Глава 17. Тайный совет

— Согласие, что ты дала Каре Энвер было… хм…

— Глупым? — подсказала я.

— Не слишком умным точно, — Крис смотрел на меня весело, а в глазах плясали задорные огоньки. — Придется мне пойти с вами. Дабы проследить, чтоб вы, леди Джонсон, не вляпались в очередные неприятности.

— Вы не забыли, господин Ла-Пьер, что в моем бывшем городе вас не жалуют?

— Ничего, потерплю. И все остальные потерпят.

Я улыбнулась, ощущая, как по телу разливается тепло.

Что ж, теперь мы не только притворялись парой. Мы ею стали. Тот поцелуй в коридоре оказался не последним. Вот уже четыре дня мы прятались по углам и целовались. И это было невероятно. Я чувствовала себя счастливой. Почти. Наслаждалась первыми отношениями с парнем. Настоящими отношениями. В Школе фей в прошлом году я сбегала на несколько свиданий. Но под чужой личиной. Кавалеры не подозревали, что под внешностью красавиц скрывается невзрачная Эшли Джонсон, на которую они ни за что бы не обратили внимания. Не отличили б от стены, проходя мимо. С Крисом же всё было иначе. Он знал, кто я. Видел, какая я. Без прикрас. И это, как ни странно, его устраивало. Жаль только наша история не могла продолжаться долго. Я ведь в Академии всего на семестр. Потом придется вернуться в Школу фей. А значит… значит…

Нет, я пока не желала об этом думать. Жила сегодняшним днем.

Впрочем, мы были поглощены не только личным. После уроков Крис методично занимался установлением судеб однокурсников Саймона Кармайкла. Проверял одного за другим. Особого труда это не составляло. Каждые три года выпускался справочник, где указывалась краткая информация о темном населении королевства. В Академии хранилось три тома. О жителях ближайших городов.

Занимался этим именно Крис. У меня по вечерам были иные заботы. Леди Морриссон вознамерилась победить-таки мою неспособность ладить с зельями, и теперь мне приходилось ходить к ней каждый день. Не просто на дополнительные занятия, а на индивидуальные! Преподавательница давала мне задания и лично следила за каждым действием. А еще ругалась. Постоянно ругалась. Потому что я то и дело норовила всё перепутать.

— Ты же только что прочитала, что нужен сок одуванчика! — негодовала она. — Вслух прочитала! Тогда зачем хватаешься за измельченную полынь?!

— Понятия не имею.

Я сама не могла этого объяснить. Знала ведь, что положить в котел следует одуванчик. Но рука сама потянулась совершенно за другим ингредиентом. Ладно бы еще они были похожи. Но что общего у сока травы и травы высушенной, а затем измельченной? Ничего!

В общем, пока леди Морриссон стояла рядом со мной и следила, дело ладилось. Но стоило ей отвернуться, я совершала ошибку и портила зелье. В итоге работу приходилось начинать сначала. Преподавательница не отставала. Требовала добиться результата.

— Ничего не понимаю, — проговорила она и усталым движением вытерла лоб, хотя вся в поту стояла я. — Можно было бы подумать, что ты делаешь это нарочно. Но я же вижу, что это не так. И я бы списала всё на невнимательность, если бы ты не ходила в лучших ученицах у других педагогов. Если только… Хм…

Леди Морриссон застыла на несколько секунд, о чем-то с тревогой раздумывая, а потом умчалась в подсобное помещение, где хранила особые ингредиенты, и куда вход ученикам был строжайше запрещен. Вернулась минут через пять с горшочком, в котором росло незнакомое растение с широкими листьями.

— Это искусственно созданный цветок, — пояснила леди Морриссон. — У него нет названия. Но он способен определять уровень способностей к травоведению. Мой отец (он был знаменитым травником) использовал цветок, когда набирал учеников.

— И так понятно, какой у меня уровень, — проворчала я. — Ниже некуда.

