Глава 37 · Сюрприз, Мика

Какое-то время просто стояла на каменных ступенях ратуши и пытаясь привести мысли в порядок. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в медово-золотистые оттенки, перемежающиеся с багрянцем и нежной сиренью. Красиво. Но я едва замечала эту красоту — в голове крутилось, вертелось, не давало покоя.

Двадцать тысяч златых. Налог, который нужно заплатить через месяц. У меня восемнадцать. Не хватает двух тысяч, даже если закрывать глаза на то, что денег не останется вовсе. Всего каких-то двух тысяч, которые превращаются в непреодолимую пропасть, когда не знаешь, где их взять.

Продать что-то? Заложить? Занять?

У кого, интересно? У отца, который выгнал «меня» из дома и радостно потирает руки, ожидая, когда я окончательно паду и приползу к нему на коленях, желательно в объятиях Лукаса? У дяди, местонахождение которого мне неизвестно и который не ответил на отчаянное письмо Микэль, написанное в самый тяжёлый период её жизни?

Может, обратиться к ростовщикам? Взять кредит под залог поместья? И что, загнать себя в долговую яму, из которой не выбраться годами?

Нет. Нет-нет-нет. Это тупик. Нужен другой путь. Нужно… нужно найти способ заработать эти деньги. Срочно. За месяц.

Но как? КАК⁈

Я сжала кулаки, вонзая ногти в ладони до боли, заставляя себя перестать паниковать и начать думать рационально. В конце концов, в прошлой жизни я решала проблемы и посерьёзнее. Выбивала контракты, которые казались невозможными. Находила поставщиков, когда все вокруг говорили, что их на таких условиях не существует. Оптимизировала бюджеты там, где, казалось, уже нечего оптимизировать.

Значит, справлюсь и с этим. Как-нибудь. Надо только… надо просто дать себе время подумать. Спокойно. Методично, и без истерик.

Позже. А сейчас нужно вернуться к телеге, к Маре, Элис и Пирту, и… и перекусить, наверное. Потому что желудок противно ныл, напоминая, что после завтрака я ничего не ела, а день выдался долгим и выматывающим.

Я оттолкнулась от стены, выпрямилась, поправила помятое платье и направилась обратно к рыночной площади.

Телега стояла там, где мы её и оставили, у постоялого двора «Смеющаяся лиса». Пирт сидел на козлах, Мара и Элис — в кузове, что-то тихо обсуждая между собой. Увидев меня, приближающуюся к ним, все трое подняли головы, и на лицах отразилось облегчение.

— Госпожа! — Пирт спрыгнул с козел, подошёл ко мне. — Как прошло? Долго ждали?

— Всё в порядке, — кивнула я устало, опускаясь на край телеги рядом с девушками. — Документы передала, разговор состоялся. Расскажу позже, когда поедем домой. А сейчас… — я потёрла лицо ладонями, — сейчас мне нужно поесть. Иначе я просто упаду в обморок.

Элис виноватым голосом произнесла:

— Мы… мы купили хлеб и сыр, пока вас ждали. Хотели предложить перекусить прямо здесь, но решили, что неудобно, на виду у всех…

Я покачала головой:

— Нет, на улице не вариант, да и что нам хлеб и сыр перед долгой дорогой. Давайте лучше найдём какую-нибудь таверну. Нормально поедим, отдохнём перед поездкой. Кстати, — я повернулась к Пирту, — мы возвращаемся сегодня или ночуем ещё раз? Как лучше?

Мастер почесал затылок, прикидывая:

— Если выедем прямо сейчас — доберёмся к полуночи, может, чуть позже. Дорога неблизкая. Но если хотите — можно и переночевать ещё раз, выехать завтра утром, на свежую голову.

Я задумалась. С одной стороны, ночевать в городе ещё сутки означало дополнительные расходы — за комнаты, за еду, за конюшню. С другой… с другой стороны, я скучала по Анике так сильно, что готова была ехать хоть всю ночь напролёт, лишь бы поскорее оказаться дома, прижать малышку к груди и убедиться, что с ней всё в порядке.

— Едем сегодня, — решила твёрдо. — Но сначала перекусим. Нормально поедем, горячую еду. Пирт, вы знаете какую-нибудь приличную таверну поблизости?

