со всего размаха. Далина, следуя кодексу наемников, тут же вскочила на ноги, и Фато тут же сильно пожалел, что не упал. Следующий удар последовал в пах – и в горло, на добивание. Попутно досталось второму телохранителю, на которого Далина просто прыгнула сверху, чтобы достать до Фато. В нем и так не особо много воздуха оставалось, а она еще добавила приятных ощущений.

Фарид смотрел на все это круглыми глазами из окна машины.

Далина перевела на него плотоядный взгляд. И – направилась к окну.

Мужчина пискнул, поднял стекло, но…

Далина молча, не говоря ни единого дурного слова, ударила в стекло пальцами, скрюченными словно когти.

Где уж там в полумраке Фариду было приглядываться – есть свечение на кончиках пальцев, нет свечения… Да и Далина постаралась, чтобы оно было едва-едва заметно.

В стекле осталась аккуратная дырка. Сквозная. Пробитая пальцами. И побежали от нее в разные стороны веселенькие трещинки.

Далина вежливо оскалилась.

– Нет – это значит нет!

Развернулась и ушла. А что ей еще оставалось делать?

Кадиллак стоял на том же месте. В машине дурно пахло – пришло осознание. До самой глубины пробило. Постепенно приходили в себя телохранители. Поднялся сначала тот, на которого Далина просто прыгнула, потом Фато кое-как собрал себя в кучку.

– Хозяин?

Фарид, бледный как мел, уже горячо радовался тому, что в машине кожаный салон. И распоряжение его было кратким:

– Меня – домой. Машину – мыть и в химчистку.

– А эта баба?.. – начал было второй телохранитель. Потом посмотрел на Фато, на пробитое стекло и очень задумчиво замолчал.

– Хрен с ней, – махнул рукой Фарид, стараясь изобразить барственность. – Всех не пере… любишь.

Телохранители еще раз посмотрели на дырку. Потом вспомнили, что хозяин отдавал «Кадиллак» на переделку и стеклышки у него бронированные. Прикинули силу удара – и загрустили.

Ну его в болото с такими заданиями.

Им сейчас четко и ясно показали, что пожалели. Могли бы убить. Если такими пальчиками бронестекло пробили, то как это могло бы в горло прилететь? Или в живот? Да какая разница – куда? При такой-то силе удара!

Фато полез за руль.

Запаха, стоявшего в салоне, никто не замечал. Выветрился, наверное. Через свежесделанную вентиляцию.

– А стекло?

– Пусть заменят. А вот это – мне домой привезете.

Телохранители закивали.

Привезут. И лишний раз подумают, что Даша – добрая и вежливая девушка. Била бы она их с такой силой, лежали бы на асфальте два трупика.

Фарид по приезде домой засосал три бутылки коньяка в одно рыло. Потом проспался, а потом еще раз посмотрел на стекло и отдал Фато еще один приказ.

Что бы там ни было, но…

Уж очень все унизительно получилось для «настоящего мужчины»! Может, не напугайся он так или поведи себя Далина чуточку иначе… Но вот занесло! Закоротило, и искры посыпались в разные стороны. То ли от ярости, то ли от дурости.

Не хочешь по-хорошему?

Так будет по-моему!

Никуда ты не денешься! А потом и самой понравится!

Ардейл, замок Ланидиров

Норберт протирал книги в библиотеке.

Доверить столь важное занятие слугам?

Издеваться изволите?

Они все сделают не так! Вообще, могут мокрой тряпкой повозить по бесценному переплету! А уж их отношение к древним инкунабулам… то шарахаются от книг, как будто те кусаются, то лапают без всякого уважения, полной горстью… это тебе что – половник? Ты за ложку так хватайся, за кружку, а книгу – не смей!

Книги уважать надо!

Берт не представлял себе жизни без книг. Именно это и подружило его в свое время с Далиной.

Никто из Ланидиров не любил читать, но у маленькой алой драконицы, прикованной, казалось, к кровати навсегда, не было другого выхода. Книги были ее единственным окном во внешний мир.

Хорошо хоть читать девочку научили…

Берт сначала просто приносил ей книги. Не библиотекарь же будет с томиками по замку бегать, вот еще не хватало! Есть у него сынок на подхвате – вот и пусть старается. То принести, это отнести, читала Далина быстро, вскоре она уже глотала по одной-две книги в день, а иногда и быстрее – не набегаешься.

И… ребенок же!

О чем с ней может говорить умный человек, библиотекарь, да просто – взрослый мужчина! Это же маленькая девочка!

Так что отец Норберта быстро нашел решение.

Книги носил Берт. Он же и разговаривал с Далиной Ланидир, он же и книги для нее подбирал. Наверное, какие-нибудь романы… или что там читают маленькие девочки? Сказки? Истории про принцесс?

Неважно!

В библиотеке и без глупых девиц много дел!

Закупка, реставрация, восстановление, копирование, каталогизация, библиотекари свою зарплату не просто так получают! И дети оказались практически предоставлены сами себе.

Она – дочь главы клана.

Он – сын библиотекаря.

Звучит как начало любовного романа? Увы, Далина не интересовалась любовью. Она просто не верила, что когда-нибудь встанет на крыло, да и как это – любить? Ее же никто в своей семье не научил, родителям не до нее, братья-сестры заняты. Старая нянька? Ридола Гарм?

