Глава 24

Проводив Дениса, я чуть ли ни бегом вернулась в дом, так мне было любопытно проверить свой сон. Быстро поднялась на второй этаж и зашла в дальнюю комнату. В углу стояла высокая старинная ширма. Я заглянула за неё и увидела крутую деревянную лестницу, ведущую к проёму в потолке. Вспомнив предостережение Дениса, я её подёргала. Пусть она и не была гнилой, но точно ненадёжной – жалобно скрипела и шаталась под моими руками. Впрочем, остановить меня это точно не могло.

Придерживаясь за стену, я стала медленно подниматься по лестнице, проверяя каждую ступеньку ногой, прежде чем на неё ступить. И только когда упёрлась макушкой в люк, заметила, что он закрыт на большой висячий замок. Выругавшись сквозь зубы, я прикидывала, что теперь делать. Денис ничего не говорил о замке, где же искать ключ от него? В голову пришло самое простое решение – проверить связку с ключами, оставленную Денисом для отца.

Я быстро сбегала вниз и принесла её. Рассмотрев все ключи, выбрала подходящие по виду и стала по очереди их пробовать. Третий подошёл, только поворачиваться никак не хотел. Десять минут мучений, и он наконец поддался. Я возликовала, отбросила замок и попыталась приподнять люк. На голову сразу посыпался мелкий мусор, но я не стала обращать внимания на такую ерунду и влезла на чердак.

Некоторое время пришлось стоять неподвижно, пока глаза не привыкнут к полумраку. Мне бы очень пригодился фонарик, но я не подумала об этом раньше, а теперь уже не хотела за ним идти. Когда зрение приспособилось к освещению, я поняла, что здесь не очень-то и темно. Свет проникал сюда и сквозь большие щели между досками, и через маленькое пыльное оконце на дальней стене.

Внимательно осмотрев помещение, я приуныла. Весь чердак был заставлен коробками и завален хламом, и какое место я видела во сне, понять просто невозможно. Но отступать я не собиралась и решила методично обследовать всё вокруг. Выбрала ближайший угол и начала с него. Больше часа старательно разгребала хлам и сдвигала коробки, вытряхивая из них содержимое, но ничего необычного так и не обнаружила.

Проблема была в том, что я не знала, какую конкретно вещь ищу. Потратив ещё полчаса, остановилась и устало огляделась – после моих лихорадочных поисков порядка здесь точно не прибавилось. Острое разочарование разливалось внутри. Стараясь не поддаваться, я стёрла с лица паутину и стала прикидывать, откуда продолжить работу.

Вдруг с улицы раздалось несколько автомобильных гудков. Чёрт – это же отец Дениса. Как вовремя! Я бросилась вниз. Закрывать чердак на замок не было времени, и я махнула на это рукой, надеясь, что никто не заметит. Заскочила на минуту в ванную, наскоро сполоснула лицо и руки, пригладила волосы и побежала впускать Геннадия.

Отец Дениса как всегда был в хорошем настроении, мило шутил и улыбался. Он заверил меня, что быстро соберёт всё необходимое, и мы поедем в город. Только попросил напоить его чаем, чтобы отогреться и немного отдохнуть перед дорогой. Готовя перекусить и слушая, как мужчина чем-то гремит в гараже, я еле справилась с искушением продолжить изучение чердака. Впрочем, при моём госте это было, конечно же, невозможно.

Через некоторое время Геннадий заглянул на кухню и попросил помощи. Нужно было достать из погреба какие-то инструменты, а его больное колено не позволяло спуститься по крутой лестнице. Я отправилась за ним в гараж, в углу был откинут люк. Лампочка в погребе еле светила, и отец Дениса на всякий случай вручил мне фонарик. А потом придержал за руку, пока я осторожно спускалась по шатким ступеням.

Внизу, ежась от холода и сырости, я следовала указаниям и быстро нашла то, что требовалось. И уже пробиралась обратно к лестнице, когда неожиданно погас свет. На мгновение меня охватила паника, но я тут же вспомнила про фонарик и включила его. Отец Дениса сверху огорчённо сообщил, что перегорели пробки, и пообещал через минуту всё исправить. А пока взволнованно попросил меня оставаться на месте, чтобы я не ушиблась.

В ожидании света я водила фонариком по сторонам, борясь со страхом темноты. И даже не сразу поняла, что случилось, только сердце вдруг забилось быстрее. А через секунду до меня дошло – то, что выхватил из темноты луч фонаря, один в один совпадало с тем, что я видела сегодня во сне. Вот же они, те самые коробки, которые я столько времени безуспешно искала на чердаке. Стараясь не шуметь, я быстро шагнула к ним и наклонилась. Затаив дыхание, засунула руку в небольшое пространство между картонными ящиками и вытащила связку бумаг, плотно завёрнутую в полиэтилен.

