Глава 53

Калеб невольно сделал шаг назад, нахмурившись. Слово «сестра» производило на него не слишком приятное впечатление, прямо противоположное ожидаемому эффекту. Всю свою жизнь он прожил в тени своей сестры Келлы, с детства вынужденно подчиняясь ей по праву первородства, каждый раз тщательно взвешивая каждое слово при разговоре с ней, чтобы не дай бог не вызвать её гнев. А это, как показывала практика, очень легко было сделать. Чтобы выживать, ему приходилось молчать и улыбаться, выполнять её идиотские приказы. И когда он сбежал из-под совсем не заботливого крыла Келлы, то впервые в жизни вздохнул полной грудью. Спокойно и непринуждённо.

И в этом плане он ничего не хотел менять. Но теперь нарисовалась ещё одна сестра, и как вести себя с ней, Калеб просто не знал. Однако «пушинка» Юдифь ничем не напоминала ему Келлу, внешне являясь её полной противоположностью. Но полуэльф знал, насколько обманчивой может быть внешность.

— Кажется, я не вовремя… — пролепетала она, опустив вмиг потухший, разочарованный взгляд, и хотела исчезнуть, но тут в Калебе взыграла совесть.

— Постой! — остановил он её. — Я не хотел тебя обидеть… просто всё так неожиданно! Я не знал, что у меня есть ещё одна сестра…

«Пушинка» вновь улыбнулась детской, невинной улыбкой. Кажется, она и впрямь была искренна, в отличие от их отца — тот явно не ожидал, что девушка явится сюда против его воли, а, значит, не так уж и стремился их познакомить.

— А теперь иди, Юдифь, — поторопил эльф свою дочь, чем только подтвердил догадки Калеба относительно себя и этой девушки. — Мы не закончили с Калебом…

— Но мы же встретимся за обедом? — хитро улыбнулась та. — Калеб, я бы хотела узнать тебя поближе… Какое это должно быть счастье — иметь старшего брата! И у меня оно теперь есть…

Если это не было игрой, то наивность юной эльфийки явно зашкаливала. Однако полуэльф тут же проникся к ней — Юдифь была не виновата, что им достался такой отец. К тому же, кажется, к этой девчушке Лотар испытывал по-настоящему отцовские чувства. Не то что к нему…

Нет, это не было ревностью или завистью, Калеб это отчётливо осознавал. Возможно, он нуждался в своём отце когда-то давно, но то время безнадёжно ушло. Однако Юдифь, это светлое воздушное создание, кажется, его даже любила. Интересно, при каких обстоятельствах она узнала, что у неё есть брат? Неужели Лотар сам рассказал?

— Да, обязательно, — нехотя кивнул эльф. — Калеб пообедает с нами.

— Но я хотел уйти прямо сейчас! — вот с Лотаром любезничать он совсем не собирался. — Моя любимая в беде…

— Она в Снегории? — удивилась Юдифь.

— Нет. Кейли в другом, немагичном мире…

— Но туда же проход закрыт?.. — вопрос эльфийки скорее был обращён к отцу, но она тут же переключилась на брата. — Ты не сможешь покинуть Снегорию, сейчас это невозможно…

Кажется, забота в её голосе была тоже искренней.

— Теперь тебе точно пора. — поставил точку эльф, и Калеб понял, что его дочери далеко не всё известно о планах папочки. И распространяться о них он желанием не горел.

Она понимающе кивнула, и осторожно взяла Калеба за руку, слегка сжав её.

— Мне очень жаль, что с твоей возлюбленной произошло что-то нехорошее, — произнесла она. — И жаль, что мы не познакомились раньше, такой красавчик — и вдруг мой брат! Пообещай, что не уйдёшь, не попрощавшись.

Её прозрачные голубые глаза, наполненные всё тем же искренним искрящимся вдохновением, могли уговорить кого угодно.

— Обещаю, — произнёс полуэльф, слабо улыбнувшись в ответ.

На сердце кошки скребли от осознания того, что произошло с Кейли; от невозможности здесь и сейчас узнать, что стало с Адамантом и Линой. Но и обижать свою новую родственницу совсем не хотелось.

Получив заветное обещание, Юдифь легко, как та самая пушинка, понеслась дальше, что-то напевая себе под нос, весёлое и беззаботное.

— Где моя одежда? — тут же обратился он к Лотару.

— Я отдал её на чистку, — ответил тот отрешённо. — Сейчас распоряжусь, чтобы принесли.

Калеб кивнул.

— И сколько у меня ещё сестёр… или… братьев? — спросил, а сама не понял, зачем. Калеб прикусил язык, но было слишком поздно.

Эльф метнул в него острый прищуренный взгляд, но всё же ответил.

— Это всё. Моя жена, Денила, умерла, когда рожала Юдифь. Больше я не планировал заводить семью…

Полуэльф удивлённо хмыкнул.

— Значит, это что-то вроде твоего хобби — оставлять собственных детей без матери?

Прозвучало грубо, но Калеб слишком сильно презирал этого эльфа, чтобы беспокоиться об этикете.

— Не говори глупостей, — губы Лотара сомкнулись в тонкую линию. Было видно, что он сдерживается изо всех сил, чтобы не нагрубить в ответ. А Калебу очень бы хотелось посмотреть на него в гневе.

— Так или иначе, но ты единственный мой сын и наследник рода, нравится тебе это или нет. И я должен защитить тебя от Ниинэль и её дочери любой ценой…

— Упаси меня боги быть твоим наследником, — буркнул Калеб в ответ. — С Ниинэль поступай как хочешь, а вот Кейли трогать не смей! Я убью за неё, если потребуется, даже собственного отца. Хотя ты отец лишь только на словах…

Лотар смерил его презрительным взглядом, в котором не было и капли отцовской любви. Калеб вновь усмехнулся — тот даже притворяться толком не умел заботливым папашей. Жалкий, мерзкий эльфиишка с неподъёмным грузом презрения и эгоизма впридачу. Нет, Калеб ничего не потерял, будучи лишённым общения с ним в детстве. Сейчас он был даже рад, что Лотар не участвовал в его воспитании ни минуты. Не велика потеря…

— Я распоряжусь насчёт твоей одежды, — наконец, выдал тот, наверное, угадав ход мыслей собственного, но такого чужого ему сына.

Калеб не ответил. Он вообще больше не желал говорить с этим эльфом. Никогда.