Эта Далину любила как родную, но тоже боялась потерять девочку… именно она как-то при Далине спросила Берта, что он читал последним. Так и разговорились.

А что может читать мальчик?

Путешествия, приключения, хроники войн… это же взялась читать и Далина. И очень быстро они подружились. Берту было интересно говорить с подругой о книгах, Далина тоже была рада общению, Ридола прикрывала их дружбу, сколько могла… долго, очень долго.

Именно Берт принес Далине первые дневники ее предков. Ему было интересно читать, правда, кое-что ему не открывалось. Родовая магия.

Любой дракон может вести дневник. Но если он хочет что-то скрыть от чужих глаз, оставить что-то для потомков, как быть? Выход нашел какой-то умный драконий предок. Несколько капель крови в чернильницу, коротенькое заклинание – и готово! Написанное тобой видно только твоим потомкам! Прямым, по крови! Если кто-то из потомков пожелает прочесть написанное вслух – пожалуйста. Тогда мудрые слова можно будет записать уже обычным способом, тогда они станут доступны всем. Обычно никто не желает.

Не просто так применяется заклинание, с его помощью записывают рецепты, заклинания, записывают самое сокровенное, то, что и подушке не доверят…

Но любопытно же! Вот взял Берт дневник Раймонда Ланидира, а там, считай, половина кровью написана! А это – Раймонд! Он воевал, путешествовал, четыре раза женился… это не так интересно, а вот как он через горы перелетал, как с дикарями жил…

Начинаешь читать – и тут пробел в записях! И опять начинаешь – и опять лакуна! Вот как тут быть?

Правильно, попросить Далину, чтобы та прочитала и рассказала Берту. Или вслух почитала, он честно-честно не будет ничего записывать. И без заклинаний и рецептов обойдется, не дурак же!

Далина и прочитала. И другие дневники у него попросила, и мужские, и женские, и читала их, и что-то даже для себя записывала… Одно из самых тайных воспоминаний Норберта – тонкий профиль драконицы, склоненный над книгой.

А теперь ее нет.

Скрипнула дверь. Норберт обернулся.

На пороге стояла эта синяя гадина… фу, слабачка! Чем сильнее дракон, тем ярче в его внешности родовые цвета. Даже у Норберта волосы отдают в красный… ладно, он каштановый, но с красными прядями! А эта вообще светловолосая, ни голубого оттенка, ни синей пряди!

– Что вам угодно, драка?

– Мне? – Рассина навила на палец золотую прядь. – Пожалуй, что-нибудь почитать. У вас в библиотеке есть эротические сонеты?

Норберт сморщился, но желание дамы – закон.

– Сейчас посмотрю. Драк Ренейт вам подойдет, или поискать еще кого-то?

– Вполне подойдет.

Норберт направился в глубину библиотеки.

«Сонеты! Эротические! Да зачем они тебе, с таким-то вырезом? Ты читать вообще умеешь?»

Книгу он нашел быстро, благо, знал, что и где стоит. Достал тот экземпляр, который подешевле и попроще… да-да, книги в библиотеках есть разные. И коллекционные, и для чтения вот такими… особями! Не выдавать же ей прижизненное издание, в сафьяновом переплете, отделанном золотом и ониксом? Потом книги недосчитаешься!

Ей и что попроще сойдет, вот, тисненная серебром кожа, даже несколько гравюр есть…

Рассина подошла поближе к библиотекарю, медленно взяла книгу у него из рук.

– Благодарю, драк… вы ее не читали?

Роскошный вырез оказался совсем рядом с Норбертом.

– Я… все читал…

Норберт хотел сказать это сухо и жестко, но голос дрогнул. А потом Рассина открыла книжку.

Голос ее понизился до рокочущих ноток, грудь вздымалась, и стояла она так близко, что Берт чувствовал ее запах, неожиданно притягательный, мускусный, острый, напоминающий о плотском грехе и смятых двумя телами простынях…

– А…

– И плоть начнет…

Рука Рассины уверенно нашла ту самую плоть, на которой нет глаз, и нежно сжала.

Пару секунд у Берта, наверное, еще был шанс вырваться. А потом…

Мозгов в этом органе, увы, тоже не было. А опыта у Рассины было всяко больше, чем у скромного библиотекаря, так что пальцы погладили сначала через одежду, а потом сноровисто расстегнули пуговицы и принялись действовать намного более вольно.

Несколько секунд Берт стоял как статуя, сверкая окаменелостями, а потом притянул к себе женщину и вспомнил другие книги. К примеру, те, в которых учили, что делать с женщинами и как это делать правильно. Да-да, он читал! И все оставались довольны! Наука же!

Рассина застонала так, что рассуждать стало намного сложнее. А потом…

Бедные книги! Чего им только не пришлось увидеть за их долгую книжную жизнь. Хорошо еще, томик сонетов упал в стороне и не пострадал. А то обидно было бы… сонетам.

Получив свое целых три раза, Рассина поцеловала любовника в щеку, оделась и ушла. И книгу с собой прихватила. Ей же нужен повод, чтобы вернуться.

А Норберт остался лежать на куче своей одежды. И размышлять, что это такое было?

Хотя думалось ему плохо. Лежалось и мечталось намного лучше… Дубдрагана он теперь понимал!

Какая женщина!