Глава 24. Всё красное

— Кто умер? — спросила я, садясь на диване, и встретилась взглядом с мрачной, как самая темная ночь, Фрейей.

— Я никого не чувствую. Вообще никого. В замке нет живых магов, — поведала та.

— В каком смысле? — спросила я, оглядываясь.

В комнатке мы остались вдвоем. Крис и Коллинз исчезли.

— Я всегда чувствую окружающих. Не кого-то конкретно. А вообще. Знаю, что вокруг кто-то есть. Это часть моего дара. Я ведь перемещаюсь. Важно ни с кем не столкнуться. А сейчас пустота. Ни единой живой души.

— Но это невозможно, — я сердито покачала головой, не веря словам подруги. Все живы. А Крис особенно. — Не могли же эти гады убить всех до единого обитателей замка. Они… — я запнулась, взглянув на руку.

Странно. Место укуса не болело, хотя выглядело отвратительно. Кровь не шла, успела свернуться, но плоть вокруг ран знатно распухла.

— У меня такие же повреждения, — Фрейя показала свою руку.

Я вытаращила глаза.

— Мой братец и тебя цапнул?

— Кто?

— Идем, — я встала с дивана. — Нужно выяснить, какого лешего тут произошло, пока мы… хм… спали. Всё объясню по дороге. Ты много пропустила.

…Замок, правда, казался вымершим. Факелы погасли. Впервые на моей памяти. Идти пришлось в темноте. Но глаза к ней привыкли мгновенно. Это тоже было необычно. В голову даже закралась мысль — не из-за укуса ли это? Взрослые нередко пугают детей оборотнями. Мол, не будете слушаться, придет оборотень и укусит. Станете таким же, как он. Да, Коллинз — не оборотень. Но ведь собака — тоже зверь. А звери, как известно, видят в темноте гораздо лучше магов. Вдруг нам с Фрейей каким-то образом передалась эта особенность? И вдруг не только она?

Я заметила еще одну странность. Эхо от шагов звучало громче обычного.

И это был единственный звук, нарушающий абсолютную тишину.

Пройдя несколько коридоров и оказавшись там, где есть окна, мы выглянули наружу. Я надеялась увидеть студентов, что охраняли замок по периметру. Но их там не было. Ни одного. Получалось, леди Форест и Ларри закончили обряд? Раз отпустили пленников? Или… не отпустили. Но ведь и тела отсутствовали. Это следовало считать хорошим знаком, верно?

— Можешь переместиться в сектор? Проверить, если ли там кто? — спросила я Фрейю.

— Не могу. Силы иссякли после последнего перемещения. С тобой и Крисом. Надеюсь, это временный эффект, и я не лишилась дара. Впрочем, это меньшее из бед.

Мы пошли дальше, решив выяснить, что творится в бальном зале.

Я не меняла облик. А смысл? Ларри всё равно поймет, что это я.

— В общем, Коллинз оказался моим братом, — объяснила я. Следовало, наконец, поведать всё Фрейе. А еще хотелось заглушить треклятые шаги. Но я всё равно их отлично слышала. Этот звук был громче голоса.

Фрейя выслушала новости спокойно и будто бы не удивилась. Ни моему родству с Коллинзом, ни кровной связи чудовища и уважаемой всеми преподавательницы. Или после всего, что уже произошло, это не казалось сногсшибательным.

— Леди Форест — очень сильная магиня. И умная к тому же, — проговорила Фрейя. — Понимаю, почему Кара пошла за советом именно к ней. Не понимаю другого. Как можно быть такой тварью? Да, этот Ларри — ее сын. Но столько жертв! Убитые феи, Кара, а теперь… теперь… Ох! — она схватилась за сердце. — А это еще что за нечисть?!

Я тоже их увидела.

Трёх ворон!

Крупные птицы вышагивали по коридору впереди и открывали клювы, будто истошно вопили, однако мы не слышали ни звука.

— Это остаточное явление от неудачных заклинаний.

Мы с Фрейей подпрыгнули и уставились на светловолосую девушку. Она стояла у стены, скрестив руки на груди, и хмурилась. На ней было темно-синее платье. Короче моего. И строже. Походило на форму. Но ни на одном факультете Академии подобных не носили.

— Похоже, я не зря уничтожила шпиона. Иначе не попала бы сюда вместе с вами.

— Келли? — спросила я с сомнением.

