Глава 20. Метки

Крис всё же не смог сидеть, сложа руки. На следующий день отправился к Сайрусу Веллеру и рассказал всё, как есть. И услышал то же самое, что и от меня. Лорд-ректор прямо сказал, что нет смысла вмешиваться и предупреждать фею о проклятии. Тем более, мою родственницу. Семья решит, что это попытка Криса им навредить. Тетка Эва пока чувствует себя прекрасно, и никто не поверит, что она проклята.

— Так и сказал, чтобы я сидел тихо и ни во что не лез, — поведал Крис. — Никто не даст умертвить здоровую на вид фею. Мои утверждения, что она проклята, лишь слова темного. Да еще парня отверженной племянницы.

— Значит, решено. Ты остаешься в стороне, — подытожила я.

— Ты так спокойно об этом говоришь, — парень посмотрел на меня испытывающим взглядом. — Тебе совсем ее не жаль?

— Я сочувствую тете Эве. Как сочувствовала бы любой другой фее на ее месте. Но от нас тут ничего не зависит.

— От меня зависит. В том-то и дело.

— Нет! Не зависит! — отрезала я. — Потому что твоё вмешательство в глазах светлых будет означать преступление. И если выбирать легкую смерть для тетки и твое благополучие, я выберу второе. А уж с твоей совестью мы как-нибудь договоримся. Крис, поверь, тётя Эва — грубая и жестокая женщина. Всю жизнь меня шпыняла и унижала. Она не стоит того, чтобы ты приносил себя в жертву. На твоем пути встретится еще немало магов разных мастей, которым ты сумеешь помочь. Помни об этом. Хорошо?

Крис мрачно кивнул. Мои слова успокоили его, но я видела, что не до конца.

— Обещай, что ничего не предпримешь, — попросила я. — Не подставишься под удар.

— Обещаю, — ответил он после довольно долгой паузы.

Больше мы к этой теме не возвращались, хотя отпечатки белых ладоней на одежде Криса и на стенах постоянно напоминали о проблеме. Я старалась не смотреть на них, но всё равно видела и каждый раз недобрым словом поминала Урсулу. Мысленно, не вслух. Вот паразитка! Мы могли бы сейчас заниматься расследованием, сидя в библиотеке. Это помогало бы отвлечься от тяжких дум о проклятии. Но приходилось ждать. Целую неделю! Еще и нахалка Дженни постоянно маячила поблизости, то и дело заговаривая с Крисом. Только с ним. Делала вид, что меня рядом нет. И это злило. До дыма из ушей. Но я молчала. Не хотела выглядеть в глазах парня ревнивой скандалисткой. Он же сказал, что Дженни его больше не интересует. И я верила. Сам он с ней держался вежливо, но холодно. Отвечал на вопросы, но помогать с заданиями отказывался. Мол, своих хватает.

Зато кое-кто другой не пожелал быть столь же вежливым.

В один из вечеров, когда Дженни подсела к нам на диван и принялась ворковать с Крисом, Кара, устроившаяся с книгами в кресле напротив, не выдержала.

— Слушай, практиканточка, тебе самой-то не стыдно бегать за чужим парнем хвостом? — поинтересовалась она снисходительно. — Это же ужасно унизительно.

Дженни аж позеленела. Вскочила, глянула на Кару волком.

— Ты! Ты! Ты за это заплатишь! — пообещала яростно и унеслась прочь.

Я подарила Каре благодарный взгляд, а она только плечами пожала. Мол, обращайся. Не проблема. Угроза Дженни ее не испугала.

— Та-ак, — протянула она, глянув на часы. — Мне нужно кое-куда сбегать. Поговорить кое с кем о нашей проблеме. Может, продвинемся и без многочасового сидения в библиотеке.

— С кем? — оживился Крис.

Но девчонка подарила хитрый взгляд.

— Расскажу, коли будет толк.

Ночью я плохо спала. Просыпалась раз двадцать. Мерещились тревожные звуки, хотя, когда открывала глаза, и в нашей с Фрейей спальне, и в коридоре было тихо. Утром я проснулась разбитая, с ноющими висками. На завтрак собиралась долго, и соседка успела уйти раньше меня, но минут через десять вернулась, мрачная, как сама тьма.

