Глава 56 · Когда утро начинается с гостей

Микэль

Аника, сидящая на кровати и наблюдавшая за всем этим цирком с широко распахнутыми от изумления глазами, вдруг выдала полным искреннего восторга голоском:

— А можно мне тоже на плече у дяди покататься? — она подпрыгнула на месте, хлопая в ладоши. — Пожалуйста! Сара так высоко была! Я тоже хочу быть высоко!

— Да, конечно, малышка, — начал было Райнор с широкой улыбкой, уже поворачиваясь к ней, но я перебила его таким шипением, от которого в зоопарке позавидовала бы любая кобра перед атакой:

— НЕТ! Даже не думай! Ни за что!

Я вскочила с кровати, одеяло запуталось вокруг ног, едва не отправив меня в свободный полёт прямо на пол. Принялась лихорадочно наводить хоть какое-то подобие порядка в своём внешнем виде.

Однако волосы торчали во все стороны, словно я провела ночь, засунув пальцы в розетку и забыв их оттуда вытащить. Ночная рубашка перекосилась, съехав с одного плеча и обнажая ключицу, а на груди… господи помилуй, на груди красовалась целая галерея следов от вчерашних страстных… активностей с Кайласом.

Мысленно я уже проклинала этого драконорождённого и его неумение контролировать свои любовные укусы. Неужели нельзя было целовать куда-нибудь, где не видно⁈ Например, в какие-нибудь области, которые прикрыты одеждой… круглосуточно⁈

Я лихорадочно потянула ворот рубашки повыше, пытаясь хоть как-то замаскировать компрометирующие улики своей бурно проведённой ночи.

— Райнор, немедленно опусти Сару на землю! — рявкнула я, указывая трясущимся от возмущения пальцем на всё ещё болтающуюся на его плече девушку, которая продолжала извиваться, как пойманная на крючок рыба. — И веди себя прилично, как подобает взрослому, вменяемому мужчине, а не какому-то… какому-то средневековому похитителю невест!

Развернулась к Саре, пытаясь принять максимально строгое выражение лица, что было довольно сложно, учитывая… всю ситуацию:

— А тебе, Сара, я советую спуститься с этого… с этого осла и тоже вести себя прилично! — попыталась говорить назидательно. — Ты же экономка, а не базарная торговка, устраивающая потасовки с покупателями!

Райнор наконец-то сжалился над бедной девушкой и опустил Сару на пол, придерживая её за локоть. Сара приземлилась, немного пошатнувшись. Тут же отскочила от него на максимально безопасное расстояние, словно он был носителем чумы, и принялась лихорадочно поправлять растрепавшиеся волосы и сбившуюся юбку, задравшуюся почти до колен. Щёки её пылали таким румянцем, что можно было жарить яичницу.

И тут, прежде чем кто-либо из присутствующих успел произнести хоть слово, её рука взметнулась вверх, описав в воздухе изящную дугу, и опустилась на щёку Райнора звонкой пощёчиной.

— Вот, это вам, — она процедила сквозь зубы, глаза сверкали праведным гневом, я невольно отступила на шаг. — И прекрасно знаете за что, мерзавец!

И, гордо задрав подбородок, развернулась на каблуках и вышла из спальни, хлопнув дверью с такой силой, что задребезжали стёкла в окнах, а с полки что-то упало.

Райнор же стоял, потирая покрасневшую щёку, на которой уже проступали пальцы, и смотрел ей вслед с какой-то странной задумчивой усмешкой на губах, в которой читалось куда больше восхищения и заинтересованности, чем обиды или злости. Брови его приподнялись, уголки рта дёрнулись вверх.

Но когда он оторвал взгляд от двери и повернулся обратно в комнату, то сразу же натолкнулся на меня, стоящую в трёх шагах от него с классической позой разъярённой женщины. Руки на бёдрах, глаза мечут молнии. Надеюсь.

