43

Едва первые лучи брызнули на улицы столицы, как мне доложили, что беглянку нашли. К этому времени площадь заполнилась народом, торговцы выставляли товар на прилавки, зазывали прохожих, поднимая шум.

Я проследовал за гвардейцами. Девчонку обнаружили возле часовни, но она быстро заподозрила неладное и поспешила скрыться.

Ну уж нет, теперь ты от меня не улизнёшь, девочка. Я был крайне зол, зол на неё за враньё, за то, что она заставила меня испытать. Приказав гвардейцам окружить часовню, я двинулся за ней. Девчонка бежала прямо в ловушку, в тупик, это говорило о том, что столицу она явно не знает, раз заблудилась на главной площади.

Я уже увидел её, она повернула за угол построек, срываясь на бег. Решил пресечь путь и, вынырнув прямо из-за угла, поймал её за запястье и дёрнул на себя.

— Попалась. Не так быстро, — прошипел в испуганное бледное лицо, заглядывая в распахнутые зелёные глаза. Выругался про себя, сжимая её тонкую кисть, чувствуя хрупкий стан — я даже через одежду ощущал, как бешено колотится её сердце. Маленькая лгунья. Какой же я дурак, что не увидел сразу в ней девушку. Это было так очевидно: тонкие изящные черты, полные губы, длинные чуть изогнутые ресницы, чёлка разлетелась в стороны, открывая ровный разлёт бровей и гладкий белый лоб. Её запах окутал, делая голову дурной. Но новый приступ злости вернул мыслям ясность.

— Отпустите. Что вам нужно от меня? — взвилась девочка, очнувшись.

— Вот как мы умеем подавать голос, такой нежный и мелодичный, просто заслушаться можно! — процедил я глухо. — Никуда я тебя не отпущу. Со мной поедешь. Обратно. Девочка, ты даже не представляешь, что заставила меня думать о самом себе, — чуть тряхнул ее, — что я чувствовал, находясь вблизи от тебя! Ты хоть понимаешь, что я о себе надумал, что испытывал?!.

Она моргнула, кажется, не понимая, о чём я говорю, но ничего — скоро поймёт.

— …Твой маленький обман довёл до крайности. Я чуть не свихнулся, когда возжелал парнишку, от которого за сто шагов разит розами. А та сорочка и обнажённая девица в купальне… Всё ты. Хорошо, что обман раскрылся, и мои инстинкты верны мне. Ты даже не представляешь, как я на тебя зол, и ты ещё просишь отпустить тебя?! Ну уж нет. Наказание тебе не избежать, надеюсь, ты уже взрослая девочка, а если нет, то я подожду… возможно, подожду, а возможно — нет, — улыбнулся плотоядно, распаляясь. — За мной, — дёрнул застывшую в моей хватке лгунью за собой, чувствуя, как она дрожит то ли от испуга, то ли холода, но, скорее, от того и другого — на улице стынь, а она всю ночь под открытым небом в одном жакете. Не хватало, чтобы она повторно заболела.

Девчонка не сопротивлялась, едва поспевала за мной, понимала, что не сбежать теперь — не хватит силёнок.

Я отпустил гвардейцев, дав знак, что дальше разберусь сам.

— Садись, Эрик, — отчётливо процедил, посадив в карету девчонку, закрыл дверцу и сел следом.

Разместившись, велел кучеру трогать к замку. Девчонка сидела, вжавшись в спинку сиденья в углу, и смотрела на меня своими глазищами, в которых вместе со страхом смешивалась и злая обида. Я стиснул зубы и шумно выдохнул, заставляя магию внутри себя усмириться и прийти в равновесие, но это оказалось почти невозможно.

— Так что… начнём сначала? Как твоё настоящие имя? — спросил, как только мы свернули с главной площади. — И только попробуй наврать.

Девчонка сглотнула, но всё же разомкнула губы.

— Зачем вам знать моё имя? Я не сделала вам ничего плохого, — хрипота простуды пропала из её голоса, и сейчас он был очень приятным на слух, чистым и мягким.

— Считаешь, что водить за нос и лгать — это веселье такое? Между прочим, — я скользнул по ней взглядом, — ты в моей одежде, я могу остановить карету, и ты можешь уходить, только сперва сними с себя то, что принадлежит мне…

Девушка ошеломлённо глянула на меня, невольно схватившись за ворот жакета.

Я хмыкнул.

— …Повторю ещё раз свой вопрос, как твоё имя?

— Элиз, — бросила грубо.

Я втянул в себя воздух, призывая всё своё терпение, и решил отложить разговор, когда мы доберемся до места…

…Солнце уже поднялось над деревьями, отбрасывая косые лучи. Кучер остановил лошадей. Я вышел из кареты, широко раскрыл дверцу, приглашая Элиз выйти. Девчонка едва шевелилась. И куда же подевалась вся мальчишечья прыткость?

— Иди за мной, — велел ей, направляясь к двери.

Паула вышла навстречу и известила о том, что госпожа Роланд покинула замок.

— Паула, — сказал я женщине, кинув взгляд на девчонку, — принеси нам с… Эриком в мой кабинет горячего чая.

— Слушаюсь, милорд, — кивнула женщина, строго посмотрев на беглянку.

