Глава 11. Якорь

Вере нечего было обуть, потому впервые для пропуска учебного дня у нее нашлось самое серьезное оправдание. Женька с Ником, такого оправдания не имевшие, поплелись с утра в универ. Андрей долго думал и на работу не пошел – побоялся, что за это время Базука целиком сожрет Веру, тренируя на ней свое остроумие. К сожалению, оного его присутствие не остановило, потому он изгалялся сразу над обоими:

– Каково вам было спать в обнимку и не иметь возможности усилить нажим, дети мои? Верочка, открою тебе секрет – далеко не каждого молодого человека наличие кучи свидетелей в радиусе метра остановило бы. Подумай над этим, когда будешь выбирать следующего молодого человека! Андрюша-Андрюша, а ведь совсем недавно ты был половиной секс-символов всея факультета. Я даже по ошибке думал, что ты «ух». А на деле ты «эх». Че ты глаза закатываешь? Пиццу, говорю, давай купим. Пока у меня занят рот – я меньше говорю. Заманчиво звучит?

Коротко говоря, Ник и Женька даже радовались, что могут сослаться на учебу и хоть немного отдохнуть от этого странного любовного треугольника. А треугольник был – только слепой бы не заметил, как Захара бесят первые серьезные отношения Веры. Он ни разу не сказал об этом прямо, изливался только издевательскими комментариями, но сразу переставал улыбаться, как только думал, что на него никто не смотрит – просто пялился своими темными глазами на теперь чужую девушку и думал о чем-то своем.

В аудитории их ждала важная часть их первоначальной команды, без которой клуб шахматистов неполный – их старая и верная подруга Агата. Ник сразу подсел к ней, расспрашивая, успела ли подготовиться к контрольной, а то у них всех такая жизнь началась, что часто не до учебы. Женька разместился с другой стороны и привычным жестом открыл ее конспекты – он-то задание успел накидать и теперь хотел сравнить, кто справился лучше. Почти привычный ритуал, закрепленный задолго до начала злоключений. Вот только Агата вчера поленилась и ничегошеньки не сделала, стыд ей и позор. Женька захлопнул ее тетрать.

День прошел как обычно, никаких происшествий. Ник отбивался от девчонок, Женька зевал, Агата постоянно о чем-то расспрашивала, как будто хотела удостовериться, что сама все хорошо понимает:

– То есть Захар сейчас на складе?

Ник посмотрел на круглое, приятное личико подруги, обрамленное рыжими кудряшками. Невольно отметил, что Агата, хотя и является обладательницей почти детского выражения лица, выглядит старше них и всех их одногруппников. Ответил удивленно:

– Конечно, где ему еще быть? Он же в розыске! Агата, ты чего?

– Ничего, – она улыбнулась ему ласково. – Подсаживайся ближе, у меня непреодолимое желание тебя гладить всю следующую лекцию по коленке и не только.

Николай вздохнул и пересел к окну. Опять на подругу нашло это забвение, когда она поддается его влиянию. Такое вытерпеть от одногруппниц проще, чем от боевого товарища.

Лекция была скучной, Женька постоянно отвлекался от монотонного голоса преподавателя. И иногда про себя удивлялся, почему они сегодня за Агатой не зашли. Он не мог припомнить, как так получилось – договорились они, что ли, по раздельности сегодня до универа добраться? Не выспался, наверное. Эта спартанская жизнь в мужской казарме без маминых витаминов его рано или поздно доконает.

После пар поехали на склад к своим, а Женьке пришлось отметить еще одну странность – Агата с обожанием смотрела на Ника и пару раз пыталась просунуть руки ему под рубашку. Тот благополучно от домогательств увернулся, но такого уже давно не происходило: Агата в последнее время была равнодушна к другу точно так же, как они перестали вываливать на Базуку всю правду. Вышли из автобуса, направились по пыльной дороге в уже истоптанном направлении. Агата беззаботно болтала:

– Скучно Захару там целыми днями в одиночестве сидеть, я думаю.

Ник согласился:

– Скучно, а от скуки Захар превращается в Базуку.

Она почему-то предвкушающе потерла руки:

– Надеюсь, он там не один, а с какой-нибудь девушкой!

– Вряд ли, – Ник пожал плечами. – Что же это за тайное место, если туда девушек таскать? И сегодня Андрюха с ним остался.

– Короленко? – она прищурила идеально подведенные серые глазки.

