10

Сказать, что день отстой, это ничего не сказать. Еще чуть-чуть и у меня мозги наружу полезут, от количества информации и выяснений отношений с великими — не побоюсь этого слова — структурами. Настроение сейчас — все бросить и бежать из страны как можно дальше, не оглядываясь. Но у меня тоже есть амбиции и в целом планы на жизнь и я вообще не из пугливых, чтобы из-за каких-то нелепых идей прокуроров бежать в кусты. Ничего, обойдется. Я слишком долго в системе, чтобы остро реагировать на критику.

Я точно знаю, что я идеален. Ну, правда. У меня вообще нет изъянов, даже если хорошенько присмотреться. Тридцатитрехлетний следователь областного аппарата в звании майора. У меня есть все для шикарной жизни: автомобиль, своя квартира, деньги и всякая холостяцкая атрибутика, без которой я бы смог прожить, но все равно приобрел. У меня даже женщины не задерживаются долго в постели, потому что четко могу себе позволить менять их хоть каждую ночь. Еще бы на это время, конечно, найти, но к сути размышлений, это никак не относится.

Иногда я даже чувствую себя абсолютно счастливым. Не так часто, как хотелось бы моей маме, но в целом, очень и очень доволен своей жизнью.

Кроме блять, одного удручающего момента, поставившего жирное пятно на мою безупречную репутацию.

И дернул же черт меня жениться в свое время. Когда у меня будет сын, я обязательно ему скажу, чтобы до тридцати вообще об этих глупостях не думал, иначе рискнет поседеть раньше времени. Когда ты молодой и зеленый, тебе не просто поверить, что та милая девушка, что в ЗАГСе елейным голоском отвечает “согласна”, в итоге может выпить всю твою кровь и не захлебнуться. Так и случилось со мной. Уверен на работе, только ленивый не обсуждал скандал из-за измены моей жены.

Возможно, я был плохим мужем, не уделял ей достаточного внимания, не говорил сто раз в день, как сильно ее люблю и слушал весь бред, что вылетал из ее рта? Но я никогда бы ей не изменял, потому что для меня это было святым. Ну и времени, естественно, не было, но это уже детали. Я не предатель. У меня вообще-то есть принципы, а у Лены их нет. От слова совсем.

Не знаю, что она хочет обсудить, мы не виделись практически пол года, ровно с того момента, как нас официально развели и она поняла, что оставить меня совсем нищим у нее не получится. Даже не в курсе, как она жила все эти месяцы, а тут на тебе: “давай встретимся, надо поговорить”. Не скрою, я мог отказаться, но она уже две недели штурмует мой телефон, может действительно что-то очень важное?

После изнурительного для мозга дня, сижу в “нашем” ресторане и жду Королевишну. Она как обычно опаздывает, поэтому у меня наконец-то есть время проверить заметки и списаться со своей помощницей, что как мышка целый день работала, и даже не задавала глупых вопросов. Она вообще никаких вопросов не задавала, старается показать, что я ошибался на ее счет.

Интересная, конечно, девушка. Иногда тупит жестко, но когда включается в работу, прям светило финансовых расследований. Она уже столько заметок мне сбросила и правильно составленных запросов, что я сел в лужу. А я ее описями давил, на почту гонял, а она оказывается далеко не дура, даже гордость пробила, что такой экземпляр мне достался.

Включаю приложение на телефоне и наблюдаю, как Ангелочек сидит за ноутбуком на импровизированном рабочем месте, поедая шоколадку. У нее такое задумчивое лицо, что мне прям хочется узнать, что там в этой голове такое? Такая красивая. Молодая. Честная. И упертая как баран, это мне в ней больше всего нравится. Воевать с Полянской, теперь мой новый любимый вид спорта.

Естественно, она никогда не догадается, что я за ней могу наблюдать, даже если буду на другом континенте, но тем интереснее. Немое кино, правда. Но это лучше, чем не знать, что творится у меня в кабинете, пока меня нет на рабочем месте. Слишком сильно не верю людям, поэтому расставленные камеры по кабинету — единственно правильное решение. И дело вообще не в Кристине, этот невинный скрытый интеллект мне не угрожает. Дело просто в том, что я никому не верю и через минуту, как я начинаю есть свой стейк, приходит та, что выгравировала этот пунктик жирным шрифтом на моем сердце.

— Привет, Смирнов, — бывшая присаживается напротив, а меня уже начинает тошнить от ее удушливых духов. — Проголодался? Ты по-моему похудел?

— А ты нет, — закидываю в рот кусок мяса. Это стандартный набор подколов в нашей бывшей семье. — Что ты хотела?

Лена кривит губы, понятное дело, ни одной женщине не хочется показаться какой-то не такой, при бывшем муже, но это не мешает ей заказать себе огромную порцию роллов и белое полусладкое.

Когда официант любезно выслушивает ее заказ и собирается уйти, я его останавливаю.

— Счет у нас будет раздельный, — сразу расставляю все по полкам, чтобы весь этот набор продуктов, которым она отполирует свою фигуру, не лег на чистую совесть моего кошелька.

— Ну и жмот ты, Смирнов, — шипит бывшая. — Никогда не замечала за тобой подобное. Что, тебе зарплату понизили, или взятки перестал брать?

— Как видишь, Лена, последний кусок хлеба доедаю, — тычу ей в лицо вилкой с куском дорогого мяса.

— Не называй меня Леной, ненавижу это имя, — она с присущим ей выпендрежем, кладет локти на стол и задрав подбородок, осматривает присутствующих.

Да уж, как я мог забыть? Урожденная Еленой, сама себя переименовала в Алену, свято уверовав в то, что ее вариант более современно смотрится. Просто идиотизм какой-то, не иначе.

Господи, как я мог раньше думать, что люблю ее? Да и любил ли вообще? Заботился — да. Помог с образованием, всячески оплачивал ее капризы, купил машину, и сделал ремонт в нашем семейном гнездышке. А потом эта тварь сделала аборт и избавилась от моего ребенка, прикрывшись выкидышем. Хотя по части, “моего ребенка” тут вопрос сомнительный. Учитывая, как она себя вела в управлении и чем все в итоге закончилось, не удивлюсь, если там был не мой ребенок. Но чей бы он ни был, это не давало ей права идти на подобную процедуру. Каким бы циником я не стал, аборт для меня всегда останется преступлением.

— Я уже доедаю, мне на работу еще нужно вернуться, чего тебе надо? — вдоволь насладившись ее компанией, начинаю понимать, что еще чуть-чуть и я начну выходить за рамки приличий.

— Мне нужны деньги, — вот так сходу, без прелюдий, отвечает она.

Хорошо, что я прожевал и ничего больше во рту не грозит застрять в горле.

— И при чем тут я? — внимательно смотрю на оправу ее модных очков. Они ей вообще не к месту, даже не понимаю, зачем она со своими идеальным зрением, их носит? Может так, она умнее кажется, чем на самом деле? — Тебе напомнить, что меня больше не заботит, что тебе нужно и как тебе это самое получить?

Официант приносит ее заказ, и жена натянув милую улыбку, наблюдает за его действиями.

— Ну, не просто же так, ты мне их дашь? — все с такой же довольной миной спрашивает она. — У меня есть ценная информация, которой я готова с тобой поделиться, за отдельную плату, конечно. Поверь, Ярослав, для тебя это не просто важно, а пздц как необходимо узнать.

В эту же секунду, я понимаю, что ненавижу ее еще больше и что развестись с ней, было самым лучшим решением в моей жизни, но учитывая в каких кругах она теперь вращается, все же стоит остаться и послушать.