Леди Морриссон предпочла не комментировать это заявление и распорядилась:

— Дай руку.

Я думала, преподавательница заставит меня коснуться цветка, но она порезала мне палец серебряным ножичком. Две алые капли упали на зеленый лист. Мгновенно раздалось шипение, словно рядом оказалась кошка, выражающая недовольство. Моя кровь прожгла лист насквозь, и от дырочек во все стороны побежала чернота. Лист съежился на глазах, а потом и вовсе рассыпался в прах.

— Что это было? — спросила я зловещим шепотом. Жуткая гибель листа заставила содрогнуться. Я будто совершила убийство, честное слово!

Леди Морриссон выглядела очень мрачной.

— Это уже ни в какие ворота не… — она тяжело вздохнула и пояснила: — Я ожидала иного эффекта. Плохого. Но не настолько. Видишь ли, подобное мне довелось наблюдать только у двух учеников. Один, кстати, тоже учится на факультете мрака. Это…

Но я и сама догадалась, о ком речь.

— Кристофер Ла-Пьер.

— Верно, — кивнула леди Морриссон. — Но он вообще не может прикасаться к растениям без вреда для них. А ты… У тебя, конечно, другая напасть. Однако травницей ты быть не способна. Как ни крути. Так что я освобождаю тебя от моих занятий, Эшли Джонсон. И, боюсь, по возвращении в Школу фей тебе придется перевестись на другой факультет. Можешь заранее «обрадовать» Белинду Холланд. Пусть придумает тебе иное применение и не подпускает к травкам и зельям.

— А кто второй? — спросила я, предпочитая пока не думать о переводе. — Вы сказали учеников было двое. До меня.

— Второй уже закончил Академию. Он, кстати, неплохо управлялся с зельями. Ничего не путал. Но они портились в течение часа. Все до единого.

— Давно это было? — уточнила я, заподозрив, что речь о Саймоне Кармайкле.

— Не очень. Тот студент выпустился недавно. А теперь работает здесь педагогом. Ты должна его знать. Это Артур Коллинз.

…Я бежала в сектор, готовая сносить всё и всех на своем пути. Но, как ни странно, ни в кого по дороге не врезалась. И только один раз промазала на повороте. Вместо того, чтобы завернуть на лестницу, влетела в нишу, но, к счастью, сумела вовремя затормозить и не приложиться лицом о стену. Наверное, в другой момент я бы удивилась, что студентов в коридорах почти не было. Всё-таки времени до отбоя оставалось с лихвой. Но сейчас все мысли занимал преподаватель истории темной магии.

Крис ждал меня в общей гостиной. В пустой общей гостиной, что тоже было необычно. Однако я не заинтересовалась очередной странностью. Плюхнулась рядом с парнем и объявила, тряся кулаками.

— Коллинз еще более странная личность, чем мы думали. Он — как мы! Не может готовить зелья, потому что не дружит с растениями! Мне леди Морриссон сказала! Она провела проверку. Я неспособная! Совершенно. А еще ты и Коллинз! Всего трое за всю историю! Ты только представь!

Удивительно, но, несмотря на сумбурную речь, Крис понял, что я имела в виду. Подсказала фраза о проверке леди Морриссон. Он ведь тоже ее проходил.

— То есть, ты паршивая травница не просто так?

Я кивнула.

— Лист рассыпался в прах из-за моей крови. Я могу приготовить зелье, если рядом будет кто-то стоять и предотвращать ошибки. Но сама не справлюсь ни за что. Такая уродилась.

— И у Коллинза та же проблема? — уточнил Крис.

— Не совсем. Он не худший на свете зельевар. Но его зелья сразу портятся. Это странно, да? Что его кровь губительна для растения леди Морриссон, как и наша с тобой?

— Загадочно, — согласился Крис.

— Ух! Так бы и схватила Коллинза, встряхнула хорошенько и не раз, чтобы признался, что у него за тайные дела.

Парень выразительно приподнял брови.