— Да, — она подошла к нам и оглядела опухшие руки. — У меня вопросов больше, чем ответов. Я могу лишь предполагать, что происходит. Но думаю, что недалека от истины. Вас сюда отправили нарочно. Кто-то связанный с этой карманной вселенной. А меня затянуло за компанию. Потому что я тень, находящаяся без сознания и недавно побывавшая рядом с вами. А еще посещавшая раньше подобные места. Они оставляют на магах след. Незаметный и неопасный. Но из-за такого следа попасть в другие карманные вселенные впоследствии не составляет труда. И вот… я здесь!

— Какие вселенные? — мой ум заходил за разум, честное слово.

— Это другие измерения, созданные тенями. Они могут существовать веками и выглядеть, как угодно. Но это место особенное. Оно существует неотрывно от Академии и полностью ее повторяет. Будто… тень. Ему лет тридцать. Или чуть меньше. Думаю, его создала мама Криса. Я чувствую женскую руку. Но теперь оно наполнено мраком. Из-за существа, которое часто тут бывает. Думаю, вы поняли, о ком речь. Идемте, надо всё тут проверить, и понять, зачем вы сюда загремели. Сейчас этого убожества тут нет. Но лучше не задерживаться. Это его территория, не наша.

Но мы с Фрейей застыли, не в силах сдвинуться с места.

Новое появление Келли, карманные вселенные, убежище чудовища.

Ну, правда? Не многовато ли несуразностей?

— Ладно, стойте тут, если хотите. Только имейте в виду, эти вороны не столь безобидны. Рядом с ними лучше не находиться. Теней они боятся. А вы не тени.

Я покосилась на ближайшую ворону. Она как раз открыла клюв и глянула, прищурив один глаз. Будто примерялась, в какое место долбануть меня этим самым клювом.

Значит, они боятся теней? Отлично!

Этот аргумент показался мне достаточно веским, чтобы перестать изображать статую и догнать Келли. Фрейя явно подумала о том же и припустилась за гостьей с факультета теней. А та будто и не заметила нашего промедления. Шла себе спокойно по коридору, продолжая говорить.

— Думаю, эта карманная вселенная — результат совместного эксперимента Клары Дортмунд и Саймона Кармайкла. Возможно, именно ее они создавали, когда к ним нежданно-негаданно ворвался Лоуренс Форест. Да-да, Эшли, я слышала, что ты рассказывала Фрейе, и теперь в курсе последних событий. Видно, он имеет сюда доступ, потому что странным образом поучаствовал в появлении это места.

— А мы? Почему мы здесь? В смысле, разве не проще было отправить сюда Криса и Коллинза? Это ведь их родители — создатели вселенной. Я хоть тоже дочь Саймона, но не первенец.

— Думаю, Коллинз тоже связан с карманной вселенной. Иначе бы его слюна не перенесла вас. Крис, вероятно, нужен в реальном мире. К тому же… Не факт, что он раньше путешествовал по другим измерениям. Вас отправить было проще. В прошлом году о твоем путешествии с Самантой Холланд на изнанку времени много писали в газетах. О том, что вы спасли студентов факультета стихийников.

— Было дело, — проворчала я.

Это была целая история. И вообще-то всех спасла Саманта. Мое присутствие требовалось лишь для открытия «двери». Без силы темного мага (пусть и полукровки) попасть в то измерение было невозможно. Студенты бы погибли в пламени, созданном из-за чужой глупости. Тогда-то и выяснилось, что я метаморф. Сама-то я и раньше была в курсе. Узнали остальные. Я так испугалась предстоящего путешествия на изнанку времени, что поменяла облик в присутствии других. Хорошо, что ректор Белинда Холланд быстро сориентировалась и создала магический договор, сделав меня собственностью Школы фей.

— А я ни по каким измерениям раньше не путешествовала, — буркнула Фрейя.

Келли хмыкнула.

— Вообще-то ты делаешь это постоянно. Просто не осознаешь. А вот Коллинз ваш всё понял, потому и отправил за компанию с сестрой. Ты перемещаешься, Фрейя. Но не просто с места на место, как тебе кажется. Ты взаимодействуешь с иными измерениями при каждом прыжке. Они словно волны, по которым ты катишься, как лодка. Вот интересно, — Келли поморщилась, — почему чем ближе мы к бальному залу, тем больше вокруг ворон? Может, эта ваша леди Форест не так умна, как о себе возомнила? И магия, что они там творят, приведет к катастрофе?