— Что? — спросила я глухим голосом, ибо поняла, что стряслось что-то очень дурное.

Фрейя сжала кулаки.

— Ночью похитили символ факультета. Нашего. Это была Кара. Она забрала кота, обезвредив все защитные заклятья заморозкой. А потом спрыгнула с ним с башни.

— Что она сдела… Стоп! С БАШНИ?! Она же не…

Сердце почти остановилось от ужаса. Прыжок с такой высоты означал неминуемую смерть. Без вариантов.

— Жива. Но в тяжелом состоянии, — проговорила Фрейя и громко всхлипнула. — Она в блоке лекарей. Говорят, дело плохо. Ее увидел ключник Герберт. Ну, как поднималась в башню по винтовой лестнице. Бросился за ней, но не успел перехватить. А заклинание сообразил применить слишком поздно. Он затормозил ее падение. Поэтому Кара всё ещё дышит. Фигурку кота нашли рядом с ней. Что странно. Элена же пыталась отнести кому-то символ факультета. А Кара… Впрочем, сейчас это не так уж важно, верно?

Я кивнула, борясь с душившими меня слезами.

Лешие бы всех побрали!

Как?! Боги! Как такое могло случиться?! Кара — такая потрясающая, умная и позитивная! — теперь лежит у лекарей и умирает. А всё потому…

— Проклятье! — я посмотрела на Фрейю в ужасе. — Она вчера собиралась с кем-то встретиться. Поговорить об обряде, в котором используется энергия, отнятая у нескольких магов.

— Думаешь, она поговорила с тем, с кем не следует? — глаза соседки округлились. — С преступником?!

— Скорее с тем, кто в курсе его деяний и состоит с ним в сговоре. А Кара выдала себя с головой. Мне нужно найти Криса! Срочно!

— Прямо сейчас не получится, — возразила Фрейя. — Говорят, Крис в блоке лекарей. Как и лорд-ректор. У Кары такое же пятно, как было у тебя. Крис пытается нейтрализовать действие вредоносной магии мерзавца.

— Своими руками бы придушила этого гада, — процедила я, испытывая та-акую ненависть, что впору начать крушить всё вокруг.

— А я бы помогла, — поддержала порыв Фрейя.

…Завтрак прошел в непривычной тишине. Все молчали и почти не ели. Ни у кого не возникало особого желания обсуждать случившееся и строить предположения, как это было, когда Элена пыталась похитить кота, или Итон расколол горгулью. Тогда никто всерьез не пострадал, и всем хотелось поиграть в сыщиков. Кара же могла умереть в любую минуту, и было едва ли не кощунством вести расследование. Однако я как раз жаждала этим заняться. Вопросов накопился ворох. Но следовало дождаться Криса и обсудить всё втроём.

На выходе из столовой к нам подошла Дженни.

— Мне жаль, что так случилось, — проговорила она. — Я вчера угрожала вашей подруге. Но это была не я. В смысле, я ничего ей не сделала.

Я махнула на это рукой. Понятное дело, что Дженни тут никаким боком. На Кару воздействовали магией куда серьезнее, чем девчонка обладала.

— Я могу как-то помочь? — спросила Дженни заискивающе.

— Можешь. Если уберешься из Академии поскорее, — бросила Фрейя.

На уроках тоже господствовало уныние. Ректор Веллер не пришел. Но устроил контрольную. Прямо из воздуха появились листы и легли на парты. Каждому студенту предстояло выполнить персональные задания. Причем, списать не было ни единой возможности. Одна из статуэток на преподавательском столе «ожила», и едва кто-то тянулся к учебнику, издавала гневный звук, похожий на сирену. Впрочем, я в списывании не нуждалась. И хоть мысли занимала Кара и ее несостоявшийся убийца, довольно быстро справилась с контрольной и остаток урока сидела, глядя в никуда.