— Боюсь, Коллинза и без тебя основательно «встряхнули». Пока ты доказывала неспособность к травоведению, лорд-декан собрал весь факультет и объявил дурную новость. Произошло очередное нападение. Новая жертва — Коллинз.

— Ну и ну… — протянула я. А мне казалось, что это мои новости сногсшибательные. — И как он? Жив?

— Да. Но оглушен знатно. Приходит в себя под присмотром лекарей.

— Что же нужно этому чудищу? — спросила я сердито.

Нет, Коллинза я не жалела. Поделом паразиту! Но мне порядком надоела безнаказанность преступника. Меня ведь он тоже пытался использовать. Повезло, что древняя темная магия не сработала. Не то из-за светлой крови, не то из-за некой иной особенности.

— Рано или поздно всё прояснится, — пообещал Крис и кивнул на справочник темного населения королевства. — Возможно и не без нашего участия.

— Надеюсь, что не поздно, — пробурчала я и положила голову парню на плечо.

***

В воскресенье я проснулась злая на себя. Могла бы спокойно провести день с Крисом. В смысле, наедине. А придется отправляться в бывший родной город, чтобы Кара Энвер смогла выполнить задание по спецкурсу. Затея нравилась мне всё меньше и меньше, но раз дала обещание, деваться некуда.

— Ты уж не обессудь, но я с вами не пойду, — объявила Фрейя, пока я заканчивала одеваться. Облачилась в серое платье, а поверх накинула плащ с теплой подкладкой — идеальный вариант для конца октября. — Хоть меня обязали помогать тебе и охранять, но я еще от прошлого раза не отошла. К тому же, у тебя теперь появился другой сторож.

— Не переживай, — сказала я, стоя перед зеркалом и пытаясь уложить волосы в строгую прическу для придания солидности. — Крис и один способен устроить светлым веселую жизнь. Его теперь все боятся. А тебе отдыхать надо побольше, а не участвовать в сомнительных авантюрах.

Я говорила от души. Фрейя только-только вернулась от лекарей. После второй магической травмы подряд. Было бы настоящим свинством тащить ее с собой.

— Как ты вообще записалась в помощницы Каре Энвер? — спросила она.

— Сама не знаю. Она смотрела щенячьим взглядом, и я сделала глупость.

— То-то и оно, — проворчала Фрейя. — Глупость!

Крис и Кара ждали внизу у лестницы. Девчонка выглядела крайне взволнованной, а Крис отчаянно старался не кривиться. Была бы его воля, взял меня за руку и увел, и пусть бы Кара сама решала свои проблемы.

— Надеюсь, ты в курсе, какое огромное одолжение тебе делают, — проговорил он, обращаясь к девчонке, пока мы шли к выходу из замка. Портал для нас пообещали открыть снаружи. — Эшли крайне нежелательно возвращаться в этот город.

— Крис, не стоит, — я сделала ему большие глаза.

Кара же не знала, что родня пыталась меня похитить. Хоть Белинда Холланд и требовала судебного разбирательства, до Академии темных искусств весть не дошла.

— Я всё понимаю, — заверила девушка. — И готова оказать любую ответную услугу. В пределах разумного, разумеется.

— Разумного? — не унимался Крис. — На Эшли могут напасть.

Кара, которая обычно выглядела скромницей, расплылась в злокозненной улыбке.

— Пусть попробуют. Я редко пользуюсь даром. Но если придется, применю. Превращу любого в ледяную скульптуру.

— А ты можешь? — усомнился Крис, но по лицу было яснее ясного, что он не прочь на это посмотреть.

— Да. В родном городе со мной никто не связывается, а семье постоянно привозят всяческие дары, лишь бы держали меня в узде. А всё потому, что однажды я устроила… хм… зиму в половине садов города. Я сделала это не нарочно. Была маленькая и сильно разозлилась, а дар взял и выплеснулся.

— А давайте устроим зиму в особняке Джонсонов, — предложил Крис.