Усмешка моментально сползла с его физиономии быстрее, чем масло с горячей сковороды, сменившись осторожной, почти опасливой настороженностью человека, который только что понял, что наступил на мину.

— Что ты ей сделал⁈ — я практически прорычала это, делая угрожающий шаг вперёд и тыча пальцем ему в грудь. — Немедленно отвечай, что ты такого сделал моей Саре, моей умной, воспитанной, серьезной девочке, что она, образец приличия и деловитости, превратилась в фурию, избивающую гостей моими халатами и раздающую пощёчины направо и налево⁈

— Я? — Райнор попытался изобразить на лице невинность, что выглядело примерно так же убедительно, как волк, пытающийся доказать, что он вегетарианец, и развёл руками в стороны. — Ничего особенного, клянусь! Просто немного… ну, пофлиртовал чуть-чуть, скажем… в рамках приличий…

— Немного пофлиртовал⁈ — голос мой взлетел на пару октав, достигая тех нот, на которых обычно поют только оперные сопрано. — В рамках приличий⁈ В рамках приличий какого мира, а⁈ Райнор, она пыталась убить тебя моим халатом! Лупила по голове! Потом дала пощёчину такой силы, что её, наверное, в соседней деревне слышали! Это не «немного пофлиртовал в рамках приличий», это что-то гораздо более серьёзное!

— Мика, ну успокойся же, — он поднял руки в умиротворяющем жесте, пытаясь унять мой гнев. Не на ту напал! — Я не сделал ей ничего такого, за что не готов нести все долгосрочные последствия, обещаю тебе. Даю слово чести.

Я прищурилась, изучая его лицо с подозрением, пытаясь вычислить по мимике, врёт ли он или говорит правду. Райнор выдержал мой испытующий взгляд, не моргнув, что было либо признаком честности, либо признаком того, что он чертовски хороший лжец.

Наконец вздохнула, решив отложить эту тему на потом, когда смогу спокойно расспросить Сару наедине, без свидетелей и лишних ушей:

— Ладно, — буркнула я, разворачиваясь и принимаясь лихорадочно искать что-нибудь более-менее приличное для одевания среди горы разбросанных по креслам и стульям вещей. — Но запомни, Райнор, и запомни накрепко — я не позволю никому, слышишь, никому унижать моих людей, понял меня? Сара находится под моей защитой, и если ты сделаешь ей больно, обидишь её или…

— Понял-понял, мамочка-наседка, защитница всех обиженных и угнетённых, — он рассмеялся, явно веселясь от моей вспышки. — Успокойся уже. Я же полезный приехал, между прочим! Привёз тебе целую бригаду работников, кучу стройматериалов, даже сестру свою уговорил побыстрее бросить свою работу и ехать сюда, хотя ей это грозит процентами.

— Полезный⁈ — я развернулась к нему столь резко, что чуть не потеряла равновесие, прижимая к груди первое попавшееся платье. — ПОЛЕЗНЫЙ⁈ Какого чёрта ты вообще устроил в моём доме, объясни мне⁈ Врываешься в мою спальню ни свет ни заря, как… как…

— Как друг, приехавший выручить тебя из беды? — подсказал он с милой улыбкой, которая меня не могла обмануть. А нечего будить меня так рано такими методами.

— Нет! — я замахнулась платьем, как флагом. — Как… как банда разбойников, решивших захватить замок внезапным штурмом! Ты же писал в письме, что приедешь через три-четыре дня! ТРИ-ЧЕТЫРЕ, Райнор! Я умею считать, между прочим! А не через ОДИН ДЕНЬ, когда я ещё ничего не успела подготовить! Да я даже осмыслить письмо не смогла еще!

Райнор пожал плечами с таким невозмутимым видом, словно мы обсуждали погоду, и оперся плечом о дверной косяк:

— Ну, я подумал хорошенько и решил, что тебе нужна помощь побыстрее, раз уж ты в таких передрягах, — объяснил он логику своих действий. — Вот и поторопился в пути, подгонял людей. Разве это так уж плохо, что я приехал раньше?