Рассматривать находку не было времени, я спрятала её под одежду и вернулась на место. Почти сразу же вспыхнул свет, и над головой раздались торопливые шаги. Геннадий помог мне выбраться из подвала и извинился за доставленные неудобства. Я успокоила его, он улыбнулся и пообещал закончить сборы через пять минут.

Поднявшись к себе, я первым делом засунула пакет с бумагами поглубже в сумку и стала собираться. Заправила кровать, навела порядок и только потянулась к ручке двери, как она открылась, и отец Дениса заглянул внутрь.

– Готова, Екатерина? – мужчина зашёл в комнату и остановился на пороге. Я кивнула, подхватила сумку и направилась к выходу. А Геннадий шагнул и перегородил мне дорогу. Я удивлённо подняла глаза и неожиданно почувствовала тревогу. Мужчина стоял передо мной и улыбался, но его взгляд почему-то пугал и заставлял сердце биться в ускоренном ритме. Мысли метались в поисках ответа: в чём дело? Может, он обнаружил открытый чердак? И что? Я лихорадочно придумывала правдоподобное объяснение, а Геннадий вдруг схватил меня за руку и резко притянул к себе. Облапал и сжал мою ягодицу. Я была настолько ошеломлена, что несколько секунд даже не сопротивлялась.

Отец Дениса выдернул из моих рук сумку и бросил на пол. Толкнул меня к кровати и опрокинул на неё, бормоча непристойности. Мозг отказывался верить в происходящее, даже несмотря на то, что дрожащие руки вовсю шарили по моему телу. И только когда раздался треск рвущейся ткани, заработал инстинкт самосохранения. Я попыталась вырваться, но Геннадий оказался очень сильным. Одной рукой прижимая меня к кровати, другой продолжал стаскивать одежду. Вот здесь паника захлестнула меня уже по-настоящему. Собрав все силы, я лягнула мужчину двумя ногами. Он отлетел от кровати, а я схватила со стола лампу и замахнулась ей.

– Только подойди, – пробормотала сквозь стучащие от выброса адреналина зубы. Он меня понял и не двинулся с места. И правильно – лампа оказалась очень тяжёлой, а я была вполне готова обрушить её на его голову. Не выпуская из рук своё оружие, я боком сползла с кровати и попятилась к двери, подхватив по дороге сумку. Геннадий всё это время стоял неподвижно, только тихо и очень грязно ругался, обзывая меня разными словами. В его монотонном голосе даже не было злости. И от этого то, что он говорил, звучало ещё страшнее, потому что походило на бред невменяемого.

Я слетела с лестницы, не выпуская из рук лампы. В прихожей бросила её на пол, мгновенно натянула сапоги, запахнула блузку и, схватив с вешалки пальто, выскочила во двор. У ворот на секунду притормозила, не отрывая напряжённого взгляда от входной двери. Оделась, накинула капюшон и выбежала на улицу.

Боясь, что Геннадий меня догонит, я быстро шла к станции, но не привычной прямой дорогой, а окольными путями. Сначала хотела поймать машину, но когда представила, как сажусь в салон к неизвестному мужчине, почувствовала ужас и поняла, что сейчас просто не смогу этого сделать.

***

Через двадцать минут я была на станции, купила билет и успела заскочить в только подъехавшую электричку. Она оказалась полупустой, я забилась в угол и натянула пониже капюшон, изображая спящую. Почему-то было очень стыдно встречаться глазами с людьми, как будто они могли знать, что со мной только что произошло. Когда поезд уже подъезжал к городу, ко мне вернулась способность мыслить. Тут меня и осенило: Светлана! Бывшая подружка Дениса, якобы избитая им!

Спустя полтора часа я нервно давила на кнопку звонка у двери Светланы. Внутри было тихо, и я испугалась, что дома никого нет. Мне стало жарко, я скинула капюшон и расстегнула пальто. Наконец послышался шум открывающегося замка. Девушка узнала меня и нахмурилась. Я даже не поздоровалась.

– Вас избил Геннадий? Отец Дениса, да? Отвечайте!

Но ответом мне был лишь изучающий взгляд и тихий вопрос:

– Что у вас с лицом?

Я недоумённо уставилась на неё, она посторонилась и кивнула:

– Проходите.