– Нет, блин, у нас же выводок Андрюх, и Базука их меняет под настроение! – отшутился Ник.

Агата вдруг остановилась:

– Вы идите, а я вспомнила, что кое-что забыла. Я приеду позже!

– Что забыла? Ты куда? – Женька нахмурился.

Но она лишь рассмеялась и, отмахнувшись от его вопросов, зашагала дальше. Ник едва не бросился следом:

– Агата, подожди! Идти осталось две минуты. Андрей или Базука тебя свозят куда необходимо!

Но девушка сделала вид, что не расслышала, и прибавила шага. Как если бы ее там, в противоположной стороне, ждали какие-нибудь другие друзья. Как будто у нее вообще есть другие друзья.

Немного обескураженные парни вошли на склад, коротко доложили вышедшему навстречу Бойкову, что день прошел гладко. Им стоило разработать уже какой-то план дальнейших действий, неопределенность убивает. Но войдя в кабинет, оба застыли как вкопанные. На коленях у Андрея сидела какая-то блондинка. Ей, кажется, было не очень удобно, но она сидела именно там и старалась тщательно болтать ногами туда-сюда, мельтеша перед глазами голубыми носочками без обуви.

– Да как ты смеешь?! – Ник из двоих был более агрессивным, потому и заорал громче. – Андрей, как ты смеешь морочить голову нашей подруге! Да мы за нее тебя на части порвем, оборзевший!

Захар, остановившийся, за его плечом, задумчиво произнес:

– Реально, как он вообще смеет? Но ты о чем вопишь, рыжий? Они уже сколько времени постоянно милуются.

Раскрасневшийся Николай сжимал кулаки, разворачиваясь к нему. Изменщик его взбесил, но еще хуже, что все это, оказывается, нередко происходило на глазах Базуки – и тот никак не препятствовал!

– И как часто он сюда таскает левых девок, Захар?! Мы от тебя такого еще могли ожидать, но не от него! Потому даже радовались, что Агата начала встречаться с ним, а не с тобой!

Базука – впрочем, как и Андрей с незнакомой девкой – перевели заторможенный взгляд на Женьку. Тот, хоть и говорил спокойнее, но возмущение Николая поддержал:

– Вы разве не понимаете, что любой раскол в наших рядах недопустим? Так, давайте выпроводим гостью, и я вам подробнее объясню, что Агата была с нами с самого начала. В отличие от гниды Короленко. Так догадайтесь, кого мы вычеркнем из команды, если у нас обозначится такое предательство! Девушка, вали, пожалуйста, всеми чертями прошу. Я, может, по роже тебя бить и не буду, но ради подруги подорву тут все окрестности.

Блондинка посчитала интеллигентную угрозу слишком резкой и вскочила на ноги. Прижала руку к груди, задышала часто, повторяя:

– Агата… Вы говорите про Агату?! О боже… Жень, неужели ты меня не узнаешь?

Женька отшатнулся – настолько странным ему показалось то, что незнакомка знает его имя. Но натолкнулся на Базуку, который их обоих схватил за локти и слегка тряхнул. Он зачем-то держал крепко, словно боялся, что сбегут. И говорил тоже судорожно, с признаками паники:

– Жень, Ник, это ведь Вера. То есть нас с Андрюхой вы помните, а ее нет? Это она была с вами с самого начала!

Поверить в это было сложно – больше походило на какой-то розыгрыш. Но Андрей вряд ли поддерживал бы издевательства так долго, да и побледнел он заметно, когда пытался убедить:

– Нет никакой Агаты, понимаете? В смысле, до вчерашнего дня ее не было! Это она засела в доме Веры и заставила ее родителей забыть собственную дочь! Теперь и с вами случилось похожее… Стоп, у вас должны быть какие-то совместные фотографии в телефонах, ведь вы так давно дружите!

Это могло стать реальной подсказкой, но не стало. Ник за тридцать секунд нашел летнюю фотографию их троицы и тыкал пальцем в экран:

– Вот! Мы с Агатой у Женьки на даче!

Андрей с Захаром переглядывались, едва успевая подтягивать челюсти. На снимке стояла улыбающаяся Вера, никаких сомнений! Еще через некоторое время выяснили, что Женька и Ник видят девушку с рыжими кудряшками, а не блондинку. Но, к счастью, начинали слушать и все меньше голосили в поддержку своей правоты. Особенно после того, как и Вера начала перечислять вещи, которые могли быть известны только Агате, то есть какой-то очень близкой подруге:

– Жень, у тебя по осени часто гайморит обостряется. А еще мы с Ником тебе чуть руку не сломали, когда искали у тебя какую-то способность. Помнишь? Ник, у тебя до Нади ни одной девушки не было, да ты и не надеялся, что когда-нибудь появится! Да и отец твой, автомеханик, не верил. А потом…

– Хватит, я понял, – Ник упал на ближайшую раскладушку и зажал голову руками.