— Коллинз пытался сказать, что нельзя позволять Ларри обретать плоть, — вспомнила я. — Но не смог объяснить причину. Из-за связывающего заклятья.

— Определенно нельзя, — проворчала Келли, останавливаясь у бального зала. Покосилась на стайку ворон, что топтались на небольшом расстоянии, явно ее опасаясь. Затем потянула за ручку и выругалась, прикрывая глаза. — Проклятье! Я же говорила, у них всё неправильно!

Я тоже отпустила ругательство. Ибо из-за двери вырвался столь мощный красный свет, что обожгло глаза. Одна Фрейя не пострадала, потому что отстала от нас.

— Это лампа? — спросила я, щурясь. Жжение не проходило.

— Она самая, — Келли почти рычала. — Кто вообще лезет к артефактам, которые создали благодаря ошибке? Да еще, когда замок насквозь опутывает карманная вселенная, которая будто вшита в него? Треклятая энергия лампы идет сюда, а снаружи никто даже не понимает, насколько она мощна.

— И чем это грозит?

— Она вырвется во время обряда. И… вероятно убьет всё живое в Академии.

— И что же де…

— Не знаю! — перебила Келли. — Мне нужно подумать.

Она принялась ходить туда-сюда по коридору, нервируя немых ворон. Те разбегались в стороны, как курицы. Пытались вернуться назад, но завидев Келли, снова давали деру. Пешком. Взлететь не пытались. У меня мелькнула мысль, что потусторонние птички попросту на это не способны.

— Может, заклинание, которое я читала снаружи, нужно повторить здесь? — предположила Фрейя. — То, что должно испортить лампу?

— Возможно, — согласилась Келли без намека на энтузиазм. — Но к артефакту еще нужно попасть. Его мощь способна убить приблизиться. Спалить заживо. К тому же, твое знание заклинания не объясняет, почему Коллинз отправил сюда вас обеих. У него точно был план. И он считал, что вы сами догадаетесь, что делать.

— Значит, мы не такие умные, как он думал, — бросила я раздраженно. — Я вообще мало что уме… Ох ты, пропасть!

В следующий миг Фрейя отлетела к противоположной стене, ударилась и упала на пол безвольной куклой. Лишилась чувств.

— Эшли, беги! — крикнула Келли и… растворилась в воздухе. Видно, использовала одну из возможностей теневых магов.

А я… Я застыла на месте, глядя в полумертвые глаза Ларри Фореста.

Он явился на свою территорию, как недавно назвала это место Келли, и теперь взирал с превосходством. Мол, попалась, мышка.

Он подождал еще несколько секунд и пошел на меня. Я сделала шаг назад. Потом еще один и еще. Понимала, что упрусь в дверь бального зала. Но больше отступать было некуда. Не бежать же, в самом деле? Это гадкое чудище просто ударит в спину, вот и всё. Такой позорный конец не входил в мои планы. Мысли мельтешили в голове. Но реально я не представляла, что можно предпринять. Я уже пробовала бить в него смешанной магией и ничего не добилась.

Ларри поднял руку, намереваясь щелкнуть пальцами, но медлил. Рассматривал меня, как зверушку, попавшуюся в капкан. Будто получал извращенное удовольствие от происходящего.

— И чего застыл? — спросила я с вызовом.

Сарказм был единственным оружием, которое у меня оставалось.

— Бей! — приказала я, давая разрешение на собственное убийство.

Однако Ларри не стал наносить прямой удар. Усмехнулся и дважды щелкнул пальцами. Дверь за мной распахнулась, и я влетела в бальный зал, плашмя грохнувшись на пол. Там, где несколько недель назад танцевала с Крисом под насмешливые взгляды других студентов. Там, где мы совсем недавно уже проиграли Ларри. Там, где треклятый артефакт излучал убийственную мощь.

Я с криком прикрыла лицо руками, хотя понимала, что это бессмысленно. Всё тело обожгло, будто рядом полыхал огонь, сыпля горячими искрами. Странно, но сожалений о рано оборванной жизни не было. В груди родилась злость. Мысль, что Ларри победит, что из-за него погибнут все в Академии, обжигала не хуже лампы.

— Будь ты проклят, — процедила я.

— Прощай, — насмешливо протянул он, стоя надо мной.