Элиз виновато понурила голову. Пусть пока её тайна не раскрывается, подожду, что она скажет, зачем притворялась, что скрывает.

Мы дошли до кабинета. Голова стала тяжелой после бессонной ночи. Я скинул с себя жакет и взял графин с красным вином, посмотрев на притихшую Элиз, чёрт бы её побрал. Она так же скромно стояла, ожидая распоряжений. Хорошо, что уже не дрожала. Я цокнул языком, когда понял, что лью вино в бокал уже через край. Отставил графин и, взяв бокал, повернулся к лгунье. Окинув ещё раз её взглядом, сделал пару жадных глотков, смачивая горло — пересохло. Неудивительно, что я не мог даже мысли не допустить о том, что она не девушка. Моя форма широка ей и скрывает все девичьи изгибы и округлости. Перед глазами вдруг появилась та окутанная влажным паром обнаженная незнакомка с привлекательными бёдрами, плоским животом и упругими грудями с маленькими красными вершинками. Меня повело. Сделал ещё пару глотков, заглушая нараставшее напряжение, отставил бокал.

— Значит, Элиз…

Девушка потупила взгляд.

— Я вам не врала, вы сами так решили, — проговорила она отчётливо.

В моих глазах и в самом деле всё начало смазываться. Всё-таки отдых мне необходим, столько сил ушло на усмирение собственной магии. Я втянул в себя сладкий цветочный аромат, по телу прошлась волна возбуждения. Дыхание вдруг стало тяжёлым, как и всё тело. Я напряжённо потёр виски.

— Я решил, а ты воспользовалась. Почему не сказала правду? Там, в ванне для прислуги, в первый день твоего пребывания в замке, была ты?

Элиз густо покраснела, и моё тело бурно отреагировало на это, ткань штанов тесно натянулась. Дурманящий голову запах стал гуще, проникал в кровь, горяча и всё больше расслабляя. Я протяжно выдохнул, чувствуя, как голову совсем затуманивает. И это от пары глотков вина? Или это её запах делал меня пьяным? Я сделал шаг к Элиз, потом ещё один, сам не понимая, что делаю.

— Так это была ты, — заключил я, видя, как тени от ресниц дрожат на щеках Элиз.

Девушка кусала губы, явно чувствуя глубокое смятение. Если Эрик был смазливым, то Элиз — восхитительно красивой. Я наблюдал, как её губы наливаются гранатовым цветом, будто соком, возбуждая ещё больше. Элиз поднимала взгляд по мере того, как я приближался. Я раздул ноздри, втягивая её запах. И понял, что попал — мгновенно потерял контроль над собой. Сейчас лучше, чтобы она ушла, потому что…

Я судорожно сглотнул, опустив взгляд на её чуть приоткрытые губы, которые оказались на опасно близком расстоянии. Манящие… мягкие… Элиз смотрела с непониманием и удивлением, пытаясь угадать, что я задумал, и не хотела сдаваться. А зря, лучше бы она сбежала. Я не понимал, что на меня нашло, какое-то дикое неконтролируемое желание завладеть ими охватило и толкнуло вперёд. В следующий миг я вжался в рот Элиз, заглушая её испуганный выдох.

Она дёрнулась в сторону, но я не позволил. Задержал. Обхватив её затылок, пронизав пальцами короткие волосы, вжался в её маленький рот теснее. Мягкие губы были податливыми и нежными, сочными, как созревшие ягоды, как и вся она, я вкушал их прохладу и свежесть, их хотелось согреть. Всю её хотелось согреть. Я притянул Элиз к себе теснее, чувствуя всем телом её тонкое желанное тело.

— Что вы делаете? — глухо прошептала она, с трудом переводя дыхание, когда я оторвался от её губ, чтобы ласкать её шею там, где её запах был особенно насыщенным.

Моя магия вышла из-под контроля, и я почувствовал, как крохотная часть светлой силы Элиз откликнулась, дразня меня ещё больше, возбуждая до ломоты в паху, так что ткань штанов трещала по швам. Глухой полустон сорвался с моих губ, когда её магия сплелась с моими потоками. Это было похоже на экстаз, запредельное удовольствие, которое хотелось ощутить глубже и полнее.

Разум требовал остановиться, я не хотел причинять Элиз боль, но не мог. Слишком поздно. Магия необратимо хлынула потоком взять ещё светлой силы, впитать в себя, соединиться. Дыхание Элиз сбилось, я с хищной жадностью впился в её рот, ловил жаркие выдохи, скользя по губам, захватывая их всё жестче и требовательнее, стискивая хрупкие лопатки, скользнув рукой по изгибу спины к пояснице. Горячая лава потекла по венам, доводя до бешеного возбуждения, почти до боли, распаляя желания до потери рассудка, побуждая дойти до пика.

— Милорд, — раздался будто через толщу женский голос, — ваш ча-ай…

Блаженство сменилось гневом — кто нам помешал?! Заставил себя неимоверным усилием отстраниться от Элиз и повернуть голову, но увидел только расплывающийся силуэт, кажется Эгги.

— Уйди прочь, — собственный голос показался мне звериным рыком, но я быстро об этом забыл, возвращая взгляд на девчонку, когда дверь захлопнулась.