Глава 12. Смерть метаморфа

Меня не покидало ощущение, что всё повторяется по кругу. Студенты шептались, обсуждая новое нападение на педагога, строили предположения, гадали, кем мог быть преступник. Да так рьяно, что мне хотелось закрыть руками уши.

— Может, это кто-то из педагогов? — предположил один из парней. — А что? — обиделся он, когда другие хмыкнули или покрутили пальцами у висков. — Чтобы совладать с настоящим магом, надо быть очень сильным. Студенты заведомо уступают педагогам.

— Ко всем жертвам подкрадывались со спины, — возразила девчонка со старшего курса. — Для этого ни силы, ни ума не надо. Только осторожность. И трусость!

— А еще желание себя не выдать! — возмутился парень.

Я предпочла пойти дальше и не слушать продолжение. Ибо разговоры просто допекли.

Новой жертвой стала педагог по травоведению — леди Морриссон, на уроках которой я числилась худшей студенткой. На нее, как и на коллег, напали в классе. Магиня проводила ревизию ингредиентов, когда кто-то подкрался сзади. Естественно злоумышленника она не видела, помочь в его поимке не могла. Известно было лишь, что он использовал сильное заклятье оглушения.

Фрейя, в отличие от остальных, происшествие с педагогом не обсуждала. Покидала спальню исключительно ради занятий. Всё остальное время сидела в четырех стенах. Даже трапезничала на кровати. Просила меня приносить ей подносы с едой. Она настолько ушла в себя, что никак не прокомментировала тот факт, что я теперь числюсь девушкой Криса Ла-Пьера. Того самого, от которого она настоятельно советовала держаться подальше. В столовой же теперь со мной вместо Фрейи за столик садился сам Крис. Поддерживал легенду. Я не возражала. Было бы странно, если бы после совместного похода на бал мы сторонились друг друга.

Крис заговорил о нападении на леди Мориссон только раз.

— Вдруг это, правда, педагог? Например, Коллинз?

— Почему именно он? — спросила я, намазывая на булку повидло.

— Он нам с тобой не нравится. Так что подходит на роль преступника, — Крис улыбнулся, и я не поняла, шутит он или говорит всерьез. — А вообще магия использовалась сильная. И сейчас, и когда накладывали заклятья на студентов.

— Не факт, что это делал один и тот же маг.

— Не факт. И всё же я бы поставил на педагога. Он обладает большей мощью. И знаниями, вероятно, тоже. О том камне, из которого сделали горгулью и символы факультетов.

Может, в словах парня и была логика. Но я отказалась продолжать разговор. Меня гораздо больше знаний и мощи преступника интересовала магия Криса. И проклятья, которыми «награждали» фей. Крис обещал подумать над тем, чтобы признаться кому-то из педагогов в избавлении светлых от мучений. Но это желание пропало напрочь. Я бы не выдержала и сама поговорила с Гарднером. С кем же еще? Но тот ходил мрачнее тучи. Из королевского дворца пришло печальное известие. В газете вышла статья о смерти одного из метаморфов. Его звали Руперт Донован. Он скончался после продолжительной болезни. Писали, что метаморф находился на службе у короля три десятка лет и выполнил множество важных поручений. Рассекречивая его личность после смерти, Его величество отдавал дань уважения.

— Сожалею о вашем бывшем… хм… коллеге, — проговорила я, придя на тренировку с Гарднером. — Наверное, он был вашим другом.

Тот сильнее свел и без того нахмуренные брови.

— Сначала был другом. Потом стал врагом.

— Э-э-э… — я растерялась, не зная, что сказать на это заявление.

— Это долгая и печальная история, — Гарднер устало махнул рукой. — Давай лучше займемся делом. Оно гораздо важнее.

Мы занялись. Да только лорд-декан сегодня следил за моими успехами и провалами спустя рукава, его мысли были очень далеко от тренировочного зала и от меня.

И как с ним таким говорить о проблемах Криса и фей?

В другой момент природное любопытство проснулось бы, и я захотела узнать, что там за длинная история у Гарднера с Рупертом Донованом. Но сейчас вокруг происходило столько всего, что смерть метаморфа осталась для меня делом десятым.

В этот же вечер случилась еще одна заслуживающая внимания вещь. Очень странная.

Пришло письмо из дома. От мамы.

Она напоминала, что вскоре бабке — Маргот Джонсон — стукнет энное количество лет. В связи с этим в родовом гнезде состоится бал. Меня на него приглашали.