— Плохо⁈ — я чуть не задохнулась от переполняющего меня возмущения, хватая ртом воздух. — Райнор, милый мой, это не просто «взял и приехал на пару дней пораньше, подумаешь»! Ты привёз с собой здоровенных мужиков, которых нужно где-то разместить на ночлег, обеспечить нормальными спальными местами! Которых нужно три раза в день кормить горячей едой, причём в таких объёмах, которые моя бедная кухня физически не рассчитана производить! Мне нужно где-то организовать для них умывальники, уборные, хотя бы минимальные бытовые удобства! У меня же нет готового барака для рабочих! Нет походной кухни для приготовления пищи на такое количество народу! Нет…

Я осеклась на полуслове, внезапно вспомнив с ужасом, что Аника всё ещё находится здесь, в комнате, сидит на кровати и с огромными, как блюдца, глазами наблюдает за нашей бурной перепалкой. Ребёнок явно испуган нашими громкими криками. Ладно, ладно! Моими громкими криками!

Сердце сжалось от острого укола вины за то, что пугаю собственную дочь.

Я тут же бросила это дурацкое платье на кресло и подошла к Анике, опускаясь на колени рядом с кроватью и бережно взяв её ручки в свои ладони:

— Солнышко моё, милая, всё хорошо, правда, — заговорила максимально мягко, поглаживая пальцами её крошечные пальчики. — Мамочка просто… просто немножко удивилась и растерялась, что дядя Райнор приехал так неожиданно, понимаешь? Но это очень хорошая неожиданность, замечательная! Он привёз с собой добрых людей, которые будут помогать нам строить кое-что очень красивое.

Аника кивнула, но тревога в её больших глазах не рассеялась:

— А почему вы так громко говорили друг с другом? — её нижняя губка дрожала. — Вы ругались по-настоящему?

— Нет-нет, милая моя, мы не ругались по-настоящему, совсем нет, — я наклонилась и поцеловала её в лобик. — Просто обсуждали важные взрослые вещи, которые нужно решить. Взрослые иногда так делают, когда они волнуются или переживают о чём-то — говорят громче обычного. Но это не значит, что мы злимся друг на друга.

Поднялась с колен, расправляя затёкшую спину, и повернулась к Райнору, всё ещё стоящему в дверях с выражением лица провинившегося школьника:

— Райнор, послушай, я очень благодарна, искренне благодарна тебе за то, что ты приехал помогать мне, — начала я уже спокойнее. — Честное слово, ценю это. Но я была бы ещё более, в сто раз более благодарна, если бы ты хотя бы не врывался ко мне в спальню на рассвете, пугая до полусмерти мою дочь и бедную экономку, которая чуть инфаркт не заработала от твоего появления.

— Понял, принято к сведению, больше не повторится, — он кивнул с серьёзным видом, отрываясь от косяка и направляясь к выходу. — Буду ждать тебя внизу, в холле, там спокойно обсудим все детали и вопросы. У меня есть списки всего, что мы привезли с собой, нужно их просмотреть вместе, решить, куда что…

Он уже практически вышел за дверь, рука лежала на ручке, когда вдруг обернулся через плечо, и на его лице появилась дьявольская, невыносимо наглая усмешка. В моём опыте подобная деталь ни разу не предвещала ничего хорошего:

— Кстати, мелочь…

Я настороженно подняла на него глаза:

— Что ещё?

— У тебя на шее красуется весьма внушительный засос, — он нахально хмыкнул, оглядывая меня с ног до головы. — Причём такой яркий и заметный, что его, наверное, из космоса видно. Я смотрю, кто-то времени зря не терял и занимался весьма интересной деятельностью!

Кровь со скоростью прилила к лицу. Рука метнулась к шее, прикрывая это самое место, которое, конечно же, выбрал Кайлас. Мысленно я уже составляла план мести драконорождённому за его полное неумение контролировать инстинкты.