Ему артефакт не причинял вреда. Красные лучи «гладили» сморщенную кожу, но не ранили. Похоже, плоть была мертва и невосприимчива к их влиянию.

Я сжала зубы, готовясь к смерти. Но вместо нее случилось кое-что иное. Второй раз за нашу совместную историю «ожил» медальон, что прислала сестра Руперта Донована. По нитям прошло золотое свечение и… вырвалось дальше, опутывая меня, создавая кокон. Я мгновенно перестала чувствовать жар и поднялась на четвереньки, плохо понимая, что будет дальше. Даже если этот кокон защитит меня от лампы и Ларри, я всё равно беспомощна. У меня нет шансов предотвратить гибель всех в Академии.

— Как интересно, — пробормотал Ларри, разглядывая переливающиеся нити кокона, и усмехнулся. — Кажется, твоя защита не справляется.

Я и сама это увидела. Нити на глазах становились бледнее, истончались. Под действием лампы, не иначе. Еще мгновение, и вернется жар. А за ним явится и смерть.

Однако…

Едва нити исчезли, вокруг меня на миг появилось красное свечение. А когда растворилось и оно, я обнаружила, что поверх формы факультета мрака появился красный плащ с капюшоном из плотной ткани. И создан он был вовсе не для красоты. Я так и не почувствовала жар от лампы. Плащ защищал меня от него. Как перчатки, которые использовала Фрейя, чтобы прикоснуться к особенным книгам в библиотеке и не пострадать.

— А ты полна сюрпризов, Эшли Джонсон Кармайкл, — процедил Ларри, когда я поднялась и бесстрашно взглянула ему в глаза.

Я всё ещё не представляла, как поступить дальше. Но плащ придал моральных сил.

— Ты вообще понимаешь, что творишь? — спросила я. — Эта лампа, — я ткнула пальцем в ее сторону, — убьет всех в Академии, когда вы с мамочкой проведете обряд.

— И что? — он равнодушно передернул плечами.

Я аж задохнулась от возмущения.

И что?

Он серьезно?!

— Твоя мать тоже умрёт, — нашла я еще один аргумент.

Но и он не пронял Ларри.

— Она отжила своё, — бросил он без капли сожаления.

А я поняла, что говорить с ним бессмысленно. Он, правда, чудовище. Во всех смыслах. И ради такого подонка леди Форест пошла на столько преступлений! Хотя чем она лучше? Однозначно ничем!

— Давай-ка проверим твою защиту, — Ларри ловко сложил пасс, и в меня полетела черная пелена. Как та, что поглотила Гарднера.

Однако ничего не вышло. Плащик или медальон, а может, и ректорская защита выстояли. Чернота послушно полетела в меня, но остановилась в сантиметрах. Растворилась, будто и не существовала никогда. Как дым на ветру.

— Может и мне попробовать? — бросила я, хорохорясь.

Начала складывать пасс, но Ларри процедил насмешливо.

— Тебе не причинить мне вреда, полукровка. Меня защищает твоя же собственная сила. Мать давно поняла, что ты особенная, что у тебя есть скрытые таланты. И создала заклинание. То, что защитит меня. Оставалось, чтобы ты написала его своей рукой. И ты это сделала. И с тех пор оно работает на меня.

— Я не…

— Твои индивидуальные задания на уроках по заклятьям. Помнишь их?

— Помню. Но там не было никаких защитных чар. Я помню всё, что делала. Всё, что переписывала своей рукой.

Он осклабился в гаденькой улыбочке

— О! Моя матушка не случайно считается гением. Она всё продумала. Собирала это заклятье по кусочкам. Из других, что ты писала. Слово оттуда, слово отсюда. Вырезала по частям и соединяла в единое целое. Никто бы ничего не заподозрил. Даже опытный маг. Куда там было глупенькой студентке из Школы фей.

Мне хотелось кусаться. Честное слово!

Вот, значит, как! Его защищают мои чары! Ну и мерзость!

— Тебе всё равно не победить! — объявила я, хотя сама прекрасно понимала, что это чистейшей воды бравада.

Конечно, он победит. Кто ж ему помешает? Уж точно не я.

Ларри позабавили мои слова. Иссушенное лицо еще сильнее обезобразила кривая усмешка. Он сложил новый пасс. Шторы на окнах взметнулись от сильного порыва ветра. Одна даже упала вместе с гардиной. Я же не ощутила и дуновения. Защитные чары работали. Теперь усмехнулась я. Но больше горестно. Ситуация патовая. Он не может причинить вред мне, я ему. И что дальше?

