Глава 8

С утра она проснулась и долго соображала, где находится. Посиделки затянулись, и девушка ожидала, она встанет с головной болью.

Ром действительно оказался очень хорошим, достаточно крепким, чтобы забыть о неприятностях, и между тем не столь сильным, чтобы довести их до беспамятства. Хотя сам Дерек предпочитал коньяк.

Приведя себя в порядок, она вышла на кухню. Хозяин дома уже проснулся и, одетый в костюм, цвета стали, сидел за барной стойкой, читая новости в планшете.

— Привет! — девушка села напротив, — Как спалось?

— Замечательно. Кофе будешь?

— Я сделаю сама, сиди, — она подошла к кофемашине, — На двоих?

— Нет, я уже убегаю, — мужчина выключил планшет и одним глотком допил свой кофе, — Клаус отвезет тебя.

— Спасибо, — поблагодарила она от всей души, — Я — твоя должница!

— Аккуратнее со словами, — синие глаза сверкнули озорством, — А то я поймаю на слове и потребую оплату долга!

— Фу, как меркантильно! А как же чистота помыслов, что отличает истинного дракона? — поддразнила Веро, беря чашку и садясь напротив Дерека. Тот хмыкнул:

— Я ж не деньгами буду брать, а натурой… Так что можешь мне испечь что-нибудь к ужину!

— Не знала, что у тебя есть склонности к суициду, — она весело посмотрела на него, — Мои кулинарные способности заканчиваются в тот момент, когда я жарю яичницу и нажимаю кнопку, чтобы приготовить кофе.

— Тогда запишись на кулинарные курсы — мне нравятся девушки, которые умеют готовить!

— C чего вдруг ты решил, что я хочу тебе понравиться?

— А что, ты так страстно целуешься со всеми, кто угощает тебя ужином? Тогда беру свои слова обратно, ужин за мной!

Он быстро чмокнул онемевшую от такой наглости девушку в щеку и сбежал из квартиры, перескакивая через три ступеньки.

Веро с укором покачала головой и собрала свою сумку, рассчитывая, что сегодня она прямо с работы направится в особняк с драконами. Клаус, стоявший около «яга» (Дерек, по всей видимости, взял свой спорткар), тут же забрал ее из рук девушки и предложил, что отнесет ее в кабриолет, поскольку все равно должен проследить за приездом ремонтников. На все ее заверения, что этого делать не стоит, он вежливо, но твердо отвечал, что «мессир дал именно такое распоряжение». Веро попыталась набрать Дерека, но его телефон был отключен, — скорее всего, он был на заседании суда. Зло цокая каблуками по мраморному полу холла, она прошла в лифт.

Аннет уже сидела на своем месте, яростно колотя по клавишам.

— Привет, шеф, опаздываешь! — весело отозвалась она, даже не поднимая головы, — Цветы принесли десять минут назад, а отчет будет готов через пятнадцать!

— Хорошо, — Веро с азартным интересом посмотрела на цветы. Крупные махровые гроздья фиолетовой сирени, окруженные белыми хризантемами и небольшими головками белого лугового клевера, были заботливо уложены в плетеную корзинку. В глубине зеленых листьев виднелся уголок очередного бланка повестки. Скривившись, Веро дернула его двумя пальцами, листья зашелестели, словно нехотя выпуская добычу. Развернув бланк, она прочитала «Может быть, все-таки сходим в кино?».

— Аннет, ты не знаешь, что значит фиолетовая сирень? — задумчиво спросила Веро. Секретарь оторвала взгляд от монитора:

— Что?

Девушка повторила вопрос. Аннет удивленно покачала головой:

— Нет, насколько срочно это надо узнать?

— Не надо, это были мысли вслух, — усмехнулась ее начальница, направляясь к себе в кабинет, — Можешь принести кофе?

На этот раз сайт открылся сразу.

— Да тут целое послание, — пробормотала она, вчитываясь. Белые хризантемы гласили: «Я несчастен!», клевер — «Думай обо мне!», а фиолетовая сирень — «Я так хочу твоей ласки!». Слегка поморщившись от такого пафоса, который был бы уместен в конце позапрошлого века, не позже, Веро хищно блеснула глазами и, еще раз вчитавшись в сайт, набрала номер отдела доставки цветов. Надиктовав заказ, она довольно усмехнулась и принялась за работу. Звонок раздался ближе к обеду. Вынырнув из счетов и описей имущества, подлежащего разделу, девушка взяла трубку. Дерек достаточно быстро сообщил, что ремонтники уже поставили новые шины, и кабриолет готов. На всякий случай он приказал Клаусу быть до вечера неподалеку, чтобы избежать повторения вчерашнего инцидента.

— Спасибо, — сдержано поблагодарила девушка.

— Пожалуйста, — отозвался он, что-то неуловимо веселое проскользнуло в его голосе.

— Ты что-то хотел еще сказать?

— Да, маргаритки — это очень мило… Только, как я понимаю, в магазине не было обычных, которые значат «никогда не скажу о своих чувствах» и мне принесли белые… И если ты так настаиваешь…

— Настаиваю на чем? — Вероника нахмурилась.