Нерешительно стоя на пороге, я глянула за её спину. Светлана сразу меня поняла.

– Не беспокойтесь, мамы нет дома. Она медсестрой работает, ушла в ночную смену.

Девушка впустила меня в квартиру и проводила в ванную. Я заглянула в зеркало. Безумный взгляд – это понятно, а вот на правой скуле большая ссадина. Хорошо, что в электричке и метро я машинально натягивала капюшон поглубже, хоть избежала удивлённых взглядов пассажиров. Света, прислонившись к стене, напряжённо спросила:

– Это он вас так? – я кивнула, и она поморщилась. – Вот ведь тварь! Значит, этот старый козёл не успокоился! Простите, что не рассказала вам тогда. Но… не знаю, как объяснить, мне до сих пор трудно об этом говорить – стыдно очень.

Теперь я её понимала. Тоже сейчас испытывала жгучий стыд, хотя точно не была ни в чём виновата.

– Идёмте на кухню, вам нужно выпить горячего чая, – предложила девушка. Усадила меня за старый поцарапанный стол, подвинула ближе тарелку с печеньем и чашку. Пока я пила, Света молча сидела напротив, глядя в пол. Потом, так же не поднимая головы, заговорила.

– Мы с Денисом тогда в очередной раз поссорились. Сейчас понимаю – я вела себя очень глупо. Всё время требовала чего-то, доставала своими чувствами. А он ведь никогда не скрывал, что относится ко мне… как к очередной подружке на один день. Это я рисовала себе разные фантазии и хотела, чтобы он им соответствовал. Ну а когда слишком разошлась и заикнулась о свадьбе, Денис быстро вернул меня на землю. Собрал мою сумку и выставил за дверь. Я сидела на лавочке недалеко от его подъезда и думала, как мне быть. Домой не могла вернуться, мы с мамой очень сильно поругались. Я видела, как Денис вышел на улицу, сел на мотоцикл и укатил. Он говорил мне раньше, что его пригласили друзья, мы до ссоры собирались вместе к ним поехать. Тогда я позвонила подружке и напросилась на ночлег. Хотела дать Денису пару дней остыть, а потом попробовать помириться. Но на следующий день к подруге приехали родственники, и мне пришлось уйти. Я вернулась к дому Дениса, бродила вокруг и увидела его отца. Ну и решила подняться. Он же не знал, что мы с его сыном поссорились, и пустил бы меня. А я собиралась застать Дениса врасплох. И этот козёл меня действительно впустил. Даже чаем напоил, а потом полез ко мне под подол. Я тогда просто в ступоре была. Он же ни разу не делал попыток подкатить, и вдруг такое… Ну, высказала ему всё, что думаю, а он не успокаивается. Руки мне скрутил и повалил на диван. Честно говоря, я испугалась, что дело закончится изнасилованием и отбивалась уже серьёзно. Вот тогда он меня и ударил. Я отлетела, стукнулась обо что-то головой и потеряла сознание. Помню, когда пришла в себя на полу, первым делом проверила одежду. Но, слава богу, этот гад меня не тронул, и вообще дома его уже не было. Я сразу схватила вещи и в коридор. И тут же наткнулась на мать Дениса и его брата. Они и взяли меня в оборот. А я не могла, просто не могла рассказать то, что случилось. И даже не из-за страха, а из-за стыда. Ну как я скажу женщине, что её муж ко мне приставал? Ведь я совсем недавно говорила с ней о Денисе. Да и брат его старший такой строгий. Мне бы просто никто не поверил, кто я для них – так, шалава! Вот я и приплела Дениса. Виновата я перед ним, конечно. Потом пришлось скрываться от него, в глаза ему было стыдно смотреть. Да и что бы я объясняла? Что его отец – сволочь и урод? Как вы думаете, он бы меня за это поблагодарил?

Некоторое время мы сидели молча, а дальше я поднялась и пошла к двери. Светлана проводила меня и уже у порога решительно произнесла:

– Знаете что, если будет нужно, я готова рассказать всё в полиции. Сейчас уже смогу это сделать. Его же надо, наверное, остановить? Вот только Денис… тогда придётся с ним встретиться…

– Спасибо. Я пока ещё не знаю, что буду делать. Возможно, пойду в полицию, тогда вам позвоню, – кивнула я.

Я медленно брела в сторону метро, когда зазвонил телефон. Взглянув на дисплей, вздрогнула – меня искал Денис. Испытывая панику, я поступила так же, как Светлана – струсила и отключила мобильный. И поехала домой, по дороге сочиняя правдоподобную историю для родителей о ссадине на лице.