Ох, главное, чтобы Фрейю убивать не отправился. Она беззащитна. Келли то успела унести ноги. Хотя это было странно. Она мне казалось девушкой не робкого десятка.

Может, она придумает план и вернется?

Мне хотелось верить, что ей удастся что-то противопоставить чудищу Ларри.

— Что же мне с тобой делать? — проговорил он, поглаживая подбородок.

Мы ходили по кругу, не сводя друг с друга глаз. Я физически ощущала злость мужчины. Его бесил тот факт, что до меня не добраться. Не убить. А он желал покончить со мной. Здесь и сейчас. Чтобы и следа от меня не осталось.

— Ладно. Оставлю тебя здесь. Даже если лампа не убьет, постепенно сойдешь с ума в одиночестве. Назад-то без помощи братца тебе не выбраться. А его я прикончу. Обещаю.

— Что?! — вскричала я, испугавшись. Но не угрозе Коллинзу. — В оди-оди-но-но…

Происходило именно то, чего я боялась.

— До твоей подружки мне не составит труда добраться, — бросил Ларри и направился к выходу из бального зала, где на полу лежала Фрейя.

— Стой! — завопила я и кинулась следом, хотя понимала, что не смогу помешать.

Он оказался в коридоре первым и… зарычал, как взбешенный зверь. Я выскочила в следующий миг и вскрикнула. От радости. Фрейи на полу не было. Пока мы «общались» в зале, она успела очнуться и благоразумно спрятаться.

— Всё равно найду рыжую заразу, — пообещал он и рванул на поиски. А чтобы я не путалась под ногами, ушел сквозь стену.

— Гад! — процедила я, оставшись одна в коридоре. Мысленно взмолилась всем богам, чтобы Ларри не нашел Фрейю. Затем позвала: — Келли! Келли, ты здесь?

Тень не ответила, и я, топнув от безысходности, вернулась в бальный зал. Зачем? Сама точно не знала. Но вдруг ощутила необходимость это сделать. Не безумие ли? Мне ведь следовало бегать по коридорам, разыскивать Фрейю, пытаться спасти! Но я и не подумала это сделать. Тяга войти в зал оказалась сильнее всего на свете. Там я остановилась напротив излучающей мощный свет лампы. Плащ, по-прежнему, меня защищал. И всё же я невольно прикрыла глаза ладонью, а потом и вовсе зажмурилась. Когда же снова открыла глаза, посмотрела на лампу, прищурившись, и задумчиво наклонила голову набок. Показалось, с лампой что-то не так. Быть может, это была игра света (или моего воображения), но я вдруг увидела трещинки, которые шли и по плафону и по ножке. Передо мной будто во всей красе предстали слабые места артефакта. Нажмешь на нужные точки, и он сломается.

— Интересно, — пробормотала я. — Неужели, всё так просто?

«А ты проверь», — сказал кто-то в голове, но я подозревала, что это мой собственный внутренний голос.

Я подняла руки, намереваясь сложить пасс, и спросила себя:

— Темный или светлый?

И сама же ответила:

— Смешанная магия.

Пасс был светлым, но разрушающим. А слова на мертвом языке. Заклинание, способное разбить стекло. Я выучила его на всякий случай, когда листала конец учебника.

Я сомневалась в успехе безумной авантюры. Куда мне против мощного артефакта!

Однако «противником» будто оказалась хрупкая фарфоровая ваза.

Мгновение, и она (в смысле, лампа, не ваза) рассыпалась на осколки стекла и металла. Алый свет исчез, и зал погрузился во тьму, как и всё вокруг. Но я, по-прежнему, отлично видела в темноте.

— С каких пор ты умеешь разрушать артефакты?

Я обернулась и встретилась взглядом с растрепанной Фрейей.

Желание находиться рядом с лампой после ее уничтожения пропало, и вернулся страх. За подругу.

— Он пошел искать тебя! Ларри.

— Знаю. Пытался догнать, но не сумел. Теперь за Келли по всей карманной вселенной гоняется. Она умело от него удирает. А иногда исчезает и появляется в другом конце коридора. Издевается, не иначе. Ох уж, эти тени с их играми.

— Э-э-э… Но он не успокоится. А мы… беспомощны.

— Ты уничтожила лампу, — напомнила Фрейя многозначительно.