— Что здесь странного? — спросил Крис за ужином, на который Фрейя опять не явилась.

— Обычно мне советуют не показываться на глаза гостям на подобных мероприятиях. В прошлом году, когда я уехала в Школу фей, и не подумали приглашать на бабкин день рождения. А был юбилей. И вдруг, здравствуйте! Зовут! С какого это перепуга?

— Тогда, действительно, странно. Если не хочешь там находиться, можешь проигнорировать приглашение. Это твоё право. Но тогда ты не узнаешь причину.

— Может, мне тебя взять за компанию? — предложила я весело. — Чтоб родственникам жизнь медом не казалась.

Я шутила, конечно же, но Крис мне подыграл.

— А что? Отличная идея. Будет шикарный подарок бабуле.

— Она лопнет от злости!

— Значит, праздник будет считаться удавшимся.

Я засмеялась. Крис тоже. Но лишь на миг. Черты лица вдруг исказились, в глазах поселилась непроглядная тьма.

— Что случилось? — насторожилась я.

— Еще одну фею прокляли.

— С чего ты взял?

Вместо ответа Крис поднялся из-за стола, и я увидела на его пиджаке два отпечатка белых ладоней.

— Нужно с кем-то поговорить, — пробормотала я. — С Гарднером.

Но парень отрицательно мотнул головой.

— Нет. Я не могу.

— Но…

— Не вмешивайся! — отрезал Крис. — Это моя проблема.

Он выскочил из-за стола и помчался из сектора, будто мифические драконы гнались, выпуская пламя. А следом на полу и стенах мелькали белые ладони. Они мгновенно растворялись. Но я-то знала, что это временное явление. Скоро они впечатаются, покроют всё вокруг. Крису придется принять решение: отправиться «освобождать» светлого или выпить моё зелье. Иного не дано.

Весь день я ходила, как в полусне. Мысли были далеко от классов, где проходили занятия. К счастью, сегодня обошлось без практики, на которой требовалась концентрация. Даже с деканом Гарднером. А на теории я просто сидела со стеклянным взглядом, не привлекая к себе внимания. Во второй половине дня моя тревога достигла апогея. Треклятые отпечатки появлялись в секторе то там, то тут, задерживаясь на поверхностях дольше, чем утром. Это означало, что зелье Крис пока не выпил. Пугало, что в этот раз всё происходило быстрее. Не за дни, а за часы. Я не знала, что делать. Идти к декану самой или всё же дать парню немного времени для принятия решения. Мне не хотелось портить с ним отношения. А они непременно испортятся, если буду действовать за спиной.

К вечеру я почти созрела, чтобы отправиться к лорду-декану. Однако Крис соизволил-таки явиться и объявить о готовности действовать.

— Всё плохо, — выдал он, найдя меня в общей гостиной. Я сидела у окна с книгой, но не читала. Она уже пару часов оставалась открытой на одной и той же странице.

— Тень рвется к город светлых? — уточнила я.

— Она там уже побывала. Еле заставил остановиться и вернуться назад.

— Мрак на ваши головы! — прошипела я.

— Угу, целые тонны мрака. Это маг. Тот проклятый. В смысле, мужчина. За шестьдесят. Не работает. Живет у замужней дочери и ее семьи.

— И что теперь? — спросила я прямо. — Ты вернул тень. Но она не успокоится.

— Не успокоится, — согласился Крис устало. — Пойдешь со мной к декану? Один я не смогу. Не хватит духу всё рассказать. Я не трус, Эшли. Правда. Но магия… Она будто сама не дает признаться. А ты сможешь продолжить за меня, если я вдруг замолчу.

Я отложила книгу, понимая, что час настал. Медлить больше нельзя. Пока тень снова не рванула к светлому. Или Крис не передумал идти к Гарднеру.

— Идем, — сказала я уверенным тоном, хотя сама чуть не дрожала от волнения.

Понимала, что по головке нас за скрытность не поглядят.

***

Увы, говорить пришлось не только с лордом-деканом. Он быстро понял, что решение столь глобального вопроса — не его весовая категория.

А дальше…. Дальше стало очень громко.

— О чем вы думали?! Оба?! Идиоты! И что теперь прикажете делать?! Как разгребать созданный вами бардак?!

