Глава 23

С холодной решимостью наматываю кумпур. Движения автоматические, совершенно лишенные эмоций. Глушу их. Это натренированный навык, с таким не рождаются, к сожалению.

Вчера практически сорвался. Сегодня уже нет.

Я не грёбанный гений и для того, чтобы принять взвешенное решение, мне нужно время. Ослепляющая ярость еще никого не приводила к разумности. А вчера меня наконец-то ослепило. Реальность догнала и безжалостно пнула под задницу. Никогда не думал, что могу так взорваться. Так сильно, что пожелаю ни просто напиздить морду, а убить. Лишить разумное существо жизни…

Хотя, какое оно разумное, если вытворяет такую дичь. Мразь.

Состояние аффекта. Можно списать на это, но нет. Я чётко знаю, что это ни оно. Если бы так, взорвало сразу. Но, по факту меня вынесло только сейчас. Это не аффект. От того и хуже. Холодная ярость куда как хуже сиюминутного помутнения.

В голове перебродила вся жизнь. От самых соплей, где отец вдалбливал уважение к старшим и слабым и то, что произошло ни так давно. И это никак не хочет устаканиться в голове. Эта сраная реальность не может быть реальной. Сюр… сука.

Блять…

Ну почему так, Рит? Так, зачем?!

Растираю виски, приводя себя в чувства. Хочу выпить. Просто хлопнуть чего-то покрепче.

Как-то разом нахлынуло. Смело в океан воспоминаний. Руки, губы, пугливый взгляд, смех. Втюхался ни сразу, но намертво. Месяц психовал, всячески отнекивался, а сам скучал как собака брошенная. По всему скучал. И ладно бы просто трах, нет… разговоры наши, споры, её разумная голова на плечах. Разумная, точно знаю. Она не идиотка. Идиотки у меня были, знаю, что это такое.

От того и бесит сейчас. Умная девка, а так влетела.

Я думал, что она просто к бывшему вернулась, я же блять их видел! Припёрся к ней. Плюнул на гордость и прочее, опять пошёл… побежал… А там она у подъезда с этим мудаком стоит. Тогда не знал, что это он, сейчас знаю, но не суть уже. Стоит себе в сарафане коротком, с ноги на ноги переминается, волосы ветер подбрасывает в разные стороны, а мне только глаза прикрыть и запах этот словно воздух впитывается. Запах волос… Вот так сильно размазало. Она меня на хуй, а я запах волос вспоминаю. Пиздец.

Но вместо того, чтобы подойти, торможу, практически впечатываюсь в стену. Мудак этот обнимает за хрупкие плечи, в себя вжимает, и они в подъезд заходят синхронно как нетерпеливая парочка.

У меня никогда раньше не перехватывало дыхание. В тот момент перехватило. Состояние на грани.

Рухнуло на хуй всё.

Не было смысла даже унижаться. Отчётливо это осознал. Какое-то время смотрел на обшарпанную дверь, ждал чего-то, хер пойми, чего, а потом опомнился и ушёл. Распирающая грудина застыла, сжала рёбра до хруста. Ненавистью ослепило. Мысленно послал её. Не нужен – пусть делает что хочет, больше я не стану наступать на своё горло. Попробовал – не понравилось. Я теперь пас.

Захлопнул ларчик, а проще не стало. Дашку трахал до искр из глаз, а сам как глаза прикрою, сука, её вспоминаю. Она там, в тех моих мыслях тоже трахалась, но не со мной. Это отрезвляло на краткий миг, а потом снова закручивало по спирали. Бесконечный бег.

Любовь – это для кино, для женских романчиков, для поэтов. Всегда так думал, пока на своей шкуре не почувствовал. Я же не делил секс и любовь никогда. Всё как-то ровно и привычно, а тут осознание. Секс напряг снимает, а любовь его вызывает. Правда, блять, такая.

Смотрю свозь отражение самого себя. Ночь практически, в доме напротив горят окна, где-то тусовка, где-то семья смотрит телек, где-то дети бегают по комнате. Мир не сошёл с орбиты, пока я тут загибался, вокруг меня текла жизнь.

Батя как-то разоткровенничался и рассказал, что он за матерью года три бегал, всё никак не мог добиться результата. Думал, что всё, а потом случай помог. Какой, никто не знает, я не уточнял, но батя смог. А я… Я прикурил и ушёл. Пасанул…

Это сейчас тоже злит. Злит так, что костяшки пальцев хрустят, взгляд сам собой звереет. Нужно было подойти, просто подойти и всё увидеть. С учётом той инфы что Маришка выкатила, я бы сложил в своей голове пазл. А я не пошёл. Обиделся как баба и ушёл. Придурок.

Чувство нежности, страсти, желание защищать до конца, даже ценой своей жизни. У меня никогда такого не было, ни к одной. К ней… к ней есть. Всё на максимум. Все системы в организме требуют по животному решить. Загрызть, потом на плечо закинуть и в пещеру утащить. Закрыть, замуровать, чтобы никто даже дышать не смел. Кроет кровавой пеленой.