— А это, девочка моя, посмотри сама, — он проникновенно усмехнулся, отчего по коже девушки пробежали мурашки, и нажал отбой. Сколько ни уверяла себя Веро, что она не будет смотреть эти глупые значения, но рука сама потянулась клавиатуре. Открыв сайт, она застонала: белые маргаритки означали «Будь мне верен!». Словно в продолжение издевательства, Аннет без стука просунула голову в дверь:

— Там еще цветы!

— Какие? — обреченно спросила Веро,

— Фиалки, но почему-то синие… и еще посыльный спросил, будет ли ответ, — она слегка растеряно посмотрела на своего босса. Та кивнула, сверилась с сайтом и распорядилась:

— Амазонские лилии и альпийские розы.

— Да? Ну ладно, — секретарь скрылась за дверью. Веро откинулась на спинку кресла и задумчиво посмотрела на потолок. Синие фиалки означали «я верен тебе», а сочетание цветов в ответном букете гласило: «Будь осторожен! Любовь опасна!»

На это послание Дерек так и не ответил, зато на электронную почту пришло извещение от цветочного магазина по поводу скидок — как оптовому клиенту. Осознав, что она вновь тратит рабочее время впустую, девушка зло щелкнула клавишами, удаляя письмо и, заставив себя сосредоточиться, вновь погрузилась в работу.

Она закончила, когда за окном уже почти стемнело. Спохватившись, что Дерек может счесть, что она специально заставляет его ждать, Вероника сохранила файлы и выключила компьютер. В приемной уже никого не было: верная себе, Аннет упорхнула ровно тогда, когда стрелки часов показали семь. Впрочем, помощница всегда задерживалась, если это действительно было необходимо, поэтому Веро никогда не предъявляла претензий, даже если та начинала собираться за десять минут до конца рабочего времени.

В коридоре офисного центра тоже была тишина. В основном все арендаторы уже разошлись, осталось лишь несколько, как и она, полуночников. Уже в лифте она обнаружила, что оставила мобильный телефон, в котором было сообщение с кодом, на столе. Подниматься вновь наверх не хотелось. Проклиная свою забывчивость, девушка вышла из лифта в паркинге, где сейчас оставалось с десяток машин, большая часть которых была накрыта пыльными чехлами, поскольку хозяева находились в отъезде. Внезапно лифт за ее спиной вздрогнул, а сам паркинг на секунду погрузился в темноту. Правда, лампы тут же вспыхнули вновь, но их свет был более тусклым. Наверняка сработал аварийный генератор.

Едва заметный запах паленого, к которому примешивался аромат осенних листьев, ударил в чувствительный нос дракона. Охваченная нехорошим предчувствием, девушка подалась назад и попыталась вызвать лифт, но он не работал. Она скептически осмотрела пространство, прикидывая, что быстрее: дойти до машины или же до двери охранника. Ее кабриолет стоял за двумя квадратными колонами. Место было выбрано специально, чтобы избежать толкотни и обвинений в нарушении границ парковочных мест.

Пока она размышляла, во рту появился какой-то странный привкус. Похожий был, когда Грег напал на нее с ножом. Рука сразу же отозвалась тянущей болью. Запах начал усиливаться, голова кружилась. Решив не рисковать, Веро на всякий случай сменила обличье. Удалось с трудом: сонная дурь уже начинала действовать, связывая кровь дракона. Тело выгибалось, не желая меняться. Мышцы крутило, будто после многочасовой тренировки, в голове шумело. Преображение давалось, как в первый раз. Она чувствовала, как огромные крылья буквально разрывают кожу на спине, как трансформируется позвоночник, вытягиваясь и становясь более гибким, как ногти закручиваются, превращаясь в смертельно острые когти, а кожа покрывается легкой и очень плотной чешуёй. Внезапно все запахи стали более резкими, а предметы — более четкими. Приглушенный свет бил теперь очень ярко, а слух улавливал непонятные звуки. Преображение состоялось, Веро встопорщила гребень и почти бесшумно заскользила к своей машине. Краем глаза она заметила движение вдоль стены и резко повернулась, но это была всего лишь ее тень. Она усмехнулась, вернее, оскалила зубы и замерла.

Они стояли около уродливых прямоугольных колонн, за которыми находилась ее машина. В темных штанах и водолазках они почти сливались с тенью. Их было трое. Двое незнакомцев и Грег. Все смотрели на нее почти немигающим змеиным взглядом, и девушка невольно попятилась. В их глазах она читала жажду ее крови. В руках одного из мужчин она заметила что-то типа медного кофейника, из носика которого вился дым. Такие она видела на пасеках, когда пасечники доставали из ульев соты с медом. Запах травы и листьев стал сильнее. Голова кружилась, ее клонило в сон. Перед глазами замелькали огненные мушки. Словно завороженная, она следила за ними, как они растут, становясь все ярче и ярче. Находясь на грани сознания, она чуть не пропустила момент, когда в воздух взвилась шелковая сеть. В самый последний момент она успела отскочить, выдыхая огонь.