— Не устроим, — отрезала я, представив, что будет с лордом-ректором, а потом с нами, если он узнает, что мы снова оказались в центре скандала. — Мы, кстати, пришли.

У главного крыльца нас ждал ключник Герберт, которому из раза в раз поручали открывать порталы. Выглядел он крайне недовольным, считая, что мы опоздали, хотя время было ровно девять утра. Мы пришли минута в минуту.

— Второй портал откроется в семь вечера, — объявил он. — За городом. На том месте, куда вы прибудете сейчас. Постарайтесь не опаздывать, иначе придется добираться своим ходом.

Никто из нас не воспринял угрозу всерьез. Кое-кто с утра просто встал не с той ноги и желал показать собственную значимость. Поэтому мы кивнули в разнобой и отправились в городок фей. Я и Крис шагнули в портал первыми, взявшись за руки. Вынесло нас, как и было обещано, на окраину — на холм. Я невольно взглянула на лежавший внизу городок и поморщилась. Так бывает. Ты живешь где-то большую часть жизни (в моем случае семнадцать лет), а приятных воспоминаний о месте не остается. Вообще никаких.

— Далеко до библиотеки? — спросил Крис.

— Нет. Она вон там, — я указала на двухэтажное здание из красного кирпича между магазинчиками на площади. — Пешком минут пятнадцать.

— Если хочешь, можешь превратиться в кого-то другого. В смысле, пока не доберемся.

Но я мотнула головой.

— Не стану себя стыдиться и прятаться. Хватит.

Во мне что-то изменилось в последнее время. Может, дело было в отношении Криса. Но я, правда, хотела быть собой. Неважно, красавица или уродка. Светлая или темная. Полукровка или метаморф. Я — это я.

В ранний час воскресного дня на улицах было пустынно. Разве что торговцы успели проснуться, да слуги, которые спешили за покупками. Меня узнавали, но из-за Криса и Кары, шагающих рядом, не смели заговаривать, а тем более, называть полукровкой и кривиться вслед. Незнакомцы всех напрягали. Местные догадывались, что они темные. Кто-то это даже чувствовал и ежился. Но мы не реагировали. Просто шли.

Библиотекарша — пожилая дама, не раз заходившая к моей бабке на чай, визиту не обрадовалась. Прочитала прошение, подписанное ректором Веллером, раз пять.

— Бумаги в порядке, — признала нехотя. — И сопровождающий есть. Не идеальный вариант, раз она светлая только наполовину, и всё же эта девушка — местная. А кто парень?

Кара не дрогнула под пристальным взглядом темно-серых глаз.

— Он нас охраняет, — объяснила спокойно. — Руководство Академии темных искусств решило, что молодым леди не стоит отправляться в одиночку. Послало с нами представителя сильного пола.

Библиотекарша поджала губы, но смирилась с присутствием всех троих. Долго (наверняка, нарочно) искала необходимые Каре книги, но, наконец, выдала все. Крису пришлось помогать перетаскивать увесистые тома в читальный зал. Кара с упоением взглянула на гору потрепанной временем литературы и потерла руки.

— Спасибо вам, — поблагодарила нас с Крисом и засела за работу.

Мы же расположились в другом конце зала и переговаривались шепотом, чтобы не мешать девушке изучать родословные светлых семейств.

— Всё думаю о Коллинзе, — призналась я. — Не идет он у меня из головы.

— У меня тоже, — поведал Крис. — Сегодня проснулся ни свет, ни заря и поискал сведения о нашем загадочном педагоге. О его семье.

— Нашел что-нибудь интересное? — оживилась я.

— У него богатые родители. Он, судя по датам рождения всех троих, поздний ребёнок. И единственный. Вырос Коллинз в особняке за городом. Кстати, он не поступал в Академию. Она сама его выбрала. Как тебя Школа фей.