Смешно подумать. С девушкой которую хотел женой назвать такого не возникало. Берёг её, был, по сути, хорошим оплотом, но чтобы вот так как сейчас… остро, болезненно и дико. Никогда!

Поэтому и вспоминается Софка с её:

– Ига, прости, я просто не могу так. Я его кажется, люблю. Понимаешь? Я люблю вот так! – руки разводит в стороны шар показывая необъятный, – На разрыв! – Вскрикивает воодушевлённо, полностью захваченная эмоциями, а потом на моё лицо натыкается и тихо с грустью добавляет, – Не получится у нас.

И я натурально ахуел.

У нас было много общих увлечений, знакомых, родители и те дружили. Я привык к ней, она ко мне. А потом да… как братаны. Так, возможно и должны быть браки созданы, где ни страсть, а вот это вот всё. Мы друг друга дополняли. Софа на вечном позитиве, местами взбалмошная, лёгкая на подъём, и я, который семь раз должен отмерить, всё просчитать, подумать спокойно.

Похмыкал, когда от шока отошёл, обнял её, сказал, что дура она.

– Ни правда! – заглянула в мои глаза и улыбнулась, – мне жаль, что вот так всё вышло. Ты классный. Нам было классно, но мы больше друзья. Вместо секса может травить байки друг другу.

– А с ним типа страсть и все дела? Ты поэтому уехала на практику так далеко? Чтобы не трахаться ни тут, ни там?

– Да иди ты! – толкает в грудь, – Я с ним не спала.

– Вот уж печаль, – сарказм прорывается против воли.

Как бы то ни было, приятного мало. Отпустить легко. Но, то считаешь своим – тяжело, практически невозможно. Софа отпустила раньше. А я нет ещё. Мне обухом по голове прилетело: «люблю его». Таким бараном себя почувствовал. Словами цензурными передать сложно.

– Не хочу ругаться с тобой, – головой качает.

– Ты меня бросаешь, я максимально счастлив сейчас, – развожу руками.

– Прекрати! – выдыхает, – Ты тоже когда-то влюбишься… и всё поймёшь.

Вскидываю руки.

– Упаси, Боже.

Она покивала улыбаясь. А я тогда подумал, что сучка она. Променяла меня на хлыща какого-то, которого её семья не приняла в дальнейшем. Позлорадствовал. Но Софу отпустил. Не хочет, влюбилась, пусть идёт. Я никогда никого не заставлял быть рядом. И не буду. Баб много вокруг. К тому же, она права – мы последние полгода совсем как друзья.

Прошло время и сидя на собственной кухне, доматывая кумпур я чётко понимаю, что права была моя бывшая. Когда страстью сожгло, когда втрескался, тогда и понял. Вот сейчас сука, всё и понял. И было бы прекрасно осознание, не было бы кучи, но.

Ядом сжигает понимание, что женщину, на которую я смотреть спокойно не могу, которую боялся обидеть, которая вопреки моему желанию забралась под самую кожу… какой-то мудак раскатывает. Унижает, оскорбляет, портит жизнь и доводит до ручки. Пеленой затягивает. Рвать хочется с места в карьер без подстраховки.

Если бы было так просто.

Рита мне не доверилась. Подруге – да, мне – нет. Вот это особенный пиздец.

Моё право защищать свою женщину она попрала. Решила, что не смогу? Разговор с моей матерью повлиял? Что, блять, из этого?!

Без доверия это все тонущая лодка. У нас у всех своё дерьмо в шкафах спрятано, никто не хочет давать ключи налево и направо. Но, твою же мать!!! Я не левый человек для неё был. Правда?

Блять…

Накидываю толстовку.

Иду пешком. Мне нужно проветриться. Ещё раз подумать. Решить окончательно.

Я мог бы выбрать простой путь. Заявиться к ней, вытрясти инфу, поговорить, вылить всё то, что она пыталась скрыть. Мог бы… но не стал.

Берегу её. Из нас двоих я более устойчив. Даже смотря это, видео устоял, а она, наверное, плакала.

Надумала там что-то своей голове и испугалась. Такая правильная, спокойная, нежная, умненькая, а местами пугливый котёнок. Как такую обижать рука поднимается? Ни хуя не понимаю.

Нет, блять, мне не было приятно на это смотреть. Я нормальный мужик. Но и не знать я не мог. К слову, там не понятно кто эта девушка на записи.

Марина мои мысли высказала. Рита ни такая. Как бы смешно не было сейчас. Она какая-то слишком хрупкая для этого мира. Не удивительно, что он смог её сломать. Влюбилась в него похоже и глаза закрыла, не понимая какое говно рядом с ней. И это меня тоже бесит. Бесит, что этот мудак рядом крутился, отравляя пространство рядом с ней.