Пламя огненным смерчем промчалось по паркингу, оставляя после себя следы копоти. Трое мужчин бросились врассыпную. Веро черной стальной молнией кинулась за Грегом, пытаясь поймать его. Она знала, что нужна этим людям живой. Наркотик делал ее движения замедленными и неуклюжими, она ощущала себя мухой, увязшей в патоке и пытающейся пошевелиться. Тело не слушалось, крылья были словно налиты свинцом. Понимая, что долго так она не продержится, Веро сделала вид, что наркотик окончательно подействовал. Заметив это, все трое подошли ближе. Один из них, самый высокий, вновь держал сеть в руках. Шаг, еще шаг, она заставляла себя считать эти шаги по бетонному полу, чтобы не забыться. Еще шаг… Понимая, что больше ждать нельзя, она вскочила и выпустила в нападавших очередное пламя. Огненный шар пронесся над их головами, опалив волосы. Грег выругался и зло посмотрел на Веронику, вскочившую и отпрянувшую к стене. Она стояла совершенно неподвижно, стараясь, чтобы подрагивающий кончик хвоста не выдал ее напряжение. Воздух в паркинге словно сгущался. В голове пронеслась запоздалая мысль, что, несмотря на камеры, охрана даже не вышла взглянуть на происходящее. Впрочем, этому Веро была даже рада, не хватало еще зацепить кого-нибудь из обычных людей. Раздувая ноздри, она втянула воздух, чтобы вновь извергнуть огонь, спазм скрутил горло, она закашлялась, окутав помещение клубами дыма. Серо-черный, он мягкими клубами скользил по паркингу, постепенно становясь более прозрачным. Запах паленых листьев теперь смешивался с запахом сажи. Как только дым рассеялся настолько, чтобы вокруг можно было видеть, Веро заметила тех, кто пытался напасть на нее: все трое лежали в глубоком обмороке, вызванном удушьем. Во всяком случае девушка искренне надеялась именно на это. Слегка пошатываясь, она прошла мимо них, на ходу подхватив шелковую сеть и накинув на тела.

От сонной дури голова кружилась. В драконьей ипостаси все запахи ощущались более резко. Девушка нетерпеливо оглянулась, ища охранника, который должен был давно выскочить из своей комнаты, заметив на камерах неладное, но высокого грузного мужчины в форме, иногда улыбавшегося ей, нигде не было.

Она вновь подошла к своему автомобилю, надеясь, что в багажнике завалялась хоть какая-то смена одежды, но машина была настроена на отпечаток пальца и багажник не желал открываться дракону. Оглядевшись по сторонам, Веро попыталась вернуться в человеческое обличье, но, очевидно, сонная дурь блокировала саму возможность смены обличия, разрывая связь крови человека и дракона. Запах горелых листьев все еще витал в воздухе, терпкий и приторно-мягкий, он внушал безотчетный страх, заставляя сердце биться сильнее. Вспомнив рассказ деда, девушка вдруг ощутила себя в ловушке. Конечно, она могла выломать ворота и вырваться на улицу, полную народа и машин. Но это была бы крайняя мера, после которой ей пришлось бы провести не один час в полицейском участке, а потом предстать перед судом Пятерых, доказывая необходимость применения силы дракона. К тому же недавние три выверны и проблемы, связанные с ними, делали этот поступок слишком рискованным.

Ей оставалось лишь одно — ждать, пока действие наркотика ослабнет. Вздохнув, девушка легла на бетонный пол и положила голову на лапы, пытаясь успокоиться. Фернанд рассказывал ей, что тогда в подземелье он старался разогнать кровь и двигался, но в бетонном подвале кружить около многочисленных колон было безумием. Оставалось надеяться, что действие травы закончится раньше, чем наступит утро и в паркинг начнут въезжать машины. Тело сотрясала мелкая дрожь, ее бросало то в жар, то в холод. Грудь сжималась в спазмах. Пару раз ей казалось, что она больше никогда не сможет вздохнуть, и она силой успокаивала себя, пытаясь оставаться неподвижной. Веро уже потеряла счет времени, когда дверь, ведущая в комнату охраны, распахнулась, и оттуда в паркинг буквально ворвались Дерек с Конрадом.

— Веро! — фон Эйсен со всех ног кинулся к дракону, сквозь пелену тумана ей показалось, что его лицо было мертвенно-бледным, — Ты в порядке?

— Почти, — кивнула она, пытаясь подняться на ноги, но те слишком затекли и подгибались, — Здесь опять эта трава… Я не смогла обернуться обратно.

Вкратце она объяснила ситуацию. Усмехнувшись, Конрад покачал головой и направился к злоумышленникам, начавшим приходить в себя. Краем глаза Веро видела, как он достает телефон и, набрав номер, отдает кому-то приказы. Дерек тем временем снимал с себя футболку.

— Открой рот, — приказал он.

— Зачем? — насторожилась девушка.

— Прикус проверю! — усмехнулся мужчина, доставая из кармана джинсов какой-то пузырек, — Это антидот или называй, как хочешь. Давно проверенное средство. На войне мы всегда его таскали с собой. С некоторых пор я решил возобновить эту полезную привычку.

— А футболку ты зачем снял?