— Угу. Правда, сама не поняла, как это сделала. И очень надеюсь, что она уничтожена и снаружи тоже. Потому что это было слишком легко, что очень подозрительно.

— Должно же хоть что-то быть легко, — возразила Фрейя. — Знаешь, что странно? Прежде чем свет лампы погас, я кое-что увидела. Огромные… хм… стежки на стенах. Будто эта карманная вселенная, правда, пришита к Академии. Как Келли говорила.

— Я этого не видела.

— Может, потому что на это способна только я? Келли сказала, я скольжу по другим измерениям по время перемещений.

— А что если… — начала я и замолчала, испуганно посмотрев на Фрейю.

Идея, что пришла в голову, заставила содрогнуться. Вспомнилось, что нас отправили сюда вдвоем не просто так. И раз заклятье, что выучила Фрейя, не пригодилось для уничтожения лампы, возможно у подруги была иная задача.

Она и сама догадалась, что я хотела сказать.

— Думаешь, я способна уничтожить эти швы? — спросила зловещим голосом.

— Возможно. Я заметила трещинки на лампе и разбила ее. А ты… ты…

— Вижу швы, — кивнула Фрейя крайне сосредоточенно. Но что если… — она запнулась. — Что если, отрезав карманную вселенную от Академии, я… я…

Фрейя снова замолчала, и фразу закончила я:

— Отрежешь от нее и нас. Навсегда.

Мы стояли и молчали. А время шло. Я понимала, что Ларри не будет гоняться за Келли вечно. Сообразит, что она играет с ним. Разозлится и отправится искать Фрейю. Ее он способен убить, в отличие от умеющей уворачиваться тени. И в отличие от меня.

— Думаешь, чудище тоже останется здесь? — спросила Фрейя очень тихо. — Если отрезать вселенную?

— Наверное, в этом весь смысл. Ты видишь швы, потому что способна запереть его и не дать больше никому причинить вред.

— Никому, кроме нас.

Она сказала это без страха, не пытаясь отказаться. Фрейя просто констатировала факт. Зато меня пробрал озноб. Что будет дальше? С нами? Ларри, поняв, что назад пути нет, взбесится еще сильнее. Доберется до Фрейи, отловит-таки Келли. А потом… Потом мы с ним будем существовать тут бок о бок, не в силах причинить друг другу вред и потихоньку сходя с ума?

Ну и перспектива!

— Я всё равно не очень понимаю, что делать со швами, — снова заговорила Фрейя. — Сейчас-то я их не вижу. Они появились при излучении лампы. А она уничтожена.

— Думаю, ты справишься и без лампы. Келли сказала, ты постоянно взаимодействуешь с иными измерениями.

— Да, но я прежде этого не осознавала, — возразила Фрейя и встряхнула кисти, будто разминая. — Хорошо, я попробую. Но ничего не обещаю.

Я ей не мешала. Старалась даже не смотреть в ее сторону, давая простор для маневров. Подошла к главному выходу и выглянула в коридор. Он оставался темным и пустым, не считая гадких ворон, которые с любопытством глядели в мою сторону. Я беззвучно выругалась, вспомнив, что без Келли, они способны напасть, и вернулась назад, плотно закрыв двери. Фрейя стояла и сосредоточенно взирала на стену, но по хмурому выражению лица было очевидно, что девушка понятия не имеет, с какой стороны подступиться к проблеме.

— Да чтоб всех в пропасть!

Я подпрыгнула, а Фрейя всплеснула руками. Да так, что на пол посыпались искры. Через второй вход в бальный зал влетела Келли, напугав нас до колик. За ней, к счастью, никто не гнался.

Пока не гнался.

— Где Ларри? — спросили мы в один голос.

— Носится по замку за моей тенью, — бросила Келли раздраженно. — Это место, правда, безумное. Тень выглядит не как тень, а как живое существо. Причем, удивительно, что я вообще ее создала так быстро после уничтожения прежней. Но нам это только на пользу. Ларри купился и пытается поймать мою копию. Стоп. А что случилось с лампой?

Она изогнула брови, разглядывая осколки артефакта.

— Эшли его уничтожила, — пояснила Фрейя истеричным голосом. — А я теперь пытаюсь разорвать швы и запереть нас тут вместе с Ларри. Не смотри на меня так. Это Эшли придумала.

— Ну, понимаешь… — протянула я, пытаясь объяснить свой безрассудный план.