Леди Форест начала занятие с подбадривающей речи. Заверила, что пусть сейчас Кара находится в тяжелом состоянии, местные лекари способны творить чудеса. Поэтому она непременно поправится. Однако всем остальным нужно соблюдать предельную осторожность. Не ходить по замку в одиночку, чтобы никто не мог приблизиться и наложить чары. Остаток урока педагог посвятила разучиванию особого заклятья, защищающего разум от чужого влияния.

— Оно не самое сильное, — объяснила леди Форест. — Но лишним точно не будет.

Мелькнула мысль, а не посоветоваться ли с этой магиней. Поспрашивать об интересующем нас обряде. Леди Форест одна из сильнейших педагогов в Академии. Может, что подскажет дельное. Но я решила сначала обсудить всё с Крисом и Фрейей. А то Кара уже кого-то поспрашивала себе на беду.

Артур Коллинз тоже заговорил о необходимости быть осторожными, а еще внимательными друг к другу, чтобы мы могли сразу заметить, если кто-то поведет себя странно. Я усмехнулась уголками губ. Тоже мне советчик! Кара «повела себя странно» посреди ночи, когда никто не мог ничего заметить и предпринять. И как тут помочь?

А после урока Коллинз подошел ко мне.

— Слышал, ты в последнее время подружилась с Карой Энвер, Эшли. Мне очень жаль, что так случилось.

Я с трудом удержалась от грубости. Всё-то он знает! Следит, не иначе.

— Мы не подруги, — отрезала я. — Я просто сопровождала Кару в город светлых, когда ей понадобились сведения из местной библиотеки.

Сама не знаю, зачем это сказала. Наверное, просто бесил Коллинз и его интерес.

Он не стал больше приставать. Просто сказал мягко:

— Будь осторожна, Эшли. Береги себя.

Я отправилась в сектор, желая поскорее встретиться с Крисом, но он так и не вернулся. Зато я узнала очередные новости. Педагоги решили забрать из всех секторов символы факультетов. Никто не знал, куда их переместили. Неизвестно было, оставили ли их в Академии или отправили куда-то еще.

— Надеюсь, их не собрали в одном месте, — проворчала я.

— После первых попыток умыкнуть статуэтки, педагоги обещали этого не делать, — напомнила Фрейя. — Но вообще правильное решение. Хватит подвергать студентов риску.

— Угу, — согласилась я.

А сама подумала, вдруг перемещение символов — это именно то, чего преступник добивался? С другой стороны, после случавшегося с Карой у ректора и педагогов попросту не осталось выбора.

***

Крис объявился только к вечеру. Усталый и хмурый. Рассказал, что пришлось основательно повозиться, чтобы убрать все следы вредоносной магии из организма Кары. Дело осложняло ее состояние. Девушка получила много травм, и манипуляции Криса могли их осложнить. Но и оставлять всё, как есть, было нельзя. Древняя магия продолжала вредить бедняжке, могла даже убить.

— Из двух зол выбрали меньшее, — поведал Крис. — Но работа заняла много времени. Приходилось продвигаться медленно, делать перерывы, убирать следы магии частями. Если честно, я уже на ногах не стою.

— Кара что-нибудь сказала? — спросила я. — О случившемся?

— Она без сознания. И в ближайшее время вряд ли придет в себя.

— Как думаешь, с кем она говорила вчера?

— Понятия не имею. Даже догадок, заслуживающих внимания, нет. Но теперь кое-кому нужно быть очень осторожной, — Крис выразительно посмотрел на Фрейю и пояснил: — Кара могла сказать преступнику, что мы работали все вместе. И даже если нет, в последнее время нас постоянно видели вчетвером.

— Вот именно — вчетвером, — отметила Фрейя.

— К Эшли проклятие не прицепится, — возразил Крис. — А просто напасть на нее не получится из-за ректорской защиты и медальона. Меня проклясть тоже не выйдет. Дар не позволит. Из нас троих именно ты в самом уязвимом положении.

Фрейя закатила глаза. Мол, напугал. Как же!

— Знаю, ты девушка храбрая… — начал Крис, но она перебила.