Дерек выразительно посмотрел на дракона, затем покачал головой:

— Подумай, в каком виде ты обернешься. Нитки, бывшие недавно твоим костюмом, кстати, валяются по всему паркингу.

— Откуда такая запоздала скромность! — фыркнула Веро и послушно открыла рот. Лекарство было очень противным, вяжущим, с явным привкусом аниса. Его хотелось выплюнуть, но девушка заставила себя проглотить все, до последней капли. Дрожь почти сразу прошла, дышать стало легче. Заметив это, фон Эйсен отвернулся став так, чтобы скрыть оборачивающегося дракона от случайных взглядов.

— Камеры отключены, охранник спит, — слишком ровным, что говорило о внутреннем напряжении, голосом произнес он. Веро перекинулась и быстро натянула на себя футболку. Ткань, мягко закрывавшая тело почти до колен, еще хранила тепло мужского тела. Запах парфюма и еще чего-то первобытно- звериного заставлял голову кружиться. Стараясь успокоиться, девушка обхватила себя руками.

— Все еще трясет? — Дерек совершенно неправильно истолковал ее жест. Прежде, чем она успела ответить, он обнял ее за плечи и буквально силой усадил на пассажирское сидение её собственной машины, сам, обойдя кабриолет, сел за руль, — Конрад вполне разберется с этим сам, к тому же лишние вопросы нам не нужны.

Веро послушно пристегнула ремень, словно зачарованная, задумчиво наблюдая, как напрягаются мышцы на его руках, когда он перехватывает руль на поворотах. Он уверенно выехал из паркинга и, несмотря на духоту летней ночи, нажал кнопку, поднимающую складной верх машины.

— Не хочу, чтобы кто-нибудь свалился на голову, — пояснил он в ответ на вопросительный взгляд девушки, — Сегодня на окраине города обнаружили еще одну выверну. Это была наша территория.

— Кто-то из ваших?

— Не знаю. Конрад проводит проверку, — зеркало заднего вида отразило беспокойство, плескавшееся в синих глазах.

— А выверна? Мертва?

Дерек покачал головой:

— Нет. Она была живой. Наши великие гуманисты заперли ее в клетке и пробуют запустить обратный процесс. До последнего часа я полагал, что выверна и Грег Иво — одно гм… лицо? В результате я весьма гадко провел вечер, рассказывая свои догадки, за исключением покушения на тебя и предположений о выверне, конечно, твоему приятелю Торнтону в присутствии главы клана Иво. Они сделали вид, что обеспокоены, — Дерек чуть наклонил голову, контролируя «мертвую зону», чтобы перестроиться в другой ряд, — С Торнтоном все понятно, гонорар он все равно получил, но вот Иво…

— Он всегда боится оказаться замешанным в скандал, — пожала плечами Веро.

— Думаешь, исчезновение сына для него было бы меньшим злом? Грега можно осудить и без его присутствия. Впрочем, после сегодняшнего нападения, у парня нет шансов.

— Я не собираюсь подавать заявление в полицию! — запротестовала Веро.

— Разумеется. Это — дело Совета Пятерых. Ты подашь заявление сразу туда.

Девушка с сомнением покачала головой:

— Не думаю, что это хорошая идея. Иво сейчас слишком весом и не позволит мне очернить Грега. Он, скорее, использует свое влияние на Совет Пятерых, чтобы положить папку с формулировкой «не доказано» на полку.

Он бросил на нее задумчивый взгляд:

— Возможно, ты и права.

— Поверь, я просто желаю ошибиться! — заметив, что они приехали, Веро отстегнула ремни и собралась выйти, но Дерек удержал ее.

— Подожди, — он вышел сам, обошел машину и, распахнув дверцу, подхватил девушку на руки, — Ты же босиком, а ступени холодные.

Прежде, чем она пришла в себя и начала возражать, мужчина легко зашагал по ступеням в квартиру. Крепко прижатая к мужской груди, Веро слышала, как бьется его сердце. Тонкая ткань футболки являлась слабой преградой, и она кожей ощущала жар, исходящий от его тела. В его объятиях ей было спокойно и хорошо, и она, устав от волнений вечера, почти покорно склонила голову ему на плечо. Торопливо поднявшись по ступеням, Дерек открыл дверь и поставил девушку на пол, все еще удерживая за талию. Она подняла голову, чтобы взглянуть на его лицо и замерла. Синие глаза ярко сияли, слегка затуманенные страстью, дыхание было слишком прерывистым. Веро показалось, что мир вокруг замер в ожидании. Не выдержав напряжения, она сама прильнула к нему, целуя в губы. Он на секунду замер, а потом прижал ее к себе, отвечая не менее страстно. В какой-то момент он отстранился, вызвав ее недовольный стон.

— А как же кино? — спросил он, обжигая дыханием ее губы.

— К черту кино! — рассмеялась Вероника, буквально силой притягивая его к себе. Растворяясь в поцелуях, она и не заметила, как оказалась лежащей на диване. Футболка давно скомкалась и задралась. Опираясь на руки, Дерек навис над ней, в его глазах светилось неприкрытое желание. Она пробежалась пальцами по спине, наслаждаясь его атласной кожей, к поясу его джинсов и замерла, словно спрашивая. Мужчина кивнул, вновь впиваясь в ее губы.