Женька рассматривал незнакомое лицо Веры и пытался заставить себя представить, что это именно Агата – да, выглядит иначе, но это именно она. И он же подбирал другие аргументы:

– Ты говоришь, как она. А вот она сегодня говорила не как она… Я еще удивился, что Агата на высшей математике дичь какую-то ляпнула, когда ее препод спросил. Круглая отличница такое из себя и выдавить не сумеет, даже ради шутки… И еще она расспрашивала… – он вспомнил и завопил отчаянно в потолок: – Блин, мы сами привели ее сюда! Показали место! А ей ведь только это от нас и было нужно! Почему же она не пошла дальше?

Андрей пребывал в том же оцепенении:

– Очевидно, поехала за силовой поддержкой. Но что же это за сила такая? Вы вообще можете представить, на что они способны? Предлагаю валить.

– Куда? – обреченно переспросил Базука.

– Куда угодно. – Андрей обернулся к нему. – Если они все обладают чем-то похожим, то мы впятером не имеем ни единого шанса. Можно вернуться в твою квартиру – полиция там вряд ли снова будет искать. Хотя Другие про квартиру могут и знать… они про склад не знали, но теперь здесь небезопасно.

Все были согласны, потому спешно собирали вещи в сумки. Один Женька мялся и пытался подобраться хоть к какому-то выводу:

– И все-таки почему она не пошла с нами? Ведь она могла просто зайти – и все! После этого мы выгнали бы Веру, как незнакомую, а ее приняли бы и даже не поняли, что произошло! А… дорубился! – все обнадеженно посмотрели на него в ожидании объяснения. – Она так и собиралась поступить, но Андрей сегодня остался здесь! Андрей, ты наше спасение! Все силы не работают в твоем присутствии – и она об этом знает, потому и повернула. Но место им все равно теперь известно.

Захар подошел к Короленко и по-девичьи взял его под руку, уложив голову на плечо:

– А давай ты теперь со мной будешь встречаться? Это ведь сразу была наша судьба, а мы еще территорию делили, идиоты. То есть без разницы, согласен ты или нет, но я с тобой теперь даже в туалет ходить буду, – он выпрямился и посерьезнел. – Ребят, вы вообще понимаете расклад? Нам теперь от Андрея отходить нельзя. И нас не достали пока только потому, что Андрей здесь.

Вера тоже оживилась и дернула Короленко на себя:

– Отдай, он мой! Андрей, нам надо поехать к моим родным – освободить их от влияния этой захватчицы! Заодно с мамой познакомлю.

Женька вздохнул:

– Тогда уж с твоей мамой всей толпой пойдем знакомиться. Нам с Ником тоже уже хватило, меня будто прямо в мозг изнасиловали. Но я подозреваю, что твоя семья и так освободится – я вот смотрю сейчас на тебя внимательнее, и создается ощущение, что где-то я тебя видел. То есть сила Агаты не бесконечна. Мы можем поехать на нашу дачу, маме необязательно сообщать. Если никого не пугает туалет на улице.

Веру все еще трясло:

– Меня сейчас столько всего пугает, что можно даже не упоминать такие мелочи. Жень, на даче найдутся какие-нибудь старые ботинки твоей мамы? Давайте быстрее, не хочу с ними встречаться даже при Андрее. Нам надо собраться с мыслями!

– Соберемся, – пообещал Базука, когда все втискивались в красную машину, а сам он садился за руль. – И чтобы нам быстрее с мыслями собиралось, заедем еще в одно место.

Некромант, к удаче, был дома. Вернее, в подвале. По лестнице вниз Базука шагал один. Остальные хотели потянуться за ним верной группой поддержки, но он остановил:

– Лучше я сам. Он почему-то не горит желанием с вами общаться.

Его отпустили, хотя и синхронно вздрогнули, когда железная дверь за его спиной с грохотом захлопнулась.

– Эй, Некроша! – вежливо позвал Захар, когда разглядел внизу мужскую фигуру. – Что ты знаешь про Других? Агату встречал?