— Еще одно совпадение, — проворчала я. — Но почему Коллинз не поступал? Его же в конечном итоге определили на факультет артефакторов, а там учатся по-настоящему одаренные студенты.

— Хороший вопрос. Но, боюсь, ответа у меня пока… Вот, лешие!

Я проследила за взглядом Криса и ахнула. К нам направлялись двое. Моя дражайшая бабуля и мэр городка Манфед Клайн. Видимо, о нашем присутствии здесь сообщила библиотекарша. Решила избавиться чужими руками.

— Вам стоит покинуть библиотеку, — объявил мэр, глядя на нас с Крисом сверху вниз. — Всем троим.

Кара сделала вид, что ее это совершенно не касается. Даже головы не подняла. Продолжила вдохновенно листать старую книгу.

— У нас официальное прошение от ректора Веллера, и все условия соблюдены, — произнесла я аккуратно.

— Мне плевать! — объявил на это Клайн. — Мы с леди Джонсон требует, чтобы вы немедленно вернулись восвояси.

— С леди Джонсон, — Крис не сразу сообразил, в чем дело. А потом усмехнулся и повернулся ко мне. — Так это твоя бабка? Вылитая мегера.

У дражайшей родственницы перехватило дыхание.

— Да как ты смеешь, темный?! Ты кто вообще такой?!

— Я? — переспросил парень невозмутимо. — Я жених вашей внучки.

Бабуля схватилась за сердце, а я… Я оттянула ворот платья, ибо почудилось, что он меня душит. Со стороны Криса это было сильное заявление. Очень сильное!

— Я повторяю свое требование… — начал мэр, выставив вперед указательный палец, но парень его перебил.

— А я выставляю ответное. Мы останемся здесь, пока леди Энвер не закончит работу. С вашей стороны недальновидно мешать девушке, которая планирует стать посредником между темными и светлыми. Это едва ли не объявление войны. И, кстати, господин мэр, вам не кажется, что прогонять меня прочь — большая ошибка? Мы уже встречались, и вы прекрасно знаете, кто я такой. Я ведь могу оскорбиться и, когда в следующий раз понадобится облегчить страдания проклятого, отказаться это делать.

Лицо Клайна приобрело цвет свеклы.

— Вы забываетесь, юноша. Еще не доказано, что вы способны хоть кому-то помочь. Как и то, что вы сами не причастны к случившемуся.

— Доказано, — возразил Крис. — Магами из следственного управления.

— Но…

— Я прошел уйму тестов. Мой дар проверяли и перепроверяли. Я тут никаким боком. Поэтому предлагаю разойтись с миром и не доводить ситуацию до скандала между темными и светлыми. На вверенной вам территории сейчас и так хватает проблем.

Я видела, как мэр борется сам с собой. Он прекрасно понимал, что Крис прав. Но и уступать темному, да еще совсем молодому, не хотелось. Возможно, именно на это он и рассчитывал, придя сюда. На наш возраст. Понадеялся, что мы не рискнет спорить и спокойно уйдем. Но не тут-то было.

— Да гоните же их в шею! — не сдержалась бабка.

— Не могу, — признался Клайн со вздохом. — Но гарантирую, — он вновь повернулся к нам — вы присутствуете здесь в первый и в последний раз. Я сегодня же отправлю ректору Веллеру письмо. Больше никаких посещений нашей библиотеки. Мы не позволим изучать нашу историю и нас. Особенно теперь, после убийств фей.

Крис передернул плечами. Мол, поступайте, как знаете. Не проблема. Главное, сейчас отстаньте. Зато моя упорная бабка взбеленилась.

— Трус! — обозвала она мэра. — Бесхребетное существо! Но погоди, ты у меня еще попляшешь. А ты, — бабка ткнула пальцем в мою сторону, — горько пожалеешь, что связалась с темным. Но уже поздно будет!

Она жаждала меня ударить. Не просто замахнуться, как делала это всю жизнь, а ударить по-настоящему. Но не смела. Понимала, что и я, и Крис способны ответить. Поэтому просто плюнула на пол и удалилась. За ней затрусил мэр.