— Хватит стращать. Нам просто нужно с кем-то поговорить. С лордом-ректором, например. Рассказать всё, как есть. Во-первых, мы в тупике, и помощь не помешает. Во-вторых, осведомленность других обезопасит нас.

— Она права, — поддержала я Фрейю. — Не будет же преступник убивать всех, кто знает о вытягивании чужой энергии и обряде. — Идем.

— Сейчас? — Крис съехал по диванной спинке чуть вниз, всем видом демонстрируя, что сил куда-то отправляться у него не осталось. — Давайте завтра с утра.

— А вдруг ночью меня проклянут? — Фрейя вскочила с дивана и сделала вид, что жутко напугана, но получилось так комично, что я прыснула.

— Ночью тебя способна проклясть разве что Эшли, — возразил на это Крис. — Кару ведь поразили дурной магией заранее, она просто проявилась посреди ночи. Возможно, ее даже активировали на расстоянии. В нужное время. Вот смотри, — он сложил пасс и дунул в сторону Фрейи, — нет на тебе никакой… Да чтоб вас всех!

— Мрак на ваши головы! — вскричала я, ибо тоже ЭТО увидела.

На коже Фрейи на миг отразились серые пятна с прожилками и побегами.

— Что? — спросила девушка. — Что не так?

Мы с Крисом переглянулись. И он признался:

— Только не пугайся сильно. Ты поражена. Тем же, чем были Элена и Эшли. Но пока это просто… хм… метка. Магия, способная тебя подчинить, не активирована.

Фрейя плюхнулась на диван, глядя на Криса с ужасом. Отнюдь не наигранным.

— Но я… Я не понимаю как. Ко мне не подходил никто посторонний.

— Может, это случилось, когда вы с Карой были вдвоем? — предположила я.

— Вдвоем мы с ней точно никуда не ходили. С нами постоянно находился кто-то из вас. Или оба сразу.

— А знаете что… — протянул Крис, задумчиво поглаживая подбородок. — Я сегодня намучился с Карой. Треклятая вредоносная магия так глубоко въелась, что едва извлек. Я подумал, преступник на этот раз перестарался. Но может, дело вовсе не в количестве магии, а во времени воздействия. Сейчас.

Он ловким движением сложил еще один пасс и развел руками, будто отправлял энергию по всей общей гостиной. Порыв ветра пронесся по залу, взлохмачивая волосы студентов, проводивших здесь, как и мы, вечерние часы.

— Эй, что за шутки, Ла-Пьер? — возмутился один из парней.

Девчонки наградили Криса недовольными взглядами и принялись поправлять прически.

Но он едва ли обратил внимание на их реакцию. Я тоже. Ибо всё повторилось. Мы увидели ту же картину, что и с Фрейей считанные минуты назад. Кожу всех присутствующих на мгновение покрыли знакомые серые пятна. Но никто их не увидел. Кроме меня и Криса.

— Понимаешь, что это значит? — спросил он.

Я кивнула, чувствуя одновременно злость и беспомощность.

— Все вокруг поражены. Давно. Преступник заблаговременно постарался. И теперь может подчинить любого. Когда тот понадобится.

— Но как? Нужен прямой контакт. Он же не ходил по коридорам и не касался каждого.

— Это вряд ли. Студенты бы заметили подобное поведение. Это нужно было сделать незаметно, не вызывая подозрений. Вот только, действительно, как?

Мы молчали, глядя друг на друга и ничего не понимая. Преступник, кем бы он ни был, демонстрировал чудеса силы и изобретательности. Он определенно был на много шагов впереди. По сути, контролировал всех вокруг.

И вдруг Фрейя вскрикнула.

— Что?! — спросили мы с Крисом одновременно. — Тебе нехорошо?

— Нет. В смысле, я в порядке. Но, кажется, я поняла, как он это сотворил, — в глазах девчонки отражался гнев. — И это без сомнений педагог.

— Почему ты…

— Чем наши педагоги занимаются на самом первом занятии в новом учебном году? — спросила Фрейя с горечью.

— Произносят речи, — усмехнулся Крис. — Пугают сложностью предмета, обещают, что справятся с ним только избранные.