Ректор Веллер громыхал так, что статуэтки на столе подпрыгивали. Декан Гарднер предпочитал помалкивать и ждать, пока гнев начальника немного поутихнет. Крис смотрел в пол, лицо оставалось беспристрастным, будто его всё это совершенно не касалось. А меня так и тянуло сказать, что «бардак» создали вовсе не мы, а тот, кто фей проклял. Да, конечно, Крис несколько усложнил ситуацию. Но он же не со зла. Но я помалкивала. Я тут вообще фея. Безопаснее не открывать рта.

— И как мне объяснить светлым, что наш студент помог двоим из них отправиться в мир иной, сделав им тем самым одолжение? Они не поверят. Решат, что это заговор.

Ответом лорду-ректору стала тишина. Даже Гарднер не решился ее нарушить.

— А ты! — вспомнил Сайрус Веллер о моем существовании. — Кто тебя просил готовить блокирующее силу зелье?

— Э-э-э… — начала я, не зная, что ответить.

— Я просил, — вставил Крис. — Много раз просил, прежде чем Эшли согласилась

Лорд-ректор посмотрел на него так, будто жаждал испепелить взглядом на месте.

— Я думала, что помогаю, — сорвалось у меня с языка, и огненным взглядом «облагодетельствовали» меня. — Простите…

— Вон! — приказал Сайрус Веллер. — Все вон! И ты, Флоран, тоже. Мне нужно подумать. Только ради всей тьмы на свете надень на парня блокирующие магию браслеты, чтобы его тень снова не намылилась к светлому старику.

Гарднер махнул нам с Крисом рукой, мол, не стойте, как истуканы, живо на выход. Мы подчинились, торопливо засеменили к двери, стараясь ступать как можно тише, дабы не преумножать гнев главы учебного заведения.

— Ну и наворотили вы дел, — протянул лорд-декан, когда мы оказались в коридоре. — Наши местные происшествия меркнут.

— Что теперь будет? — спросила я, нервно теребя прядку волос.

— Надеюсь, что не катастрофа. Светлые любят подозревать темных во всех грехах на свете, — он устало провел рукой по лбу, потом сложил пасс и достал из воздуха браслеты для Криса. — Надень, — велел он, а когда парень выполнил распоряжение, отдал еще пару приказов: — Ступайте оба в сектор. Крис, не покидай его сегодня. И завтра. В смысле, помимо занятий. Ты можешь понадобиться в любую минуту. Не заставляй себя разыскивать по всему замку.

— Хорошо, лорд-декан, — покорно кивнул тот, а едва лорд-декан ушел в противоположную от нашего сектора сторону, хмуро посмотрел на меня и признался. — Я не всё тебе сказал. Когда я был в городке светлых, произошло кое-что еще. Очень подозрительное.

Я напряглась. Уж слишком зловеще прозвучал голос Криса.

— Не тяни, — велела я.

— Я видел Коллинза, — признался парень шепотом.

— Что-о-о?! — вскричала я. — В городке светлых?!

— Тссс, — Крис приложил палец к губам. — Что ты кричишь, будто тебя режут? Да, именно там и видел. Где ж еще? Он шел, кутаясь в плащ, старался выглядеть неприметно.

— Ты думаешь, это… это… он проклинает фей?

Парень неопределенно передернул плечами. Но признался:

— Всё может быть. Коллинз учился на факультете артефакторов, а они изучают очень темную и древнюю магию.

— Почему ты не сказал ректору и декану?

— Потому что это смахивало бы на обвинение. А это перебор. Вдруг Коллинз ни при чем, и у него другая тайна. Свидание с феей, к примеру. А я в это влезу.

Я сильно сомневалась, что Коллинз влюбился в светлую. За ним темные всех мастей табунами таскаются, выбирай любую. Но не стала спорить с Крисом.

— Надеюсь, он тебя не видел? — спросила хмуро. — В смысле, твою тень?

— Ее никто не видит, кроме тебя.

— Точно. Я забыла.

Мы помолчали. Потом я спросила:

— Что теперь?

— Будем ждать. Больше ничего не остается. Надеюсь, светлые не сочтут меня убийцей и не потребуют выдать для суда.

…Мы ждали. Весь следующий день, потом еще один. Но новостей не поступало. То ли лорд-ректор всё решил без участия Криса, то ли не собирался влезать в дела фей. Студент в браслетах и ладно, а светлые пусть сами расхлебываются с проклятиями.

— По крайней мере, меня больше не тянет к тому старику, — заметил Крис вечером третьего дня. — Я его вообще не чувствую. Никакую магию не чувствую. Странное ощущение.

— То есть ты не против носить браслеты всю жизнь? — уточнила я.