— Давай пересядем, — предложила я. Не хотелось оставаться там, где на полу остался бабкин плевок. Казалось, он источает яд.

— Мне жаль, что у тебя ужасная родня, — проговорил Крис, когда мы перебрались за другой стол. — На эту мегеру смотреть тошно.

— У тебя у самого не всё гладко, — ответила я. Мол, да, мы друзья по несчастью.

Вспомнились слова, сказанные парнем о матери в самом начале нашего знакомства. Крис заявил тогда нечто страшное. Что это он ее убил. Но я не посмела вернуться к этой теме сейчас. Наши отношения сильно изменились, однако я не была уверена, что вправе спрашивать о таком.

Кара в другом конце зала продолжала усердно работать. Вскоре и мы последовали ее примеру. Оба достали учебники, которые взяли с собой, и озаботились домашним заданием по разным предметам. Я писала реферат по истории магии. Может, сегодня Коллинз и у лекарей, но вдруг завтра явится на урок. Крис отрабатывал новые заклятья, а потом перешел к мертвому языку. Он учился на курс старше, потому неплохо знал язык. Читал тоненькую книжку с двумя мальчиками на обложке.

— Детская, — пояснил он. — В смысле, их специально печатают на мертвом языке для студентов Академии. Тексты довольно простые. Наша задача — понять общий смысл, а не узнать что-то новое или философское. На будущий год сама будешь читать такие, — добавил он и осекся, сообразив, что к тому времени я буду в другом месте.

Я сделала вид, что не услышала последнюю фразу, продолжила строчить реферат.

Прошло еще часа три, когда Кара вдруг оживилась.

— Фамилия мэра, что упражнял тут голосовые связки, Клайн, верно? — спросила она.

— Да, — подтвердила я. — А что?

Кара почесала лоб.

— Возможно, ничего. Или же я наткнулась на кое-что крайне важное.

Мы с Крисом поднялись со своих мест и подошли к ней. А она сидела, хмуро глядя в страницу старой книги, и покусывала карандаш.

— Оказывается, пару столетий назад, в городе существовал тайный совет, в который входили представители шести влиятельных семей, — рассказала она, сообразив, что мы ждем объяснений. — Эти представители много десятилетий всем тут заправляли, вмешивались в любые дела, но не афишировали этого. Но потом следующее поколение рассорилось, и совет прекратил существование, а сами участники предпочли обо всем забыть. Однако один оставил в дневнике записи. Так эти сведения и попали в историческую книгу.

— Дай угадаю. Одно из семейств — Джонсоны, — усмехнулась я.

— Почти. На самом деле Бренсоны.

— А-а-а, это девичья фамилия бабки. В любом случае ее кровь. Кто бы сомневался!

— Да. Но не в этом дело. Посмотрите на остальные фамилии. Всего шесть: Бренсон, Клайн, Кох, Мозли, Фолкнер, Коган. 152e1bc

Мы с Крисом одновременно сели на стулья, будто ноги перестали нас держать.

— Это фамилии жертв, — прошептал парень благоговейно. — Тех, кого прокляли. По крайней мере, четыре из шести.

— О чем и речь, — кивнула Кара. — И вот вопрос месяца: это совпадение или закономерность?

— Закономерность, — объявила я. — Наверняка. Нужно срочно рассказать обо всем декану и ректору. И пусть сами делятся сведениями со светлыми. И с магическим следственным управлением. Потому что это зацепка. Никто не знал, есть ли связь между жертвами. А теперь она появилась. Что она значит? Пусть сами разбираются.

— Жаль, книгу нельзя взять с собой, — посетовала Кара.

— Можно, — я широко улыбнулась и коснулась браслета из бисера на запястье. — Не в прямом смысле, но всё же.

— Слепок? — Крис округлил глаза. — Отличная идея!

— А то! Мы еще покажем этому проклинателю!