Звонок телефона заставил его выругаться. Трели залихватской мелодии раздавались одна за другой. Он виновато посмотрел на девушку:

— Это Эдвард Амстел. Мне придется ответить.

Веро кивнула, даже не пытаясь скрыть разочарование.

— Да, — буквально рявкнул в телефонную трубку Дерек. Его голос был хриплым.

— Судя по твоему дыханию, или ты бежал кросс по пересеченной местности, или у тебя сейчас находится моя племянница, с которой ты занимаешься грехопадением, — даже Веро было слышно, что дядя просто в ярости.

— У вас что-то важное, судья? — бросив пристальный взгляд на девушку, фон Эйсен нехотя поднялся и, тяжело дыша, отошел к барной стойке, чтобы разлить спиртное по бокалам. Девушка невольно залюбовалась мышцами спины, перекатывающимися под кожей. Пальцы до сих пор покалывало от желания вновь прикоснуться к нему.

— Я всего лишь хотел узнать, где Вероника. Она не отвечает на звонки, и мы все беспокоимся.

— Может быть, просто забыла телефон где-нибудь? — Дерек протянул одни из бокалов Веро.

— И ее машина вновь стоит у твоего дома. Я, кстати, нахожусь там же. Мне подняться, или ты все-таки дашь ей трубку?

— Судья, вы на моей территории, — предупредил фон Эйсен, — И Веро пришла сюда по доброй воле. Поэтому советую вам расслабиться и поехать домой. Если ваша племянница захочет, то позвонит сама.

Он нажал отбой и буквально швырнул дорогой гаджет на барную стойку из искусственного камня. Веро отсалютовала ему бокалом, пытаясь за юмором скрыть смущение:

— Даже я не смогла бы осадить его лучше, чем это сделал ты.

Дерек усмехнулся:

— Признаться, в тот момент я готов был его убить.

Промолчав, Веро задумчиво смотрела в бокал. Магия рассеялась, и теперь ей было несколько неловко сидеть на диване в футболке с чужого плеча. Дерек это понял. С тяжелым вздохом поставив свой бокал на барную стойку, он окинул ее внимательным взглядом:

— Тебе, наверное, лучше одеться. Боюсь, что Эдвард просто так не отстанет, — по интеркому он коротко распорядился принести из багажника кабриолета сумку.

— Если тебе так проще, я могу уйти, — Веро встала, смущенно одергивая трикотажную ткань, словно пытаясь укрыться.

— Не говори ерунды! Просто не стоит лишний раз дразнить герцога Амстела. Да и тебе будет комфортнее разговаривать с ним одетой.

— Герцог бы точно до такого не опустился, — тихо вздохнула она, вспомнив о деде. Дерек хмыкнул, сразу поняв, о ком она говорит:

— О, да! Тот испепелил бы меня еще на подлете к окну твоей спальни в замке, а потом со своей знаменитой кривой ухмылкой уверил моего деда, что я сам во всем виноват.

— Ты заблуждаешься, — покачала головой Веро, — Фернанд бы заявил, что ты устроил публичный акт самосожжения и на суде предъявил бы свидетелей.

Полностью соглашаясь с ее словами, Дерек пригубил коньяк. Девушка залпом допила свой, когда в дверях появился Клаус. Фон Эйсен тут же забрал у него сумку и лично занес в гостевую комнату:

— Похоже, тебе проще оставить ее здесь, — усмехнулся он.

— Похоже, мне вообще стоит переехать к тебе? — отпарировала Веро. Дерек пожал плечами:

— Ты же знаешь, я не буду против.

— Против будет Эдвард!

— Когда это тебя волновало его мнение?

— Ну, — протянула она, весело смотря на мужчину, — Иногда удобно о нем помнить и прикрываться … может, все-таки выйдешь? Тебе, кстати, тоже не мешало бы надеть рубашку!

— Да, мадмуазель! — он вежливо поклонился и закрыл за собой дверь. Быстро переодевшись в джинсы и голубую льняную блузу, девушка вновь вернулась в прохладную гостиную. Дерек уже стоял в бежевой рубашке-поло и светлых джинсах. Судя по его влажным волосам, он успел заскочить в душ.

— Ну и жара, — он тряхнул головой. Веро кивнула и села на диван, слегка покраснев от воспоминаний. Фон Эйсен понимающе хмыкнул и, заняв высокий стул у стойки, придвинул к себе стопку бумаг.

— Итак, — начал он с серьезным видом, хотя в глубине его синих глаз таились смешинки, — Вероника Амстел… дату рождения я помню, вид занятий — адвокат…

— Что это? — движимая любопытством, она подошла ближе и с удивлением прочитала, — Протокол допроса свидетеля по делу?..

— Мне все равно надо предоставить его в суд, так что… — он пожал плечами, — И не садись на крайний стул — я включил кондиционер, там будет холодно.

Веро послушно пересела ближе к бланкам и так же послушно начала отвечать на вопросы. Поначалу ее слегка задевало столь отстраненное отношение сидящего напротив мужчины, а мысли то и дело возвращались на диван, стоявший позади нее, пока она не поймала столь же пламенный взгляд Дерека.