– Та еще стерва, – подтвердил мужик, выходя на свет. Скривился от наглого вторжения, но все же добавил немного объяснений: – Она в буквальном смысле умеет воровать жизнь другого человека, полностью заменяя его собой. Невероятный дар, сучка точно в жизни не пропадет.

Базука нервно выкрикнул:

– Почему же ты сразу не предупредил?!

– А разве мы уже союзники, чтобы делиться секретной информацией? – некромант хитро прищурился. – Я знаю о твоей силе, и хоть иногда меня прорывает на откровенность, но язык я прикусывать все-таки умею.

Захар сбавил тон:

– Допустим, что мы могли бы стать союзниками. Ты уже мне помог, как сам расписывал, так помоги снова – расскажи что-нибудь еще.

Тот помялся немного, изображая глубокие раздумья:

– А тебе Агата вряд ли угрожает, потому какая тебе нужна помощь? Разве она твою жизнь украла?

Внутри у Базуки заледенело.

– А что будет тому, чью жизнь она украла?

– Ничего, – некромант нехотя ответил. После недолгой паузы все же начал вещать, поддаваясь влиянию: – Ничего, если тот человек с ней не встретится. Дело в том, что подмена идет масштабная, стопроцентная, на всех уровнях подсознания…

– Ближе к делу, – поторопил Базука. – Я это уже и без тебя понял.

Некромант подошел еще ближе, чтобы смотреть прямо в глаза и оценивать реакцию собеседника:

– Если тот человек, чье место выбрала Агата, встретится с ней лицом к лицу, тогда сознание его не выдержит – лопнет или, наоборот, схлопнется. Человек ведь не может себя осознать одновременно собой и ею. И все, привет, в лучшем случае – дурка на веки вечные.

Захар поежился. Агата не просто так сидела и ждала дома Веру. И именно за ней скорее всего ехала сегодня на склад – не за ним или пока не за ним, а встретиться с Верой, которая из той встречи уже собой не выберется. В горле пересохло:

– А в худшем случае?

– А в худшем случае – ваша Надя. Вряд ли ее хотели убить специально. Скорее – занять ее место, чтобы подобраться сначала к твоим друзьям, а потом к тебе. Но девчонке не повезло: приспичило выйти в туалет, где она случайно с Агатой и столкнулась. Ее мозгам конец, но она еще до комнатушки добралась и там, похоже, сама себе горло перерезала. Это тоже выход из безнадежного психического тупика, куда ее загнали.

– Сама себе? – повторил Базука. – А ведь я это сразу предположил, но все на меня только цыкали!

– Ну, это по крайней мере, все объясняет. Надя случайно сломала им все планы, потому по ходу дела Другие просто воспользовались ситуацией – записи с камер стерли, тебя подставили. Я за тобой тоже наблюдал, потому часть махинаций видел. И до Нади добрался, как только сумел. Чем свежее труп, тем больше в нем остается человеческого. А прошло-то всего несколько часов, потому она и вас всех помнила, и мне смогла рассказать, как встретила саму себя. Но мозг ее был поврежден уже безвозвратно, долго бы она все равно не протянула. Не хотел вам это рассказывать, чтобы не утешать.

Захару утешения и не требовалось, все равно он в ее убийстве не участвовал. Интереснее было иное:

– А ты зачем за мной наблюдал? Зачем я нужен тебе?

– Затем же, зачем и остальным, – некромант широко улыбнулся. – Захар, в этом мире побеждают сильные. А из сильных побеждают те, кто смог объединиться.

– Все равно не понимаю! Нас уже пятеро. Или остальные мои друзья – не такие сильные? Но и они на многое способны. Вон даже Андрюха, наш нынешний спаситель и избавитель, обожаю его, моего прекрасного принца, никогда ему об этом не говори. Благодаря ему наши противники бессильны!

– Благодаря ему бессильны и вы, – заметил некромант. – И его влияние не идет ни в какое сравнение с их. Вы злых духов держите в узде, потому они и не разворачиваются на полную мощь. Любая ваша сила для Других – как приятная щекотка, не больше. Они ей поддаются, принимают в расчет, но когда начнут бить в полную силу – вы охренеете от перевеса.