— РАЙНОР! — взвыла я не своим голосом, хватая первую попавшуюся под руку подушку и швыряя в него.

Он ловко увернулся, подушка пролетела мимо и шлёпнулась о стену.

— Мамочка, — раздался полный детского любопытства голосок Аники.

Я развернулась к дочери с дурным предчувствием.

— А что такое засос? — спросила она, наклонив головку набок и хлопая ресницами.

Я замерла на месте, всё ещё стоя с занесённой рукой, готовой метнуть следующую подушку вслед споро убегающему Райнору.

— РАЙНООООРРР!!! — рявкнула я в сторону коридора изо всех сил, откуда доносился его уже удаляющийся, но всё ещё различимый смех. — Я тебя убью!

Потом развернулась обратно к дочери, лихорадочно перебирая в голове возможные варианты ответа на этот вопрос. Схватила первое попавшееся платье с ненавистным корсетом, который я так презирала всей душой, но выбора особого не было.

Опустилась на корточки перед Аникой, заглядывая ей в доверчивые глазки, и без малейшего зазрения совести, без капли стыда беззастенчиво соврала:

— Это когда комарик кусает очень-очень сильно, солнышко, — выдала я максимально серьёзным тоном. — Очень большой и очень голодный комарик, который долго не ел.

Личико Аники исказилось от искреннего переживания:

— Ой, бедная мамочка! — дочка потянулась, обнимая меня. — Наверное, было очень-очень больно, да? Ты плакала?

Я поджала губы, изо всех сил пытаясь не рассмеяться в голос от абсурдности этой ситуации, и выдавила сквозь стиснутые зубы:

— Уже почти прошло, милая. Почти прошло.

Спустя примерно двадцать бесконечно долгих минут, которые я провела в попытках привести себя хоть в какой-то человеческий вид, наскоро умылась ледяной водой прямо из кувшина, что хоть немного помогло охладить лицо и привести мысли в относительный порядок. И натянув на себя это проклятое богами платье с корсетом, который заглянувшая Лиди затянула с какой-то садистской силой, я наконец спустилась вниз, крепко держа Анику за ручку.

В просторном холле первого этажа, залитом утренним светом из высоких окон, стоял Пирт, о чём-то оживлённо беседующий с расположившимся рядом Райнором. Они склонились над тумбой, на которой были разложены многочисленные бумаги, свитки и списки. Просматривали документы, что-то обсуждали вполголоса между собой, периодически тыкая пальцами в исписанные мелким почерком листы и кивая друг другу.

Я подошла к ним, всё ещё чувствуя себя немного не в своей тарелке после всего утреннего хаоса, и заглянула сбоку от плеча Райнора на разложенные бумаги, пытаясь разобрать, что там написано.

Оказалось, это и правда были педантично составленные списки всего, что он привез с собой для начала строительства.

Доски различных размеров и толщины, целые горы гвоздей разной длины, инструменты для плотницких и столярных работ, металлические петли для дверей и ворот, стекло для окон, уже нарезанное под стандартные рамы, черепица для крыши, известь, краска разных цветов, уже готовые оконные рамы.

— Ничего себе, — пробормотала Райнору, листая очередную страницу.

Тот обернулся и с интересом протянул, видимо успев услышать общие новости от кого-то:

— Ты тут приют организовала под своей крышей, оказывается, мелочь?

Я отмахнулась, не желая сейчас вдаваться в подробности того, как вообще оказалась в этой ситуации:

— Долгая и запутанная история, Райнор, как-нибудь потом расскажу детали, — буркнула я. — Сейчас куда важнее и актуальнее разобраться с твоими мужиками и решить, где их всех разместить, не превращая поместье в переполненную ночлежку.

В этот момент я краем глаза заметила входящих в холл Грегора и Тарна, моих свеженазначенных охранников. Они двигались практически бесшумно, несмотря на внушительные габариты, и пристроились позади меня, заняв позиции по обе стороны, словно два дышащих столба.