— Нам все-таки лучше сосредоточиться на рутине, — тихо предупредил он.

— Да, ты прав, — вздохнула Веро, вызывая на его лице понимающую ухмылку. Они почти закончили, обсуждая последние спорные формулировки, когда раздался весьма требовательный стук в дверь.

— А вот и гость… Странно, почему домофон не сработал, — Дерек лениво встал и направился ко входу. Распахнув ее, он на секунду замер, затем чуть отступил, церемонно поклонившись:

— Мессиры…

Первым в квартиру, тяжело опираясь на старинную резную трость, вошел высокий седовласый мужчина с ярко-зелеными, будто изумруды, глазами. Эдвард Амстел шел чуть позади него, отдавая дань уважения возрасту. Он холодно кивнул хозяину дома, и оба визитера прошли в гостиную.

— Право слово, Эдвард, это заходит уже слишком далеко, — прошипел Дерек, закрывая дверь и заходя в комнату вслед за гостями. Тот обернулся и зло сверкнул глазами:

— Это уже зашло уже слишком далеко.

— Добрый вечер, — вошедший тем временем кивнул Веро, поднявшейся со стула. На удивление, его голос оказался чистым, без хрипоты, присущей старости, — Полагаю, мы не знакомы. Вернее, последний раз, когда я вас видел, вы были совсем юной особой с золотистыми кудряшками.

Веро, прекрасно поняв, что вошедший с ее дядей — не кто иной, как князь Ричард фон Эйсен, склонилась в традиционном реверансе и с интересом разглядывала главу клана серых драконов. Даже сейчас, с совершенно белыми волосами и слегка сутулой спиной, он внушал почтение. Несмотря на морщины, избороздившие лицо, он не выглядел старым, или, может быть, все дело было в зеленых глазах, ясно смотревших вокруг и подмечавших все мелочи. Князь огляделся, затем подошел к барной стойке, его взгляд упал на бланк допроса, исписанный достаточно небрежным почерком:

— Интересное времяпрепровождение… Признаться, в мою молодость мы проводили вечера по-другому… Впрочем, тебе виднее, чем сейчас лучше очаровывать девушек. Ты позволишь? — он выжидающе посмотрел на внука, тот с наигранными безразличием пожал плечами:

— Разве я могу отказать главе клана?

— С тебя станется, — усмехнулся Ричард и, взяв листы, углубился в чтение. Эдвард медленно прошелся по комнате, бросая взгляды на племянницу. Та вновь села на стул и слегка настороженно смотрела на мужчин. Присутствие князя, главы Совета Пятерых, разрушило защиту, так тщательно выстроенную Дереком против Эдварда, и сейчас все зависело только от настроения этого старика, держащего в руках бумаги. По мере того, как Ричард читал, его лицо становилось все более суровым, даже морщины, казалось, заострились. Закончив, он отложил протокол и встревоженно посмотрел на внука:

— Что значит вопрос о шраме на руке? Это шутка?

— К сожалению, нет, — Дерек подхватил злополучный бланк и вновь положил на стопку бумаг, после чего, разлив коньяк по бокалам, пояснил, — У жены Грега на ладони был шрам, судя по всему, остался после проведения обряда.

Эдвард нахмурился:

— Ты уверен, что он от обряда?

— В этом уверена я, — подтвердила Веро, — У бабушки на ладони был такой же.

Амстел как-то странно посмотрел на девушку:

— Почему ты мне не рассказала?

— Насколько мне помниться, в последнюю нашу встречу ты был слишком увлечен моральными аспектами, мне не хотелось тебя перебивать, — позволив себе эту парфянскую стрелу, она добавила уже серьезно, — На самом деле, я сама не была тогда уверена.

— Мадлен Иво прошла обряд? — князь внимательно посмотрел на Дерека.

— Очень похоже, что да, — он протянул бокал.

— Почему ты не поехал ко мне с этим? — в голосе князя скользнули резкие ноты, он сел в одно из кресел, стоящих у столика.

— С чем именно? — Дерек, засунув руки в карманы, оперся спиной на барную стойку, — С тем, что Иво обвиняют в убийстве жены? Это было написано во всех газетах. Надеюсь, ты их иногда читаешь.

— Мой мальчик, не поверишь, меня обучали весьма сносно, и я даже иногда смотрю телевизор, пока дикторы не начинают нести явную ахинею. К тому же я не настолько дряхл рассудком, чтобы не сложить шрам на руке убитой жены Иво и появление нескольких выверен, о которых мне, как председателю совета, доложили. Но ты же понимаешь, если они прошли обряд, это снимает с Грегори все обвинения.

— Угу, — младший фон Эйсен задумчиво покатал бокал в руках, — Только его жена прошла этот обряд с кем-то другим.

— Что? — Эдвард Амстел буквально подпрыгнул на месте, — Как это понимать?

— Грегори Иво никогда не был драконом, — Дерек задумчиво отпил из бокала.