Мастер кивнул, указывая куда-то в сторону порта:

— Знаю одну. «Дракон и русалка», что у порта. Хорошее место, кормят сытно, цены честные. Там всегда много народу — грузчики, моряки, торговцы, — но зато весело и безопасно. Воры не сунутся, хозяин за порядком следит.

— Отлично, — я поднялась, отряхивая юбки. — Тогда поехали туда, оттуда сразу и отчалим. А то я уже начинаю забывать, когда последний раз ела что-то сытное.

Мы забрались в телегу — я, Мара и Элис в кузов, Пирт на козлы, — и двинулись в сторону портового квартала.

Он встретил нас запахом моря, рыбы, водорослей, а ещё — солью, дёгтем, пряностями, смешанными в один густой, почти осязаемый аромат. Узкие улочки между складами и доками были заполнены народом — портовые рабочие тащили тюки и бочки, моряки шатались пьяными группками, торговцы зазывали покупателей к своим лоткам, где продавали диковинные товары из дальних стран.

Таверна «Дракон и русалка» располагалась прямо у причала — массивное двухэтажное здание из потемневшего от времени дерева, с вывеской, на которой был нарисован зелёный дракон, обвивающий хвостом синеволосую русалку. Из открытых окон доносились голоса, смех, звон кружек, игра на каком-то струнном инструменте.

Мы оставили телегу у коновязи, Пирт привязал лошадь, дал ей воды из корыта, и мы вошли внутрь.

Внутри было шумно, душно и, увы, накурено. Огромный зал, заполненный столами, за которыми сидели самые разные люди. Грузчики с обветренными лицами и мозолистыми руками. Моряки в полосатых рубахах, с серьгами в ушах. Торговцы, обсуждающие сделки. Несколько женщин недвусмысленной… спциализации, облокотившихся на стойку и кокетливо улыбающихся посетителям.

У дальней стены играл музыкант — старик с узенькой бородкой, наигрывающий на лютне весёлую мелодию. Несколько пьяных парней пытались подпевать, фальшивя на каждой ноте, но никто не обращал на них внимания.

За длинной деревянной стойкой, заваленной кружками, бутылками и тарелками, стоял молодой мужчина лет двадцати восьми-тридцати.

И я непроизвольно задержала на нём взгляд.

Симпатичный — это слово первым пришло в голову. Не красавец, нет, черты лица были обычными, ничем не примечательными. Но привлекательный по-своему. Тёмные волосы, собранные в хвост на затылке, несколько выбившихся прядей обрамляли лицо. Загорелая кожа. Крепкое телосложение — широкие плечи, сильные руки, привычные к физическому труду. Одет просто — холщовая рубаха с закатанными рукавами, тёмные штаны, фартук, испачканный пивом и соусом.

Явно не владелец, а работник. Может, бармен? Или помощник хозяина?

Он ловко разливал пиво из кувшина, отпускал шутки посетителям, подмигивал женщинам, смеялся над чьими-то грубыми анекдотами. Казалось бы, обычный раздолбай, работающий в портовой таверне, привыкший к этой атмосфере, к этим людям.

Но… но что-то было не так.

Глаза. Умные, наблюдательные, внимательные глаза, которые не соответствовали его показной беспечности. Он смотрел на посетителей так, словно сканировал, анализировал, запоминал каждую деталь.

Я видела такой взгляд раньше.

У сильных конкурентов, у людей, которые умели свернуть любой договор в бараний рог, которые просчитывали на десять шагов вперёд, которые никогда не показывали свои истинные намерения перед непосвящёнными людьми.

От таких людей за версту веет силой и умом, спрятанными под маской простоты.

«Он здесь не на своём месте. Абсолютно не на своём месте.»

Эта мысль мелькнула и исчезла, потому что к нам уже подходил хозяин таверны — толстый краснолицый мужчина с широкой улыбкой на лице:

— О, гости, да какие! Добро пожаловать в «Дракона и русалку»! — Тут он увидел моё платье, оценивающе окинул взглядом, и улыбка стала ещё шире, почти подобострастной. — Леди! Какая честь! Прошу, прошу, садитесь за лучший столик! У окна, с видом на гавань! Сейчас всё принесём, всё покажем!

Он захлопал в ладоши, подзывая молодого бармена:

— Эй, Райнор! Проводи леди и её спутников за столик у окна! И принеси меню!