— А еще? — Фрейя ждала, что мы сами догадаемся. О чем-то гениальном, но в то же время очень простом.

И тут до меня дошло.

Я застонала.

— Ну, конечно! Педагоги проводят обряд единения с учебниками! Сначала касаются книги, потом лбов студентов. Они касаются каждого!

Крис на секунду прикрыл глаза, затем грязно выругался и бросил:

— Вот, гад! Убить его мало!

— Мало, — подтвердила я. — Идём к лорду-ректору. Сейчас же. Он должен знать, что вредоносной магией поражены все студенты. И что это работа педагога. И об остальном тоже.

На этот раз Крис не возражал. Понимал, что откладывать больше нельзя.

Мы отправились к Сайрусу Веллеру втроем. Педагоги ведь сами советовали не ходить по Академии в одиночку. До отбоя оставался час, так что можно было спокойно находиться за пределами сектора. По дороге мы не сказали друг другу ни слова. Открытие выбило из колеи. Каждый предпочитал находиться в своих мыслях и пока не делиться ими. Для этого еще будет время.

На меня навалилась жуткая усталость. Будто огромные булыжники повесили на плечи с обеих сторон. Я и раньше понимала, что противник силён. И всё же педагоги казались порядочными магами. Конечно, я не всех знала. Но чтобы столь нагло «наградить» студентов вредоносной магией, нужно обладать изрядной долей беспринципности. И это не худшее, что он сотворил. Мерзавец заставил Кару спрыгнуть с башни! Решился на убийство студентки! А ведь ему полагалось защищать нас. От всего и всех сразу.

На подходе к ректорскому кабинету мы услышали возбужденные голоса, а завернув за угол, обнаружили несколько педагогов. Они встали в кружок и что-то возбужденно обсуждали. Заметили нас и замолчали. Один из них — некромант Корн, который однажды заставил нас с Крисом очищать лабораторию от зеленой мерзости, а потом оказался в рядах оглушенных — подошел к нам.

— Вам лучше вернуться восвояси, — посоветовал он.

— Что-то случилось? — спросил Крис прямо.

Старичок нахмурился и признался:

— Да. Боюсь, на ректора Веллера напали. Снова оглушение. В ближайшее время об этом сообщат всем.

— Ого! — вскричала Фрейя, приложив ладонь к губам.

— Не переживайте, лорд-ректор будет в порядке, но понадобится время, — заверил Корн. — А сейчас, прошу, идите в сектор.

— Хорошо, — кивнул Крис, изображая покорность, а едва педагог отошел, шепнул нам: — Ну вот, у нас пополнение. Теперь в распоряжении преступника еще и энергия теневого мага.

***

Все давно разошлись по спальням. Только мы втроем бодрствовали. Крис и Фрейя сидели на диване, а я ходила туда-сюда и не замолкала ни на секунду.

— Значит, Кара нашла правильный обряд. Тот, где восстанавливается живая плоть. Только у нас проблема. Никто не обратил внимания, в какой книге она его вычитала. А выяснить это никак нельзя. В библиотеку мы пока попасть не может. Да и без Кары доступа к особым книгам всё равно не будет. Но это еще не всё. Она посчитала, что обряд не подходит, потому что один из оглушенных оказался лишним. Значит, кто-то из педагогов инсценировал нападение на себя, чтобы оказаться вне подозрений. Кто? Точно не ректор. Энергия теневого мага для обряда необходима. Это единственное, что мы знаем точно. Получается, преступник, он же — помощник чудовища, кто-то из остальных оглушенных. Доверять нельзя никому.

— Гарднеру можно, — возразил Крис. — Он ведет только практические занятия со студентами. С теми, у кого проблемные способности. Обряды единения с учебниками не проводит.

— Но он метаморф, — возразила Фрейя. — Мог принять облик любого другого педагога и проводить треклятые обряды под чужой личиной. К тому же, вдруг он и есть чудовище? А что? Он прячет эту жуть, превращаясь в себя, каким был раньше. Выяснилось же, что у лорда-декана проблемы со здоровьем.