— Тебе это доподлинно известно? — князь посмотрел на внука, его волнение выдавало лишь то, с какой силой он сжимал набалдашник трости. Эдвард, напротив, не скрывал свое беспокойство по этому поводу:

— Иво никогда не упоминал про Грега…

— Конечно, — вмешалась Веро, — Об этом никто не любит говорить. Хотя теперь мне понятна настойчивость Иво по поводу введения змей в Совет. Он просто готовит место для сына.

— И как ты узнала об этом? — насмешливо поинтересовался Эдвард у племянницы, она подчеркнуто спокойно посмотрела на Дерека, тот пожал плечами:

— Он выскользнул из веревок. Признаю, это моя вина, я и подумать не мог, что он не дракон.

— Позвольте поинтересоваться, мадмуазель, почему он вообще был связан? — князь слегка изогнул брови. Веро вздохнула и коротко пересказала события той ночи.

— Почему ты не поставила меня в известность? — накинулся на нее Эдвард, — Почему я узнаю обо всем лишь сейчас?

— А что, Бертран не донес тебе? — девушка с удивлением посмотрела на дядю, — Я полагала, он рассказывает тебе все.

— Нет, об этом он, почему-то, умолчал, — Эдвард вскочил и начал мерить шагами комнату.

— Это еще не все, — весомо добавил Дерек, — Ты забыла добавить, что несколько раз тебя пытались похитить.

— Обязательно было это говорить? — поморщилась Веро, смотря на то, как лицо Эдварда вытягивается от волнения.

— Конечно. Может быть, твой дядя, наконец, соизволит вспомнить, что одна из обязанностей главы клана — защищать…

— Оставьте этот издевательский тон при себе, фон Эйсен! — вскинулся герцог Амстел, — Я не нуждаюсь в напоминаниях о своих обязанностях, и если бы я знал…

— Ваши обязанности состоят именно в том, чтобы знать, а иногда — и предугадывать! — зло оборвал его Дерек, — Тем более дело касается вашей племянницы!

— Я смотрю, в вас так и плещет рыцарство! — насмешливо заметил Эдвард, мгновенно став похожим на своего отца. Дерек зло посмотрел на него и собрался ответить что-то хлесткое.

— Хватит! — князь фон Эйсен встал между спорщиками, — Прекратите этот балаган! Оба!

— Ну, если прикажешь! — фыркнул его внук, Эдвард Амстел молча отвернулся, не желая идти на конфликт. Веро неодобрительно покачала головой.

— Прикажу, — кивнул Ричард, — Я не хочу повторения древней вражды между кланами! Более того, я наконец-то желаю знать всю информацию по этому делу!

Слово «всю» он выделил особо. Дерек кивнул, стиснув зубы. Было видно, как он борется сам с собой. Князь пристально смотрел на него, словно пытаясь заставить принять решение. Наконец, протянув руку к телефону, Дерек набрал номер.

— Да? — раздался чуть искаженный знакомый веселый голос.

— Кон, ты на громкой связи, и я не один, — предупредил его друг, — Удалось выяснить что-нибудь?

— К сожалению, нет, — в голосе Ингваза звучала досада, — Все трое без сознания, отек легких, в полиции хотят замять дело и утверждают, что эту троицу, скорее всего, кто-то нанял, чтобы пошутить. Когда я попытался возмутиться, мне намекнули, что владельцы паркинга жаждут крови дракона, который засыпал пеплом весь этаж.

— Они издеваются? — фыркнул фон Эйсен, — Они позволили посторонним проникнуть в закрытое помещение, создали опасную обстановку и теперь пытаются избежать претензий!

— Конечно, но ты же понимаешь, что здание принадлежит Иво, и он сделает все, чтобы обелить своего сына.

— Припугни его Советом.

— Разумеется, я это и сделал, — в голосе Конрада слышалось усталое раздражение, — Что-нибудь еще?

Дерек выразительно посмотрел на деда:

— У тебя есть вопросы?

Тот покачал головой:

— Эдвард?

— Нет — мрачно обронил тот. Конрад присвистнул:

— Мессиры, мое почтение! Приятель, я смотрю, у тебя там интересная компания!

— Желаешь присоединиться?

— Спасибо, — даже по телефону все будто увидели, как Ингваз вздрогнул и покачал головой, — Предпочитаю остаться в участке, у меня много работы.

— Держи меня в курсе, — не дожидаясь ответа, Дерек нажал отбой и мрачно посмотрел на присутствующих:

— Наверняка сам Иво тоже в участке. Пытается замять дело.

— Почему арестовали его сына?

— Он был одним из нападавших, Сонная дурь его не берет, значит, он действительно не дракон, — Дерек мрачно посмотрел на глав кланов, — Я думал, мы давно покончили с этим.

— Как оказалось, нет. Герцог Амстел, мне нужно заявление от вашей племянницы, я собираю Совет, — князь резко встал и слегка пошатнулся, внук моментально подошел и подал резную трость. Ричард мрачно кивнул в знак благодарности и привычно оперся на нее, — Завтра ровно в полдень. Дерек, подготовь отчет.

— Да, мессир, — тот кивнул и, помедлив, добавил, — Боюсь, что графу Иво он не понравится.

— Переживет! — князь махнул рукой, словно отгонял назойливую муху. Затем внимательно посмотрел на Веро, — Полагаю, на какое-то время вам, мадмуазель Амстел, понадобится усиленная охрана.