Я нахмурилась, раздражённо покосившись на них через плечо. Так дело не пойдет. Надо будет поговорить с этими двумя. Объяснить, что на территории поместья не обязательно и даже излишне ходить за мной по пятам, как приклеенные. Это же мой собственный дом, а не вражеский военный лагерь, окружённый противниками.

Сейчас было раннее утро, солнце только-только начало своё ежедневное восхождение над горизонтом. Дети, насыщенные вчерашним днём, всё ещё мирно спали в своих комнатах, посапывая в подушки. Да и вообще подавляющее большинство обитателей поместья ещё нежились в постелях, не подозревая о той суматохе, которая уже вовсю разворачивались тут.

Но вот в дом вошли, принося с собой запахи свежеиспечённого хлеба, Фания и Сара.

Сара при виде Райнора мгновенно набычилась. Её и без того напряжённое выражение лица стало ещё жёстче. Она старательно отводила глаза в сторону, делая вид, что Райнора вообще не существует, что он — лишь пустое место, недостойное её внимания.

Фания, не замечая или игнорируя это напряжение, первой подошла ко мне:

— Госпожа, мы организовали завтрак для всех приехавших с дороги работников, — доложила она задумчиво. — Правда, места в нашей столовой на такую ораву не хватило бы, поэтому драконорождённые помогли нам соорудить и накрыть импровизированный длинный стол из досок на свежем воздухе.

Я встрепенулась, переводя удивлённый взгляд с Фании на застывшую рядом Сару:

— Драконорождённые помогали? — переспросила. — Кто именно?

Сара кивнула, по-прежнему упорно избегая даже случайного взгляда в сторону насмешливо ухмыляющегося Райнора, наблюдающего за ней с интересом:

— Да, госпожа, — подтвердила она. — Генерал Кайлас собственной персоной и пара его воинов. Они сами пришли на весь этот шум и суматоху, когда ваши рабочие начали разгружать телеги ещё в полутьме, и сразу же предложили помощь.

— Генерал, значит… — протянул Райнор нарочито, насмешливо растягивая слова и бросая на меня красноречивый взгляд с издевательской улыбкой. — Какой заботливый и внимательный мужчина. И как давно, интересно знать, он так… самоотверженно помогает тебе, мелочь?

— Не твоего ума! — метнула на него испепеляющий взгляд, который в более справедливом мире превратил бы его в кучку дымящегося пепла на месте, мысленно обещая мучительную смерть, если он не заткнётся.

— Спасибо вам с Сарой, — повернулась к терпеливо ждущей кухарке, игнорируя Райнора. — Отличная работа. Кормите всех приехавших как следует, они проделали долгий путь ради нас. Если не будет хватать людей, обратись к Пирту. Я понимаю, что дети и рабочие, так еще и воины на постое — уже много.

Фания благодарно кивнула и, бросив быстрый взгляд на напряжённую Сару, направилась обратно в сторону кухни, откуда доносились аппетитные запахи и звон посуды.

Сара осталась, нерешительно переминаясь с ноги на ногу и теребя край передника:

— Госпожа, я успела осмотреть все комнаты в нижнем крыле для прислуги, — начала она неуверенно, кусая нижнюю губу. Райнор склонил голову, наблюдая за этим, чего девушка не увидела, слава Богу. — Но должна расстроить, у нас не хватит места для нормального размещения всех. Максимум, с большим-большим натягом можем как-то втиснуть туда человек десять, и то только если селить их по трое-четверо в одну комнату, что неудобно.

Я устало кивнула, заранее ожидая именно такого ответа:

— Понимаю тебя, Сара, и ничуть не удивлена, — вздохнула. — Спасибо, что проверила и подсчитала. Будем думать.

Она дернула копной волос, показательно смущенно воздев очи к потолку:

— И ещё одно… я наведу порядок в ваших покоях сейчас же, — она кашлянула. — После… после всех этих событий и… и происшествий там образовался некоторый… беспорядок, который требует уборки.