Я потерла ноющие виски. В Гарднера-чудовище верилось с трудом. Однако Фрейя права, он — метаморф, а от нашего брата всего можно ожидать. Вдруг он иссох, когда выполнял особое задание короля? То самое, после которого получил свободу?

— Самый подозрительный Коллинз, — протянул Крис.

— Зато Корн был в соседнем кабинете, когда на леди Форест напали, — напомнила я.

— А сама леди Форест — главный специалист по заклятьям. Ей ничего не стоило применить что-нибудь этакое во время обряда единения с учебниками, — сильнее всё запутала Фрейя.

— Есть еще травница леди Морриссон, — добавила я. — Она кажется менее подозрительной, но это ничего не значит. Вот бы с псом поговорить! Он всё знает.

— Но не может ничего сказать, — проворчал Крис.

— Зато способен дать подсказки. Например, качнуть головой, когда я буду перечислять имена педагогов.

— Вот только собачка не спешит объявляться.

— Не спешит.

Мы тяжко вздохнули в унисон.

— Что будем делать? — задал самый насущный вопрос Крис. — Ждать, пока лорд-ректор поправится, нельзя. На студентах метки, которые могут активировать в любой момент.

— Нужно поговорить со всеми педагогами сразу, — предложила я. — Заявиться с утра в их комнату отдыха. Скорее всего, преступник тоже будет там. Ну и пусть. Зато остальные смогут предпринять защитные меры.

На меня посмотрели с уважением.

— Так и сделаем, — согласился Крис устало. — А теперь давайте хоть немного поспим. Чувствуется, завтра будет трудный день.

***

Утро выдалось насыщенным. И по событиям, и по эмоциям.

Мы поступили, как и планировали. Пришли в комнату отдыха педагогов еще до занятий. Застали там пару десятков магов. На нас глянули недовольно. Считалось дурным тоном заходить в это помещение студентам. Даже одному единственному, а уж троим сразу подавно. Поэтому Крис предвосхитил упреки и выпалил:

— Я выяснил, что все студенты поражены вредоносной магией.

Кресла и стулья заскрипели. Раздался стук — кое-кто от неожиданности выронил книги или личные вещи. Все уставились на нас, как на безумцев. Но Крис не стушевался.

— Вы же знаете, какой у меня дар. Поэтому советую мне поверить. Студенты поражены. И уже давно. Каждого из них могут активировать в любой момент, чтобы подчинить и заставить делать всё, что преступник пожелает. И кстати, мы считаем, что это педагог.

Раздался неодобрительный гул голосов, но Крис поднял руку, призывая всех к тишине, и продолжил. Рассказал всё. Подробности о метках, о чудовище, о найденном Карой обряде, о ее желании с кем-то посоветоваться. Опустил только моё общение с псом, чтобы не подставлять того под удар. Когда он закончил, педагоги молчали с минуту, не в силах произнести ни слова. Они поверили. Без сомнений. Это читалось на лицах. Первым заговорил декан факультета артефакторов Сэмуил Вэрринг. Он подошел к нам и похлопал Криса по плечу.

— Вы молодцы. Вы все. Но теперь предстоит много работы. Во-первых, мы должны найти книгу, в которой Кара Энвер узнала об обряде. Во-вторых, нужно обезвредить метки студентов. Ты сможешь сделать это, Кристофер?

— Да. Могу начать сегодня. Но понадобится не одна неделя, чтобы помочь всем.

— Разумеется. Нужно время, это понятно. Мы же займется книгой. Прямо сейчас.

Увы, затея провалилась. С треском. Педагоги (исключая пятерых подозреваемых) установили, какие книги брала Кара. Библиотекарь вела строгий учет и тут же выдала список. Однако одной книги на полке в особом разделе не оказалось. Она исчезла. Вместе с информацией об интересующем нас обряде. Преступник, кем бы тот ни был, сумел добраться до нее первым.

Крис, узнав об этом, грязно выругался.

— Теперь имя мерзавца известно только Каре.

— И она в еще большей опасности, чем была, — подытожила я мрачно.