Бармен — значит, его звали Райнор — кивнул, вытер руки о фартук и подошёл к нам. Вблизи он был ещё выше, чем казалось издалека — под метр девяносто, наверное. Возможно, даже сравнится ростом с драконорожденными. Мускулистый, но не перекачанный, а именно физически сильный. Двигался легко, бесшумно, несмотря на габариты.

— Прошу за мной, леди, — произнёс он вежливо, его голос оказался приятным. — Столик у окна свободен.

Мы прошли за ним через зал, лавируя между столами, стульями, пьяными посетителями, и уселись за широкий деревянный стол у большого окна, выходящего на гавань. Вид действительно был красивым — закатное солнце окрашивало воду в розово-золотые оттенки, корабли покачивались на волнах, чайки кружили над мачтами, издавая протяжные крики.

Райнор принёс нам меню с перечнем блюд, написанных ровным почерком. Рыбный, мясной, утиный супы. Печёная картошка с овощами. Жареная рыба, жаренные морепродукты. Мясные и рыбные пироги. Хлеб. Сыры. Эль, вино, медовуха. Чаи, ягодные и фруктовые морсы.

Я пробежалась глазами по списку и не удержалась от улыбки, увидев «печёную картошку».

Картошка. Обычная, простая, но божественная картошка. Я уже начинала скучать по ней в этом мире, где рацион состоял в основном из хлеба, каш и мяса.

— Мне рыбный суп, печёную картошку и хлеб, — заказала я, возвращая меню Райнору. — И кружку… воды, пожалуйста. Не эля.

Он кивнул, быстро записывая что-то на маленькой дощечке мелом. Мара, Элис и Пирт тоже сделали свои заказы — суп, картошка, хлеб, эль для Пирта и мятный чай для девушек.

Райнор кивнул ещё раз и ушёл, растворяясь в толпе посетителей.

Мы остались одни, и я откинулась на спинку стула, потирая затёкшую шею. Устала. Боже, как же я устала. Физически, эмоционально, морально. День выдался насыщенным до невозможности, и казалось, что прошла не одна неделя с тех пор, как я очнулась у приюта.

— Госпожа, — тихо окликнул Пирт, наклоняясь ближе, чтобы его не услышали за соседними столами, — вы хотели обсудить покупки? Списки? Что ещё нужно прикупить?

Я кивнула, доставая из ридикюля свой помятый список и пробегая глазами по строчкам:

— Вроде бы всё купили. Продукты — есть. Ткани — есть. Стройматериалы — есть. Швея — есть, — я улыбнулась Элис, которая покраснела и опустила глаза. — Остаётся только обсудить один момент…

Я замолчала, хотя хотела уже поведать о налогах, но тут вспомнился разговор в постоялом дворе прошлым вечером. Те двое купцов, жалующихся на отсутствие постоялых дворов на центральном тракте. «Раньше везли зерно спокойно, без проблем. А теперь… теперь боишься, что либо разбойники нападут, либо таможенники придерутся…»

Тракт. Центральный тракт, который проходит по краю моих земель. Который раньше был оживлённым местом для всяких заведений, а теперь опустел из-за опасности на границе.

И вдруг в голове что-то щёлкнуло, сложилось, оформилось в смутную, ещё несформировавшуюся, но уже заманчивую идею.

— Пирт, — обратилась я к мастеру, стараясь говорить как можно небрежнее, — скажите, а почему на тракте, который проходит мимо наших земель, нет ни одного трактира или постоялого двора? Я заметила это, когда мы ехали. Дорога широкая, хорошая, явно важная торговая артерия. Но пустая, совсем пустая.

Пирт задумался, прежде чем ответить:

— Раньше тракт был очень оживлённым, госпожа. Там было полно постоялых дворов, таверн, даже… — он замялся, — даже увеселительных заведений. Торговцы ездили караванами, останавливались на ночлег, тратили большие деньги, чтобы отдохнуть в пути, а ещё и повести разные переговоры между собой. Это было отличное место встреч торговцев, именно на этой дороге создавались новые союзы и сделки. Дела процветали. Но после того как приграничные земли стали опасными из-за перебежчиков, банд, беспорядков… большинство заведений закрылось. Хозяева испугались, что их ограбят, убьют, сожгут дотла. Торговцы хоть и продолжают ездить этим маршрутом — он всё равно намного короче и удобнее других, — но теперь им тяжелее. Негде переночевать, негде накормить лошадей, негде отдохнуть. Приходится ехать без остановок или ночевать прямо на дороге, рискуя расплатиться за это не монетой, как раньше, а жизнью.