— Да, Сара, спасибо тебе, буду благодарна.

Экономка решительно развернулась, явно намереваясь быстрее скрыться и избежать дальнейшего нахождения в одном помещении с Райнором. Но перед самым уходом не удержалась и бросила через плечо в его сторону такой злой, полный неприкрытой ненависти взгляд, от которого обычный человек должен был сам себе сколотить гроб.

Но Райнор только расплылся в ещё более широкой усмешке, провожая её удаляющуюся фигуру заинтересованным взглядом.

Когда она скрылась за дверью, Райнор довольно хмыкнул, складывая мощные руки на груди, и уже серьёзно, без издёвки в голосе произнёс:

— Хорошо, Мика, давай по делу, — он постучал пальцем по разложенным спискам. — Предлагаю тебе для начала посмотреть и изучить, что мы привезли и в каких количествах. Потом нам нужно решить вопрос с организацией — где разместить людей, может быть, стоит рассмотреть вариант отправки части работников в деревню на временный постой. А после этого я познакомлю тебя с Бель и Никалусом.

Я уже открыла рот, готовясь усомниться насчет деревни, так как я еще там даже не была, когда…

БУМ!

Оглушительный раскат грома внезапно прогремел прямо над поместьем так громко, что все присутствующие в холле невольно вздрогнули,. Следом практически мгновенно последовала вспышка молнии, прорезавшая потемневшее небо в окнах.

Я побледнела, Райнор шагнул ко мне, видимо опасаясь, что я сейчас упаду в обморок. Кровь отлила от лица, руки задрожали. Но боялась я вовсе не стихии, а того, что она означала.

— Дождь⁈ — прошептала я, не веря собственным ушам и не желая принимать эту катастрофу. — Уже, сейчас⁈ Но ведь… но ведь еще около трех недель было до сезона! Как мы вообще будем строить что-либо в сезон проливных дождей⁈ Как мы…

Райнор тоже заметно помрачнел, его лицо стало жёстче:

— Дааа, дела нехорошие, — протянул он мрачно, качая головой. — Ну что ж, ничего не поделаешь, придётся как-то выкручиваться и приспосабливаться.

Пирт, молча наблюдавший за нашим обменом репликами, прочистил горло, привлекая внимание:

— Микэль, если позволите, я готов выехать в город, — доложил он. — Отвезу бывшую экономку, как вы и просили меня, займусь скупкой всего по составленному списку. И подам ваши объявления.

Я кивнула, пытаясь собрать воедино разбегающиеся во все стороны мысли и сосредоточиться на насущных проблемах:

— Да, Пирт, спасибо за оперативность, — выдавила из себя. — Только, пожалуйста, прошу, будьте осторожны на дороге, если вдруг начнётся сильный ливень с грозой. Не рискуйте собой и лошадьми понапрасну, лучше переждите непогоду стоя, не гоните животных. Постарайтесь или вернуться до темноты, или оставайтесь на ночевку в городе. Мешок я вам наполнила даже с учетом неприятностей.

Пирт заверил, что будет осторожен и благоразумен, поклонился и вышел из холла. Райнор же взял меня за руку, крепко сжав пальцы, и потянул к выходу:

— Ладно, хватит тут стоять и переживать о том, что мы не можем контролировать, — он притянул меня к себе. — Пошли уже, хозяйка, займёмся делом. Начнём с расселения работников. Давай, рассказывай мне, где какие варианты есть. Может, реально стоит отправить часть людей в деревню на временный постой до окончания работ?

Аника послушно плелась за нами следом, крепко держась за край моей юбки, явно не желая отставать от мамы в такой непонятный и суматошный момент. Надо бы Мару разбудить. Я отрицательно качала головой, морщась от одной мысли о знакомстве с деревнями сейчас:

— В деревню… Райнор, я даже не знаю толком, стоит ли, — призналась честно. — Понимаешь, я там вообще ещё не была, не представляю, в каком она состоянии находится, что там за люди и кто там главный. Не хотелось бы первый раз приходить туда в роли просительницы.