Внутри ухает вниз, каждый грёбанный раз, когда я думаю, что она честными и ясными глазами смотрела на этого конченного по жизни.

Блять…

Зубы скрипят.

Ярость невероятная. Ошеломительная по своей сути и содержанию. Я не просто его урою, я вкатаю его жизнь в самое дерьмо. Взрослый мужик решил раскатать хрупкую девочку, которой никто не может помочь…

Сука…

Ошибся ты, Андрюша… ой, как ты ошибся. Это моя женщина и за свою женщину я покажу тебе все прелести этой жизни. Сделаю это с огромным удовольствием.

Головой качаю, попутно смахивая капли дождя с лица.

Над же как испугалась. Испугалась так сильно, что превентивные меры в ход пошли.

Мы взрослые люди и у каждого из нас за плечами какие-то отношения, какие-то скелеты и у нас ни грёбанное средневековье, когда у женщины либо один муж, либо костёр.

В голове не укладывается.

Я же, блять ни разу её не обидел. Ни словом, ни взглядом, ничем. Не спорю, иногда меня откровенно забавляла её забитость в каких-то вопросах. Но… блять… Это скорее было мило. Я думал, что это жеманничество, что-то на девчачьем, а оказалось вот как.

Пиздец.

«Через сорок минут, чёрный вход»

Опускаю телефон обратно в карман. Марат, находясь на другом континенте умудряется и тут подсобить. Не говорю спасибо. Он и так знает степень моей благодарности. Хватило того, что видео больше нет. Чёртов гений может даже такое. Ну, а сейчас… это просто связи. Золотая ложка даёт свои плоды. Не зря мы с ним одну песочницу месили в детстве.

Остаётся только выплеснуть свою ярость, научить одного уёбка тому, чему не научил отец. Клянусь, он очень быстро осознает, как был не прав. Маленьких и беззащитных девочек обижать нельзя. Мою девочку особенно. За неё я перегрызу горло.

У меня было много версий причинно-следственных связей. Но… Он просто самоутверждался. Даже не ревность. Инфа, которую любезно предоставил Маратик, дав дистанционный доступ к телефону уёбка. Прямо говорила об этом. Он, сука, просто самоутверждался. Что ж… будет сюрпризом для пацана как моя осведомлённость, так и то, что будет дальше.

Пальцы хрустят.

Вдыхаю глубоко концентрированный озоном воздух. Идеальная погода и идеальное время для того, чтобы выпустить своих демонов. Шесть дней смаковал этот момент. В красках представлял.

Подпираю плечом кирпичную стену, оставаясь в тени и проглядываю тускло освещённую дверь черного выхода из клуба. Тут персонал только бродит. Окурки кругом, пачки, пара гондонов валяется. Сейчас предусмотрительно никого. Маратик с его связями – бесценный чувак. Бесценный и точно знаю, что умеет держать язык за зубами.

Не отвожу взгляда, чётко слежу за обстановкой вокруг. Задрипанный клоповник для среднего класса с тучей шлюх и барыг. Андрюша в жопе, даже судя по месту своего досуга.

Через две минуты скрипит дверь и выходят двое. Матерятся и капюшоны на голову накидывают. Там нет навеса, а дождь начинает шпарить.

– Еба-а-а-а. Эт тема!!! – пьяно басит светловолосый покойник, похлопывая своего другана по плечу.

У меня вспыхивают красные молнии в глазах. Понятия не имею кто это, но, если он тоже её задолбал, я снесу голову и не замечу. Внутри оголённые провода. Только подумай про огонь, взорвётся на хуй.

– А-то!

Смотрю на то, как второй подкуривает, передаёт зажигалку интересующему меня мудаку. Оцениваю. Делаю это машинально. Перед спаррингами всегда так делал. Нужно заранее понимать на что можешь рассчитывать. Я не долбаёб без царя в голове, просто так не полезу. У меня на случай пиздеца кастет в кармане. Не понадобится, но всё равно есть.

Два хлюпика бухих. Лежачих на обочине жизни не пиздят? Забью болт на эту джентельменскую херню. Марина сказала, что у неё синяк на половину руки, как он хватанул. Что ж… я буду посильнее хрупкой девочки.

– Слушай, а если мы через этого хера… – щёлкает пальцами в воздухе, – бля… как его там… Ну… этот, рыжий такой, в очках ещё постоянно ходит. Тёлка у него блонда, волосы до жопы. Бля! Не помню. Не суть, короч, может через него сде…

– Ээээ, братан, стопэ, – прерывает второй, – придержи мысль, я ща вернусь.

Пацан резво разворачивается, намереваясь свалить.

– Мих, ты куда? Ток вышли же. Если сиг нет, я дам, давай постоим, меня сейчас блеванёт от кальчика. Пиздец. Надо продышаться.

– Ща.

Отмахивается и ныряет обратно за дверь попутно, свою сигарету туша о стену. Искры летят в разные стороны. А я отрываюсь от кирпича, чтобы медленно тронуться в сторону уёбка.