Я слушала внимательно, и идея в голове становилась всё чётче, всё конкретнее и всё… безумнее.

Постоялый двор. На моих землях. На тракте, где его отчаянно не хватает. Где торговцы готовы платить за крышу над головой, за горячую еду, за свою безопасность.

Я вспомнила тот поворот прямо на выезде с дороги, ведущей к моей усадьбе, который мы проехали вечером по пути в город. Широкий, просторный, с остатками старого деревянного фундамента сбоку. Я тогда спросила Пирта, что там было, и он объяснил, что раньше там стояла большая таверна, но её закрыли и разобрали на дрова местные крестьяне, когда хозяин сбежал.

Идеальное место! Прямо на тракте, на моих землях, где я могу контролировать ситуацию.

Но…

Но нужны деньги. Много денег! На строительство, на закупку припасов, на зарплаты работникам. И нужна безопасность — кто захочет останавливаться в постоялом дворе, если вокруг бродят банды разбойников?

Хотя… хотя у меня на землях сейчас расположился отряд Кайласа. Драконорожденные воины, которые патрулируют границу, ловят перебежчиков. Их присутствие делает мои земли безопаснее, чем окружающие территории.

Может быть, это шанс? Может быть, именно сейчас, когда на тракте нет конкурентов, когда спрос огромный, а предложения почти нет, — может быть, именно сейчас стоит рискнуть?

Но нужно посчитать. Риски. Затраты. Потенциальную прибыль. Сроки окупаемости.

— Хоть бы калькулятор был, — пробормотала я с тоской, отодвигая пустую тарелку. — Считать вручную — сплошное мучение. Эксель, как я вас не ценила…

Слова вырвались вслух — в относительной тишине нашего уголка их было слышно достаточно чётко. Ребята не обратили внимания, они явно привыкла к незнакомым словам, то и дело сравыющимчя с моих уст. Мара, сама того не зная, помогла мне и додумала ранее, когда объясняла Элис, что такое «торт-Наполеон» — что вот, мол, барыня из большого города, а там уж чего только нет. Оно и к лучшему.

Ещё раз вздохнула и оглядела таверну, обдумывая идею. Как раз в этот момент я приметила, как Райнор, проходящий мимо нашего столика с подносом, заполненным кружками эля, резко замер.

Остановился как вкопанный, голова его дёрнулась в мою сторону. Глаза — широко распахнулись, уставились на меня с таким шоком, с таким невероятным изумлением, словно он только что увидел привидение.

Я нахмурилась и напряглась, встретившись с ним взглядом. Что такое? Почему он так смотрит?

Райнор моргнул, встряхнул головой, словно пытаясь прийти в себя, и быстро отвёл взгляд. Поставил поднос на соседний столик, что-то коротко бросил помощнику, а потом развернулся и решительным, почти агрессивным шагом направился прямо к нашему столику.

Я напряглась, инстинктивно выпрямляясь на стуле. Пирт тоже заметил его приближение и нахмурился настороженно.

Райнор остановился рядом с нашим столиком, глядя на меня сверху вниз. В его глазах плескалось что-то неописуемое — надежда, отчаяние, страх, облегчение, всё вместе и всё сразу.

— Простите, леди, — произнёс он тихо, чтобы только наш столик слышал, — но не могли бы вы пройти со мной? Мне нужно с вами поговорить. Срочно. Вам… вам передали сообщение.

Тон серьёзный, почти умоляющий.

Я нахмурилась ещё сильнее:

— Сообщение? От кого? О чём?

Он наклонился ближе, понижая голос до шёпота:

— Дело касается вас лично, леди. Человек, который нуждается в вашей помощи, просил меня передать это. Но не здесь. Слишком много лишних ушей, пожалуйста. Это важно.

Я колебалась, взвешивая варианты. С одной стороны, это могла быть ловушка. Незнакомый мужчина, работающий в портовой таверне, который вдруг заявляет, что мне нужно срочно с ним поговорить. Классическая схема для ограбления или похищения знатной дамы.

