ГЛАВА 32

- Госпожа, - хмуро окинула она нас обоих коротким, но очень цепким взглядом, - вас ждет один из возниц. Говорит, только вы можете решить его вопрос.

- Хорошо, - кивнула я, - пусть подойдет.

Я немного устала с непривычки. Тело юной Ларисы Дмитриевны не привыкло к столь долгим прогулкам. А мы с Кузьмой осматривали усадьбу не меньше трех часов. Поэтому доковыляла до лавочки, стоявшей у каменной стены дома-амбара, плюхнулась на нее и со стоном вытянула гудевшие ноги. Как же хорошо... Подставила лицо тусклому осеннему солнцу и закрыла глаза, наслаждаясь тишиной и покоем.

Я слышала тяжелые шаги. Возница, о котором говорила Груня, подошел. Но я не смогла открыть глаза даже тогда, когда он громко прокашлялся, желая привлечь внимание.

- Что ты хотел? - пробормотала, чувствуя закрытыми веками мягкое тепло солнечного света. Как же хорошо!

Возница снова прокашлялся, но продолжал молчать. Я чуть-чуть приоткрыла один глаз и увидела того самого мужичка, который правил возком, едущим сразу за каретой. На нем как раз ехали Маруся с Петрушкой.

- Ну?! - усмехнулась я. - Говори уже, что хотел.

- Госпожа-барыня, - возница неловко переминался с ноги на ногу и теребил шапку, снятую с головы. - Я тогось... По поводу Маруськи вашей...

Когда он начал говорить, я снова опустила веки, мысли медленно и расслабленно качались в голове, пряча тревогу о будущем, больше всего о финансовой его части, под маску безмятежности.

Возница опять замолчал. Пауза тянулась до тех пор, пока я не потеряла терпение и не открыла глаза, чтобы убедиться, что он еще здесь.

- Ну?! - немного раздраженно произнесла я, - что дальше-то?

- Ну, дак, - мужик судорожно дернул бородой и промямлил, - я это... того...

На миг поднял на меня испуганный взгляд и, захлебнувшись воздухом, опять замолчал.

- Да, чтоб тебя. - тихо выругалась я... И рявкнула, теряя терпение, - говори уже!

Возница крупно вздрогнул и, словно подстегнутый моим криком, выпалил:

- Госпожа-барыня, позвольте на вашей Маруське жениться! Жена моя в прошлом годе померла. Вдовец я нынче. И она вдовая...

Жениться?! Я с интересом вылупилась на потенциального жениха. Это же рефлекс такой у всех женщин. Как только встречаешь чужого жениха, так непременно хочется оценить сокровище, которое вот-вот достанется другой. Вот и я тщательно рассмотрела Марусиного кавалера.

Немолодой, лет под пятьдесят, но все еще очень крепкий и кряжистый мужик. Чересчур стеснительный, конечно... Вон как засмущался... Готова поспорить, если бы не борода, скрывающая половину лица, то легко можно было бы увидеть, как сильно он покраснел. И руки... Уж так он шапку свою теребил, что еще немного и на клочки разорвет.

Одежда чистая, аккуратная, заштопанная... Правда, я еще в Саратове обратила внимание, что заплатки на его штанах пришиты неумело. Слишком большие и грубые стежки. Да, и стянуто кое-где так, что ткань некрасиво топорщится. Как будто бы ребенок шил... Или он сам. Сказал же, в прошлом году овдовел.

Но, с другой стороны, значит не ленивый мужик. Марусе повезло...

- Поздравляю, - улыбнулась. И фыркнула, желая разрядить обстановку и пошутить, очень уж напряженным выглядел кавалер. - Доводите друг друга до добра, счастья и любви!

Но мое шутливое поздравление привело совсем не к тому эффекту, на который я рассчитывала. Возница не только не улыбнулся, напротив, он как будто бы напугался еще больше. Даже шапка в руках застыла без движения...

- Дак... Госпожа-барыня... Звиняйте, не пойму, об чем вы, - пробормотал он. - Можно али нет, Маруську мне в жены?

Тут уж я на миг растерялась. Чего это он. А потом как поняла!

- Ты что же ко мне пришел просить ее руки и сердца?! - удивленно спросила я, уже зная, какой ответ услышу.

Правда, чуточку ошиблась. С формулировкой.

- Не надобно руки и сердца мне. Жениться хочу, - тяжело вздохнул мужик. И добавил, — вот и пришел испросить хозяйского позволения... Маруся-то ваша... Вот я и подумал... Но ежели у вашего батюшки позволения испрашивать надобно, вы скажите...

Он тяжело вздохнул.

- Моя?! - ахнула я, толком не услышав всего остального. - Да, с чего ты взял-то, что она моя?! Она так-то своя собственная. Я ее только на работу взяла. И все.

- Ну, дык... - Шапка в руках мужика опасно затрещала. Вот-вот порвется. - Маруська сказала, что ваша теперича... И ежели я, вправду, хочу женой ее назвать, стало быть позволения у вас испросить надобно...

- Погоди! - нахмурилась я. - Ты что же увезти ее обратно в город хочешь?! Если Маруся хочет уволиться, то пусть сама мне об этом скажет.

- Ну, дак... - Шапка все же не выдержала и распалась на две половинки. - Некуда мне Марусю-то привести. В избе нашей и так уж тесно, не продохнуть... Два сына у меня, две невестки. Да, внуков уже почти две дюжины. Местов совсем нет. Я сам почти каждую ночь в конюшне ночую. Тама хоть спокойнее. Вот и подумал... Ежели позволите на вашей земле поселиться... А я к любой работе пригоден. И пахать, и косить умею... Чай полжизни на земле прожил, только после отмены крепости в город подался, чтоб семью прокормить. И ежели вы позволите... Так, стало быть, я и жениться сможу...

Да, уж... Я смотрела на мужика с разодранной шапкой и понимала... Не так уж и повезло Марусе-то. Очень уж косноязычный жених ей достался. Уж такой огород нагородил, вместо того чтобы сказать, мол, так и так: хочу наняться к вам на работу.

- А топором кусты порубить сможешь?! - рассмеялась радостно... Я-то голову ломала, где найти мужиков, которые за работу возьмутся. А тут он сам ко мне у руки приплыл, как карасик.

- Смогу, господа-барыня, - мужик впервые за весь разговор не заикался. И в голосе я даже услышала тень радостной улыбки. - И порубить смогу, и выкорчевать... Толькось возок свой сыновьям хотел оставить... Чтоб дитям на хлеб и молоко заробить смогли.

- Отлично, - хлопнула я в ладоши... Про возок я как-то забыла, и про то, что вместе с возницей приобрету еще и его транспорт не думала, а потому и не огорчилась. – Значит, я нанимаю тебя... Если ты, конечно, согласен работать за зарплату в три рубля в месяц... Ну, и плюс крыша над головой и кормежка за мой счет.

- Согласен, госпожа-барыня, - поклонился возница. А потом чуть помялся и все же спросил, - а на Марусе-то жениться позволите? Она говорит, что без вашего согласия, откажет... Теперича-то она ваша... Вам и решать...