И верно… Женька и Ник долго не могли вспомнить Веру, хотя и находились уже в присутствии Андрея. Сила Короленко работает, но определенно уступает влиянию Других. Захар кивнул, принимая аргумент и молча призывая продолжать. Некромант подхватил мысль там, где прервался:

– Потому пока Андрей даже никому сильно не мешает – позволяет примериться поточнее и ударить внезапнее. Но дело не в Андрее, а во всех них. Захар, очнись, в тебе сидит истинная древняя сила, но ей надо позволить развернуться. И твои приятели как раз этого не позволяют. Так на кого покусилась Агата? Именно того человека Другие и считают главным препятствием: убрать его – и ты больше не будешь сопротивляться.

Базуку злило все, что он узнавал:

– То есть я выиграл в этом конкурсе, потому что немножко хулиганил раньше? Да это же бред! В нас всех сидят злые духи – только дай им волю, меня прежнего за пояс заткнут!

– Дело и в тебе, и в твоей силе, – некромант подался еще ближе – от него так ужасно воняло, что стоило немалых трудов устоять на месте.

– Что такого в ней? Люди просто со мной откровенничают, – Захар все-таки не выдержал и отступил на шаг. Зато смог не поморщиться.

– Вот тебе и доказательство, что ты не позволяешь духу взять тебя под полный контроль, даже шанса ему не даешь. Если тебя ничто не будет сдерживать, то ты можешь ломать карьеры, судьбы, жизни, с твоей помощью можно собирать и продавать любую информацию, ни один код на сейфе больше не будет препятствием. И эта сила возрастет, если ты ей разрешишь. Ты куда?

Захар действительно уже развернулся к лестнице и направился на выход.

– Глотнуть свежего воздуха, – ответил он. – Прощай, Некрош.

– А как же я? Ведь я снова помог!

– Ну да. Другие хотят насильно вписать меня в команду и даже готовы сводить с ума моих друзей, лишь бы у меня больше не было повода с ними остаться. Тебя, похоже, просто не приняли в клуб убийц – или приняли и потом прогнали, потому что толку ноль, а вони – вагон. И ты решил собрать альтернативную сборную. И им насолить, и себя показать, и уже хоть чего-то добиться. Ставлю на то, что в прежней жизни ты был неудачником.

– Какая разница?! – орал снизу некромант. – Ведь я лучше них, потому что я тебе пока ничего плохого не сделал, а по-хорошему договаривался! Мы многого добьемся, если объединим усилия. Ладно, я согласен и на твоих друзей – и плевать, что они нас с тобой будут тормозить!

Базука остановился наверху, чтобы ответить:

– Они вряд ли согласятся, если тебя послушают. Они ж моралисты, с самого начала отвоевывали каждую хорошую мысль и уничтожали плохие, аж тошнит от их совестливости. И в этом они бесчеловечно правы. Что за жизнь такая – ломать карьеры и вскрывать сейфы? Я вырос в очень богатой семье, ни в чем нужды не знал, мне скучно просто заколачивать бабло, которого и так будет полно, когда я отмоюсь от обвинений. А вы… вы мелкие какие-то. И цели у вас мелкие.

Некромант скривился:

– Послушай только себя, герой в зеленых трико. Цели у нас, может, и мелкие, зато силы большие.

– У тебя-то? Дохлых кошек по помойкам собирать?

Мужик поник:

– У Других. Кстати говоря, хочешь спасти друзей – подумай еще раз. Ведь Другие не остановятся, пока тебя не завербуют – уж очень много сил они на тебя потратили, так просто не отпустят. И когда дойдешь до того, чтобы искать союзников на стороне, то вспомни, кто бедную девочку укокошил, а кто тебе помогал. Пусть даже и с одинаковыми целями. Средства тоже имеют значение! Ты куда опять пошел? Слушай дальше! Ведь ты даже имени моего не спросил!

– Да как-то насрать.

Выходя на улицу, Базука думал, что увеличил количество своих неприятелей на одного. Но шагал решительно, не позволяя себе передумать. Его грубость тоже была оправдана. Просто на одну секунду он вдруг почувствовал, как внутри что-то вздымается, хочется ответить иначе, хочется хотя бы допустить мысль… и это ощущение надо было погасить быстро и беспощадно.

Конечно, он вкратце пересказал весь разговор: друзья должны быть в курсе. Не стал акцентировать всеобщее внимание, но сам всю дорогу до дачи думал только об одном: почему Другие решили ударить именно по Вере? Его расстроила бы беда любого из товарищей, но Вера какими-то посторонними людьми назначена его якорем. Не может же быть такого, что его азартная влюбленность намного серьезнее, чем кажется?

Или может?