Келли выслушала спокойно, будто речь шла не о нашем жертвоприношении, а о чем-то обыденном. А потом просто кивнула, хотя я ожидала иных предложений с ее стороны или протестов.

— В этом есть резон. Вселенная пришита к Академии. Вероятно, без нее вход сюда закроется навсегда. Но надо действовать быстро. У Ларри явно высохла не только кожа, но и мозги, раз бегает за тенью, как малое дитя, играющее в догонялки. Но скоро ему надоест, и он отправится в реальный мир, отложив нашу поимку на потом.

— Я не могу действовать быстро! — поведала Фрейя раздраженно. — Я не вижу швы!

Келли пожала плечами.

— А зачем ты стараешься их увидеть? Ты же знаешь, где они. Просто рви.

Фрейя уставилась на нее изумленно. Мол, неужели всё так просто?

— Работай, — усмехнулась Келли. — Та магия, что предназначена с рождения, она — часть тебя. Тут не надо мудрить. Надо делать. Довериться инстинктам.

— Постараюсь, — пообещала Фрейя и принялась складывать сложный пасс.

Я снова решила не нервировать ее излишним вниманием. Покосилась на Келли, а та на дверь. Она не сомневалась, что Ларри вот-вот появится. Страха в ней не чувствовалось. Возможно, она просто умела его не показывать. А я боялась. Боялась за девчонок. Боялась за себя. Из-за перспективы застрять тут с Ларри один на один. Боялась за всех, кто остался снаружи. За Криса.

Интересно, он согласился с планом Коллинза отправить меня сюда? Или тот действовал против его воли? Скорее второе. И это значило, что парню могло достаться от моего новоявленного братца.

— Рвутся! — вскричала Фрейя. — Швы, правда, рвутся!

Но мы и сами ЭТО увидели. Нечто невероятное!

Будто в самой структуре бытия появилась прореха. Оттуда хлынул свет, вылился без остатка, оставив лишь тьму, словно дальше ничего никогда не существовало. Только пустота, где нет места живому.

Раздался треск, и по стенам прошло золотистое свечение. Магические швы расходились по всему замку, отделяя карманную вселенную от основного мира.

— Какой кошмар, — пробормотала Фрейя благоговейно.

— Кошмар?! — оглушил нас мужской голос. — Я вам сейчас покажу кошмар, дрянные девчонки!

Ларри влетел в зал истинным чудовищем. Взъерошенный и злой, как тысяча демонов. Он понял, что творится неладное, и явился это исправить. Или… покончить с виновными.

Я понимала, что это конец. Для двух девчонок точно. Ларри уже складывал пасс, яростно скалясь, а убраться из бального зала не представлялось возможным. Фрейя не могла использовать дар из-за потраченных на нас с Крисом сил.

— Прыгайте! Живо!

Это был голос Коллинза. Он отдавался зловещим эхом и напугал не хуже Ларри.

— В прореху! Быстрее! — сориентировалась Келли.

— Это верная смерть, — пробормотала Фрейя.

Я утратила всякую способность принимать решения или просто двигаться. Слишком много всего произошло за короткий срок, а за прорехой ждала лишь тьма.

— Всё равно без вариантов! — Келли схватила нас за руки и потянула к дыре во вселенной.

Я вскрикнула, но подчинилась.

Мы не прыгнули, а скорее, вывалились из копии Академии, что создала мама Криса. Под бешеный вопль Ларри. Он кинулся за нами, отчаянно работая руками. Я видела, как он выпускает новую порцию черной пелены нам вслед, а мы падали и падали. В никуда. Как куклы. Как бумажные игрушки, а чернота неслась за нами.

Ларри тоже попытался прыгнуть, видно, сообразив, что вселенная отсечена от замка. Но Келли сложила пасс, и нашего врага опутали теневые побеги, похожие на корни деревьев. Мгновение, и прореха закрылась, оставляя его за чертой. Оставляя нас с треклятой магией, способной причинить страшный вред.

Но вдруг раздался новый крик:

— Стоять!

Я больно ударилась спиной и затылком, увидела над собой парящих Фрейю и Келли. Они зависли в воздухе и больше не падали. А рядом со мной лежали еще два тела. Криса и Корна. Они лежали без движения. Бледные. С закрытыми глазами. Это было последнее, что я увидела, прежде чем пришла настоящая тьма, унося меня прочь от всего на свете.