С другой… с другой стороны, он не выглядел как бандит. Слишком умным был взгляд, слишком образованной речь.

Любопытство победило осторожность.

— Хорошо, — кивнула я медленно, поднимаясь со стула. — Но ненадолго.

Пирт тоже встал, хмуро глядя на Райнора:

— Госпожа, может, мне с вами пойти?

Я покачала головой:

— Не стоит, Пирт. Останьтесь с девушками. Я вернусь через пару минут.

Мара открыла было рот, чтобы возразить, но я успокаивающе сжала её плечо:

— Всё будет хорошо, Мара, не волнуйся.

Хотя сама я не была в этом уверена.

Райнор провёл меня через зал, мимо кухни, в подсобное помещение в глубине таверны. Тесное, душное, еще сильнее пахнущее пивом и рыбой. Тут повсюду стояли бочки, ящики с бутылками, мешки с зерном и мукой, всякий хлам, который не поместился в основном зале.

Он закрыл дверь за нами, и я сразу же напряглась, отступая на шаг назад, оценивая расстояние до выхода.

Вот и добродилась, сейчас тебя как стукнут по голове — будешь знать, как доверять людям. Расслабилась, думала, раз люди хорошие попадаются, так на органы не пустят? Ха!

Это все пронеслось в голове за секунду, а потом… Райнор развернулся ко мне, сделал шаг вперёд, протягивая руку, словно собираясь схватить меня за плечо, и…

И я среагировала на чистом рефлексе, ну честно.

Уроки самообороны из прошлой жизни всплыли в памяти сами собой. Я перехватила его руку, дёрнула на себя, одновременно подставляя ему ногу, и Райнор, не ожидавший такого, потерял равновесие и полетел на пол с громким грохотом, сбивая на пути деревянный ящик.

Я не дала ему опомниться, прижала коленом к полу, схватила за воротник рубашки и прошипела ему в лицо, не сдерживая гнева:

— Если ты думаешь, что я лёгкая добыча, то сильно ошибаешься, придурок! Сейчас я тебе…

— Нет-нет-нет! — Райнор поднял руки вверх, сдаваясь, и в голосе звучала не угроза, а почти… паника? Необычно слышать это от такого… массивного мужчины. — Я не хочу причинить вам вред! Клянусь! Просто… просто вы же тоже, правда?

Он смотрел на меня с надеждой, с отчаянием, с чем-то таким искренним и беззащитным, что я на мгновение растерялась.

— Что «тоже»? — спросила я, нахмурившись, но не ослабляя хватку. — О чём ты вообще говоришь⁈

Он сглотнул, глядя мне прямо в глаза:

— Вы… вы с Земли?

Время остановилось.

Мир сузился до этих трёх слов, до этого вопроса, произнесённого тихо, осторожно, словно кодовый пароль, которого я ждала, не зная, что жду.

Земля.

С Земли.

Я замерла. Руки разжались сами собой. Колени подкосились, и я едва удержалась на ногах, хватаясь за край бочки.

— Что… — прошептала я, голос дрожал так, что я не уверенна, что он меня понял, — что ты сказал?

Райнор медленно сел, потирая ушибленное плечо, но не сводил с меня взгляда:

— Земля. Планета Земля. Двадцать первый век. Ноутбук, телевидение, ютуб, метро, самолет, неважно. Вы… вы оттуда же, да? Я правильно понял?

Я не могла дышать. Не могла думать. Только стояла и смотрела на него, пытаясь осознать, что это не сон, не галлюцинация, не плод моего мозга, который так отчаянно тосковал по прошлому миру.

— Кто ты⁈ — выдавила я наконец, и голос сорвался на крик. — КТО ТЫ ТАКОЙ⁈

Он медленно поднялся на ноги, отряхивая штаны, и улыбнулся — устало, грустно, но искренне:

— Роман. Роман Светлов. Из Москвы. Попал сюда три года назад. А здесь меня зовут… Райнор.

Шокированная тишина, нарушаемая только моим бешено колотящимся сердцем.

Он тоже. Он тоже с Земли. Он тоже попаданец.

Я не одна.

Господи. Я НЕ ОДНА!