Веро чуть наклонила голову:

— Считаете, тот, кто стоит за нападениями, не отступится?

— И это тоже. К тому же Иво наверняка будет требовать расследования и заключения вас под стражу. В этом случае, пока Совет будет расследовать все обстоятельства вашего дела, могу ли я предложить вам в качестве резиденции свое скромное жилище?

Девушка перевела взгляд на дядю, тот выглядел очень взволнованным.

— Право, князь, вы перегибаете палку! — возмутился он, — Вы же понимаете, что в паркинге у Ники просто не было выхода, как сменить ипостась.

— Я даже постараюсь донести информацию до Иво и порекомендовать ему лучше воспитывать детей, но на все это необходимо время, — он обвёл взглядом присутствующих, — Всеобщий гуманизм и либерализм оказали обществу плохую услугу, заставляя приличных граждан общества доказывать свои права.

— Вообще-то я хотела поехать к матери, — из уважения к одному из старейших драконов она постаралась, чтобы ее отказ не прозвучал резко. Ричард усмехнулся и покачал головой:

— Это не слишком правильное решение, дитя. Судя по всему, на вас объявлена охота… Дочери всегда в трудный момент сбегают к своим матерям, и именно там вас будут искать в первую очередь, как и у вашего дяди.

— Она может остаться здесь, — вмешался Дерек, игнорируя Эдварда, который буквально пытался испепелить его взглядом. Князь улыбнулся и многозначительно посмотрел на внука.

— Давай решим, что ты этого не говорил, а мы не слышали, — миролюбиво предложил он, — Я гм… слишком старомоден, чтобы поощрять отсутствие моральных устоев у собственного внука. Тем более речь идет о внучке Фернанда Амстела.

Дерек криво усмехнулся в ответ и залпом осушил свой бокал.

— Будто бы бабушка Тиль не жила в твоем доме до свадьбы, — пробурчал он. Ричард покачал головой:

— Позволь тебе напомнить, что в доме также жила Луиза… Впрочем, если ты настаиваешь, я могу попросить твоих родителей приехать из замка.

— Спасибо, не стоит, — отказался Дерек, как показалось Веро, слегка поспешно. Его дед хмыкнул:

— Вот и договорились. Мне бы тоже не хотелось слышать постоянные громкие ссоры и такие же громкие примирения. Мадмуазель?

Веро внимательно посмотрела на него, потом на Эдварда, старательно игнорируя Дерека. С момента их первой встречи события вокруг нее развивались слишком стремительно.

Происшествия последней недели никак нельзя было назвать ординарными, и ей действительно необходимо было время, чтобы все обдумать. В этом случае особняк с драконами был не лучшим вариантом. Илона начала бы расспрашивать дочь, а той пока не хотелось ни с кем делиться своими чувствами. К тому же там сейчас жил Шарль, и не стоило им мешать узнавать привычки друг друга.

Мысль о том, чтобы поехать в дом к Эдварду, вообще ужасала, к тому же там часто появлялся Бертран, а ей не хотелось встречаться с ним именно сейчас. Ей действительно надо было разобраться со своими чувствами.

— Я могу поехать в гостиницу, — наконец предложила она, понимая, что мужчины ожидают ее решения.

— Можете, — с мягкой улыбкой кивнул князь, — Но ведь вы не станете этого делать?

Он выразительно посмотрел на внука, Веро вздохнула, фон Эйсен прав, Дереку ничего не стоит приехать к ней. К тому же ни одна гостиница не могла соперничать по безопасности с резиденцией главы Совета Пятерых. Она нерешительно взглянула на дядю, Эдвард покачал головой:

— Фон Эйсен прав, тебя будут искать именно там… и у Илоны. Я бы предложил тебе Цитадель, но это будет слишком… официально. Особняк фон Эйсенов — это действительно лучшее решение, и если князь даст все гарантии…

— Разумеется, — тот слегка наклонил голову, Амстел кивнул:

— Со своей стороны, я постараюсь сгладить возможный резонанс.

— Скажем, мне понадобились юридические консультации… по семейному праву, — предложил Ричард.

— Ага, не иначе, как попытаться лишить меня наследства, — мрачно пошутил Дерек.

— Признаться, желание сделать это возрастает с каждой минутой… — отпарировал Ричард и вновь обратился к Веро, — Вы согласны?

— С тем, чтобы лишить вашего внука наследства? Боюсь, это будет очень длительный судебный процесс, он слишком хорошо знает законы! — отозвалась она и улыбнулась, признавая свое поражение, — Но сама идея хороша, и я с радостью возьмусь за это дело!

— Мой автомобиль ждет у входа, — князь неторопливо направился к дверям, — Эдвард?

— Иду, — отозвался тот и кивнул хозяину дома, — Всего доброго!

Дерек коротко поклонился и повернулся к Веро.

— Все-таки сбегаешь? — поинтересовался он. Девушка пожала плечами:

— Так будет лучше для всех.

— Ты уверена?

— Да, — она заставила себя посмотреть на него. Он прищурился, затем кивнул головой и отступил, позволяя девушке пройти.