Мы наконец дошли до входной двери. Райнор уже намеревался распахнуть створку и выйти во двор, когда та внезапно распахнулась сама, с силой ударившись о стену.

На пороге, заполняя собой весь дверной проём своей фигурой, стоял Кайлас.

Ммм…

Без рубашки.

Моргнула, ловя разлетевшиеся мысли.

Его длинные белоснежные волосы были распущены и трепетали на ветру, развеваясь вокруг невероятно широких плеч словно серебристый плащ. Крупные капли начинающегося дождя блестели и переливались на его коже торса, стекая по чётко очерченным рельефным мышцам.

Промокшие брюки плотно, даже я бы сказала хм… почти неприлично облегали бёдра. И от моего престольного туда взгляда — там началось активное, ну, скажем… шевеление, ага.

Его пронзительный взгляд сначала нашёл меня, и в необычных глазах с вертикальными зрачками мгновенно вспыхнуло обожание. Нежная улыбка тронула его обычно суровые губы, смягчая резкие черты лица.

А потом…

Взгляд Кайласа, словно нехотя, опустился ниже, к нашим с Райнором соединённым рукам.

И весь он в одно мгновение превратился в неподвижную статую. Улыбка в долю секунды исчезла с лица, стёрлась без следа, будто её никогда и не было. Черты лица заострились, стали жёсткими. Вместо тепла в глазах появилось выражение леденящей кровь ярости и угрозы.

Золотистые радужки буквально запылали внутренним огнём, зрачки сузились до тонких вертикальных щелей.

Взгляд Генерала был направлен на руку Райнора, небрежно державшую мою ладонь. И на его вторую руку, которая в процессе нашего движения к двери легла мне на талию, приобнимая за бок в жесте, который можно было истолковать как… собственнический.

То есть… привыкнув, что Райнор — попаданец, я не придавала этому значения. На Земле не было табу на касания, особенно, между приятелями, если не друзьями. Но…

Прямо сейчас воздух в холле между нами сгустился, наполнился напряжением, которое не имело никакого отношения к надвигающейся снаружи грозе. Казалось, ещё секунда — и между двумя мужчинами проскочат видимые искры.

И тут, разрывая это давящее молчание, раздался радостный и беззаботный голосок Аники:

— Дяденька генерал! — она резво выскочила из-за моей юбки. — Привет! А это мамин новый дяденька! А он умеет на плече катать! Это так весело! Правда! Он приходил прямо к мамочке в спальню, пока я спала! Хотите, он вас тоже покатает на плече? А скажите ему, чтобы он мамочку на себе покатал! Это же весело, да?

Тишина, повисшая после её слов, была настолько гнетущей, что её вполне можно было резать ножом и раскладывать по тарелкам вместо завтрака.

Кайлас с пугающей медлительностью хищника перед прыжком перевёл свой пылающий взгляд с руки на моей талии на саму Анику, произносящую эти роковые слова. Потом на меня, изучая моё на все сто побледневшее лицо. Потом обратно на самодовольно ухмыляющегося Райнора, который, кажется, получал нездоровое удовольствие от происходящего. Самоубийца…

В глазах Генерала Княжеских Драконов плясали настоящие языки пламени. И я знала наверняка, что сейчас в его голове с детализацией проигрываются различные сценарии смерти для слишком фамильярного Райнора.

А он, этот идиот, только ещё кривее усмехнулся в ответ на убийственный взгляд и даже демонстративно сжал пальцы на моей талии, притягивая ближе застывшую истуканом в позе «замри, а это прибьет» меня. И охламон этот прекрасно осознавал, какую реакцию это его действие вызывает у разъярённого драконорождённого.

Ох, чувствовала я всеми фибрами души, это дальнейшее утро обещает быть полным сюрпризов…