— Против, — Крис тряхнул головой. — Иногда мой дар полезен. Я могу снимать проклятия с темных. И вообще эти браслеты делают меня ущербным. Способности, какими бы жуткими ни были, всё равно мои. Они — часть меня. Блокировать их навсегда неправильно. Только на время, как с твоим зельем, если в этом есть необходимость.

Я хотела спросить Криса, что он думает о действиях или бездействии лорда-ректора, но помешала Фрейя, внезапно решившая покончить с заточением. Она подошла к нам с воинственным видом. Да таким, что я подумала, не собирается ли девчонка предъявить претензии из-за наших «отношений». Но дело оказалось в другом.

— Вы ведь устроили Дину Карлтону веселье, верно? — проговорила Фрейя, встав рядом с нашим диваном и сложив руки на груди.

— Было дело, — подтвердила я осторожно.

— Хочу продолжения, — объявила она. — Но мне понадобится ваша помощь.

— Какая именно? — уточнил Крис настороженно. Уж больно грозно выглядела Фрейя.

— Позже расскажу. Надо всё хорошенько обдумать. Так вы поможете?

— Э-э-э… — парню не улыбалось подписываться неизвестно на что.

Но я решила рискнуть. Бесили такие негодяи, как Дин.

— Я в деле.

Крис хмуро посмотрел на меня и кивнул.

— Ладно, я тоже. Но моему семейству сама будешь объяснять, почему меня исключили.

— Расслабься, — Фрейя сладко улыбнулась. — Если что, пострадаешь не ты, а Ник. Ты ведь не против ненадолго притвориться им?

На лице Криса расплылась точно такая же улыбка, как у моей соседки.

— Тогда я точно в деле.

— Отлично! Позже поведаю план. А пока расслабляйтесь дальше, голубки.

Она унеслась прочь со скоростью ветра, а я нахмурилась.

Фрейя назвала нас голубками? Ну-ну.

С другой стороны, вся Академия считала, что мы встречаемся. Сами напросились.

***

Прошло еще два дня, а новостей от ректора так и не было. Я решила сама поспрашивать. Не главу Академии, само собой, а лорда-декана. Но прежде чем состоялась тренировка с Гарднером, случилась очень странная вещь. Мне пришла посылка. От некой Присциллы Донован. Я понятия не имела, кто это. Но сверток распаковала. Вся почта, поступающая в замок, проходила магическую проверку. И зловредные, а тем более опасные послания, к адресатам не попадали.

Внутри лежал медальон. Круглый с рисунком, выполненным золотыми нитями. Но что они символизировали, я не поняла. Нити переплетались будто бесцельно, создавая неправильную паутину. Я понадеялась, что прилагающееся к подарку письмо, всё прояснит. Однако после прочтения на душе стало совсем уныло.

«Добрый день, леди Джонсон. Меня зовут Присцилла. Я сестра Руперта Донована. Возможно, вы читали о нем в газете. Он был метаморфом и служил в королевском дворце. Брат недавно скончался. Руперт оставил завещание, а меня назначил ответственной, чтобы проследила, что всё завещанное попадет в нужные руки. Ваше имя в документе тоже упоминалось. Вам брат завещал медальон. Признаться, я не знаю, откуда взялась эта вещица. Она не принадлежала нашей семье. Как бы то ни было, теперь она ваша. С наилучшими пожеланиями, Присцилла Донован».

Я уронила письмо и опустилась на кровать.

Умерший метаморф включил меня в завещание! Это могло означать только одно. То, о чем я не хотела думать, но думала. Подтверждение догадке можно было получить двумя способами. Спросить у матери, которая никогда не говорила, от кого меня родила. Или у другого метаморфа, знавшего Руперта Донована. Мать пока была в недосягаемости, зато Гарднер находился под боком.

Однако из разговора ничего не вышло.

Узнав о посылке и письме Присциллы, лорд-декан побагровел и отчеканил:

— Забудь о Руперте Доноване, Эшли.

— Но…

— Он вовсе не твой отец.

— Но тогда зачем включать меня в завещание?

— Может потому, что ты метаморф, избежавшей службы во дворце. Руперт решил сделать тебе подарок. Подарить красивую безделушку. Да, медальон не обладает никакой магической силой. Прежний владелец хранил его исключительно, как память.

— Но…

— Хватит вопросов и возражений девочка! — приказал Гарднер стальным тоном. — Никогда больше не заводи разговоры о Руперте Доноване. Ни со мной, ни с кем-то другим. Ясно?

Он был так зол, что мне оставалось только кивнуть.